Денису — 29 лет, он женат. В последние годы трудился в петербургском общепите. Из-за пандемии и Денис, и жена остались без работы. Уехали в Ленобласть — изолироваться на даче тестя. Хотели пересидеть там неделю-две, а в итоге решили остаться навсегда. Разводить кур и коз, наслаждаться неспешной деревенской жизнью.

В майские выходные в сторону областных дач выдвинется солидный поток горожан (вот что им нужно знать). Но многие петербуржцы изолировались в деревнях еще месяц назад — добровольно или вынужденно. Мы поговорили с ними о дачных буднях, натуральном хозяйстве и новом смысле жизни.

Интервью
Юлия Галкина

Оксана Тимофеева

42 года

доктор философских наук, профессор факультета социологии и философии Европейского университета в Санкт-Петербурге


Приехала на дачу вместе с супругом на последнем поезде «Аллегро». Недавно супруг вернулся домой в Германию, Оксана живет на даче одна. Если в Европейском университете в следующем семестре продлится онлайн-обучение, осенью останется на даче.

Участок у озера Лебединое

Когда мне исполнилось 39 лет, я поняла, что пора купить дачу. Подобрала участок на Карельском перешейке под Выборгом, в поселке Лебедевка у озера Лебединое. Название — от того, что раньше перелетные лебеди останавливались там весной и осенью. Сейчас их мало: как только здесь появились дачи, люди стали активно стрелять по перелетным птицам, а лебеди пугливые. Каждую осень и весну я пытаюсь поймать момент миграции лебедей, но все не удается.

У меня двухэтажный дом и баня. Дача успела сменить двух хозяев. Как мне рассказывали, изначально, примерно в середине 1980-х, здесь жила пара: женщина моего возраста, работавшая чуть ли не директором ресторана в Выборге, и ее муж, который мотался дальнобойщиком в Европу. В общем, по тем временам, видимо, они были люди зажиточные.

Участок — около девяти соток — первоначально был немного запущенный. Я постепенно начала заниматься посадками. Никогда не могла вообразить, что способна на такое. Думала, буду сидеть в домике, писать тексты, отдыхать. Но постепенно втянулась. Например, в прошлом году сделала четыре грядки, посадила овощи. Прошлым летом ко мне приехала философ Мария Бикбулатова, посадила картофель и цветы-однолетники. Затем, когда мы проводили на даче семинар по чтению «Феноменологии духа» Гегеля, друзья привезли облепиху, а соседка дала еще два дерева. Правда, все три — девочки, нужен хотя бы один мальчик, чтобы опылить женские облепихи, тогда они дадут плоды.

Главная дачная проблема — бытовая инфраструктура. Первоначально в домах не было ни отопления, ни воды — только электричество. Вода у меня из колодца, который соединен с домом подземными трубами, — в летнее время получается водопровод. Обогрев — дровами: каждый год надо закупать по несколько кубов, это всегда головная боль.

Мусор я стараюсь минимизировать. Весь основной выношу в большой контейнер, принадлежащий нашему садоводству (не у всех садоводств есть такие контейнеры, поэтому дачники иногда устраивают стихийные свалки в лесу). А весь органический мусор помещается в компост — это три ящика, содержимое которых через два года должно стать органическим удобрением. Я каждый день хожу на компост, смотрю на него и думаю, как интересно все-таки устроен процесс: органика стремится к тому, чтобы стать землей, а земля вновь становится органикой.

Путешествие из Германии на дачу (и обратно)

В марте я находилась в творческом отпуске в Берлине, планировала вернуться в Петербург в середине апреля и поехать на дачу ближе к майским праздникам. Но когда случилась пандемия, поняла, что, возможно, эти планы не осуществятся. Мое ограничение по визе (90 дней) истекало в середине апреля. В конце марта, когда начали отменять рейсы и закрывать границы, я испугалась, что застряну в Германии и таким образом нарушу визовый режим. Вместе с супругом мы приняли решение выехать из Берлина и отправиться в Россию. Каждый день проверяли рейсы: вот еще летают «Белавиа», AirBaltic… В конце концов остался единственный вариант: лететь до Хельсинки, а оттуда ехать на «Аллегро» (скоростной поезд, курсирующий по маршруту Хельсинки — Петербург. — Прим. ред.). Мы успели поймать последний поезд, затем границу закрыли — и «Аллегро» отменили.

