1 июля, пятница
Москва
Войти

Добрые люди не понимают: Как Shortparis озвучивают Россию 2019 года «Так закалялась сталь» — самый громкий русскоязычный альбом момента

Добрые люди не понимают: Как Shortparis озвучивают Россию 2019 года

1 ноября петербургская группа Shortparis выпустила альбом «Так закалялась сталь». Технически это их третья полноценная запись, фактически — первая в статусе одной из самых больших русских рок-групп. В день выхода клипа на заглавную песню с альбома (который неожиданно рифмуется с расстрелом Рамилем Шамсутдиновым сослуживцев в Забайкальском крае) The Village публикует эссе журналиста и сценариста компании Lorem Ipsum Александра Горбачева о войне, натуре и бизнесе Shortparis.

Текст: Александр Горбачев


I


«Порядок в нашем мире будет правильней и проще,
Мы окутаем всю землю небесами нашей мощи,
Ведь пылающей тропой мы идем к коммунизму,
Пылающей тропой мы идем к коммунизму»

Слушать в VK

Так в 1988 году нестройным травестийным хором гундели в дебюте пластинки «Гражданской обороны» «Так закалялась сталь» Егор Летов, до того несколько месяцев бегавший от КГБ и советской психушки, и его соратники Кузя УО и Олег Манагер. «Грустный и яркий альбом», — заключил Летов через некоторое время, подводя промежуточные итоги своей деятельности.

31 год спустя грустный и яркий альбом с таким же названием записала еще одна группа родом из Сибири — Shortparis, переехавшая в Петербург из Новокузнецка. «Так закалялась сталь» тоже в некотором роде начинается с пылающей тропы, ведущей к коммунизму, — только уже без всякой травестии. Авторское предуведомление к записи, размещенное в соцсетях, цитирует «Манифест Коммунистической партии»; на обложке — красный флаг, все без шуток. Вместо летовского электрического взрыва и низкочастотного рыка тут монотонный электронный бит и актерский вой Николая Комягина: новая революция начинается как всхлип.

Как Shortparis стала лучшей концертной группой страны:
Никита Величко — о группе, которая всегда будет против
ЧИТАТЬ

Shortparis — группа отточенных действий, и прямое воспроизведение дважды чужого названия — сознательный жест, выстраивающий культурную генеалогию. Прибавить к этому тот факт, что на альбоме, где вообще не очень разбрасываются словами, аж дважды впрямую цитируются песни «Гражданской обороны» («Лед под ногами майора» в «Страшно» и «Лес» в «Поломало»), и «Так закалялась сталь» можно объявить финальным аккордом долгоиграющей канонизации Летова, выгодно оттеняющим недавний трибьют: Shortparis едва ли не впервые с момента смерти музыканта не предъявляют права наследования, но вступают с его песнями в полно- и равноправный диалог.

Диалог, который, разумеется, не исчерпывается ремифологизацией коммунистического проекта.

Shortparis — это группа, которая снимает миллионные клипы про Беслан, ксенофобию и многоликую мощь первобытного. Shortparis — это группа, которая устраивает на Первом канале перформанс с участием безликих людей, одетых в жилетки уличных рабочих. Shortparis — это группа, которая превращает каждый концерт в перформанс. Короче говоря, до последнего момента было резонно полагать, что Shortparis — это группа отдельных жестов, и эти жесты заслуженно обеспечивали ей путь, который к концу 2010-х стал столбовой дорогой молодой российской независимой музыки: от первых иноязычных опытов — к обретению собственного языка и звука и к заслуженным передовицам фестивалей и рейтингов.


«Так закалялась сталь» — это ультимативная российская поп-музыка — 2019; слепок года, когда впервые за последнее время хип-хоп отдал линию фронта чему-то еще


Нет особенных сомнений, что достойный зрительский результат в самом большом клубе Москвы Stadium Live, где Shortparis сыграют через две недели, был бы обеспечен и в отсутствие старорежимных долгоиграющих форматов — хватило бы и клипа на его заглавную песню «Так закалялась сталь». Зачем тогда альбом? Боевая в самом чудовищном смысле картинка видео настраивает на соответствующую риторику: если концерты — это партизанские вылазки, а клипы — артиллерийские залпы, то альбом — это карта военных действий.

