20 января, четверг
Санкт-Петербург
Войти

Я влетаю в стройку: Как «Не смотрите наверх» нашел силу в том, чтобы вам не нравиться

Я влетаю в стройку: Как «Не смотрите наверх» нашел силу в том, чтобы вам не нравиться

Молодая сотрудница обсерватории Кейт Дибиаски (Дженнифер Лоуренс) живет уютной академической жизнью: смотрит на звезды, работает над кандидатской, покуривает. Однажды ее телескоп засекает невиданный ранее космический объект — комету огромных размеров в непосредственной близости от Земли, большая удача. Комета получает имя Дибиаски, но радость от открытия быстро оказывается омрачена вычислениями, с вероятностью 99,7 % указывающими на то, что десятикилометровый камень влетит ровно в Землю. А это с вероятностью 99,99 % уничтожит всю жизнь на планете. Вместе со своим научным руководителем, профессором Рэндаллом Минди (Леонардо ДиКаприо), Кейт отправляется сообщать дурные новости в Вашингтон — сперва в насовское спецподразделение под названием Координационное бюро планетарной защиты (совершенно реальная организация, подчеркивает режиссер титром), а затем и президентке Джейн Орлин (Мэрил Стрип) — но с удивлением обнаруживает, что та относится к их предостережениям скептически. Тогда Кейт и Рэндалл идут к прессе, но и для медиа новость о почти неизбежном через полгода конце света оказывается «спорной». «Мы все на хер умрем!» — кричит Кейт в эфире популярного шоу на ютьюбе — и превращается в мем. В эфир ее больше не пускают. До столкновения меньше полугода.

Don’t Look Up

«Не смотрите наверх»


Режиссер

Адам Маккей

В ролях

Леонардо ДиКаприо, Дженнифер Лоуренс, Роб Морган, Джона Хилл, Марк Райлэнс, Тайлер Перри, Тимоти Шаламе, Рон Перлман

Сценаристы

Адам Маккей, Дэвид Сирота

В кино

с 16 декабря

«Не смотрите наверх», наверное, самое прямолинейное кино этого года. Его события, понятно, вторят ситуации с пандемией коронавируса, в которую некоторым политикам и сочувствующим медиа было выгоднее «не поверить», но вообще первый драфт сценария гардиановский колумнист Дэвид Сирота принес режиссеру Адаму Маккею еще в конце 2019 года, и вдохновлен он был, скорее, экологической катастрофой, которая приближается к нам с той же уверенностью и неизбежностью, что и комета Дибиаски, разве что чуть помедленнее.

ИСТОРИИ

Что такое экотревожность. И как люди живут со страхом перед климатическим апокалипсисом

Читать 

Фильм, часто выглядящий как совсем гротескная сатира, действительно не так уж и старается: невозможно переплюнуть более сумасшедшую реальность. Если вы боитесь спойлеров, можете не читать дальше, но так-то предугадать финал несложно — и ровно в этом его уникальность: голливудский фильм-катастрофа, который действительно кончается катастрофой. Это изначальная идея Сироты: зрители привыкли к магии кино, к тому, что при одном шансе из миллиона герои каким-то чудом находят выход, что злостный бондовский злодей всегда оказывается повержен, а Танос даже если и щелкнет пальцами, то в следующем фильме это все равно откатят назад. Этот оптимизм в вопросах вроде перемены климата вполне может оказаться такой же злой шуткой, как и сам фильм. В «Не смотрите наверх» же нам говорят, что с вероятностью 99,7 % все умрут — и в финале на самом деле все умирают, а Вселенная на Юпитере вертела остальные 0,3 %; может, вам еще миллион в лотерею выиграть?

«Не смотрите наверх» ругают за то, что весь его месседж в том, что люди — идиоты и ничего с этим не поделать, и что для реальной борьбы с изменением климата это не лучшая стратегия по ведению диалога. Это все же не очень справедливая претензия, потому что в фокусе фильма нет практически ни одного идиота, а главная мысль произносится прямым текстом и даже два раза: что в ситуациях, когда все могут «на хер умереть», иногда стоит действительно паниковать и кричать «Мы все на хер умрем!» и не пытаться выслушать обе стороны, найти плюсы и минусы, говорить со скептиками как с нормальными людьми, да и вообще с ними говорить, как бы это ни звучало.

