Фотографии Юрия Тарасова можно увидеть в фотоотчетах с Пикника «Афиши», фестиваля «Боль» и кучи музыкальных фестивалей в Москве. Недавно Юрий также появился на показе мод и на обложке датского музыкального журнала. Стильно одетый седовласый мужчина с бородой как у Гендальфа выделяется не только на фестивале, но и в толпе у метро. Юрий легко соглашается на интервью и приходит минута в минуту в назначенное время. В переписке он скуп, однако в живом разговоре готов долго вести диалог и зачастую монолог.

Тарасов больше половины жизни отдал образованию, в том числе работал школьным учителем физики в Гольянове. Живет бедно, говорит, на еду иногда не хватает, однако музыку слушает через дорогую аудиосистему. Юрий — большой коллекционер, у него много музыкальных пластинок, кассет и дисков, а книжный шкаф на всю стену поделен на зоны: искусство, русская литература и поэзия, русская религиозная философия, западная философия, западная литература и поэзия, православие, советская литература, математика, физика и сборная солянка.

Сам Тарасов говорит, что его главный императив — постижение: мужчина всегда находится в движении и поиске — новой музыки, философии, поэзии, религии. Юрий, которому в декабре исполнится 70 лет, признается, что ощущает себя 14-летним мальчиком. Корреспондент The Village Андрей Яковлев пообщался с мужчиной о русском роке, рэпе, бедности, религии.


Буквально вчера я сидел в катафалке — хоронил коллегу из университета. Она четыре дня провалялась, потом дверь разломали, ее кремировали — к мужу. На меня это мероприятия никак не повлияло, я о смерти совсем не думаю. Я же юноша.

Какая психоделика играет! Причем это записано 50 лет назад. Фантастика! (На фоне играет Black Sabbath. — Прим. ред.)

У меня нет ощущения, что я прожил длинную жизнь. Я все время в полете, в поисках. Я не кичусь своим возрастом, просто занимаюсь тем, что интересно, и никогда не веду себя как гуру. Люблю общаться, рассказывать, что чувствую. Мне проще, когда меня не трогают, когда я хожу и слушаю музыку в одиночестве. А то приходишь — тебя 10 тысяч раз фотографируют, делают селфи, берут интервью. Я не сопротивляюсь, конечно, но это не мое. Я пришел постигать.


Тусовки и наркотики мне неинтересны

Мне интересно, чем живут, что видят и о чем говорят молодые. Я только с ними и общаюсь. Недавно на «Ночи искусств» на Рижском вокзале я работал моделью, ходил по подиуму! Один парень, Игорь Гавар, увидел мою фотографию с Пикника «Афиши», нашел меня и позвал в свою команду Oldushka (модельное агентство, представляющее людей старше 50 лет. — Прим. ред.). Я пришел, меня одели — и я два раза прошелся. За работу заплатили, но немного. Кстати, недавно в эфире «Вечернего Урганта» была «Модель года», которой под 70 лет, — так мы с ней в одной команде работали.

Вообще, я не пижон, чтоб выпендриваться, но общение в закулисье мне понравилось. Я беседовал с молодыми волонтерами, у которых два высших образования, обо всем на свете. Помню, я до них доносил идею актрисы Фанни Ардан, которая говорила: если вас взбивает ветер страстей, поддавайтесь ему.

Тусовки и наркотики мне неинтересны, но я открыт миру. Хочешь сниматься в «Олдушке»? Давай. Хочешь на фотосессию? Поехали. Недавно мы фотографировались в каких-то дюнах в Подмосковье. Меня одели в невероятную желтую рубашку, штаны и пиджак, и я держал щит, в который якобы попали стрелы. Я даже не знаю, для кого и для чего снимался.

Мое основное хобби — сидеть в интернете и слушать музыку. Я часто хожу по музыкальным порталам. Больше всего мне нравится Deezer, потому что на нем можно слушать музыку в формате FLAC Hi-Fi 1 411 килобит в секунду. Обычный MP3 — это 320. Такое качество, конечно, стоит денег — я плачу за подписку 340 рублей в месяц. Также я пользуюсь музыкальными сервисами Tidal и Pandora.

