Дух свободы, близость Европы, неподконтрольные цензуре вечеринки и низкие цены привлекают в Киев не только туристов со всего мира, но и тех, кто хочет остаться здесь жить. Столица Украины сегодня чем-то напоминает Барселону, но больше — капковскую Москву, где один за другим открываются маленькие несетевые бары, кафе и магазины, а горожане полны веры в себя и любви к своему городу. Вместе с «The Village Украина» мы нашли москвичей, которые уехали в Киев на ПМЖ.

Интервью

Ярослав Друзюк

Текст

Александр Успенский

Максим Мотин

бывший депутат муниципального собрания района Печатники


Переехал в Киев в 2018 году

Я переехал в Киев в апреле этого года. Сначала хотел на несколько месяцев, но затем решил остаться надолго, в связи с чем перестал быть муниципальным депутатом в Печатниках, сдал мандат. Первый раз я выиграл выборы, будучи оппозиционным депутатом, в 2012 году, затем вновь в 2017-м. Но в какой-то момент понял, что это все бесполезно. К сожалению, ничего изменить сейчас в России невозможно. Мы закрыли одну свалку, чиновники рядом организовали новую. Поймали их на воровстве денег при строительстве фонтана у метро, так виновных перевели в другой район с повышением. И так во всем. Бороться с ветряными мельницами я устал. Когда начали угрожать не только мне, но и родным людям, я подумал: зачем мне это все? Я люблю Киев, приезжал сюда и до, и во время Майдана, приезжал поддерживать уже после. Я люблю Украину и украинцев, у меня папа из Луганска. Поэтому я решил, что хочу пожить в Киеве — для себя, без политики. И, попадая иногда на российские новости, я понимаю, что сделал правильный выбор. Страну зомбируют, со стороны кажется, что население готовят к войне против всего мира. Это страшно. Участвовать в этом я не хочу.

Переезд был очень легким решением. Я один, у меня нет семьи, жены. Сел в машину и уехал — и очень рад. Сдал в Москве свое жилье и на эти же деньги снял здесь. У меня однушка в Печатниках. Вместо нее здесь можно снять двушку в центре. Цены здесь ниже, чем в Москве, хотя не на все. Чтобы каждому в личке не отвечать на похожие вопросы, даже завел канал в телеграме @MyLifeinUkraine, где рассказываю о жизни в Киеве, кидаю ссылки на местные группы и даже учу некоторым украинским словам.

Все друзья, которые приезжают ко мне в гости в Киев, немножко в шоке. Даже если ты думаешь своей головой, то все равно пропаганда делает свое дело. Все равно сначала с осторожностью едут, хотя здесь многие были и до войны. Потом, правда, никто уезжать не хочет, каждый второй билеты меняет, чтобы подольше в Киеве пожить. Правда, после введения военного положения ситуация изменилась, сейчас россиянам очень сложно пересечь границу. Надеюсь, эти ограничения временные. Я знаю много людей, которые не разделяют позицию власти, поддерживают Украину и хотят посещать Киев.

Самое большое отличие между Киевом и Москвой — это спокойствие. В Москве выходишь из дома — и уже устал. Максимум ты можешь за день сделать одно дело, не больше. В Киеве выходишь из дома — и сразу улыбка на лице. Работаешь, живешь, делаешь все равномерно. Успеваешь жить. В Москве жизнь превратилась в зарабатывание денег. Да, в Москве можно заработать больше, но это не жизнь ради себя, а выживание, борьба вечная.


Ничего изменить сейчас в России невозможно: мы закрыли одну свалку, чиновники рядом организовали новую


Киев — более зеленый город. Я думаю, это связано с тем, что в городе сильно меньше денег, сюда не добрались желающие взять все и снести, все заасфальтировать. За счет того, что денег на это не хватает, деревья никто не трогает, нет безумных дворников, которые собирают всю листву и сжигают сразу. В Москве это огромная проблема: все упавшие листья сжигают, земля не получает натурального удобрения, поэтому город пыльный и серый. Я ездил на своей машине в Москве и езжу в Киеве — я ее мою здесь в три раза реже, чем в Москве.

С точки зрения гастрономии Москву с Киевом тоже не сравнить. Здесь гораздо вкуснее и свежее все. В Москве же санкции так называемые, нет половины нормальных продуктов, многие вынуждены были перейти на импортозамещение. В Киеве остались рынки — например, мой любимый Житный, там классные и недорогие продукты. В Москве вкусно в дорогих ресторанах, но сильно упало качество в средних заведениях. Да и такого изобилия разных мест, где можно вкусно поесть, приятно провести время, в Москве и близко нет. В этом плане Киев гораздо лучше. Я очень люблю «Катюшу» и «Мусафир», часто там бываю. Если кто-то из друзей приезжает, то отвожу их завтракать в Milk Bar и ужинать в «Черноморку». Очень люблю бары «Алхимик» и Loggerhead. Еще я танцую сальсу и хожу на сальсатеки — летом мы танцевали на Почтовой площади, занимаюсь фехтованием, играю в футбол с друзьями.

