22 сентября, вторник
Екатеринбург
Екатеринбург
Войти

«Когда дым застилает глаза»: Каково девушке работать с трупами Кейтлин Даути устроилась в крематорий, а потом написала провокационную книгу о любимой работе

«Когда дым застилает глаза»: Каково девушке работать с трупами

В издательстве «Бомбора» выходит книга «Крематорий. Когда дым застилает глаза». Ее автор Кейтлин Даути реализовала увлечение темой смерти — окончила курсы для сотрудников погребальных бюро и устроилась работать в крематорий, а потом написала об этом книгу. The Village публикует одну из глав.

Как я брила Байрона

Девушка никогда не забудет первое тело, которое она побрила. Это единственный момент в ее жизни, который можно назвать даже более неловким, чем первый поцелуй или потерю невинности. Стрелки часов двигаются мучительно медленно, когда ты стоишь над мертвым телом пожилого мужчины, сжимая в руках розовый пластиковый бритвенный станок.

В освещении ламп дневного света я смотрела на бедного неподвижного Байрона в течение целых десяти минут. Так звали этого мужчину, по крайней мере, это имя было указано на ярлычке, свисающем с большого пальца его ноги. Я не знала, как воспринимать его, как мужчину или как тело, но мне казалось нужным как минимум узнать его имя до того, как я начну проводить очень интимные процедуры.

Байрон был 70-летним мужчиной с густыми белыми волосами, произраставшими на его лице и голове. Он был обнаженным, не считая простыни, обернутой вокруг нижней части его тела. Не знаю, что прикрывала эта простыня. Наверное, она требовалась, чтобы сохранить посмертное достоинство человека.

Его глаза, устремленные в бесконечность, стали плоскими, словно спущенные воздушные шары. Если глаза возлюбленного — это чистое горное озеро, то глаза Байрона были болотом. Его широко раскрытый рот замер в беззвучном крике.

— Эм, Майк! — позвала я своего нового начальника. — Правильно ли я понимаю, мне нужно воспользоваться кремом для бритья, или как?

Майк зашел в комнату, достал из металлического шкафчика банку пены для бритья и попросил меня быть осторожной.

— Будет сложно что-то исправить, если ты раскроишь ему лицо. Будь аккуратна, договорились?

Да, аккуратной. Нужно быть не менее осторожной, чем в прошлые разы, когда я брила людей. Хотя этого со мной еще никогда не случалось.

Натянув резиновые перчатки, я поднесла станок к холодным и твердым щекам Байрона, покрытым густой щетиной. Мне совсем не казалось, что я делаю что-то важное. Я всегда думала, что работники моргов должны быть профессионалами своего дела, умеющими делать с усопшими то, что остальные не могут. Интересно, догадывались ли члены семьи Байрона, что 23-летняя девчонка без опыта работы бреет лицо дорогого им человека?

Закрыть Байрону глаза у меня не вышло, потому как его морщинистые веки не слушались и снова поднимались, словно он хотел наблюдать за тем, как я его брею. Я попробовала еще раз. Безрезультатно. «Эй, Байрон, мне наблюдатели не нужны!» — сказала я, но никто мне не ответил.

То же самое происходило и со ртом. Я закрывала его, но он оставался в таком положении всего несколько секунд, после чего челюсть снова падала. Что бы я ни предпринимала, Байрон не хотел делать то, что полагается каждому джентльмену, то есть бриться. В итоге я неуклюже намазала его лицо пеной для бритья, напоминая самой себе годовалого ребенка, рисующего пальцами.

В процессе работы я пыталась убедить себя в том, что это просто мертвый человек. Всего лишь гниющее мясо, Кейтлин. Туша животного.

Однако эта техника убеждения не оказалась эффективной: Байрон был не просто гниющим мясом. Он также был благородным и волшебным существом, вроде единорога или грифона, объединяя в себе нечто внеземное с мирским.