Аудиосистема у меня тоже супер: итальянский усилитель, шотландская акустика. Цена — улет. Сам я нищий, но родители оставили мне деньги после смерти. Я их снял, купил музыкальную систему — и опять гол как сокол. Еще купил лучший цифро-аналоговый переходник. Улет. Стоит в районе 500 тысяч рублей. В итоге звук такой, как будто музыканты в твоей комнате сидят и играют. Я стараюсь не включать громко музыку, но один шизанутый сосед снизу вызвал как-то на меня ментов.

Если я слушаю музыку, то ничего больше не делаю. Слушать фоном — это не моя история. Иногда слушаю по полчаса в день, иногда по два-три часа.

В музыке преобладают рэп и мат

Важный переворот в моей жизни произошел в 2013 году, когда я начал ходить на музыкальные фестивали. Первый фестиваль — это Bosco Fresh Fest, на котором под ливнем выступал Woodkid и девочки бегали босиком по лужам. Тогда я понял, что музыку надо слушать не только дома, но и живьем.

Следующим прорывом был фестиваль «Боль», на который я впервые попал два года назад. System of a Down — это, конечно, улет, но нужно знать и наш рашн андеграунд. Да, ребята там пьют, ну и что? А со слэмом я не сталкивался. После «Боли» я пошел на Moscow Music Week в «Летчик Джао Да» и кафешку рядом. Там тоже ребята пели, орали, бодались. Я не бодался, я вообще обычно стою и не танцую. Я, как интеллектуал и эстет, не могу полностью отдаться потоку.

Не все русскоязычные группы мне нравятся. Худшее выступление назвать не могу, но не люблю, когда матерятся и говорят всякую ерунду. На «Боли» я послушал Монеточку. Сперва не мог понять, почему ей все подпевают, но мне помогло хорошее интервью с ней на «Дожде». Я понял, что она интеллектуалка и творческий человек. Когда ее подруга в общежитии ложится спать, Монеточка пишет песни. Не все мне, конечно, у нее понятно, но некоторые вещи я уважаю, потому что я сторонник постмодернизма.

В начале был Бог, в начале было слово — и сказать я могу. Коротко и ясно. А музыка как возникла? Тайна

У меня был период, когда я слушал только классическую музыку — каждый день в течение десяти лет только радио «Орфей». Меня даже сосед зауважал. Русский рок я тоже люблю: Гребенщикова, естественно, «Наутилус Помпилиус», «Зоопарк», «Калинов мост». Русский рок умер, потому что ушла эпоха. Тогда была перестройка, все вышли из подполья, им было что сказать, потому что накипело. А потом все выдохлось, и сейчас в музыке преобладают рэп и мат. Я дважды был на концертах «СБПЧ» — о них ничего плохого сказать не могу. Еще слушал Хаски — интересно, но меня не завлекло. Я был удивлен, что все хором подпевали им.

Не могу сказать, на концерт какой группы я бы хотел сходить. Сейчас такой сильный поток музыки, что я с удовольствием схожу на ту команду, которая приедет. Раньше было проще: Led Zeppelin, Deep Purple, Black Sabbath — а сейчас просто невероятное количество хорошей музыки. Из-за этого она порой надоедает. Особенно во «ВКонтакте» много похожих групп. Тут опять повтор, а тут опять ругаются матом — ну ладно, иду дальше.

В свое время я играл на баяне, но заниматься музыкой всерьез никогда не хотел. Мне важнее идея постижения, для меня музыка — это загадка, буквально по Ницше — какая-то тайна. В начале был Бог, в начале было слово — и сказать я могу. Коротко и ясно. А музыка как возникла? Тайна.

