«Новые честные»: Что такое автофикшн И как книги без сюжета захватывают российскую литературу

«Новые честные»: Что такое автофикшн

Пока российские издательства борются между собой за права на западные автофикшн-романы Оливии Лэнг, Крис Краус, Шилы Хэти и других звезд жанра, в России появляется свой автофикшн — дерзкий и неоднозначный. До недавних пор он развивался в зинах, журналах и самиздате, но теперь попал и в литературный истеблишмент. Один из таких текстов-первопроходцев — дебютный роман Оксаны Васякиной «Рана», на днях вышедший в издательстве НЛО. По просьбе The Village автофикшн-энтузиастка, соосновательница журнала «Незнание» Арина Бойко рассказывает о том, как книги без сюжета захватывают Россию.

Что такое автофикшн

Автофикшном часто называют все подряд тексты, главные герои которых хотя бы отдаленно напоминают самого автора. Но это — ошибка. Важно, что обращение писателей и издателей к автофикшну — это реакция на усталость от закостеневшей формы романа и поиск новых, адекватных XXI веку способов рассказать о личном опыте.

Термин «автофикшн» появился в семидесятых во Франции. Его предложил писатель Серж Дубровский, чтобы охарактеризовать свой собственный роман: «Автобиография — привилегия, оставляемая важным деятелям этого мира, сумеркам их жизни и красивому стилю. Перед вами — вымысел абсолютно достоверных событий и фактов». Короче говоря, это кросс-жанр, и его место где-то между мемуарами и художественной прозой. Такая пограничная позиция дает авторам возможность искать и экспериментировать, при этом оставаясь в пространстве большой литературы — то есть создавая именно художественные произведения.

О чем писать вместо выдуманных сюжетов

В 2010-х западные писатели почувствовали, что с них хватит повторяющихся сюжетов, их все больше стали привлекать гибридные жанры: эссе, документальные и бессюжетные романы. Апологетом нового тренда стал американский писатель и режиссер Дэвид Шилдс. В книге-манифесте «Жажда реальности» он призывал авторов бойкотировать форму классического романа с выдуманными героями, трехактной структурой и условной реальностью. «Придумывать историю или героев — то же самое, что вести машину в костюме клоуна. <…> Все лучшие истории — это реальные истории», — пишет Шилдс.

 Документальная история о женщине, которая бесстыдно добивается внимания мужчины, стала настоящим феминистским манифестом

Ему было важно воплотить предложенные принципы на практике: книга представляет собой глоссарий ключевых терминов новой литературы («Персона», «Автобиографическое», «Коллаж», «Риск» и другие), а внутри каждой главы смонтированы разной длины фрагменты: большинство из них — вырванные из контекста цитаты из уже существующих произведений. Вышедшая в 2010-м «Жажда реальности» прославила Шилдса еще и как писателя, не слишком заботящегося о плагиате.

Годом ранее, в 2009-м, шведский писатель Карл Уве Кнаусгор запирается в своем офисе и пишет роман «Моя борьба», в которых в мельчайших подробностях описывает бытовые и драматичные, неловкие и стыдные ситуации — будь то смерть его отца-алкоголика или первый неудачный секс. Написание романа стало для Кнаусгора способом борьбы с творческим кризисом. «Я установил себе принцип, что я буду писать очень быстро и не буду редактировать, что в тексте будет всё. Это был единственный способ заманить себя обратно в писательство», — говорит Кнаусгор в интервью The Paris Review. За два года он написал шесть увесистых томов, которые сделали его литературной звездой мирового масштаба (издание «Горький» называет его лытдыбром — популярным жанром в ЖЖ). Британская писательница Зэди Смит, прочитав первый из них, заявила, что подсела на «Мою борьбу» как на крэк.

Шеститомник Карла Уве Кнаусгора «Моя борьба» на русском языке выходит в издательстве «Синдбад»

Вскоре в англоязыком книжном поле появился целый пул писателей, которые разрабатывали намеченную Шилдсом программу по освобождению литературы от власти вымысла. Среди пионеров автофикшна — Крис Краус и авторы направления New Narrative, Бен Лернер, Мэгги Нельсон, Тао Линь, Шила Хэти, Рейчел Каск, к условной «второй волне» можно отнести Меган Бойл, Оушена Вонга и Оливию Лэнг. Их романы часто не имеют ничего общего с тем, что мы привыкли считать романом. По форме они скорее напоминают дневники, эссе, репортажи, а сюжетные повороты заменяют подлинность деталей, героев и событий.