К тому моменту, как я осознала, что эта работа не для меня, было уже слишком поздно. Я уже не могла уклониться от бритья Байрона. Вооружившись розовым станком и издав высокий звук, различимый лишь собаками, я поднесла его к щеке. Так началась моя карьера парикмахера мертвецов.

Еще утром того дня я совсем не думала, что мне придется брить тела. Конечно, я понимала, что буду иметь дело с трупами, но не догадывалась, что мне нужно будет брить их. Это был мой первый рабочий день в семейном похоронном бюро «Вествинд кремация и захоронение».

Проснулась я рано, чего со мной никогда до этого не случалось, натянула брюки, которые до этого вообще не носила, и надела массивные кожаные ботинки. Брюки были слишком короткими, а ботинки чересчур большими. Выглядела я нелепо, но в свою защиту могу сказать, что у меня не было определенного понятия о том, как полагается выглядеть работнику, сжигающему мертвых людей.

Когда я вышла из своего дома на Рондел Плэйс, солнце только вставало. В его лучах поблескивали выброшенные иглы и испаряющиеся лужи мочи. Бездомный мужчина, одетый в балетную пачку, тащил вдоль аллеи старую автомобильную шину. По всей вероятности, он намеревался смастерить из нее унитаз.

Когда я впервые очутилась в Сан-Франциско, мне нужно было три месяца, чтобы найти жилье. В конце концов я встретила Зоуи, лесбиянку и студентку юридического факультета, которая сдавала комнату. Мы стали жить вместе в ее ярко-розовом дуплексе (дом, состоящий из двух секций, объединенных одной крышей и боковыми стенками и рассчитанный на две семьи. — Прим. ред.) на Рондел Плэйс. С одной стороны нашего славного дома была мексиканская закусочная, а с другой — Esta Noche, бар, знаменитый латиноамериканскими трансвеститами и оглушающей национальной музыкой.

Когда я шла вдоль Рондел по направлению к железнодорожной станции, ко мне подошел мужчина, распахнул пальто и показал свой пенис.

— Что ты об этом думаешь, сладкая? — спросил он меня, радостно размахивая своим достоинством.

— Эх, парень, могло бы быть и получше, — ответила я. Его лицо сразу помрачнело.

На скоростном поезде я добралась до Окленда, и мне оставалось пройти несколько кварталов до «Вествинда». Вид на мое новое рабочее место, который открылся мне спустя десять минут ходьбы от станции, был удивительным. Не знаю, чего я ожидала от похоронного бюро (может, я думала, что оно будет похоже на гостиную моей бабушки с несколькими печами), но из-за металлического ограждения оно выглядело вполне нормально. Обычное белое одноэтажное здание, которое вполне могло сойти за страховую компанию.

Рядом с воротами была небольшая табличка с просьбой звонить в звонок. Собравшись с духом, я позвонила. Через мгновение дверь со скрипом распахнулась, и на пороге показался мой новый начальник Майк. Я уже видела его однажды и ошибочно решила, что он абсолютно безвреден: лысеющий мужчина за сорок, среднего роста и веса, одетый в штаны камуфляжной расцветки. Однако, несмотря на его дружелюбные штаны хаки, Майк в то утро выглядел пугающе. Он пристально оценивал меня взглядом из-под очков, и весь вид его говорил о том, как он жалеет, что нанял меня.

— Доброе утро, — сказал Майк тихим, невыразительным голосом, словно эти слова должен был слышать только он. Он открыл дверь и ушел.

Спустя несколько неловких мгновений я поняла, что мне следует идти за ним: зайдя в помещение, я несколько раз повернула за угол. В коридорах слышался приглушенный рев, который постепенно становился все громче.

Мы прошли в большое складское помещение, откуда и раздавался этот рев: внутри стояли две большие, но приземистые машины, расположенные в самом центре комнаты, как Траляля и Труляля смерти, сделанные из рифленого металла. Из них выходили трубы, которые шли вверх, сквозь крышу. У каждой машины была металлическая дверь, открывавшаяся наверх.