Взяли билеты не до Петербурга, а до Выборга, потом поймали такси и через полчаса были на даче. В Петербурге я живу с мамой, она в группе риска по возрасту. В Германии на тот момент начиналась вспышка, у нас не было уверенности, что мы не носители вируса, тем более в марте оба болели чем-то непонятным. В общем, дача оказалась спасительным вариантом.

У супруга же вообще сложилась «замечательная» ситуация. Он живет и работает в Германии. На работе его отпустили до конца апреля в хоум-офис. Однако его ноутбук должен был быть постоянно подключен к стационарному компьютеру в Берлине. Мы отлично провели на даче две недели — и вдруг что-то случилось с доступом к этому компьютеру. А поскольку он жизненно необходим, супруг стал искать способы вернуться в Германию. Писал запросы в «Аэрофлот», те переадресовали в МИД, а оттуда — в консульство Германии. В итоге он получил из консульства сообщение об эвакуационном рейсе Москва — Мадрид, который вылетал буквально послезавтра. Пришлось моментально мобилизоваться. В общем, окольными путями все же добрался до Берлина.

Мёд и медпомощь в дачных условиях

Прошлой осенью я как-то очень неприятно заболела гриппом, у меня поднялась температура. Поскольку такое со мной происходит редко, я не поняла, в чем дело, подумала, что нахожусь при смерти, и вызвала скорую. Врач приехал где-то через полчаса.

Так что, если теперь мне станет совсем плохо, сделаю то же самое: просто вызову скорую. А вообще у меня есть более регулярный план: как только чувствую признаки простуды, топлю баню — и все сразу проходит. Исключений это правило не знает. Ну и принимаю витамины в виде березового сока. Вот меда пока нет, но эту ситуацию я исправлю.

Поскольку на даче я одна, периодически бывает задняя мысль, что, наверное, какая-то опасность есть. Например, можно не заметить, что тебе совсем плохо. Надеюсь, такого со мной не произойдет. Впрочем, поскольку моя основная область деятельности — философия, к смерти я отношусь очень спокойно. В любой момент готова ее принять и не испытываю перед ней ни малейшего страха. Я переживаю только за родных и близких, но за себя — совсем нет.

Моя мама уже соскучилась и хочет, чтобы я выбиралась в город как можно скорее. Мне, естественно, совсем не хочется уезжать. Мне нравится на даче. Уеду на днях повидать маму и разобраться с некоторыми делами, а потом вернусь обратно — надеюсь, хотя бы к середине мая земля оттает и можно будет посадить морковь и зелень. Если в нашем университете и в следующем семестре продолжится онлайн-обучение, возможно, осенью я тоже останусь на даче. Здесь уровень стресса значительно снижается. Простор и свежий воздух дают новые силы. Здесь чувствуешь себя гораздо более свободным человеком.

Денис Черкасов

29 лет

до недавнего времени — администратор в винном ресторане


На дачу переехал из-за пандемии месяц назад вместе с женой. Пара решила не возвращаться в город. Они останутся в деревне: будут разводить кур, гусей, индюков и коз.

Унылый город

В последнее время я работал администратором в винном ресторане. В связи с пандемией работу заморозили. У жены, которая работала в школе парикмахерского искусства, — тоже. Решили не ждать, пока вся эта ситуация устаканится. Жить в городе стало уныло, невыносимо. Лица в масках, между людьми дистанция, некуда сходить. С собакой — и то только на 100 метров от дома (правило о выгуле собак не более чем в 100 метрах от дома действует только в Москве. — Прим. ред.). Все эти ограничения натолкнули на решение самоизолироваться в приятном смысле этого слова. Около месяца назад мы выехали на дачу буквально на неделю, а в итоге решили остаться. Почему нет? Надоел город.

Это дача моего тестя, которую он сам же и построил, она находится в Кингисеппском районе. Двухэтажный дом, по соседству баня, на улице — каркасный бассейн, который мы подарили на день рождения в прошлом году. Раньше здесь была огромная ферма, держали кур, коз, гусей, коров. Но в свое время все забросили. Коровник развалился, а в курятнике остались только две курицы с петухом: было больше, но то лиса утащит, то еще что-то. Тесть ежегодно выезжает на зиму в Индию, сейчас он там застрял, не может эвакуироваться. За курами все это время ухаживал младший брат жены. Ждем, когда приедет тесть и поможет довести все до ума.

