В Южной Корее если у тебя нет дрона, ты лузер. Новые технологии часто создают новый спорт, и очень редко эти состязания выходят за рамки гиковской тусовки. С гонками дронов все стало серьезно с этого года, даже в России: Минспорт уже признал их настоящей «дисциплиной», присвоив дрон-рейсингу номер F-3U в своем реестре, а в ноябре пятеро россиян, прошедших квалификацию, поедут в китайский Шэньчжэнь на первый в истории Кубок мира по гонкам дронов. Призовой фонд — 220 тысяч долларов. Не слишком много: два года назад в Дубае разыгрывали миллион. The Village рассказывает историю самого необычного пилота национальной сборной по дрон-рейсингу: ему 35 лет, и он совсем не гик.

Фото- видеосъемка

Марина Меркулова

В Дубае 05:30, светает. Владимир Иванов стоит перед небольшим столиком на кухне своей квартиры. В полумраке он перебирает маленькие цветные коробочки, похожие на упаковки от фотопленки, — их больше полусотни. Жена и сын еще спят. Иванов складывает несколько коробочек в большой горный рюкзак, садится в машину и едет по шоссе шейха Зайда на север. Через семь минут он сворачивает на многоуровневой развязке и паркуется на обочине пустого дублера под эстакадой. Перед ним поляна гладко стриженного газона, несколькими кварталами дальше маячат знаменитые арабские небоскребы. Иванов раскладывает кресло под пальмой, достает из рюкзака ноутбук, ворох электроники и те самые коробочки — аккумуляторы по 30 долларов за штуку. Спешно делает много мелких настроек и проверок: нужно стартовать, пока в Дубае прохладно — всего 30 градусов. Затем Иванов надевает очки, похожие на футуристический шлем из фильма Спилберга «Первому игроку приготовиться», берет в руки контроллер и взлетает.

Он видит то, что видит дрон — миниатюрный беспилотный квадрокоптер, который носится между опорами моста как сумасшедшая роботизированная муха. У него нет электронных лимитов и защиты. Иванов проходит повороты на скорости 150 километров в час, за секунду взлетает на высоту седьмого этажа и также быстро в штопоре ныряет обратно в миниатюрные ворота, в последний момент уворачиваясь от земли, — ускорение и точность, недоступные ни суперкару, ни вертолету. Следующий час Иванов ощущает мир вокруг как пилот повстанцев, который взрывает «Звезду смерти» изнутри в последнем эпизоде «Звездных войн»: виражи, которые вытворяет гоночный FPV-дрон (first person view — «от первого лица»), по сложности похожи разве что на космические битвы в кино.

Иванов тренируется так каждый день, затем собирается и едет в дубайский офис крупнейшего российского производителя мяса птицы. Отрабатывает там полный день менеджером. Иногда спускается на последний этаж парковки, снова раскладывает кресло перед машиной и часами танцует на дроне между бетонными столбами. Записи этих полетов любому зрителю первый раз покажутся как будто ускоренными — непривычно видеть, как что-то передвигается в пространстве с такой скоростью. Иванов уточняет: «Это было два года назад, сейчас я лечу гораздо быстрее».

2013 год, городок Имола, Италия. По гоночной трассе на мотоцикле Kawasaki в толпе других несется Владимир Иванов. В этом сезоне русских осталось всего трое. Гонщик, родившийся в семье гонщика, Иванов обязан был стать одним из лучших и стал: четырехкратный чемпион России, вице-чемпион Германии, первый русский в чемпионате мира. К моменту гонки в Имоле Иванов на спортивном мотоцикле уже десять лет, из зрительского бокса за его маневрами следит беременная жена. Когда у байка впереди взрывается мотор, Иванов этого не замечает, потому что находится «в борьбе», пусть маршалы по краям трассы и подают аварийные знаки. Он поскальзывается на брызнувшем масле, падает, докатывается почти до стенки, а затем принимает на тело мотоцикл гонщика позади. В больнице Иванову диагностируют перелом бедра и двойной перелом таза, а в ноге окажется передавлен нерв: «Доктора говорили, что я восстановлюсь. Но когда видишь, что твоя нога висит как тряпка, а рядом беременная жена, чувствуешь определенный груз. Через две недели идет гонка, которую я смотрю по телевизору прямо в палате. Начинается дождь, стартуют. И один из пилотов, мой товарищ Андреа Антонелли, он тоже поскальзывается, и в него на полной скорости врезаются еще два мотоцикла. Затем вертолет, медики — но человека больше нет. Меня подкосило: я в больнице, пилот, с которым вместе гонял, вообще погиб. Я понял, что все уже, хватит. Меня сверху предупреждают».