Я поняла, что передо мной стояли печи для кремации. Там, прямо в эту самую минуту, находились люди, мертвые люди. В тот момент я еще их не видела, но осознание того, что они рядом, меня взволновало.

— Все эти печи для кремации? — спросила я Майка.

— Они занимают все помещение. Было бы странно, если бы это были не печи для кремации, не так ли? — ответил он, выходя в ближайшую дверь и снова оставляя меня одну.

Что такая милая девушка, как я, делает в этом месте? Никто в здравом уме не предпочел бы работу с мертвыми посту, скажем, банковского служащего или воспитательницы детского сада. Скорее всего, устроиться банковским клерком или воспитательницей мне было бы гораздо легче, ведь в индустрии смерти очень подозрительно.

На письма с моим резюме работодатели отвечали мне (если вообще отвечали): «Есть ли у вас опыт работы в сфере кремации?» Похоронные бюро, казалось, настаивали на опыте работы, словно навыки сжигания тел можно было получить на обычном уроке в средней школе. Я разослала сотни резюме и получила множество ответов «Извините, но мы нашли более опытного сотрудника», пока через полгода не нашла работу в компании «Вествинд: кремация и захоронение».

Мои отношения со смертью всегда были довольно сложными. Когда в детстве я узнала, что неизбежным концом существования любого живого организма является смерть, мной овладели дикий страх и сильное любопытство. Будучи маленькой девочкой, я часами лежала в постели не в силах заснуть, пока свет фар машины моей матери не озарял подъездную дорожку к дому. Почему-то я была уверена, что мама лежит где-нибудь на дороге, истекая кровью, и при этом у нее на кончиках ресниц поблескивают кусочки от разбитого лобового стекла. Несмотря на то, что тема смерти, болезней и тьмы буквально поглотила меня, все же мне удавалось казаться наполовину нормальной школьницей. В колледже я решила перестать скрывать свои интересы и начала заниматься средневековой историей. В итоге на протяжении четырех лет я читала статьи примерно с такими названиями: «Некрофантазии и мифы: интерпретации смерти коренными жителями Паго-Паго» (Доктор Карен Баумгартер, Йельский университет, 2004). Меня привлекали все стороны смерти: тела, ритуалы, скорбь. Статьи отвечали на некоторые мои вопросы, однако мне было этого недостаточно. Мне нужны были настоящие тела и реальная смерть.

Майк вернулся, толкая перед собой скрипучую каталку с лежащим на ней моим первым трупом.

— Сегодня у меня совсем нет времени знакомить тебя с печами для кремации, — безразлично сказал он, — поэтому я попрошу тебя об услуге: побрей этого парня.

Очевидно, семья этого мертвого мужчины хотела еще раз его увидеть до кремации.

Далее я последовала за Майком, который повез каталку в стерильную белую комнату, расположенную прямо возле крематория. Он объяснил, что именно в этом помещении трупы «готовят». Он подошел к большому металлическому шкафу и достал одноразовый бритвенный станок из розового пластика. Подав его мне, Майк повернулся и ушел, в третий раз оставив меня в одиночестве. «Удачи!» — прокричал он, удаляясь.

Как я уже отмечала выше, бритье трупа не входило в мои планы, однако у меня не было выбора.

Выйдя из комнаты, Майк пристально следил за мной. Это был своего рода тест, который должен был показать, смогу ли я работать, следуя его жесткой философии: тони или плыви. Я была новенькой, нанятой сжигать (и иногда брить) тела, и я могла или справиться, или не справиться с поставленной задачей. Майк не был готов дать мне ни времени на обучение, ни испытательного срока.

Он вернулся через несколько минут и, стоя у меня за спиной, взглянул на мою работу: «Смотри, брить нужно по направлению роста волос. Отрывистыми движениями. Правильно».