И хорошо бы понять, что на этой карте написано, хотя бы потому, что «Так закалялась сталь» очень похож на самый громкий русскоязычный альбом года, собирающий вместе то, что здесь и сейчас происходит и со звуком, и в заголовках новостей. «Так закалялась сталь» — это ультимативная российская поп-музыка — 2019; слепок года, когда впервые за последнее время хип-хоп отдал линию фронта чему-то еще. Финальное подтверждение тому — вышеупомянутый клип, который, разумеется, был придуман сильно до того, как рядовой Рамиль Шамсутдинов расстрелял восемь сослуживцев в Забайкальском крае. Жизнь редко имитирует искусство случайно.


II


«Так закалялась сталь» — это цитаты непростых людей

Для начала — в музыкальном смысле. С точки зрения звука Shortparis выстраивают диковинную конструкцию. В терминологическом отношении это можно назвать постпанком — но скорее в широком стратегическом диапазоне, заданном книжкой Саймона Рейнольдса Rip It Up and Start Again, чем в более распространенной сейчас колее последователей группы «Утро». Подойдет тут и старинное определение того же Летова: «Постпанк — это люди, которые поняли, что они не могут жить здесь и сейчас. А хотелось бы». Это самое здесь и сейчас Shortparis транслируют, собирая в одном акустическом пространстве условно низкое и высокое: отголоски как-бы-восточного саундтрека рынков, электричек и такси (влияние радиостанции «Восток FM» на общую акустическую среду российских городов — вопрос, который ждет своего исследователя) — и оперные вокальные манеры; физкультурный бит на манер подзабытого стиля EBM — и изломанная мелодическая грамматика.

Музыка Shortparis — это не только пространство контрастов, но и пространство диалога; и если аналогии с разнообразными западными коллегами — вопрос критических упражнений, то с местными предшественниками группа взаимодействует более чем непосредственно (подтверждая тем самым свой статус как флагманов поколения, которым свое дороже чужого).

Помимо «Гражданской обороны» в число очевидных собеседников группы входит «Аукцыон» — основной мелодический ход в «Поломало» есть близкий родственник песни Леонида Федорова «Печаль», а вокальные упражнения Комягина часто напоминают о раннем перформативном периоде группы, когда в ней пел Сергей Рогожин. Находится место и «Звукам Му»: тут и мамоновский постовой, появляющийся в песне «Ножевой», и — важнее — общий подход Shortparis к выступлениям; сценические эскалации Комягина вполне описываются словосочетанием «секс с микрофоном», придуманным когда-то для Петра Николаевича.

Желающие также могут обнаружить в песне «Только хуже стало» синтаксическую ссылку на «Наутилус» — и этим наверняка все не заканчивается: своего жилистого голема Shortparis лепят на каноническом материале, одновременно закрепляя перестройку этого самого канона (в котором теперь Летов важнее Цоя, а Федоров ценнее Гребенщикова). Отягощенная таким обильным культурным багажом электрическая музыка с гитарами на «Так закалялась сталь» при этом теряет свою традиционно фетишизируемую животную вольготность — это рок не выхолощенный, но уж точно выдроченный.

Цитаты непростых людей — это не только про другие хорошие группы, но и про нас с вами. Я уже высказывал ту несложную мысль, что «Стыд» и «Страшно» срезонировали так широко именно потому, что описывали некий базовый набор эмоций человека, который следит за заголовками новостей, не принимая в них слишком активного участия. Альбом добавляет к этому тезису еще несколько веских аргументов: Shortparis как бы сканируют эмоциональный фон социальных сетей (во всем их виртуальном и материальном многообразии) и выдают его диагностику.

Это видно даже на уровне названий песен: «Поломало», «Только хуже стало», «Отвечай за слова», «Жизнь за царя» — они все именно о том, о чем вы подумали; ну и на уровне лирики, конечно, тоже. Отчуждение, безвыходность, милитаризм, патриотическое воспитание, репрессии, пропаганда — при желании тут можно найти цитаты и аккорды на любую из этих тем. При этом Shortparis подходят к ним в достаточной степени абстрактно, чтобы не быть поверхностными; понятные одномерные стереотипы они разыгрывают как сложные — и успешно вскрывают политическое как психологическое (как точно заметил Петя Полещук, об этом в конечном счете клип «Страшно»). Многомерность у Shortparis возникает именно за счет того, что они фиксируют, но не рефлексируют — сложный на самом деле навык.