Полет южнокорейского дрон-рейсера Junhwi Lee, 2-е место на гонках RDR фестиваля «Московское небо»

От гонок отошел быстро. Иванов откликнулся на предложение друзей по работе и в 32 года переехал в Дубай. Стал сотрудником большой компании. Терпения хватило на пару лет: «Я понял, что хочу пилотировать хоть что-то. Однажды на выставке технологий в Дубае я увидел гоночные дроны. Примерил очки, посмотрел гонку изнутри и офигел от того, как это круто. Скорость реакции с мотоспортом просто не сравнить. В дронах быстрее буквально всё. На мотике после дронов, считай, чашечку кофе пьешь, пока проходишь поворот. Разве что нагрузка мышц на байке больше».

Свой первый FPV-дрон «в тусовке» гонщиков принято паять самому. Для этого вида спорта нужен определенный склад ума, который Иванов называет «любить ковыряться в проводах». У дрона размером чуть меньше коробки из-под туфель примитивная, но высокотехнологичная анатомия. «Скелет» — рама в форме буквы «H» или «X», из прочных, но легких углеродных материалов. «Мускулы» — четыре электродвигателя и лопасти, вращающиеся со скоростью 20–40 тысяч оборотов в минуту (в 20 раз быстрее электродрели). Они дают тягу в 2 килограмма каждый, запросто срезают ветки и рубят пальцы и именно они разгоняют самые быстрые дроны до 260 километров в час (у обычных коптеров вроде DJI Mavic или Phantom скорость ограничена 60 километрами). По аналогии, «мозги» гоночного дрона — это его процессор или полетный контроллер. Вокруг него программисты сейчас ведут свою битву: разные команды предлагают свои варианты «прошивки», то есть системы управления (сейчас лидируют Betaflight и Cleanflight с открытым кодом, и Raceflight — c закрытым, то есть коммерческая разработка).

Mr Steele показывает фристайл на заброшенном заводе


Лопасти вращаются со скоростью 40 тысяч оборотов в минуту (в 20 раз быстрее электродрели), дают тягу в 2 килограмма каждый — запросто срезают ветки, рубят пальцы и разгоняют самые быстрые дроны до 260 км/ч


«Сердце» дрона — это гироскоп, устройство, которое отслеживает даже микроскопические движения самого себя в пространстве. Гироскоп напрямую связан с процессором: «Контроллер работает на частоте 32 килогерца — то есть 32 тысячи раз в секунду дрон смотрит, изменилось ли его положение, и корректирует себя с той же скоростью — одним пропеллером чуть газанет, другим притормозит. Обычные коптеры болтаются на ветру, как корабль в океане. Гоночный же дрон не шелохнется вообще, он в воздухе просто камень», — объясняет Иванов. На самом деле, гоночные дроны стали возможны именно благодаря гироскопам и акселерометрам (отслеживают ускорение) — цена одной такой детали стала резко падать в промышленных масштабах с распространением смартфонов. Управляют дроном с помощью пульта с двумя рычагами и VR-очков. Любопытно, что изображение, которое пилот видит в очках, — «аналоговое», то есть оно передается с камеры дрона по радиоволнам без обработки, напрямую, часто с помехами (похоже на видео с VHS-кассет), потому что оцифровать видеопоток без задержки даже на миллисекунду невозможно, — а это сразу сказывается на быстроте реакции пилота, дроном становится невозможно управлять. Поэтому красивые ролики в итоге записывают на отдельные экшн-камеры вроде GoPro, которые просто крепят на дрон сверху.