У меня много любимых мест в Киеве: Андреевская церковь и Андреевский спуск, парк Тараса Шевченко, Почтовая площадь, Труханов остров. Много милых мест в Киеве. Поражает, что даже в центровых местах нет суеты, постоянного трафика, давки. Всегда есть свободные лавочки, чтобы посидеть, книжку почитать. Нет пробок по сравнению с Москвой. Все люди находят себе место и равномерно распределяются по городу.

Но городская инфраструктура для пешеходов в Москве гораздо лучше. Особенно с последними реконструкциями улиц в центре, красиво сделали. Ощущается, что на Украине сильно меньше денег. Но привести в порядок улицы, запретить хаотичную ужасную парковку на всех тротуарах, сделать город более привлекательным для туристов и местных жителей — это стоит не так дорого, было бы желание. Парковка автомобилей просто везде, они наезжают на пешеходов, и это мне очень не нравится, отвык от этого в Москве. Общественный транспорт развит хуже, но при этом есть и каршеринг, и дешевое такси.

Зато в Киеве есть арт-завод «Платформа» и «Кураж-базар» на ВДНХ. В Москве ничего подобного нет. Каждую неделю здесь проводятся фестивали, куда можно прийти всей семьей или с друзьями. Киев — компактный город, и огромное количество мероприятий сосредоточено рядом, это удобно. Единственное, я всегда любил русский рок. Мне не хватает выступлений «Би-2», «Сплина», Земфиры. А остальное здесь есть абсолютно то же самое, что есть в Москве. Просто в Москве это доступно 24 часа в сутки 365 дней в году, там есть все, что хочешь, Москва никогда не спит. Розовые пингвины, скрещенные с черепахами, наверное, тоже есть, надо просто поискать. В Киеве не все доступно круглосуточно. Что-то распечатать, отдать вещи в ремонт, химчистка — все работает по графику. Но время можно найти за счет того, что город меньше, времени свободного в Киеве больше.


Если ты адекватный человек, то к тебе относятся соответственно


В последний раз в Москве я был летом. Неудобно летать, когда нет прямого авиасообщения. Да и желания, если честно, особого нет. У меня нет проблем в Киеве, я ни от кого не скрываю, что переехал из России, по моему говору это сразу понятно. Я знаком с парой людей, которые раньше жили в Москве и тоже сюда переехали. Но у меня больше друзей-киевлян, старых друзей, с кем я знаком по восемь-девять лет. Естественно, появляются и новые.

Моя профессия — пиар и маркетинг плюс спортивный менеджмент. Сейчас я занимаюсь маркетингом в области блокчейна и криптовалют, работаю на международную компанию с головным офисом в Гонконге. А как спортивный менеджер я очень хочу написать предложения по работе с болельщиками для киевского «Динамо» — команда заслуживает того, чтобы на матчах был полный стадион, это клуб с огромной историей и армией болельщиков.

Москву я все еще воспринимаю как родной город, ведь я прожил там 34 года. Но никаких проблем в Киеве у меня лично не возникает. Все, что видят россияне по ТВ про Украину, — это вранье. Понятно, что политика вносит свои коррективы. На Украине также хватает политиков-популистов, которым важно победить на выборах в 2019 году. Но если ты адекватный человек, то к тебе относятся соответственно. На бытовом уровне проблем не было. Я езжу тут с российскими номерами, за все это время меня один раз остановили, так как я поворотник забыл включить на перекрестке. Для меня очевидно, что Россия напала на Украину, отобрала кусок земли и развязала войну, которую никто не мог представить десять лет назад. К огромному сожалению, это произошло, и это огромная трагедия. Я не представлю, сколько должно пройти лет, чтобы как-то нормализовать отношения между странами. Если это вообще когда-либо произойдет.

Иван Яковина

журналист


Переехал в Киев в 2010 году

Меня называют политическим беженцем. Но это не так. Из Москвы я переехал ради денег. Зарплата у меня была хорошая, но маленькая по московским меркам. А по украинским хорошая и большая. Поэтому я решил пожить в Киеве и приехал сюда на выборы прошлого президента Януковича. Это был 2010 год. Писал я для «Ленты.ру». Пожил здесь месяц или два, а потом спросил у главного редактора Галины Тимченко, могу ли я остаться. Она: да оставайся, хрен с тобой.