Николай Овчинников определил «Так закалялась сталь» как песнь беспомощности. Это действительно так: в некотором смысле весь альбом человек с обложки бьется головой о стену тупика, куда он зашел со своим флагом; оттого и этот долбящий звук. Другой вопрос в том, кто этот человек? На обложке ведь запечатлен не сам Комягин, а его двойник — и это важный момент. Характерна местоименная структура альбома: в подавляющем большинстве это песни исполнены во втором лице (сколь побудительном, столь и повелительном: «Ты ответишь за всех», «Поломало тебя», «Думай, кто святой») и в спектакулярном третьем («Дети прячутся», «Спит рабочий и с ним вторая жена», «Так женщин бьют в живот»), но не в первом.

В полной мере присваивают Shortparis только одну категорию — с нее как раз альбом и начинается: «нелюбовь моя». Беспомощность тут — скорее предмет наблюдения, чем предмет переживания; а сама группа как бы пытается занимать позицию вненаходимости, как ее описывал Алексей Юрчак: «Так закалялась сталь» — безуспешный поиск траектории между присоединением и сопротивлением в тяжелый для родины час. Негаданным компаньоном альбома тут становится оксимироновский «Горгород», преследующий примерно те же цели: и те, и другой озабочены прежде всего выстраиванием дистанции. Только Оксимирон для этого становится на позицию персонажа, а Shortparis — на позицию режиссера.


III


Shortparis — очень зримая, очень телесная, очень театральная группа. Здесь тоже можно вспомнить «Аукцыон» времен Владимира Веселкина, но, вообще-то, ясно, что за театр имеется в виду

«Самое неотложное — не защищать культуру, которая не спасла еще ни одного человека от забот о том, как жить лучше и не быть голодным, а постараться извлечь из того, что нынче называется культурой, идеи, равные по своей живительной силе власти голода».

«Театр использует все языки: язык жеста, звука, слова, огня, крика, — не укладываясь ни в один из них; он рождается как раз в тот миг, когда наш дух испытывает потребность в языке, чтобы выразить себя вовне».

Это из манифестов идеолога «театра жестокости» Антонена Арто — и это сказано как будто про Shortparis. Они пытаются преодолеть стертость политического поэтического языка, переходя на вопль, стон, вой: с альбомом еще туда-сюда, на концертах группы разобрать слова песен практически невозможно — и не нужно. Их тексты по преимуществу строятся как потенциально бесконечные перечисления неких примет, с помощью которых ощупывается реальность; в них есть почти фольклорная функциональность — это заговоры, заклинания, причеты, модели для сборки (тут опять вспоминается Летов — см. точное замечание поэта и музыканта Кирилла Медведева о той же песне «Лес»).

Про воспроизведение живительной власти голода — это тоже сюда: не тем ли объясняется дерганая глагольность этой музыки, которая зудит, топорщится, скалится и свистит; не таков ли идеальный итог их доктрины шока, атаки на все органы чувств разом, рассыпания соли на коллективные раны? Вероятно, следствием именно этой стратегии становятся специфические отношения Shortparis с эстетикой жестокости.

Перверсивный эротизм власти, красота насилия их одновременно и привлекает, и отталкивает; вызывают и ужас, и наслаждение. Клип «Так закалялась сталь» — это, безусловно, критика милитаризации общества, порождающей насилие, но в нем сложно не разглядеть некое упоение, влечение. В том, как Комягин пропевает фразу «так женщин бьют в живот», столько же омерзения, сколько оцепенелого восхищения.

Отсюда — ощущение странной, сладкой, вязкой жути, которое зачастую возникает от Shortparis и которое точно описывает английское слово «uncanny». В конце концов, тоталитаризм есть своего рода апофеоз модернизма, и среди прочего Shortparis изгибами своих гладких мускулистых мужских тел иллюстрируют еще и это превращение.