В ближайшую неделю планирую поставить загон в курятник и будем бронировать куриц и индюков. Не то чтобы у нас ферма, бизнесом это не назовешь — чисто для себя, родственников и друзей. Начнем потихонечку покупать коз, чтобы давали молоко. У нас, кстати, уже есть одна с двумя козлятами, причем досталась даром. Мы тут познакомились с одной женщиной из соседней деревни, ездили к ней на ферму. И она навела нас на свою знакомую, которая отдавала беременную козу по кличке Феня: негде стало держать, видимо. За день до того, как мы к ней приехали, коза родила. Козлят назвали Скакун и Крикун. Ухаживать за ними нетрудно: с утра встал, подоил-покормил, помыл, вывел погулять на поле, загнал в загон. Вечером снова — подоить, покормить.

Жизнь в деревне

С переездом на дачу ритм жизни сильно изменился. Начиная с самого утра. Просыпаешься раньше — и как-то проще, с самого утра есть чем заняться: там прибить, тут воду накачать. Выматываешься, но понимаешь, что прожил день, а не проработал. В городе непонятно, для чего и для кого ты ходишь на работу. 

Мы здесь новенькие, поэтому мало с кем знакомы. Кроме того, дача находится на окраине, дальше только лес. Маленькая проблема заключается в том, что мы без машины, и если братья не подвезут — приходится до ближайшей «Пятерочки» идти пешком, а это минут 30.

Если один из нас заболеет, то второй будет выхаживать. Ничего страшного в том, что нет вблизи госпиталей. Заболеет-отлежится, да выздоровеет. И в городе особо по больницам не ходили, со всем в домашних условиях справляемся.

Про коронавирус думаю, что да, есть недуг. Но уж сильно все накручено — массовый психоз, что в головах у людей, куда страшнее. На мой взгляд, это обычный грипп с осложнениями, с которыми можно справиться. Недавно у моего друга неделю держалась температура 39, была слабость и сильный кашель — и ничего, все хорошо, выздоровел. Хотя говорит, что это было очень мучительно. Может быть, это и был тот самый вирус, а может быть, и нет. Врач к нему приехал и сказал: «Либо в Боткина (инфекционная больница в Петербурге. — Прим. ред.), либо неделю дома». Его выбор был очевиден: он решил дома отлежаться.

Я понял, что давно надо было перебираться в деревню. Это реально очень здорово — жить на свежем воздухе. Вместо клаксонов автомобилей — пение птиц. Больше не приходится стоять в очередях и пробках, весь день до последней секунды принадлежит тебе. Конечно, многого не хватает — нормальных магазинов (особенно строительного в данный момент), ресторанов и баров, театров и музеев, а главное — друзей, которые остались в городе. Но вместо этого я получил возможность уделять время себе и своей семье. По мне, так это и есть жизнь.

Михайлена (Миша) Лифантьева

26 лет

пиар-менеджер и телеведущая


Уехала на дачу вместе с мужем и двумя собаками спустя две недели изматывающей самоизоляции в городской квартире. Пара хочет приобрести участок рядом с родовым гнездом и окончательно перебраться в Ленобласть.

Дачная изоляция как способ улучшить отношения

Наша дача находится в Волосовском районе Ленобласти, в деревне Хотыницы. Это родовое гнездо, которое принадлежало еще нашим прадедам. Во время войны в дом попал снаряд, прабабушки его восстанавливали. Вся моя семья здесь выросла, потом перебралась в город, а этот дом стал нашей дачей.

Дом большой — двухэтажный, теплый. Кухня совмещена со столовой, есть одна большая комната и несколько пристроенных, а также веранды. Под одной крышей — и баня, и санузел, и душевая.

С начала режима самоизоляции мы с мужем две недели просидели в городской квартире. Мы гиперактивные люди: постоянно какие-то шутки, веселье, никогда не бывает негатива. И когда два таких человека сидят 24 на семь в четырех стенах, они немножко друг от друга устают. Начались небольшие конфликты. Стала расти паника. Мы ходили в магазины и дезинфицировали все что можно: начиная с себя и заканчивая продуктами. Мы решили — нужно что-то менять. Примерно в середине апреля взяли обеих собак (у нас йоркширский терьер и двор-терьер из приюта) и уехали за город.

Сейчас 24 часа и живем, и работаем вместе. Первая половина дня посвящена рабочим вопросам, но все проходит спокойно, на лайте, потому что можно выйти наружу, выдохнуть (у нас 50 соток собственной земли, есть сад и поле). Во второй половине дня гуляем с собаками, занимаемся спортом, катаемся на велосипеде, читаем, изучаем английский, смотрим фильмы — такое релакс-времяпрепровождение.