Например, роман Liveblog Меган Бойл представляет собой 800-страничный шитпостинг в тамблере: в качестве эксперимента писательница на протяжении пяти месяцев записывала всё (буквально всё!), что с ней происходит. Совсем другая поэтика у романа «Аргонавты» Мэгги Нельсон: личная история писательницы о знакомстве и последующем браке с художником и трансперсоной Гарри Доджем перемежается с цитатами и отсылками к текстам Джудит Батлер, Поля Б. Пресьядо, Сары Ахмед и других современных теоретиков, поэтесс и писательниц. Сама Нельсон определяет жанр романа как «автотеория». «Аргонавты» стали для нее итогом двадцатилетнего изучения и осмысления феминистской и квир-теорий. Роман вышел в 2015 году и имел большой успех — он получил премию Национального круга книжных критиков США и стал бестселлером «Нью-Йорк Таймс». В России «Аргонавты» вышли в 2021 году в издательстве No Kidding (хочется отметить, что он отлично переведен).

Роман Мэгги Нельсон — о ее отношениях с художником Гарри Доджем, которые описываются в связке с западными теориями сексуальности, гендера и материнства

В России об автофикшне как об отдельном явлении и даже тренде заговорили в 2019-м — в том году на русском вышли два культовых автофикшн-текста: первый том «Моей борьбы» Кнаусгора и перевод романа I Love Dick Крис Краус. I Love Dick — скандальный эпистолярный роман о влюбленности на грани обсессии и сталкинга: каждый день главная героиня Крис пишет своему крашу Дику обо всем, что ее волнует. С первой публикации в 1997 году роман дважды переиздавали, а в 2016 году по нему вышел сериал на Amazon. Документальная история о женщине, которая бесстыдно добивается внимания мужчины, стала настоящим феминистским манифестом.

Издательство Ad Marginem тоже начало активно осваивать жанр: после большого перерыва в публикации художественной прозы они издали роман Crudo британской писательницы и эссеистики Оливии Лэнг. Действие Crudo происходит летом 2017 года. Главная героиня отдыхает в дорогом итальянском отеле и готовится к свадьбе, но вместо того, чтобы наслаждаться жизнью и своими привилегиями, не может отделаться от чувства безнадежности из-за окружающей политической ситуации. До конца года в Ad Marginem выйдет еще один британский автофикшн-роман — трилогия Outline — Transit — Kudos Рейчел Каск. Каск — мастерица репортажа и социального портрета, ее романы построены по принципу «рассказ в рассказе»: на место главной героини то и дело встают другие персонажи — и у каждого из них есть своя история.

Кто пишет автофикшн на русском языке?

Автофикшн в России активно развивается вне литературного мейнстрима — в отдельных сообществах, в зинах и независимых журналах. Например, Autovirus — литературный веб-зин с приятным DIY-вайбом, полностью посвященный автофикшн-текстам. Отбор текстов в зин осуществляется по принципу опен-колла: любой желающий может прислать текст и оказаться в номере. Кроме того, выбранным авторам платят гонорар за текст — до сих пор это остается скорее исключением для такого рода литературы в России.

Autovirus придумали и запустили четверо выпускников журфака: Варвара Кудлай, Настя Ковальчук, Даша Щемелинина и Георгий Лисеев. «Мы запустили проект в самом начале локдауна, когда все столкнулись с суровой реальностью и одновременно пытались оградиться от нее. Нам показалось, что этот зазор может стать хорошей основой именно для автофикшн-текстов, где автор может приближать и перекраивать историческое событие, экспериментировать и создавать альтернативный нарратив. Есть ощущение, что автофикшн-тексты имеют какой-то заразительный эффект — они побуждают других писать и исследовать себя через текст», — рассказывает редакция Autovirus.