Один из главных теоретиков и критиков постмодернизма Фредрик Джеймисон говорил о том, что эпохе постмодерна свойственно угасание аффекта, имперсонализация чувств. Shortparis как люди амбициозные, видимо, ставят своей целью возвращение непосредственности выражения — и как люди разумные одновременно понимают, что это невозможно. Грубо говоря, Shortparis — это танец из фильма «Джокер», исполненный всерьез, но с полным осознанием того, что его главная культурная функция — это мем в TikTok. Их музыка — это обреченная утопия страстей. «Даже не успела, даже не успела никому себя продать», — поет Комягин в первой песне альбома; штука в том, что сам-то он — успел.

Тут стоит вспомнить про тот самый «Манифест Коммунистической партии». Вот как выглядит цитата, которой музыканты предваряют альбом: «Это может, конечно, произойти сначала лишь при помощи деспотического вмешательства… то есть при помощи мероприятий, которые…кажутся недостаточными и несостоятельными, но которые в ходе движения перерастают самих себя…»


На деле экономика — не менее важная часть феномена Shortparis, чем политика. Их театр жестокости разворачивается в обществе спектакля, и музыканты прекрасно осознают самих себя как товар


Речь здесь идет не столько собственно о революции (как можно было бы подумать), сколько о непосредственно следующих за ней мероприятиях по ликвидации классового общества, но это даже не так важно. Существеннее то, что здесь пропущено: деспотическое вмешательство предполагается в «право собственности и в буржуазные производственные отношения», а мероприятия кажутся недостаточными «экономическими». Итого: из фрагмента, посвященного тому, как победивший пролетариат будет выравнивать классовое неравенство, Shortparis изымают всю экономическую составляющую. Зачем?

Можно сказать, что просто для усиления экзистенциального пафоса Маркса и Энгельса — но для этого в первоисточнике как будто хватает и материала, который не надо было бы редактировать. Кажется, что эта цензура — тоже на самом деле часть большой игры Shortparis: специальное умолчание, которое ценнее, чем иное проговаривание.

На деле экономика — не менее важная часть феномена Shortparis, чем политика. Их театр жестокости разворачивается в обществе спектакля, и музыканты прекрасно осознают самих себя как товар. Интеграция капитализма в культурное производство — часть их стратегии. Модернисты по форме трагически оказываются постмодернистами по содержанию; подлинная революционность четко понимает свою не менее подлинную меновую стоимость; этим можно объяснить и разрыв между риторикой и действием, за который Shortparis часто предъявляют (типа: вы критикуете капитализм, но получаете деньги за модные съемки).

Характерно, что группа часто вызывает раздражение у людей активистского склада: нет смысла заниматься прямым действием, если не веришь в саму возможность прямоты; однако как раз невозможность прямоты и порождает показную трагедию музыки Shortparis. Именно поэтому они не выступили на митинге на проспекте Сахарова (хотя могли бы) — зато выступили на открытии бутика Burberry почти на Красной площади (хотя могли бы и не). Если ты заведомо в ловушке, отказ признавать это не вполне рационален — даже менее рационален, чем просто монотонные удары головой о стену. Единственной правдой остается факт физиологии, тела — но и тело становится текстом: как покрытый татуировками непременно обнаженный торс барабанщика Shortparis Данилы Холодкова.

Антонен Арто писал: «Какие бы конфликты ни мучили сознание эпохи, я ручаюсь, что зритель, которому сцены насилия сумели передать свой накал, который ощутил в самом себе ход высокого действия, который увидел в проблесках необычных событий необычные и сокровенные движения мысли, когда насилие и кровь отданы во власть насилию мысли, — я ручаюсь, что, выйдя из театра, он не станет служить идеям войны, бунта и бессмысленных убийств».

Shortparis в это не верят. Человек, с которым ты бьешься плечами на концерте молодых, красивых и свободолюбивых музыкантов, завтра может избить тебя полицейской дубинкой. Солдаты, охраняющие штаб-квартиру ГРУ, могут слушать группу «Комсомольск». Мальчик в зеленой форме смеется. Он готов умирать. Он готов убивать.


Дисклеймер: Клип на песню «Так закалялась сталь» делала московская студия Stereotactic. Автор этого текста в настоящее время готовит со Stereotactic совместный проект. В полном соответствии с общей амбивалентностью группы Shortparis это сообщение можно воспринимать как честное признание в возможном конфликте интересов, а можно — как скрытую рекламу будущего продукта.