Сейчас мы вдобавок обшиваем дом сайдингом и делаем косметический ремонт кухни. В дальнейшем планируем немного перестроить баню. И еще мы с мужем задумали к концу лета купить участок неподалеку, чтобы построить собственный дом и окончательно переехать сюда из Питера, а на работу ездить на машинах.

В итоге дачная самоизоляция хорошо повлияла на наши отношения. Мы всегда очень сильно нуждались друг в друге. А так как много работали и мало виделись, возникали какие-то конфликты. Сейчас очень много времени проводим вместе. Наши знакомые пары звонят и рассказывают, что они ссорятся и вообще — самоизоляция с одним человеком невыносима. А нас все устраивает, мы не устаем друг от друга, и у нас нет никаких проблем. Наоборот, наслаждаемся этим времяпрепровождением.

План на случай болезни

Половина местного населения — дачники, половина — постоянные жители. Дачники очень аккуратно себя ведут: все на самоизоляции, лишний раз не контактируют или выдерживают дистанцию полтора-два метра. Местные же, когда из Питера повалили дачники, поначалу, естественно, напряглись: мол, вы сюда привезете эту заразу. Но в итоге все закончилось миром. Будем честными: в таких поселениях весь бизнес местных жителей держится на приезжих, у которых здесь дачи. Они оставляют много денег в продуктовых магазинах, пользуются местными услугами. Поэтому в принципе жители довольны, что дачники понаехали еще до летнего сезона.

Мы сами за продуктами ездим на машинах либо в Волосово, либо в Кингисепп. Открыты все крупные магазины, все соблюдают режим безопасности: в масках, с антисептиками, держат расстояние. Продукты есть, дефицита нет.

Мы разработали экстренный план действий на случай, если кто-то из нас заболеет, потому что прекрасно понимаем — местность тут довольно удаленная, и скорая, скорее всего, не доедет. Один из нас сядет за руль, мы поедем в Питер и сразу отправимся вдвоем в больницу. Либо доедем до квартиры и уже туда вызовем скорую помощь.

Что я поняла за время дачной изоляции? Наверное, что мы возвращаемся к истокам, дистанцировавшись от полной занятости, салонов, общения. У нас подуспокоился ритм жизни. Этот момент нам дан для того, чтобы осознать, что происходит, к чему мы стремимся, какие планы и цели хотим реализовать. Наверное, в голове очень много разложилось. Жить стало как-то проще.

Александр Владимирович Болдырев

42 года

ветеринарный врач


Уехал на дачу, поскольку оказался в группе риска по здоровью
(из-за онкологического заболевания в ремиссии). Семья осталась в Петербурге. В изоляции продолжает вести соцсети, публикуя посты об уходе за домашними животными и особенностях дачной жизни.

Онкозаболевание и начало пандемии

Я с 2000 года работал ветеринарным врачом в ветгоспитале у цирка на Фонтанке. Сутками на приеме, оперирующий хирург, большой опыт вызывной деятельности. В конце 2017-го я крепко приболел (гемонкология). Вынужден был уволиться, так как лечение занимало все время, да и, по правде, сил особо не было. Спасибо семье, друзьям, директору клиники, которые поддержали — связями, морально, физически и финансово. Конечно, огромное спасибо всем медработникам, которые мной занимались. Я получил инвалидность первой группы и долго физически был не пригоден практически ни для чего. Но уже в 2019-м потихоньку стал возвращаться в практику, вести приемы и операции. Спасибо директору госпиталя, который без разговоров и вопросов разрешил практиковать на базе госпиталя.

И вот, когда я снова начал набирать обороты, — бах, и самоизоляция. К сожалению, я — как человек с хроническим заболеванием — вхожу в группу риска. В данный момент я в ремиссии и в апреле должен был пройти обследование ПЭТ/КТ (метод диагностики онкологических заболеваний. — Прим. ред.), но врач сказала: «Как все уляжется, тогда и пройдешь». За пару недель до всех этих карантинов младшая дочка приболела с температурой, попали в больницу, оказался отит. Брали анализы на коронавирус — все отрицательно. Когда их выписали, я уехал на дачу, так как мне не стоит быть рядом с болеющим или тем, кто может заразить. Семья же осталась дома и изолировалась там.