С моей московской зарплатой я стал гораздо больше ездить, мог себе позволить в Гонконг слетать или в Израиль просто на выходные. Получше была квартира в Киеве, чем в Москве. Я тогда ее снимал пополам с моим другом-американцем и благодаря этому выучил английский язык. Мы жили на Татарке. У нас была квартира с выходом на крышу.

Главное, самое основное, фундаментальное отличие Москвы в том, что там невозможно быть приезжим, человеком откуда-то. Москва делает из любого человека москвича, хочет он этого или нет. Если он приехал из заоблачного аула или из заполярного чума, он станет москвичом через некоторое время. А в Киеве если ты днепровец, то живешь как днепровец, если ты из Жмеринки, то живешь как жмеринец, если из Москвы, то живешь как москвич.

Киев позволяет человеку оставаться таким, какой он есть. Это не хорошо и не плохо. Почему так происходит, я не знаю. Может, это потому, что в Киеве, скажем так, в советские и раньше — в имперские времена люди надолго не задерживались. Те, кто приезжал сюда из провинции, как правило, дальше ехали куда-то: либо в Варшаву, либо в Москву, либо в Петербург. Поэтому здесь не сформировалось чего-то такого особенного. Исключительно киевских ценностей нет, наверное.


Я люблю Украину, в своем роде, конечно. Но киевлянином я не стал, это точно


Все, что касается войны, очень печально. Война — это большое преступление. Россия ее начала, и моя жизнь, как человека, связанного и с Украиной, и с Россией, пошла кувырком. Из-за этой войны, из-за Путина я потерял возможность ездить в Москву. Хотелось бы, чтобы все закончилось по справедливости, чтобы Украина не пострадала, в конце концов: возместили ей, насколько это возможно. Все потери человеческие уже не возместишь, понятное дело, но хотя бы все остальное.

Закончится это только тогда, когда Путин перестанет быть президентом России. Если Путин останется у власти, то в Россию я ездить не буду. Но я не знаю, перееду ли я обратно. Непонятно, что будет. Бог его знает, победит какой-нибудь крокодил на выборах президента Украины, не будем уточнять. И тут, например, начнут москалей на гиляку. Такое регулярно предлагают в интернете. Сейчас о будущем даже на полгода вперед очень сложно загадывать. Где я себя вижу при идеальных обстоятельствах? Наверное, на Украине, но с возможностью ездить в Россию. В идеальном мире — во Львове, но мир неидеален.

Я, во-первых, этнический украинец. По моей фамилии все понятно даже. Поэтому Украина для меня не чужая. Я не могу сказать, что прямо родная, но не чужая. Тут все мои предки жили и умерли. Я люблю Украину, в своем роде, конечно. Но киевлянином я не стал, это точно. Про москвичей много говорят, обычно нехорошее: что москвичи ходят все со вздернутыми носами, что «Москва не резиновая». Это в общем все правда. Бывает, и меня идентифицируют как москвича. Но при этом люди из Москвы говорят, что у меня уже украинский акцент. А я уже не знаю, какой у меня акцент.

Василь Гроголь

менеджер гостиничного бизнеса


Переехал в Киев в 2017 году

Мой папа из Украины, из села Гранитное, это полтора часа езды от Киева. А я родился в центре Москвы и прожил там всю сознательную жизнь. Правда, много поездил: пожил в Чехии, в Германии, поступил в институт в Швейцарии, потом уехал в Нью-Йорк. Это было моей целью — жить в Нью-Йорке и работать там, сделать свой кинопродакшен с моим лучшим другом Мотей. В Нью-Йорке я работал на отельную компанию, с Мотей мы начали заниматься кинопродакшеном, а потом получилось так, что появилась возможность сделать проект в Киеве, и вот я здесь. Несмотря ни на что, я москвич до мозга костей. Мне обидно, что за страшным образом Москвы не видно ее красоты, насколько она крутая на самом деле.

Очень люблю Москву и все, что связано с городом: общественный транспорт, улицы, дома, асфальт, брусчатку, парки, обожаю бульвары. Китай-город — это безумная любовь. Если жить, то только там. Там есть легендарное место «Люди как люди». Это и бар, и кафе, и закусочная. Он малюсенький, метров 20, наверное. Там в смене работает один человек, который и бармен, и кассир, и кофе, и все такое. Всего их, кажется, двое, самые крутые чуваки на свете. Там ничего не менялись с того момента, как мне было лет десять. Сэндвичи не менялись, цены не менялись, несмотря на инфляцию, 150 рублей сэндвичи стоят. Суп летом — всегда свекольник, зимой — борщ.