Когда я вытерла с лица Байрона остатки пены, он стал выглядеть словно новорожденный. Не было ни одного пореза.

Позже тем же утром пришли жена и дочь Байрона, чтобы последний раз взглянуть на него. Байрона, задрапированного белыми простынями, вывезли в зал для прощаний. Лампа на полу и розовая лампочка на потолке мягко освещали его открытое лицо; так оно выглядело гораздо приятнее, чем при резком свете ламп дневного света в комнате для приготовлений.

После того как я побрила Байрона, Майк, прибегнув к какой-то похоронной магии, закрыл глаза и рот усопшего. Теперь, освещенное мягкими розовыми лучами, лицо джентльмена выглядело умиротворенным. Я ждала, что из зала для прощаний раздастся крик, вроде: «Какой ужас! Кто его так побрил?!», но, к счастью, этого не произошло.

От его жены я узнала, что Байрон 40 лет проработал бухгалтером. Такому организованному человеку, как он, наверняка понравилось бы тщательно выбритое лицо. Ближе к концу своей битвы с раком легких он был не в силах даже самостоятельно ходить в уборную, не говоря уже о бритье.

После того, как семья Байрона простилась с ним, пора было приступать к кремации. Майк поместил Байрона внутрь одной из огромных печей и с удивительной ловкостью выставил все настройки на передней панели. Через два часа дверь печи снова распахнулась, и я увидела красные тлеющие угольки, которые когда-то были костями Байрона.

Затем Майк принес инструмент, похожий на металлические грабли, и показал, какими движениями нужно выгребать кости из печи. Пока все, что осталось от Байрона, падало в контейнер, зазвонил телефон. Его звонок раздался в громкоговорителях на потолке, которые были установлены специально для того, чтобы телефон было слышно, несмотря на рев печей.

Майк сунул мне свои защитные очки и сказал:

— Закончи выгребать кости, мне нужно снять трубку.

Когда я доставала кости Байрона из печи, то заметила, что его череп остался целым. Я обернулась, чтобы посмотреть, не наблюдает ли за мной кто-нибудь живой или мертвый, а затем начала тащить череп к себе. Когда он приблизился к дверце печи, я взяла его в руки: он все еще был теплым, и я чувствовала его гладкую, но пыльную поверхность даже через промышленные перчатки.

Безжизненные глазницы Байрона смотрели на меня, пока я вспоминала, каким было его лицо до того, как всего два часа назад оказалось в огне. Это лицо я должна была хорошо запомнить, учитывая наши клиентско-парикмахерские отношения. Однако все человеческое, что было в его лице, ушло. Мать-природа с «ее жестокими законами», как писал Теннисон, разрушила всю красоту, что однажды создала.

Кости Байрона, в которых после кремации остались лишь неорганические вещества, стали очень хрупкими. Когда я повернула череп боком, чтобы лучше его рассмотреть, он рассыпался в моей руке, и пыль от него сквозь мои пальцы упала в контейнер. Мужчина по имени Байрон, отец, муж и бухгалтер, теперь навсегда остался в прошлом. Вернувшись вечером домой, я увидела, что моя соседка Зоуи плачет на диване. Ее сердце разбил женатый мужчина, в которого она влюбилась во время недавней поездки в Гватемалу (это был двойной удар по ее эго и нетрадиционной ориентации).

— Как первый рабочий день? — спросила она сквозь слезы.

Я рассказала ей о Майке и о бритье трупа, но решила умолчать о черепе Байрона, сделав это своим секретом. Также я умолчала о странном нездоровом чувстве власти, которое я ощутила, когда руками растерла череп в пыль.

Пока звуки мексиканской музыки из Esta Noche мешали мне заснуть, я не могла перестать думать о черепе. Однажды все, что когда-то было Кейтлин: глаза, губы, волосы, плоть, — перестанет существовать. Возможно, мой череп тоже раскрошит рука в перчатке какого-нибудь 20-летнего юнца.