Профессора Минди, который все-таки пытается играть по правилам медиа и быть евангелистом кометы, спокойным голосом споря с отрицателями, идиотом не назовешь — разве что наивным идеалистом. Президентка Орлин, которая думает о своей собственной выгоде, — политик, циник, так себе человечек, но не идиотка. Ее сын и советник Джейсон (Джона Хилл) — ладно, да, вот он идиот. Питер Ишервелл (Марк Райлэнс), глава крупнейшей технологической компании, придумавший не взрывать комету, а попытаться добыть из нее полезные ископаемые, — не идиот, а безответственный технооптимист, практически как любой реальный большой босс из Кремниевой долины. В каком-то смысле это, конечно, тоже определение идиотизма, но миллионы фанатов Илона Маска с этой мыслью не согласятся.

Даже не верящие в комету последователи президентки, созданные по образу и подобию американских затрамповских антипрививочников, изображены с некоторым снисхождением: когда они видят наконец небесное тело своими глазами, тут же понимают, что их обманули, хотя вполне могли бы и придумать теорию о том, что это, скажем, хитрая проекция с использованием дронов.

Точно за идиота не держат и зрителя, но и не пытаются играть на его возмущении — скорее, на усталости от этого всего. «Не смотрите наверх» одновременно находит способ и кричать «Мы все умрем!», и делать этот крик душеспасительным, успокаивающим, превратить его в двухчасовой сеанс терапии, который хоть и кончается слезами (как и любой хороший сеанс терапии), но потом несет облегчение — в данном случае от того, что ну хоть кто-то наконец прямо это сказал.

При желании в «Не смотрите наверх» можно найти и глубину — в том, как он работает со своими источниками и предшественниками. Фильм называют и левацким ответом «Армагеддону» Майкла Бэя, и бесталанным ремейком «Доктора Стрейнджлава» Стэнли Кубрика, и дорогой версией триеровской «Меланхолии» — и во всем этом есть своя правда, но режиссер Адам Маккей работает с этими референсами чуть тоньше. Да, он отсылает к «Доктору Стрейнджлаву», комедии про то, как горстка политиканов уничтожает мир в ядерной войне, но не претендует на гениальность Кубрика. Привет «Стрейнджлаву» был и в «Армагеддоне» — там герой Стива Бушеми так же седлает ядерную боеголовку словно ковбой; Майкл Бэй таким образом взял цитату из одного из главных антивоенных фильмов в истории — и с легкой руки пустил ее на пропаганду военщины. Задача Маккея в «Не смотрите наверх» — не продолжить этот ряд цитат, а прервать его: здесь тоже есть свой космический ковбой, блестяще сыгранный Роном Перлманом, который ничем иным, кроме просто киноцитаты (не только из «Армагеддона» и «Стрейнджлава», но и «Плутовства» Барри Левинсона), не является. В конечном счете он такой же беспомощный, как любая другая киноцитата в реальном мире.

С «Меланхолией» перекличка еще интереснее: фильм практически повторяет сюжет картины Триера, но вычитает оттуда возвышенную позицию режиссера. В «Меланхолии» планета, летящая к Земле, служит метафорой депрессии героини Кирстен Данст, причем фильм не особо призывает сопереживать героине, оставляя место для такой трактовки, что сама девушка во всем и виновата, стоило лишь не грустить — и не было бы никакого конца света. (Впрочем, если назвать Триера мизогином, то это куда больше оскорбит киноманов, чем утверждение о том, что Маккей снял неплохой фильм, так что будем считать, что этого никто не говорил.) Но в то же время в «Не смотрите наверх» комета Дибиаски так же синонимична отчаянию Кейт Дибиаски, и ничего, кроме нашего сочувствия, Кейт не получает.