От Киева Москва, конечно, отличается. Во-первых, Москва глобально больше в размерах и по количеству людей. Это определяет ритм города. Просто потому что покупательная способность больше, в Москве больше заведений, кинотеатров, больше всего. Москва как Нью-Йорк. Там надо уметь жить. Если не умеешь, то становится в тягость. Это не обязательно связано с кучей денег. Нужно правильно выбрать себе жилье, расположить себя относительно работы, любимых занятий, находить время, чтобы погулять, выпить, классно посидеть на улице. И тогда все становится шикарно. Но по Москве я не скучаю.


В Киеве все кажется понятным, осязаемым, а в Москве — холодным и неприступным


Киев — потрясающий город. Второго такого я не видел. Он тоже, мне кажется, похож на Нью-Йорк. Но на Нью-Йорк 40-х. Дикий, крутой, как будто город сам управляет собой. В Киеве все кажется понятным, осязаемым, а в Москве — холодным, неприступным: что в тусовочку трудно влиться, что это эти ребята ничего не поймут, не оценят. А в Киеве все очень радушное, нет осязаемых границ. В Москве все за заборчиками, заборчик там, здесь, клумбочка с заборчиком. В Киеве нет заборчика.

Сначала, когда я переехал в Киев, со всеми разговаривал на английском. Писал даже письма на английском. Потом увидел, что нормальные люди понимают, что я к этому (к войне. — Прим. ред.) отношения не имею. Ни моя семья, никто. Пару раз всего были инциденты: бабуська на меня наорала возле китайского посольства. Я не понял, за что. Я у нее спросил, где Приватбанк находится. Еще мои соседи, дай бог им здоровья, обещали «Правый сектор» вызвать. Но это все.

Сейчас я понимаю, что люди все дружелюбные. По акценту все понимают, сразу такие: «А, москвич». Это смешно и классно. Это притом что мой папа — украинец, он жил во Флоровском монастыре, и я больший украинец, чем многие из тех, кто меня хает.

У меня здесь гостиничный бизнес. Бизнес как бизнес, но я не сторонник говорить, что деньги не пахнут. У нас есть принципы, которыми мы не будем поступаться. Отель — это международное интернациональное место, где вообще нет места войне. Мы охраняем людей от внешнего мира. Пусть за пределами отеля хоть восстание пришельцев, но внутри спокойствие и будет литься рекой просекко.

Валерия Башей

журналистка


Переехала в 2016 году

Мой дед — украинец, и отец много рассказывал про свое детство в Черниговской области. Но до 2016 года я никогда не была на Украине. А потом мне стало очень интересно попасть на майдан Незалежности из-за событий, которые были здесь в 2013–2014 году. Это место, которое я видела по телевизору на протяжении года, но захотела все увидеть своими глазами и сразу с вокзала приехала туда, попала на аллею Небесной сотни, а там фотографии, цветы, что приносят постоянно. Сначала я боялась говорить по-русски, но другого-то я не знаю! В ответ все улыбались, мол, русские тут ходят. Меня все увиденное настолько поразило, невозможно было представить, что можно обманывать столько людей, как это делают в России. Майдан сейчас — одно из моих любимых мест в городе.

Я журналист. У меня был муж, сейчас уже бывший, который работал на федеральном канале автором документального кино. Он достаточно известный. Мы жили в Москве какое-то время. Потом ему предложили на год работу в Израиле, мы уехали. Это был как раз 2013–2014 год. Наш год в Израиле совпал с событиями на Украине. Когда мы уезжали, уже, конечно, все было плохо, по телевизору много чего рассказывали, но не до такой степени. А тут уже ненависть вылилась на улицы, невозможно было общаться с друзьями, родными, которые это все слушали. В Москве стало тяжело жить, тем более работать на телевидении. Муж писал один текст, его полностью переписывали, но авторство оставляли. Не могу описать, насколько это тяжело.

К тому же доллар был 30, когда мы уезжали, а когда вернулись — стал 60. У нас появилась дочь, и мы начали думать, куда уехать. Потому что было понятно: все это надолго в России. У нас был опыт жизни в Израиле, и мы понимали, что надо ехать в ту страну, где можно работать на родном языке. В Европе, Израиле, даже в Америке нам были доступны только местечковые русскоязычные каналы, очень маленькие СМИ, где невозможно реализоваться, как хотелось бы. Мне просто повезло, что мужу предложили работу на украинском телеканале. Он переехал, а мы с дочерью еще полгода жили в Москве.

