«Мне важно осквернить идеи о мужском и женском»: Что нужно знать о режиссере Матиасе Умпьерресе Его инсталляцию «Музей вымысла» покажут на фестивале «Территория»

«Мне важно осквернить идеи о мужском и женском»: Что нужно знать о режиссере Матиасе Умпьерресе

Аргентинский театральный режиссер Матиас Умпьеррес предлагает актрисам из разных стран играть в одном спектакле по скайпу, организует городские прогулки для одного зрителя и одного актера, проводит терапевтические сессии для художников. Фестиваль «Территория» привозит в ММОМА на Гоголевском, 10, его последнюю работу — «Музей вымысла. Империя», действие котрой происходит в Испании 90-х. В видеоинсталляции по мотивам «Макбета» играют Робер Лепаж и менее известная нам аргентинская актриса Анхела Молина. Умпьеррес заявляет, что его целью было «музеефицировать вымысел» — посмотреть, что получится, если перенести спектакль в галерейное пространство. The Village поговорил с аргентинским режиссером о его многолетней работе на стыке театра и совриска, двухлетней учебе у Робера Лепажа и бесконечной жизни на границах.

Rolex и беженцы

332 миллиона рублей — примерно за столько ушла недавно с аукциона самая дорогая модель часов «Ролекс». Сравнивать с ними сумму гранта, которую получают участники программы «Ментор и протеже» швейцарского бренда, довольно неловко, но вот на пару новых «Ролексов» ее бы хватило. Другое сравнение этих четырех с половиной миллионов можно было бы провести со стандартным бюджетом московских театров: на 700–800 тысяч рублей здесь ежегодно ставятся важнейшие спектакли вроде независимого «Музея инопланетного вторжения» или «Абьюза» в ЦИМе.

Каждые два года Rolex отбирает менторов и протеже в семи областях: литература, танец, музыка, архитектура, кино, визуальное искусство и театр. Сперва находят менторов (им, кстати, платят почти по 7 миллионов). Те составляют портрет идеального ученика. Потом скауты — их в «Ролексе» называют именно так — по всему миру ищут подходящих кандидатов и предлагают им отправить на конкурс портфолио. До личного собеседования с менторами доходят три-четыре претендента.

Все эти этапы прошел в 2016 году Матиас Умпьеррес. Идеальным кандидатом он оказался для Робера Лепажа, про которого в Москве знают давно и вряд ли скоро забудут. Канадский режиссер регулярно привозит на ту же «Территорию», Чеховский фестиваль и «Новый европейский театр» свои работы в диапазоне от автобиографических моноспектаклей вроде недавнего «887» или прошлогоднего VR-экспириенса «Ночь в библиотеке» до шоу с 3D-проекциями вместо декораций вроде «Обратной стороны Луны», с которой он впервые приехал в Россию в 2007-м.


Даже государственные границы оказываются для тысяч беженцев и их детей единственным местом, которое может стать домом


Лепаж даже ставит на местных площадках: в Москве с 2013-го идет «Гамлет. Коллаж», в котором Евгений Миронов внутри техно-куба исполняет сразу все шекспировские роли, а в следующем году все тот же Театр наций обещает показать его новый проект. Наконец, Лепаж может быть косвенно известен даже тем, кто за театром как таковым не следит. Он — режиссер «KA» и Totem, двух хитовых шоу Cirque du Soleil.

А вот Умпьеррес — имя для нас абсолютно новое. За исключением визита на петербургскую премию для молодых режиссеров «Прорыв» двухлетней давности, от которого сохранились только анонсы, аргентинец почти не фигурирует не только в русскоязычном пространстве — единственное подробное интервью, кроме профайла в журнале American Theater, можно обнаружить на сайте самой «Ментор и протеже»

Это, впрочем, неудивительно. Если менторами из года в год оказываются большие художники вроде лучшего дизайнера театрального света и автора самых герметично-фантазийных спектаклей современности Роберта Уилсона, то выбор протеже подчиняется другим законам. Лара Фут из Южной Африки, Майя Збиб из Ливана, мексиканец Себастьян Соларзано Родригес и еще пара аргентинцев — похоже, что производители часов с 2002 года держат курс на расшатывание европоцентричности в искусстве.