Но, чего уж там, если критики и зрители это не считали, значит, действительно высказаться достаточно хорошо не вышло. Зато кое-что другое у Маккея получилось — то, что он всегда умел лучше всего: сделать народный фильм. «Не смотрите наверх» уже разлетелся на цитаты и мемы и смог вытеснить из новостной повестки даже «Человека-паука». Вы прочитаете в рецензиях и соцсетях, что это плохой фильм, но прочитаете так часто, а обсуждения будут такие горячие, что в итоге все равно его посмотрите. А Netflix уже отчитался о феноменальном успехе в количестве просмотров у картины.

И в этом самое впечатляющее достижение режиссера: номинированному на «Золотую малину» «Телеведущему» уже 17 лет; со «Сводных братьев», которые получили рекордные ноль звезд в The Wall Street Journal, прошло 13. Оба фильма сейчас — классика комедии. Маккей, выпускник Saturday Night Live, в общем, социальной сатирой занимался всегда — в «Рики Бобби: Король дороги» 2006 года зло смеялся над глубинной Америкой, одновременно поклоняющейся флагу и «Гаторейду», а досидевшие до титров зрители «Копов в глубоком запасе» 2010 года вместо смешных роликов со съемок с удивлением смотрели анимированную инфографику о неравенстве, корпорациях, бонусах трейдеров, золотых парашютах и прочих причинах и последствиях финансового кризиса — но это были только намеки, которые мало кто считал. Зато как только он начал говорить об этом прямо — сразу сгреб охапку престижных наград с «Игрой на понижение» про кризис 2008 года; затем прошелся по республиканцам в «Власть» и спродюсировал «Наследников», которые почти единогласно сейчас считаются лучшим сериалом нашего времени. Критики тем временем научились быть чуть меньшими снобами, но Маккей их переиграл: «Не смотрите наверх» формально выглядит как его поздний фильм, а реально больше похож на вот те ранние, которые привлекали миллионы зрителей, отпугивали критиков, а потом все равно становились классикой.

Это антиэлитистский фильм, у которого действительно получилось отпугнуть элиту, и в то же время это фильм с климатическим посланием (по сей день остававшимся довольно элитистским), который находит путь в народ. Главный риск, на который пошел Маккей, — не в попытке отнять у зрителей хеппи-энд, а в попытке использовать для чего-то полезного то, чему он за много лет научился в комедии: обменять наработанную репутацию на хотя бы 0,3 % шанса быть услышанным. И это как раз тот случай, когда 0,3 % имеют значение.

Смотреть?

Да

Обложка: Niko Tavernise / Netflix

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Джой» и «Игра на понижение»
«Джой» и «Игра на понижение» Дженнифер Лоуренс с чудо-шваброй и голая Марго Робби в ванной — Настя Курганская и Юрий Болотов посмотрели новинки проката
«Джой» и «Игра на понижение»

«Джой» и «Игра на понижение»
Дженнифер Лоуренс с чудо-шваброй и голая Марго Робби в ванной — Настя Курганская и Юрий Болотов посмотрели новинки проката

Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении
Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении
Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении

Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении

Лучшие фильмы 2021 года
Лучшие фильмы 2021 года
Лучшие фильмы 2021 года

Лучшие фильмы 2021 года

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

Думаю, как все закончить: «Все прошло хорошо» — мастерский фильм Франсуа Озона об эвтаназии

Туалетный шик: В каких московских ресторанах самые интересные уборные

Велопрогулка по промозглой Москве в клипе «Макулатуры» на новую песню «Нутро»

Дискриминация и секс-позитивность: Подкаст The Village «Неновая этика»

Чем заняться в Петербурге на этой неделе

Первая полоса

Думаю, как все закончить: «Все прошло хорошо» — мастерский фильм Франсуа Озона об эвтаназии
Думаю, как все закончить: «Все прошло хорошо» — мастерский фильм Франсуа Озона об эвтаназии
Думаю, как все закончить: «Все прошло хорошо» — мастерский фильм Франсуа Озона об эвтаназии