Другой пример — сборники рассказов, которые периодически выпускает издательство No Kidding совместно с писательскими курсами для женщин Write Like a Girrrl. В основе сообщества WLAG — феминистские ценности принятия и инклюзивность, здесь рады женским текстам о личном опыте. Тексты в сборники также отбираются по опен-коллу. Первый сборник «Маленькая книга историй о женской сексуальности» стал хитом на Bookmate, издательство разместило его в открытом доступе. Книга продолжает попадать в топы самых популярных на сервисе и собирать полярные отзывы читателей: одни сравнивают рассказы с «постами в фейсбуке» и критикуют авторок за использованием феминитивов, а другие советуют сборник всем, «кто хочет понять женские чувства и сказать про себя „жиза“».

Кажется, совсем скоро как минимум часть автофикшн-рассказов должны вырасти в полноценные повести и романы. No Kidding запускает русскоязычную серию, в ней уже готовятся к выходу две книги новых для литературного сообщества авторов: «Дорамароман» Михаила Захарова и «Ипотека страданий» Натальи Зайцевой.

Постепенно появляются современные российские авторы, пишущие на грани фикшна и нон-фикшна. Филолог и исследовательница жанра Мария Цирулёва пишет в обзорной статье об автофикшне: «В России тоже есть авторы, которые не знают ни про Кнаусгора, ни про Шилдса, но пишут в схожем ключе». Цирулёва называет таким автором писателя и драматурга Дмитрия Данилова, который в своих романах «Горизонтальное положение», «Описание города», «Есть вещи поважнее футбола», по ее словам, «фиксирует реальность, причем самую, казалось бы, будничную и неприметную».

В автофикшн-ключе пишут Валерия Пустовая, Ольга Брейнингер, Александр Стесин, Наталья Мещанинова, Алла Горбунова и Ольга Фатеева. Идентифицировать любой реалистический роман, написанный от первого лица, как «автофикшн» довольно рискованно. К тому же у жанра есть определенная специфика. Мария Цирулёва определяет ее так: «Критерий автофикшна для меня — расслабленная и свободная стилистика, такой loose feeling, когда то сюжет, то эссеистические наблюдения, мысли, потом снова немного сюжета».

 Автофикшн-тексты имеют какой-то заразительный эффект — они побуждают других писать и исследовать себя через текст

Еще одну почву для формирования в российской литературе собственной автофикшн-традиции заложила современная феминистская поэзия Оксаны Васякиной, Галины Рымбу, Лиды Юсуповой и других (об этом явлении The Village подробно писал). Неудивительно, что одним из первых больших текстов на русском, открыто позиционирующих себя как автофикшн, написан поэтессой — речь идет о дебютном романе Оксаны Васякиной «Рана». Мать героини умирает от рака, и, чтобы похоронить ее прах, она едет на родину, в Сибирь, попутно размышляя, о том, что для нее значит быть женщиной, лесбиянкой, поэтессой и, наконец, дочерью. В романе есть та самая нарративная расслабленность, свойственная каноническому автофикшну: сюжетная линия здесь перемежается с флешбэками, эссе и стихами. «Я понимала, что идти со своей книгой к гиганту смысла нет. Во-первых, гиганты, скорее всего, не взяли бы рукопись, а, во-вторых, если бы и взяли, то книга потеряла бы свою нишу и о ней так никто бы не узнал», — рассказывает Васякина.

Поэтесса, лесбиянка и феминистка Оксана Васякина написала книгу о смерти матери и своей идентичности — получилось увлекательно и страшно

Роман вышел в издательстве «Новое литературное обозрение», в художественной серии которого также вышли «Нью-йоркский обход» Александра Стесина и «Конец света, моя любовь» Аллы Горбуновой, которые стали лауреатами престижной премии «НОС». Хотя обе книги в какой-то степени автобиографичны, ни авторы, ни издательство не определяют их как автофикшн. Тем интереснее следить за судьбой «Раны» — возможно, именно она знаменует новую веху развития жанра в России и запустит волну «новых честных». «В русскоязычной феминисткой поэзии автофикциональность уже стала привычным способом письма. Теперь дело за прозой», — считает Васякина.