Не понимаю, как можно заскучать жить

На пенсии я начал заниматься интерьером своей квартиры. Своими руками сделал шкафы, стеллажи, двери, окна. Покрасил все это дело в «рич махагон» (цвет краски. — Прим. ред.). А на двери поставил античные итальянские ручки из серебра.

Новости, конечно, читаю. Я уже несколько лет подписан на «Дождь». Также читаю «Коммерсантъ», «Ведомости», «Медузу», «Газету.ру», «Ленту», The Village, TimePad, «Коммерсантъ Weekend». У меня весь планшет завален уведомлениями: того арестовали, тут взорвали, сняли, объявили. Еще читаю расшифровку радиопередачи Гребенщикова «Аэростат».

Также много времени уходит на разбор книг и журналов. У меня дома несколько тысяч книг. Вся однокомнатная квартира ими завалена. Раньше они стояли от пола до потолка в пять-шесть рядов, а сейчас хранятся в коробках. Их постоянно приходится выкидывать. Буквально два-три дня назад я выставил в подъезд шесть ашановских пакетов с советской и русской литературой. Я рассуждал так: буду ли я еще в своей жизни читать Жуковского, Аксакова, Пелевина? Нет, не буду. По физике тоже оставил только последние издания учебников, а все остальное выкинул.

Я по жизни коллекционер. Кроме книг, у меня есть необычайное количество винила, CD и немного аудиокассет. Я это все почти не слушаю, потому что через компьютер получаю лучше качество, но на виниле у меня полный набор: Pink Floyd («Animals», «Dark Side of the Moon»), Led Zeppelin, Deep Purple и так далее.

Недавно я вышел на улицу — а там валяются спиленные большие пеньки, никому не нужные. Я их еле-еле притащил домой на тележке. Две недели носил. Они для меня художественные объекты, в их коре я вижу женские лица, силуэты, какие-то игры. К тому же на них можно рисовать.

Не понимаю, как можно заскучать жить. У меня громадье планов, все горит, ничего не успеваю: хочу почитать, приобрести, послушать, погулять. На безденежье что я делал? Ходил яблоки собирал огромными корзинами. У нас тут в Строгине прекрасные яблоневые сады. Вот надо, например, сходить за водой (я не пью воду из-под крана) — иду к источнику Покровское-Стрешнево, на что трачу часа два. Тащу на себе три бутыля — 15 килограммов. Потом готовлю еду — вот полдня и прошло.

«Лучшее — враг хорошего» — но мне надо лучшее

Мне нравится поэзия, мои любимые поэты — Игорь Северянин, Тютчев и Блок. Также мне интересна русская, религиозная, западная философия, постмодернизм. Еще я хожу на лекции. Недавно был на лекциях по литературе и философии в Новом пространстве Театра наций. Мой императив — постижение мира и постоянное движение. Так было всегда. Причем я перфекционист, мне нужно самое новое, совершенное. Друг мне говорит: «Лучшее — враг хорошего» — но мне надо лучшее.

Я мало с кем общаюсь. Один мой друг умотал в Ирландию, другой близкий товарищ практически ослеп. Из родственников у меня есть сын 1970 года рождения, с которым я редко общаюсь, потому что он далеко живет. Он содержит целое хозяйство, в том числе баню. На концерты он со мной не ходит — он из Подмосковья, куда ему.

Еще у меня есть старший брат, который живет в Измайлове. Мы с ним не очень часто общаемся, потому что он странный: ненавидит музыку. Еще он неисполнительный: все время откладывает. На могилу отца вообще не ездит, а ограду на кладбище так и не поставил. У меня на балконе стоят его книги — 44 пачки, которые он почему-то не забирает. У него две квартиры завалены книгами и целый склад. Он ими торгует. А вообще он окончил авиационный институт, занимался какими-то бомбами, а потом работал в Доме книги.

Предательство, трусость и обман

Я полвека отдал образованию, преподавал физику с 1972 года. Сначала был учителем в средней школе, потом в вузе, а после работал научным сотрудником по методике обучения физике в средней школе, то есть занимался составлением школьной программы.