Обложка: Эскмо

Share
4
скопировать ссылку

Читайте также:

Санитар морга
Как всё устроено
Санитар моргаСанитар морга, работающий по ночам, анонимно рассказал The Village о том, что происходит после смерти, как работают похоронные агенты и чем опасны гниющие трупы
Санитар морга
Как всё устроено

Санитар морга Санитар морга, работающий по ночам, анонимно рассказал The Village о том, что происходит после смерти, как работают похоронные агенты и чем опасны гниющие трупы

«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности
Книга недели
«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудностиБизнес-консультант Дэн Вальдшмидт едва не покончил с собой, а потом написал книгу о том, как выдающиеся люди вели себя в трудных ситуациях
«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности
Книга недели

«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности Бизнес-консультант Дэн Вальдшмидт едва не покончил с собой, а потом написал книгу о том, как выдающиеся люди вели себя в трудных ситуациях

«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?
Книга недели
«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?Советы нейробиолога о том, как научиться отвлекаться от работы
«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?
Книга недели

«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая? Советы нейробиолога о том, как научиться отвлекаться от работы

«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга
Книга недели
«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда ЙонгаПочему алкоголь и йогурт влияют на течение депрессии и как работает ось «кишечник — мозг»
«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга
Книга недели

«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга Почему алкоголь и йогурт влияют на течение депрессии и как работает ось «кишечник — мозг»

Санитар морга
Как всё устроено
Санитар моргаСанитар морга, работающий по ночам, анонимно рассказал The Village о том, что происходит после смерти, как работают похоронные агенты и чем опасны гниющие трупы
Санитар морга
Как всё устроено

Санитар морга Санитар морга, работающий по ночам, анонимно рассказал The Village о том, что происходит после смерти, как работают похоронные агенты и чем опасны гниющие трупы

«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности
Книга недели
«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудностиБизнес-консультант Дэн Вальдшмидт едва не покончил с собой, а потом написал книгу о том, как выдающиеся люди вели себя в трудных ситуациях
«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности
Книга недели

«Будь лучшей версией себя»: Как преодолеть трудности Бизнес-консультант Дэн Вальдшмидт едва не покончил с собой, а потом написал книгу о том, как выдающиеся люди вели себя в трудных ситуациях

«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?
Книга недели
«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?Советы нейробиолога о том, как научиться отвлекаться от работы
«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая?
Книга недели

«Варгань, кропай, марай и пробуй»: Как работать, отдыхая? Советы нейробиолога о том, как научиться отвлекаться от работы

«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга
Книга недели
«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда ЙонгаПочему алкоголь и йогурт влияют на течение депрессии и как работает ось «кишечник — мозг»
«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга
Книга недели

«Как микробы управляют нами. Тайные властители жизни на Земле» Эда Йонга Почему алкоголь и йогурт влияют на течение депрессии и как работает ось «кишечник — мозг»

Комментарии

4 комментария
Показать все

Хочется выразить некоторые свои размышления об этой книге

"Когда дым застилает глаза"  от и до пропитана философской мыслью и будто кричит со страниц – любите и цените каждый момент жизни. Несмотря на такую угрюмую тему, это произведение, наверное, самое светлое и доброе по отношению к читателю из всего, что читала. Важно обратить внимание на молодость автора, ведь в такие годы мы как правило прожигаем жизнь, не обращаем внимания на то, как быстро течёт время, в то время как эта девушка видит смерть каждый день на работе. Это хоть и ужасно, но и хорошо, ведь постоянно напоминает ей о том, что жизнь скоротечна. А в целом – великолепное произведение

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

«Я потерял обоих родителей в пандемию»

Двушка в бразильском стиле в ЖК Forum City

Как полюбить кашу? Приготовить ее правильно!