Фотографии: обложка, 3 – Издательский дом «Новое литературное обозрение», 1 – Sindbad, 2 – no-kidding

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Что такое фемпоэзия
Что такое фемпоэзия И почему это самое интересное, что происходит сейчас в российской литературе
Что такое фемпоэзия

Что такое фемпоэзия
И почему это самое интересное, что происходит сейчас в российской литературе

12 книг, которые стоит купить на Non/fiction — или после нее
12 книг, которые стоит купить на Non/fiction — или после нее И самые интересные события ярмарки
12 книг, которые стоит купить на Non/fiction — или после нее

12 книг, которые стоит купить на Non/fiction — или после нее
И самые интересные события ярмарки

Тэги

Сюжет

Люди

Бренды

Новое и лучшее

«Наша миссия — возродить обувные мануфактуры в России»: Московская марка кожаной обуви ручной работы Razumno

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

Акция в поддержку Алексея Навального

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Первая полоса

«Наша миссия — возродить обувные мануфактуры в России»: Московская марка кожаной обуви ручной работы Razumno
«Наша миссия — возродить обувные мануфактуры в России»: Московская марка кожаной обуви ручной работы Razumno
«Наша миссия — возродить обувные мануфактуры в России»: Московская марка кожаной обуви ручной работы Razumno

«Наша миссия — возродить обувные мануфактуры в России»: Московская марка кожаной обуви ручной работы Razumno

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю
«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю
«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

Акция в поддержку Алексея Навального
Акция в поддержку Алексея Навального Возможно, последняя перед признанием ФБК экстремистами
Акция в поддержку Алексея Навального

Акция в поддержку Алексея Навального
Возможно, последняя перед признанием ФБК экстремистами

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы
За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы Примета времени — очереди повсюду
За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы
Примета времени — очереди повсюду

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального
Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального
Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон
Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон
Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон

Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон

Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно
Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно Диета, нагрузки, массаж и другие рекомендации врачей
Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно

Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно
Диета, нагрузки, массаж и другие рекомендации врачей

Оформить судебную доверенность
Оформить судебную доверенность Чтобы родственники и друзья могли попасть к вам в суд и в спецприемник
Оформить судебную доверенность

Оформить судебную доверенность
Чтобы родственники и друзья могли попасть к вам в суд и в спецприемник

Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов
Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов
Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов

Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов

Сколько стоит жизнь в Абхазии
Сколько стоит жизнь в Абхазии Квартиры только для местных, маршрутка из Сухума в Гагру и бюджетный кофе на песке
Сколько стоит жизнь в Абхазии

Сколько стоит жизнь в Абхазии
Квартиры только для местных, маршрутка из Сухума в Гагру и бюджетный кофе на песке

Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте
Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте
Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте

Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте

Как справиться с тревогой
Как справиться с тревогой Несколько действенных техник из когнитивной терапии
Как справиться с тревогой

Как справиться с тревогой
Несколько действенных техник из когнитивной терапии

Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»
Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского» Говорим об аскезе, сплетнях, музыкальных крашах и реставрации города
Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»

Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»
Говорим об аскезе, сплетнях, музыкальных крашах и реставрации города

Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям
Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям Говорим о репетициях до первой крови, Radiohead и благотворительности
Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям

Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям
Говорим о репетициях до первой крови, Radiohead и благотворительности

Как выбрать уход за кожей по сезону
Как выбрать уход за кожей по сезону И как на ее состояние влияет менструальный цикл
Как выбрать уход за кожей по сезону

Как выбрать уход за кожей по сезону
И как на ее состояние влияет менструальный цикл

Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»
Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн» Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас
Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»

Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»
Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас

«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»
«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники» Как среди ужасов войны отыскать надежду
«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»

«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»
Как среди ужасов войны отыскать надежду

В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве
В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве «Во весь голос», Stoprobot и «Это винил»
В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве

В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве
«Во весь голос», Stoprobot и «Это винил»

Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»
Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»
Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»

Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»

Мифы и факты о воде
Промо
Мифы и факты о воде Откуда в ней лекарства, как бороться с примесями и что не так с городским водопроводом
Мифы и факты о воде
Промо

Мифы и факты о воде
Откуда в ней лекарства, как бороться с примесями и что не так с городским водопроводом

Подпишитесь на рассылку