Меня увлекала и очаровывала идея обучения школьников. Мне было интересно не столько общаться, сколько доносить до других свои знания. Я не был строгим учителем и никого не мучил, но урок есть урок. Не знаешь — два балла. Выпендриваешься — больше тройки ставить не буду.

Мой императив такой: содержание образования должно соответствовать современному состоянию науки. А у нас оно не соответствует. Несколько десятилетий я именно этим и занимался — пытался внедрить в школьную программу представления о нелинейной физике и теории самоорганизации (синергетики), квантовой физике, астрофизике, нанотехнологиях и другом. Но мне ничего не удалось изменить в лучшую сторону. Все потому, что в лаборатории физического образования и центре естественнонаучного образования царствуют невежды и неучи, которые ничего не знают. Я доношу свои идеи — реакции ноль, учебники никто не делает. Ну и ладно. В итоге, полтора года назад из-за преследования и разгрома профсоюзной организации меня сократили с нарушением трудового законодательства. Могу лишь процитировать Николая II, который говорил: «Предательство, трусость и обман».

Увольнение не подкосило меня, но жалко, что у меня масса идей, а они никому не нужны. Недавно я забежал в книжный и был шокирован тем, что в учебниках по физике нет ничего нового. Они по уровню даже ниже, чем учебники 70-х годов.

Покупаю билет на Пикник «Афиши», а потом холодильник стоит пустой

Я нищенствую

Моя пенсия — 10 тысяч рублей, правда, мэрия Москвы подбрасывает мне еще 10 тысяч, но я все равно нищенствую. Покупаю билет на Пикник «Афиши», а потом холодильник стоит пустой. На Bosco Fresh Fest в прошлом году ко мне подошел Куснирович (Михаил Куснирович — глава российской компании Bosco. — Прим. ред.) и говорит: «Позвони нам, мы тебя пригласим бесплатно на фестиваль». Ну, я звонить сам, конечно, не стал. А в этом году он подошел и сказал, что сам со мной свяжется.

Питаюсь я дома, чаще всего кашами: гречневой и геркулесовой. А четыре злака со льном — это вообще фантастическое блюдо. Денег у меня на другую еду нет — даже на овощи не хватает. Хотя вот недавно купил кофемашину за 16 тысяч рублей. Мне звонили, уговаривали ее купить, а я не против, почему нет. Я же всегда стремлюсь к совершенству: нужно, чтобы не просто растворимый кофе был, а свежий, хороший и нескольких видов. Однако вот машинку купил, а денег на кофе нет.

ВВП — это вообще ничтожество с комплексом неполноценности

Недавно я зарегистрировался членом избирательной комиссии — меня попросил Дмитрий Гудков. А чего бы не помочь, если время есть? Мы с Гудковым визуально знакомы. Когда он раньше избирался, я ему помогал: ходил с ним по дому, когда он агитировал. Потом на выборах президента я был членом избирательной комиссии с правом совещательного голоса. Я хочу помочь, хочу, чтобы выборы были нормальными.

Кстати, тут рядом живет Явлинский. На президентских выборах он все же был самый приличный, говорил правильные вещи. Но он старомоден и упивается собой. А голосовал я тогда за Ксюшу [Собчак], она новая, модерновая.

Я и на Болотной был. Ребят брали прямо на моих глазах. Хватают около меня парня ни за что, он сопротивляется — ему четыре года дают. На митинге Навального в марте 2017-го я тоже был. Раньше я Навального поддерживал, а сейчас разочаровался в нем. Он хорош тем, что последователен, действует открыто и смог зацепить молодежь. Но он бузит, а положительной политической системы не предлагает. К тому же он немного скрытный человек. Вот Касьянов мне нравится: последовательный, всех топчет и несгибаем — кремень. Но никому не интересен.

