По состоянию на 2017 год в России зарегистрировано наибольшее число ВИЧ-инфицированных среди всех стран Европы. Согласно официальным оценкам, на конец года число людей, живущих с ВИЧ, составило 1,2 миллиона человек. Государство финансирует только 13,38 % мер профилактики распространения ВИЧ, остальная доля принадлежит негосударственным фондам, в том числе зарубежным.

Сегодня на сайте правительства был опубликован проект поправок к закону «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)». По замыслу Минюста, разработавшего их, некоммерческие организации должны будут предоставлять в госорганы документы, связанные с проектами по профилактике ВИЧ. При этом уведомления о проведении мероприятий в рамках проектов чиновники будут рассматривать в течение месяца. После этого программу НКО утвердят или запретят, а в случае нарушения запрета ликвидируют организацию через суд.

Эксперты полагают, что из-за поправок под угрозу попадают НКО по профилактике ВИЧ среди ЛГБТ, секс-работников и потребителей наркотиков — самых уязвимых групп.

О том, к каким последствиям может привести этот законопроект, The Village рассказал Евгений Писемский, эксперт Евразийской коалиции по мужскому здоровью, занимающейся профилактикой ВИЧ-инфекции в Восточной Европе и Центральной Азии среди мужчин, практикующих секс с мужчинами (МСМ), и трансгендеров.


Евгений Писемский

эксперт Евразийской коалиции по мужскому здоровью (ЕКОМ)

В настоящий момент организации, которые занимаются профилактикой ВИЧ среди всех ключевых групп (мужчин, практикующих секс с мужчинами, трансгендерных людей, секс-работников, потребителей инъекционных наркотиков), финансируются не за счет государственного бюджета или российских благотворительных фондов, а получают ресурсы от зарубежных организаций. Таким образом, если закон будет принят, это усложнит последнюю возможность получать ресурсы на борьбу с эпидемией. А как известно, распространение ВИЧ среди ключевых групп ведет к росту числа инфицированных среди всего населения — остановить растущую эпидемию ВИЧ в России будет уже невозможно.

Что не так с поправками к закону

Законопроект абсурден даже в том, что никак не объясняет необходимость принятия ограничительных мер. В его тексте и пояснительных документах нет ни слова о том, почему помощь от зарубежных организаций в борьбе с ВИЧ должна контролироваться и пресекаться. Мы можем лишь догадываться, что таким образом правительство нашей страны хочет усиленно контролировать работу ВИЧ-сервисных организаций, не вешая на них ярлыки «иностранных агентов» и тем самым не вызывая общественного резонанса. Глядя на текст поправок, хочется сразу спросить, а по каким критериям и кто будет определять, какой проект профилактики ВИЧ может реализовываться в РФ? Этой информации там просто нет. Сейчас мы в срочном порядке отправили запросы юристам: мы хотим получить правовую оценку данного законопроекта, но уже понятно, что он подготовлен на коленке.

Последний вопрос, который возникает в связи с данным законопроектом: почему Минюст берет на себя не свою зону ответственности? Вопросы здоровья нации должен курировать Минздрав. Могу, например, напомнить о встрече министра здравоохранения Вероники Скворцовой с Элтоном Джоном, руководителем одного из самых крупных фондов по профилактике СПИДа в мире. После этого Фонд Элтона Джона по борьбе со СПИДом поддержал достаточно крупные проекты в городах-миллионниках, их цель — выстроить взаимодействие между государственными структурами здравоохранения и некоммерческими организациями по профилактике ВИЧ.

В целом эта история — про контроль за неугодными организациями. Несколько раз правозащитники отбивали у Минюста организации, работающие с темой ВИЧ. Президент говорил, что закон об иностранных агентах не касается темы здоровья. И вот Минюст нашел еще одну возможность, используя опыт Республики Беларусь, где, чтобы зарегистрировать проект, нужно обойти несколько министерств и ведомств. Так согласование может затягиваться на годы и в итоге без особых пояснений получить отказ.


В 2012 году Россия отказалась от помощи Глобального фонда борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией — одного из крупнейших международных распределителей благотворительной помощи в мире. Минздравсоцразвития уведомило фонд о том, что Россия сама готова получить статус донора и в помощи более не нуждается.

В 2016 году, согласно исследованию «Е.В.А» (сетевая организация, созданная для улучшения качества жизни женщин с ВИЧ. — Прим. ред.), доля бюджетных средств в структуре годовых доходов НКО в сфере противодействия ВИЧ в среднем составляла 13,38 %.

В январе 2017 года правительство отклонило план реализации государственной стратегии противодействия ВИЧ, рассчитанный до 2020 года. По расчетам Минздрава, для достижения целевых показателей требовались дополнительные бюджетные деньги —17,5 миллиарда рублей ежегодно (13,2 миллиарда рублей планировалось потратить на лечение, 3,2 миллиарда рублей — на диагностику и 1,1 миллиарда рублей — на контроль лечения). Это позволило бы за четыре года действия плана охватить специальной терапией всех пациентов с ВИЧ, стоящих на учете в СПИД-центрах, и увеличить до 35 % долю населения, ежегодно проходящего тест на ВИЧ. В 2015 году на наличие ВИЧ проверили 19,3 % населения, а лекарственную терапию обеспечили 37,3 % инфицированных.


Репрессии вместо денег

Российские НКО, которые работают с мужчинами, практикующими секс с мужчинами (МСМ), находятся в ситуации дефицита ресурсов и давления. После сворачивания больших международных проектов в России системная работа с МСМ сохранилась только в нескольких регионах, в которых работа продолжалась в рамках программы Глобального фонда до 2017 года. Государственные ресурсы для этой работы получить невозможно. Да, государство упоминает группу «лица, практикующие нетрадиционные сексуальные отношения» в принятой в 2017 году национальной стратегии противодействия ВИЧ. Остается шанс, что микропроекты начнут получать поддержку на местном уровне со стороны органов власти субъектов РФ. Но они не будут оказывать значимого влияния на эпидемию ввиду крайней ограниченности и конкуренции за выделяемые ресурсы.

Так, в 2016 году НКО получили от государства около 100 тысяч долларов США на работу с ключевыми группами, из них на МСМ и секс-работников — ноль.

Это мизер по сравнению с тем, что по-прежнему получают организации от зарубежных доноров. Одна программа «Маяк» фонда Элтона Джона (запущенная после визита певца в Россию в декабре 2017 года. — Прим. ред.) — это в районе 5 миллионов фунтов стерлингов.

Российское правительство открыто противостоит эффективным научно обоснованным подходам к профилактике ВИЧ, подменяя их репрессиями, криминализацией и созданием атмосферы общественной нетерпимости и дискриминации в отношении представителей таких групп, как люди, употребляющие наркотики, секс-работники и мужчины, практикующие секс с мужчинами. При этом Россия не только подвергает риску жизни собственных граждан, но и пытается распространить свой «подход к профилактике ВИЧ среди уязвимых групп» в других странах СНГ, подрывая достижения профилактической деятельности в Восточной Европе и Центральной Азии. В том числе это касается продвижения принятия закона о так называемой пропаганде гомосексуализма и влияния на эффективно работающие программы.