Как российские айтишницы придумали умную переноску для животных

Сколько денег рестораны Екатеринбурга потратили на антисептики

Первая полоса

«Я потерял обоих родителей в пандемию»
Личный опыт

«Я потерял обоих родителей в пандемию»История о беспомощности человека в медицинской системе

«Я потерял обоих родителей в пандемию»
Личный опыт

«Я потерял обоих родителей в пандемию» История о беспомощности человека в медицинской системе

Двушка в бразильском стиле в ЖК Forum City
Квартира недели
Двушка в бразильском стиле в ЖК Forum CityНенавязчивые сочность и яркость в центре Екатеринбурга
Двушка в бразильском стиле в ЖК Forum City
Квартира недели

Двушка в бразильском стиле в ЖК Forum City Ненавязчивые сочность и яркость в центре Екатеринбурга

Как полюбить кашу? Приготовить ее правильно!
Рецепты шефов
Как полюбить кашу? Приготовить ее правильно!8 рецептов манной, пшенной, гречневой и овсянки
Как полюбить кашу? Приготовить ее правильно!
Рецепты шефов

Как полюбить кашу? Приготовить ее правильно! 8 рецептов манной, пшенной, гречневой и овсянки

Как российские айтишницы придумали умную переноску для животных
Будущее
Как российские айтишницы придумали умную переноску для животныхЧтобы упитанные коты и большие собаки могли безопасно летать на самолетах
Как российские айтишницы придумали умную переноску для животных
Будущее

Как российские айтишницы придумали умную переноску для животных Чтобы упитанные коты и большие собаки могли безопасно летать на самолетах

Сколько денег рестораны Екатеринбурга потратили на антисептики
Простые числа
Сколько денег рестораны Екатеринбурга потратили на антисептики
Сколько денег рестораны Екатеринбурга потратили на антисептики
Простые числа

Сколько денег рестораны Екатеринбурга потратили на антисептики

«Я смотрю телевизор и мне не стыдно»
СПЕЦПРОЕКТ
«Я смотрю телевизор и мне не стыдно»Что смотрят екатеринбургские журналисты, художники и борцы с коррупцией
«Я смотрю телевизор и мне не стыдно»
Спецпроекты
СПЕЦПРОЕКТ

«Я смотрю телевизор и мне не стыдно» Что смотрят екатеринбургские журналисты, художники и борцы с коррупцией

Семь рецептов из грибов от уральских шефов
Рецепты шефов
Семь рецептов из грибов от уральских шефовМасло, икра, соль и маринад
Семь рецептов из грибов от уральских шефов
Рецепты шефов

Семь рецептов из грибов от уральских шефов Масло, икра, соль и маринад

Концерт «Кровостока», презентация новой книги Алексея Иванова и большая дискотека 90-х в «Фабрике»
События недели

Концерт «Кровостока», презентация новой книги Алексея Иванова и большая дискотека 90-х в «Фабрике» Что посетить в Екатеринбурге до 27 сентября

Концерт «Кровостока», презентация новой книги Алексея Иванова и большая дискотека 90-х в «Фабрике»
События недели

Концерт «Кровостока», презентация новой книги Алексея Иванова и большая дискотека 90-х в «Фабрике» Что посетить в Екатеринбурге до 27 сентября

От похмелья, для ягодиц и бандажная: Маски для всех частей тела (и лица)
Косметика
От похмелья, для ягодиц и бандажная: Маски для всех частей тела (и лица)
От похмелья, для ягодиц и бандажная: Маски для всех частей тела (и лица)
Косметика

От похмелья, для ягодиц и бандажная: Маски для всех частей тела (и лица)

Яркий вкус за 7 минут: Непубличный шеф-повар «Горожан» — о технологичной кухне и работе без запасов
ПРОМО
Яркий вкус за 7 минут: Непубличный шеф-повар «Горожан» — о технологичной кухне и работе без запасовЕду Игоря Арсенова вы хотите еще и еще
Яркий вкус за 7 минут: Непубличный шеф-повар «Горожан» — о технологичной кухне и работе без запасов
Спецпроекты
ПРОМО