Обычный день на даче

Родительская дача супруги представляет собой участок земли с маленьким домиком в Выборгском районе Ленобласти. Мы уже много лет потихоньку что-то тут делали, чтобы можно было и зимой остановиться на выходные. Летом же у нас получалось недельку здесь пожить. В домике комната с камином, спальня, кухня, баня и предбанник с душем, где можно помыться и постираться. Вот до водоснабжения, поэтому вода в колодце у двора. Но в этом есть свой шарм. Летом лежит шланг с насосом, и проблем меньше.

На участке небольшой парничок, несколько грядок с чесноком и луком, по периметру яблони, груши, сливы, вишни. Из кустарников — крыжовник, смородина, ежевика, облепиха, малина. В середине участка — газон, чтобы можно было поиграть с детворой в волейбол. Мы также ухаживаем за землей за периметром: косим газон, посадили вишни, сливы, орешник, смородину, картошку. В лесу стоит пасека. На участке слишком опасно — часто кусают, поэтому убрали подальше. Погода в Ленобласти часто дождливая, но немного меда каждый год есть, семье хватает.

Наш поселок в несколько десятков домов, многие здесь живут круглогодично. Наша же дача и еще несколько домов реально находятся в стороне. С соседями отношения хорошие, мы помогаем друг другу и словом, и делом. Даже сейчас, когда я здесь больше месяца, продукты привозят соседи: я им что-то заказывал, что-то супруга с ними из города передавала. Соседи — кто врач, кто рыболов, кто парикмахер.

Местные жители нас практически не видят. Каких-то взглядов или разговоров сейчас не прибавилось. Люди здороваются при встрече на улице, даже незнакомые. Но все сидят на участках и общаются через забор. Кстати, на дачах реально стало больше народа, практически все домики заполнены. Печки топятся, окошки вечерами горят. Я это заметил, так как зимой часто бывал на даче и видел, как было пусто.

Распорядок дня на даче такой: в семь утра — подъем, завтрак (кашки, омлет). Уборка, покормить и выгулять собаку. В девять — урок французского. Затем соцсети, ответы на звонки и SMS. Прогулки один-два раза в день — по лесу, по полю, вдоль реки и озера. Бывает, 8–12 километров в день выходит (шагомер на телефоне). Работа по хозяйству: дрова, вода (колодец — рядом с участком: зимой ведра, летом насос), баня, огород, пчелы, сад (обрезка и прививки деревьев). По возможности ремонт в домике. Честно говоря, времени не хватает. Хотя и в городе не хватало: вставал в шесть утра и в час-два ночи возвращался с работы. Дома меня редко видели.

Жизнь после карантина

После всех карантинов будет видно, что делать дальше. При малейшей возможности буду выходить на приемы и операции. Но надо понимать: что можно здоровому человеку — нельзя мне. Буду лавировать, рисковать нельзя — за мной семья и друзья.

Что я понял на карантине? Да то, что, конечно, все должны себя беречь. Хорошо, что сделали карантин, растянули, сгладили подъем заболеваемости, и главное — получили месяц-полтора, чтобы подготовится к пику. Но практика показывает, что изолироваться должны именно люди из группы риска — остальные, здоровые, должны продолжать работать, зарабатывать деньги для семей. Понял, что масса людей действительно может работать на удаленке, а не ездить в офисы, в кабинеты, не стоять в пробках. И это не значит, что они должны меньше получать. Но есть работа, которая на удаленке не делается: не тушится пожар, не ловится вор, не оперируется больной!

Поэтому мне крайне тяжело переформатироваться из специалиста, который работал руками, визуально и тактильно был всегда в контакте с клиентом и его владельцем. Операции на дистанции не провести. Максимум, как я могу использовать свои знания и опыт, — помогать коллегам, направлять молодых специалистов. Сейчас я по возможности веду много животных, узнаю, как у них дела, что-то подсказываю владельцам. Если необходима помощь в стационаре, направляю к специалистам в госпиталь.

Ну и про окружающий мир. В таких ситуациях понимаешь, как мало человеку надо для реальной жизни. Что надо жить каждым днем и каждым часом. Слушать утром птиц, встречая рассветы, и вечером провожать солнце.

Инна

36 лет

дачница


До недавнего времени работала на хорошей должности в офисе. Пять лет назад увлеклась фермерством, ведет блог в инстаграме. Пандемия совпала с ее решением уволиться с работы ради жизни на даче.