Думаю, как все закончить: «Все прошло хорошо» — мастерский фильм Франсуа Озона об эвтаназии

Туалетный шик: В каких московских ресторанах самые интересные уборные

Туалетный шик: В каких московских ресторанах самые интересные уборные

Туалетный шик: В каких московских ресторанах самые интересные уборные

Туалетный шик: В каких московских ресторанах самые интересные уборные

Велопрогулка по промозглой Москве в клипе «Макулатуры» на новую песню «Нутро»
Велопрогулка по промозглой Москве в клипе «Макулатуры» на новую песню «Нутро» С первого «сборника хитов» группы — «Избранное»
Велопрогулка по промозглой Москве в клипе «Макулатуры» на новую песню «Нутро»

Велопрогулка по промозглой Москве в клипе «Макулатуры» на новую песню «Нутро»
С первого «сборника хитов» группы — «Избранное»

Дискриминация и секс-позитивность: Подкаст The Village «Неновая этика»
Дискриминация и секс-позитивность: Подкаст The Village «Неновая этика» Рассказываем, как чекать свои привилегии и стать этичнее
Дискриминация и секс-позитивность: Подкаст The Village «Неновая этика»

Дискриминация и секс-позитивность: Подкаст The Village «Неновая этика»
Рассказываем, как чекать свои привилегии и стать этичнее

Чем заняться в Петербурге на этой неделе
Чем заняться в Петербурге на этой неделе Крис Норман, «Король Лир» Константина Богомолова и открытие галереи в клубе «Изич»
Чем заняться в Петербурге на этой неделе

Чем заняться в Петербурге на этой неделе
Крис Норман, «Король Лир» Константина Богомолова и открытие галереи в клубе «Изич»

Жизнь в тюрьме, судьба оппозиции и будущее России
Жизнь в тюрьме, судьба оппозиции и будущее России Главное из интервью Алексея Навального журналу Time
Жизнь в тюрьме, судьба оппозиции и будущее России

Жизнь в тюрьме, судьба оппозиции и будущее России
Главное из интервью Алексея Навального журналу Time

«Я сделал вазэктомию»
«Я сделал вазэктомию»
«Я сделал вазэктомию»

«Я сделал вазэктомию»

Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки
Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки И какие новые варианты появились недавно (есть даже на поездки в метро)
Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки

Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки
И какие новые варианты появились недавно (есть даже на поездки в метро)

Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U
Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U Вечная классика и базовый гардероб в обновленных расцветках
Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U

Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U
Вечная классика и базовый гардероб в обновленных расцветках

«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас
«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас
«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас

«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас

«Спасите мою душу»:
Спецпроект
«Спасите мою душу»: С чем боролись художники, создавая свои работы
«Спасите мою душу»:
Спецпроект

«Спасите мою душу»:
С чем боролись художники, создавая свои работы

Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом
Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом
Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом

Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом

Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»
Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце» Алиса Таёжная — о главном фильме этой зимы
Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»

Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»
Алиса Таёжная — о главном фильме этой зимы

Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом
Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом
Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом

Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом

Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду
Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду
Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду

Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду

Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса
Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса Выяснили, стоит ли судиться в такой ситуации
Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса

Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса
Выяснили, стоит ли судиться в такой ситуации

«Пять гребаных лет за говно»
«Пять гребаных лет за говно» Что пишут в соцсетях про уголовное дело против автора инсталляции в виде какашки
«Пять гребаных лет за говно»

«Пять гребаных лет за говно»
Что пишут в соцсетях про уголовное дело против автора инсталляции в виде какашки

Как обсуждать повышение зарплаты
Как обсуждать повышение зарплаты Чтобы не поссориться с начальником и добиться своего
Как обсуждать повышение зарплаты

Как обсуждать повышение зарплаты
Чтобы не поссориться с начальником и добиться своего

Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар
Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар
Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар

Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар

В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
Спецпроект
В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
Спецпроект

В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок

Подпишитесь на рассылку