Грустно, конечно, что у нас такая политика в стране. ВВП (Владимир Путин. — Прим. ред.) — это вообще ничтожество с комплексом неполноценности. Он возомнил себя гением и императором, хочет остаться в истории. Я его видеть не могу. Когда смотришь на человека, практически всегда понимаешь, врет он или нет. И у него чистейшее вранье и позерство. А ведь он всю систему выстроил под себя. Для меня это неприемлемо.

Но многим он нравится, да. Его за Крым воспевают. А ведь это же чистейший разбой, преступное решение. Когда правитель захватывает чужую территорию, у нас все ликуют. Тем более что территория была когда-то наша. А что теперь с Украиной? Война на десятилетия с дружеским народом! Правильно обозреватель в «Ведомостях» написал, что духовная атмосфера в стране совпадает с атмосферой перед приходом фюрера.

Я посмотрел, как одеваются посетители на рок-фестивалях, и нашел свое. Кофта на мне сейчас надета женская, мужских таких не бывает. Я отрицаю давление и хочу быть свободным. По сути, хиппи

Я по духу хиппи

Одежда у меня стильная. Я посмотрел, как одеваются посетители на рок-фестивалях, и нашел свое. Кофта на мне сейчас надета женская, мужских таких не бывает. Раньше я одевался по-простому, хотя были и джинсы, и куртец, но в целом ничего примечательного. Вещи я покупаю на обыкновенном вещевом рынке. У меня там есть знакомая полненькая девочка, которой я, например, говорю: «Хочу белую просторную куртку». И она находит. Потом она мне посоветовала интернет-магазины, и все — я вляпался. Lamoda, Wildberries — теперь я там. Я стараюсь одеваться в длинное и свободное, но без клеша — сейчас узкие штаны в моде.

Растительность у меня на лице очень давно — лет 20. Сначала я подстригался, а потом из-за гордыни отрастил волосы. У меня был конфликт с заведующим лабораторией. Я на порядок умнее его, больше знаю и поэтому нервирую. Он со мной общался в оскорбительном тоне, приказывал делать какие-то вещи, и, естественно, я начал бунтовать, что вылилось в отказ стричься. Я отрицаю давление и хочу быть свободным. По сути, хиппи.

Усы я раньше подстригал, а сейчас эксперимент — не стригу. Лет 25 назад, когда я причащался в Сергиевом Посаде, мне сказали, что усы надо подстригать. Вообще, я был крещен в три года в старообрядческой деревне Алешино Егорьевского района. Потом, когда я в 1987–1988 году развелся, увлекся роком. Рок-фестивали в Черноголовке, Подольске — пошло-поехало. Это было мое духовное перерождение. И параллельно с роком я обратился к религии. Никаких «Харе Кришна» или Будд у меня не было — сразу православие. Сперва думал в старообрядцы пойти, но у них книжек мало, а в православии интеллектуалы и хорошая литература.

17 октября я вышел из дома на прогулку и увидел разрушенный дом в деревне Троице-Лыково. От дома остались одни живописные руины, рядом козочка блеет. И вдруг меня что-то сбивает с ног. Здоровый сторожевой пес повалил меня и грызет руку. Я пытаюсь сопротивляться ногой, а он ее схватил. Я кое-как поднялся — по морде ему, по морде гаду. Он отвернулся и ушел. Прихожу домой весь в кровище — две глубокие раны, одна до сих пор не зажила. Эта история — сигнал мне свыше. В своих религиозных поисках я пошел туда, куда не следует. Куда конкретно, говорить не буду. Могу сказать, что в последнее время я не причащаюсь и не исповедуюсь — нахожусь в исследовании. У меня есть определенные проблемы, но я не против православия.

Как я уже говорил, я по духу хиппи. Я не тусовался, не курил, не употреблял наркотики, не валялся у памятников, я был умным интеллигентным мальчиком. Но по воспитанию и видению мира я хиппи. Вообще, у меня скоро юбилей, 14 декабря мне исполнится 70 лет. К этому дню хочу прибраться в квартире, но отмечать никак не буду. Дома посижу, послушаю музыку.


Связаться с Юрием по поводу делового предложения можно тут.