Фотографии: обложка — Sasha Mademuaselle / More Zvukov Agency, 1, 2, 3 — Nadezhda Alexandrova / More Zvukov Agency

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Как Shortparis стала лучшей концертной группой страны
Как Shortparis стала лучшей концертной группой страны Музыкальный журналист Никита Величко — о группе, которая всегда будет против
Как Shortparis стала лучшей концертной группой страны

Как Shortparis стала лучшей концертной группой страны
Музыкальный журналист Никита Величко — о группе, которая всегда будет против

IC3PEAK: «Страшно, если музыку начнут запрещать»
IC3PEAK: «Страшно, если музыку начнут запрещать» Московская группа пела на английском и играла на «Витчауте». Теперь ее больше беспокоят проблемы России при Путине
IC3PEAK: «Страшно, если музыку начнут запрещать»

IC3PEAK: «Страшно, если музыку начнут запрещать»
Московская группа пела на английском и играла на «Витчауте». Теперь ее больше беспокоят проблемы России при Путине

В России наконец-то появилась новая протестная музыка. И она не против Путина
В России наконец-то появилась новая протестная музыка. И она не против Путина «Мы не ждем перемен. Мы ждем *** (конца)»
В России наконец-то появилась новая протестная музыка. И она не против Путина

В России наконец-то появилась новая протестная музыка. И она не против Путина
«Мы не ждем перемен. Мы ждем *** (конца)»

Какие-то левые: Как в России появился новый политический театр
Какие-то левые: Как в России появился новый политический театр «Без принятия и толерантности просто невозможно работать»
Какие-то левые: Как в России появился новый политический театр

Какие-то левые: Как в России появился новый политический театр
«Без принятия и толерантности просто невозможно работать»

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»

Первая полоса

The Village становится платным
The Village становится платным Как продолжить читать нас
The Village становится платным

The Village становится платным
Как продолжить читать нас

«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию
«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию
«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию

«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

«Идея была моя, но сделал это не я»
«Идея была моя, но сделал это не я» Как интернет реагирует на комиков, пошутивших про изнасилование
«Идея была моя, но сделал это не я»

«Идея была моя, но сделал это не я»
Как интернет реагирует на комиков, пошутивших про изнасилование

«С точки зрения искусства это убийство»
«С точки зрения искусства это убийство» Реакция режиссеров, актеров и критиков на закрытие «Гоголь-центра»
«С точки зрения искусства это убийство»

«С точки зрения искусства это убийство»
Реакция режиссеров, актеров и критиков на закрытие «Гоголь-центра»

Слово редакции
Слово редакции Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****
Слово редакции

Слово редакции
Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове» Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды За моду взялись «настоящие патриоты»
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
За моду взялись «настоящие патриоты»

Десять лет колонии за пять предложений в соцсети
Десять лет колонии за пять предложений в соцсети Как на адвоката Дмитрия Талантова завели уголовку за дискредитацию российской армии
Десять лет колонии за пять предложений в соцсети

Десять лет колонии за пять предложений в соцсети
Как на адвоката Дмитрия Талантова завели уголовку за дискредитацию российской армии

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Мошенники рассылают письма от имени The Village Рассказываем, что об этом известно
Мошенники рассылают письма от имени The Village

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Рассказываем, что об этом известно

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»
«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности» Реакция твиттера на праздник, который ввел Путин
«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»
Реакция твиттера на праздник, который ввел Путин

Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России
Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России Леонид Стерник — о том, какое вино мы будем пить теперь и стоит ли делать запасы
Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России

Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России
Леонид Стерник — о том, какое вино мы будем пить теперь и стоит ли делать запасы

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость» Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время ***** Исследование социологини Кати Дегтяревой
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Исследование социологини Кати Дегтяревой

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут» Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум» И готовы ли платить дальше
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
И готовы ли платить дальше

«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»
«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком» Рассказ Вики Петровой, которая попала в СИЗО из-за антивоенного поста во «ВКонтакте»
«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»

«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»
Рассказ Вики Петровой, которая попала в СИЗО из-за антивоенного поста во «ВКонтакте»

Подпишитесь на рассылку