На закупку всех деталей первого квадрокоптера в среднем уходит 300 долларов (есть множество профильных интернет-магазинов вроде getfpv), и еще 200 долларов придется выложить за VR-очки. А дальше дрон ломают — это происходит неизбежно при самом первом полете: «Дрон разгоняется до сотки за 1,8 секунды, а ты контролируешь любое движение. Это почти видеоигра, „жизней“ много — один дрон раздолбал, взял другой, полетел снова. Иначе не научишься. Чтобы выйти на уровень русской сборной, нужно тренироваться полтора года, даже если ты суперталантливый восьмилетний мальчик, у которого папа-энтузиаст хочет вырастить чемпиона дрон-рейсинга».

Полет южнокорейского дрон-рейсера Junhwi Lee, 2-е место на гонках RDR фестиваля «Московское небо»

Награда за возню с электроникой — ощущение, которое ни один другой спорт подарить не может. FPV-дрон наделяет пилота почти божественной «вездесущестью». «Ты чувствуешь себя птицей. Ты летишь вокруг деревьев, зданий как угодно. Ты над всеми», — восхищается Иванов. Батареи хватает максимум на две-три минуты полета — издержки высокой мощности. Именно поэтому Владимир Иванов ездит на соревнования с рюкзаком, набитым полусотней аккумуляторов. Тренировки гонщиков складываются из многочасовой отработки отдельных маневров.

Постепенно трюкачество вылилось в отдельное направление — FPV-фристайл. У фигур пилотажа уже есть свои названия: «флипы» и «пауэрлупы» (перевороты), «орбиты» (вращение вокруг объекта), «дайвы» (пикирование в узкое отверстие). Пилоты объединяются в команды и заводят каналы на YouTube. В сообществе уж есть свои «селебрити»: американец Стили «Mr. Steele» Девис из Атланты собирает миллионы просмотров на записях виражей внутри заброшенной мануфактуры, его дрон преследует автогонщиков-дрифтеров прямо в момент управляемого заноса, и он же пикирует на суперкар Audi во время съемок головокружительной рекламы. Другой американец Пол «Nurk» Нурккала из Индианаполиса получил первое место на Drone Film Festival в Лос-Анджелесе: он пролетел под движущимся грузовым поездом — в щели между сцепкой и рельсами — и не упал. В России отличилась команда Eagles FPV, ныряющая на стройке «Лахта Центра» в Петербурге, а затем их идею развил пилот Александр Шведов, скользящий вниз на дроне по поверхности самого высокого здания в Европе.

Полет Mr Steele в Атланте на соревнованиях по дрифту


Война на юго-востоке Украины — испытательный полигон для беспилотников, а в Южной Корее боевые дроны и их операторы — полноценное подразделение войск


Миллион долларов разыграли на международных гонках по дрон-рейсингу в Дубае в 2016 году. «Это было недалеко от моего дома, — рассказывает Иванов. — Товарищ по команде, Вова Мещеряков, занял тогда третье место. Увез хорошую „котлетку“, где-то 100 тысяч долларов. На всех гонках дронов теперь есть призовые фонды, „клубняк“ пошел среди профессионалов. Это уже не игрушки, пару тысяч долларов можно сделать легко, на некоторых и десятку. Скоро здесь будут большие деньги».