Собственная еда без ГМО

Всем привет из маленького уголка самоизоляции под Питером! Уголок в десять соток стал для нас маленьким раем.

Около пяти лет назад я посадила петунию на балконе в квартире — и это стало началом огромной любви к земле и загородной жизни. Когда вся квартира и клумбы у парадной были засажены цветами, мы с мужем решили на этом не останавливаться и начали облагораживать загородный участок. Он находится в Ломоносовском районе, у деревни Кипень. Там было четыре колышка в поле — и больше ничего. Поставили баню шесть на шесть квадратных метров и в ней до сих пор живем весь дачный сезон. Дома как такового у нас пока нет, но в бане есть все необходимое для жизни: тепло, свет, санузел с душем, горячая вода. Построили летнюю кухню, где очень классно проводить вечера с близкими за игрой в дартс под легкую музыку.

В течение пяти лет мы постепенно засаживаем плодовый сад, установили две маленькие теплицы, где выращиваем овощи для себя и близких. Я начала делать заготовки на зиму: это и борщи, и аджика, и огурцы, и многое другое. Так началась наша любовь к продуктам собственного производства. Как здорово уплетать салат из свежих овощей со своей грядки: аромат и вкус как в детстве! Тут ни пестицидов, ни ГМО. Сейчас мы все меньше доверяем магазинным круглогодичным овощам с глянцевым блеском.

Год назад задумались над собственным домашним яйцом. Взяли летний курятник. Курочки несутся регулярно, хватает всей семье и даже немножко удается продать. Начала замечать, как люди ценят домашнюю продукцию: спрос на яйцо стал превышать предложение. На этом мы не остановились и стали выращивать мясо курицы. Результат был потрясающий: вырастили хорошую партию бройлеров, которые обеспечили нас мясом на девять месяцев. Месяц назад приобрели еще и мясных уток. Хлопот с ними больше, конечно, но и мясо вкуснее, чего уж говорить.

Сплошные плюсы пандемии

И вот пришла весна 2020 года. Я поняла, что увлечение загородной жизнью меня полностью поглотило. Буквально за неделю до моего отпуска объявили карантин, и это позволило с работы уйти раньше. Пусть мне 36 лет, вроде пока рано к земле тянуться, но за городом жизнь совсем по-другому течет, нежели в мегаполисе. Здесь время будто останавливается, люди отзывчивые, как-то все проще и добрее.

Утро начинается не с чашки кофе, а с того, что ты идешь в курятники: несушек выпустить и накормить, бройлерам воды и корма насыпать. Теперь и собак можно покормить (у нас их две). И только потом умываться —и чашка чая.

С момента, когда объявили изоляцию, в магазине была раза три-четыре. Если бы не интернет, то здесь можно и не знать, что в мире происходит. Жизнь кипит, и весна набирает обороты. В теплицах зреет редиска с салатом, рассада на подоконнике набирает силу, а вечером слышно, как в камине тлеет полено.

В нашем садоводстве есть костяк, который живет тут круглый год, а есть те, кто приезжают только на выходные. Есть, как сейчас принято, сообщество в WhatsApp. Там обсуждается жизнь поселка, решаются вопросы, люди обмениваются полезной информацией. Как была объявлена самоизоляция, наш председатель сразу организовала бесконтактную выдачу справок для перемещений по городу. Владельцы дач с детьми массово стали приезжать. Сильных возмущений на тему езды туда-сюда я не ощутила. Все понимают, что людям приходится ездить на работу. Впрочем, спустя пару недель многие так и осели в изоляции на дачах. Контакты минимизировались (раньше, конечно, все целыми днями ходили друг к другу в гости). К слову, муж ездит на работу регулярно, но ни одного патруля не встречал.

В сложившейся ситуации я, как ни странно, вижу только большие плюсы. Хоть это все и печально. Я переосмыслила всю свою рабочую деятельность. Поняла, что сидеть в офисе необязательно, что есть другая жизнь, которая бьет ключом. В моем офисе все перешли на два рабочих дня, и все функционирует как прежде. Оказалось, можно обойтись без большого объема бумажек и отчетов. Многие могут работать удаленно и быть рядом с семьей. Для меня все, что сейчас происходит, — сплошное развитие и перспективы. В офисе жизнь проходила где-то там, за окном.

Будьте здоровы и идите к своим мечтам! Когда, если не сейчас?


Фотографии и видео: предоставлены героями материала