Конечно, хочется покритиковать установку иерархичных отношений между Западом и разными бывшими колониями: менторами из цикла в цикл оказываются европейцы или американцы, а азиатским или латиноамериканским художникам положено у них учиться. Однако сам факт того, что благодаря программе эти художники попадают в том числе и в поле зрения российских кураторов, — радостный. И хотя в рассказе о менторстве Лепаж и Умпьеррес больше говорят о вдохновляющем поколенческом разрыве и в то же время общей привязанности к мультимедийности, для самого аргентинца национальная идентичность оказывается чуть ли не ядром личности. И устроена она даже сложнее, чем кажется:

«Мне всегда казалось, что я рожден на границе, которая распределяет меня между множеством реальностей и территорий. Я аргентинец, мои родители — уругвайцы, а их родители — французские баски, испанцы, итальянцы. Сейчас я живу в Испании и здесь тоже чувствую себя как дома. Если кто-то спросит меня, какую страну я люблю больше всего, я скажу — поровну: с каждой связана особенная и очень важная личная история. В общем, границы для людей вроде меня — это не просто проходной двор. Я предлагаю видеть в них не разделительную линию, а особенное пространство. Ведь даже государственные границы оказываются для тысяч беженцев и их детей единственным местом, которое может стать домом. Иначе говоря, граница — это территория для активного действия, которая способствует динамике и столкновению разных реальностей: мест, языков, художественных средств».

Ритуалы по скайпу

«На моих работах всегда лежит тень театра, но это не театр. Это не похоже на театр. А может, это он и есть», — говорил Умпьеррес в интервью для «Ролекса». В его портфолио есть и опера, и уличный спектакль, и видеоинсталляция, и короткометражное кино, и рекламные ролики.

Но в 2018 году странно было бы делать только традиционный театр с залом, сценой и живыми актерами на ней — не случайно кураторы театра в «Ментор и протеже» делать этого не стали. Гораздо важнее, что сам Умпьеррес связывает с ним все свои работы. Он говорит, что разные средства помогают ему с разных сторон посмотреть на саму природу театра — а она, как считает аргентинец, состоит в общении: живой, часто устной передаче знаний и опыта.

В видео-арте «Пейзаж» он предлагает актрисе представить свою жизнь после личной трагедии, не пользуясь речью. В инсталляции «Конструкции» предлагает девяти известным пожилым аргентинцам рассказать на камеру историю своей жизни и своего успеха. Ролики выкладывает на сайт, но в галерее демонстрирует другие, записанные художниками. Версии мифов — так Умпьеррес называет эти истории — выходят разными. Это показывает, что рассказ о себе тоже может быть вымышленным, иллюзорным.


Физическое присутствие актера — это совершенно не обязательное условие, чтобы театр сегодня состоялся


Более привычно театральные работы Умпьерреса, наоборот, не оставляют от формы почти ничего, кроме общения зрителей с актерами — или его отсутствия. Лучший пример — Teatro SOLO. Спектакль проходит одновременно в пяти разных местах одного города — в гостиничном номере, на площади в центре или в дорогом ресторане. В каждой из точек встречаются один актер и один зритель, причем всем заранее известно, что параллельно проходят еще четыре части такого же формата, но с другим сюжетом. То, что происходит дальше, выглядит как экскурсия по городу, в которой впечатления от места накладываются на вымышленную историю. Но главное происходит между актером и зрителем. Будучи единственным членом аудитории и находясь на расстоянии вытянутой руки, невозможно не влиять на актера.

Перевертыш этого проекта — спектакль Distancia. Это тот самый спектакль по скайпу. В нем публика, наоборот, остается наедине с собой, а исполнители не могут не то что войти с ней в контакт, а даже узнать о ее реакциях. Правда, в финале проекционные экраны падают, и за ними обнаруживается не только живой оркестр, но и одна из актрис. Наверное, что-то подобное испытывают, когда человек, про которого сплетничают, вдруг оказывается в соседней комнате.

Сам Умпьеррес связывает свое стремление к междисциплинарности с биографической привычкой к границам. А особое внимание к театру объясняет так:

«Театр почему-то постоянно переизобретает себя и не исчезает. Думаю, это связано с его ритуальной природой. Ритуалы необходимы человечеству — не только религиозные, но и повседневные. Кроме того, человечество до сих пор нуждается в вымышленных реальностях. Вымысел позволяет нам помыслить инаковость, войти в другое тело или другой мир. Отправиться в далекие от дома места или в мгновение ока сменить гендер. Приблизиться к тому, чем мы восхищаемся и о чем мечтаем, или стать лицом к лицу со всем, что пугает нас.