Полет южнокорейского дрон-рейсера Junhwi Lee, 2-е место на гонках RDR фестиваля «Московское небо»

Официальный кубок мира, организованный FAI (Международной авиационной федерацией), пройдет в Китае в ноябре. Призовой фонд скромнее — всего 220 тысяч долларов. В составе нашей сборной вместе с Владимиром Ивановым туда едут Кирилл Федукович — победитель российского чемпионата, Наталья «Натахова» Астахова — легендарная женщина в русской FPV-тусовке (Натахова создала школу для пилотов в Санкт-Петербурге, организовывала гонки и фестивали задолго до того, как спорт признали в правительстве), десятиклассник Александр Ганин из Красноярска и 16-летний Платон Максимов. С последним Владимир Иванов хорошо знаком, Платон его шурин, и именно Иванов показал парню гоночные дроны: «Я его подсадил на гонки, а теперь он меня гасит. Парню 15 лет, и он слез с компьютерных игр, хотя раньше постоянно сидел за шутерами, а теперь постоянно паяет. В любое свободное время он заряжает батарейки и бежит летать, потому что это реально и это круче. Мне бы хотелось, чтобы государство увидело в гонках дронов такую пользу».

Полет Александра Шведова над «Лахта Центром» в Петербурге

Южная Корея — страна № 1 для FPV-пилотов. Корейское правительство объявило, что инвестирует в свою индустрию дронов миллиард долларов до 2022 года. Там создана федерация KDRA (Korea Drone Racing Association), которая курирует всех гонщиков страны, создает школы и специальные коптеродромы для тренировок. Неудивительно, что лучший дрон-рейсер в мире — тоже кореец, 14-летний Минчан Ким, победитель всех международных соревнований, в которых участвует: «Он непревзойденный лидер, летает просто как робот», — замечает Иванов. В Соединенных Штатах эту индустрию развивает команда пилотов DRL (Drone Racing League). В популяризации гонок эта «Лига» сыграла ключевое значение: о них уже писали журналы Time и The New Yorker, в них инвестировали солист Muse и венчурный фонд Уильяма Хёрста (владелец бренда Esquire), а рекламу у гонщиков покупает BMW. Из последних же российских ивентов с солидными партнерами — гонка дронов на Geek Picnic 2017, которую спонсировала «Лаборатория Касперского», фестиваль «Московское небо» при поддержке ДОСААФ и Mitsubishi Motors, а также Moscow Drone Festival в «Лужниках», который организовывала оборонная госкорпорация «Ростех».

5 августа 2018 года президента Венесуэлы Николаса Мадуро попытались убить. Покушение стало первым в истории случаем, когда дрон умышленно использовался в террористических целях: коптер, начиненный взрывчаткой, сбили на подлете к сцене. Энтузиасты пугали власти дронами с оружием и раньше: в 2015 году американец Остин Хогвут повесил на самодельный дрон обычный девятимиллиметровый пистолет, которым можно было стрелять с пульта. Он выложил ролик в Сеть и перепугал Федеральное управление гражданской авиации США — никто не ожидал, что сделать боевой дрон окажется под силу даже 18-летнему любителю. С тех пор оружие на дроны стали вешать все кому не лень, а военные занялись ими на закрытом уровне. Даже война на юго-востоке Украины используется армиями России и Украины как «инкубатор инноваций» и испытательный полигон для беспилотников, а в той же Южной Корее боевые дроны и их операторы — это полноценное подразделение войск. Владимир Иванов уверен, что на гонщиков FPV-дронов военные тоже скоро обратят внимание: «Это моя страсть, я мечтаю об этом, именно для военных. Я сейчас курицу продаю, а всю жизнь называл свой мотоцикл «боевым». Если у меня появится возможность обеспечивать свою семью на оборонных проектах, делать боевые дроны, это будет круто. Они могут и нападать, и мониторить, и шпионить, а мы можем обучать пилотов, пехотинцев, которые будут у себя в рюкзаке иметь такую штуку, и если надо, смогут не только заглянуть ей в любое здание, но и нормально ударить».

Редакция The Village выражает благодарность южнокорейскому пилоту Junhwi Lee, Дмитрию Малышко и организаторам фестиваля «Московское небо» за предоставленные полетные записи.


видео: Junhwi Lee