Яркий вкус за 7 минут: Непубличный шеф-повар «Горожан» — о технологичной кухне и работе без запасов Еду Игоря Арсенова вы хотите еще и еще

5 причин посетить выставку «Авангард. На телеге в XXI век» в Ельцин Центре
Гид The Village
5 причин посетить выставку «Авангард. На телеге в XXI век» в Ельцин Центре
5 причин посетить выставку «Авангард. На телеге в XXI век» в Ельцин Центре
Гид The Village

5 причин посетить выставку «Авангард. На телеге в XXI век» в Ельцин Центре

Клуб «Фабрика» и бар «Ц» на Центральном рынке
Новое в Екатеринбурге

Клуб «Фабрика» и бар «Ц» на Центральном рынке

Клуб «Фабрика» и бар «Ц» на Центральном рынке
Новое в Екатеринбурге

Клуб «Фабрика» и бар «Ц» на Центральном рынке

20 главных театральных премьер осени в Екатеринбурге
Планы на сезон

20 главных театральных премьер осени в Екатеринбурге

20 главных театральных премьер осени в Екатеринбурге
Планы на сезон

20 главных театральных премьер осени в Екатеринбурге

«Оябун», «Коленки пчелы» и «Сюси-Пуси»: рестораторы — о названиях своих заведений
Гид The Village
«Оябун», «Коленки пчелы» и «Сюси-Пуси»: рестораторы — о названиях своих заведений
«Оябун», «Коленки пчелы» и «Сюси-Пуси»: рестораторы — о названиях своих заведений
Гид The Village

«Оябун», «Коленки пчелы» и «Сюси-Пуси»: рестораторы — о названиях своих заведений

Главные книги осени
Планы на сезон
Главные книги осениРоман о секте, нон-фикшн о мире для мужчин и почему дальше все будет только хуже
Главные книги осени
Планы на сезон

Главные книги осени Роман о секте, нон-фикшн о мире для мужчин и почему дальше все будет только хуже

Золотые кроссовки Reebok Classic Leather
Покупка недели
Золотые кроссовки Reebok Classic Leather
Золотые кроссовки Reebok Classic Leather
Покупка недели

Золотые кроссовки Reebok Classic Leather

Шоколад Mojo Cacao со вкусом бананового хлеба
Продукты
Шоколад Mojo Cacao со вкусом бананового хлеба
Шоколад Mojo Cacao со вкусом бананового хлеба
Продукты

Шоколад Mojo Cacao со вкусом бананового хлеба

«Мифы о диетах»: Почему не нужно считать калории
Книга недели
«Мифы о диетах»: Почему не нужно считать калории
«Мифы о диетах»: Почему не нужно считать калории
Книга недели

«Мифы о диетах»: Почему не нужно считать калории

«re:Марки»: 
Первый подкаст-путеводитель 
The Village и re:Store
СПЕЦПРОЕКТ
«re:Марки»: Первый подкаст-путеводитель The Village и re:StoreДля путешествий с комфортом
«re:Марки»: 
Первый подкаст-путеводитель 
The Village и re:Store
Спецпроекты
СПЕЦПРОЕКТ

«re:Марки»: Первый подкаст-путеводитель The Village и re:Store Для путешествий с комфортом

Как «Пасош» и «Увула» объединили Москву и Петербург (и всех нас)
Музыка
Как «Пасош» и «Увула» объединили Москву и Петербург (и всех нас)На своем совместном альбоме «Снова возвращаюсь домой»
Как «Пасош» и «Увула» объединили Москву и Петербург (и всех нас)
Музыка

Как «Пасош» и «Увула» объединили Москву и Петербург (и всех нас) На своем совместном альбоме «Снова возвращаюсь домой»

Подпишитесь на рассылку