Мне было страшновато, что в Киеве есть сумасшедшие люди, которые будут кидаться на нас с кулаками из-за того, что мы говорим на русском языке. Муж звонил, объяснял, убеждал, что это не так. В итоге убедил. Сначала мы приехали с дочерью на два дня. Пошли на Крещатик, майдан Незалежности, погуляли. Не могу сказать, что сразу влюбилась в Киев. Это был март: грязно, слякотно, холодно, дороги размыло. Но атмосфера покорила сразу — люди, их ощущение внутренней свободы, что ли. Это банально звучит, я понимаю. Мы переехали насовсем в июле 2016-го.

Это не плохо и не хорошо, но в Москве есть ощущение мегаполиса. Как будто ты маленькая букашечка и тебя несет каким-то потоком, ты не всегда можешь понять, куда, зачем. В Москве сумасшедшая жизнь, на дорогу иногда уходит по четыре часа в день. Поэтому ты ничего не успеваешь сделать, а с другой стороны, столько людей успеваешь увидеть, просто проехав в метро, что голова кругом идет. Но я все равно люблю Москву, я прожила там десять лет и не могу сказать, что это был ужасный период жизни.

Я в Москву сразу после школы уехала. Получила аттестат и на следующий день уехала в Москву. Получила там два высших образования, достигла того, чего даже не планировала. Я очень благодарна этому городу. В Киеве нет ощущения центра мира. Но, наверное, у меня такой период в жизни, что мне такого и не хочется. В Москве хорошо проводить юность, свободную веселую жизнь. Когда появляется семья и ребенок, Киев идеальный. Это большой город, но сумасшествия, того, что ты не всегда можешь контролировать свою жизнь, что тебя уносит потоком событий, информации, здесь нет. Это хорошо.


Сначала я боялась говорить по-русски, но другого-то я не знаю


По Москве я не скучаю. Только по друзьям, близким, лучшей подруге, которая сидела со мной за одной партой в институте. И еще я поняла, чего не хватает. В Москве на каждом шагу в пределах Садового кольца, даже МКАД, есть книжные магазины. Мне очень не хватает того, что я могу зайти и купить кучу книг на русском языке. В Киеве нужно ехать на Петровку.

Хотя здесь толком и не успеваешь читать, потому что много времени в дороге не проводишь — 20 минут с пробками. Сейчас уже уже привыкла, в интернете заказываю. Но все равно это не то. Я люблю ходить по книжному магазину и листать книжки. При всей моей любви к украинскому языку я читаю на русском, он родной.

Первое время мой акцент определяли все: и в ресторане, и друзья. Сейчас близкие, может, и определяют, но не говорят мне об этом, привыкли. Здесь вообще москвичей много. Недавно я была у друзей, вызывала такси и попросила их объяснить таксисту, как въехать во двор. Я ничего необычного в голосе таксиста не заметила, а вот друг сразу понял, что тот из Москвы. Даже поспорил со мной. Так все и оказалось. Интересно работает наше восприятие: я этого не услышала, а люди, которые здесь живут, слышат московский акцент.

Я думаю, что здесь надолго. Для меня решающее значение имеет работа. Если у меня все хорошо с работой, как сейчас, то для меня вопросов нет. Если нечем заниматься и негде реализоваться, то буду решать, как жить дальше. Дочери пока пять лет, она не может сама выбирать. Ей здесь все нравится.

К сожалению, моя страна — агрессор. Я поддерживаю Украину, я здесь живу, может быть, я получу здесь гражданство. Я не поддерживаю политику России, но политика — это не вся страна. Я для себя очень четко отделяю Россию как страну, которую я очень люблю, и российскую власть.

Наверное, украинцам на Украине сложно это понять. Мой папа, который живет в Краснодарском крае и которого я очень люблю, — патриот России и поклонник Путина. Мы с ним договорились не обсуждать эту тему. Я поняла, что могу потерять папу, который начинает кричать каждый раз, когда я ему объясняю, что он неправ. Он первый раз позвонил и что-то пытался навязать, во второй я говорю: «Папа, если ты мне еще раз позвонишь с этим, мы с тобой общаться не будем». Больше мы с ним политику не обсуждаем. Очень четкое у меня есть разделение. Есть мой папа и его взгляды в этой плоскости, которые, я надеюсь, когда-то изменятся. Есть русская власть, государство, машина, которая творит что-то ужасное. Есть Россия, в которой я выросла, это мой родной маленький город, березки, по которым я скучаю. Здесь нет таких березок. Чтобы увидеть русские березы, нужно въехать в Брянскую область из Украины.