В то же время мы живем в эпоху глобальной коммуникации, в эпоху диджитализации и виртуализации мира. И ритуалы, не теряя своей фундаментальной роли, не теряя своей невозможности быть хоть как-то полноценно задокументированы, все еще требуя взаимодействия в реальном времени, тоже перетекают туда. Поэтому физическое присутствие актера — это совершенно не обязательное условие, чтобы театр сегодня состоялся. Нам нужно переосмыслить границы „реальности“. Разве то, что происходит на цифровых территориях, не реально? Я работаю с цифровыми медиа, потому что верю, что виртуальная реальность — часть большой новой реальности, которая позволяет раздвигать границы наших представлений о собственных жизнях, телах, территориях и искусстве.

Кроме того, я думаю, что цифровая эпоха позволила всем нам чувствовать себя более непринужденно и органично. И поэтому публика сегодня освобождается от традиционной позиции. Зрители сегодня более беспокойные — и мне нравится работать над тем, чтобы дать каждому и каждой свободу выбрать собственную точку зрения на общий опыт».

Мужское и женское

Женщины ведут онлайн-дневники, которыми не могут ни с кем поделиться. К наружным стенам их домов прибита бегущая строка, куда эти записи транслируются: «Я скучаю по свободе», «Слезы очищают», «Я не верю в книжки типа „помоги себе сама”». Женщины, захлебываясь в слезах, вспоминают о неразделенной любви. Другие женщины в то же самое время напевают романтичные песни и показывают семейные фото.

Между проектами DramaHOME и Distancia большая разница. Первый дает возможность публично высказаться тем, кого не замечают не только прохожие, но часто даже и близкие. Второй, как пишут в Аргентине, воспроизводит стереотипы о женской зависимости от любви и изображает героинь неприятно невротичными.

Но так или иначе, они оба отражают стремление Умпьерреса не просто самовыражаться, а помогать говорить кому-то другому. Проект, в котором эта идея реализуется ярче всего, — «Клиника обсессий». Для каждого пятидневного сеанса Умпьеррес отбирал десятерых художников и проводил мастер-классы по поиску чего-то, что вдохновляет каждого из них больше всего.


Мне важно как бы осквернить, десакрализовать идеи о мужском и женском, которые исторически сформировались у человечества


«Клинику» Умпьеррес придумал уже давно, в 2010 году. Сейчас его проекты стали еще масштабнее: в этом году, например, он собрал команды для исследования «драматургии децентрализованной выставки», отобрал со всего мира лучшие новые пьесы о параллельных реальностях, которые прямо сейчас ставят молодые аргентинские режиссеры, продолжил исследовать и гендерные проблемы. Но началось все гораздо раньше:

«Когда мне было 27 лет, меня назначили куратором театральных проектов в культурном центре Rojas, который существует на базе Университета Буэнос-Айреса. Я стал первым настолько молодым куратором государственной площадки в Аргентине. Одним из моих проектов была платформа Operas Primas, на которой дебютировали молодые оперные режиссеры и драматурги. Для другого проекта я пригласил больше 100 художников из разных областей подумать о роли театра и драматургии в современности. Спустя семь лет после того, как я закончил работать в Rojas, я основал, во-первых, plataforma fluorescente — виртуальную институцию, которая материализуется в тех местах, где находятся ее участники. А во-вторых, Международный фестиваль драматургии в Буэнос-Айресе, который располагается на границе между независимым аргентинским театром и глобальными институциями вроде Гете-института, которые финансируют нас.

Одним из проектов этого года стало приглашение квир-теоретика Поля Пресьяду. Я попросил его подумать над такими вопросами: возможно ли создать инструкцию по проведению академической конференции? Существует ли нарратив, который предшествует производству любой речи? Инструкция должна была стать новой формой драматургии. Пресьяду предложил поиграть с языковыми и культурными кодами, которые обозначают гендер: сознательно увеличивать их количество, или, напротив, не пользоваться ими вообще, или присваивать непривычные гендеры, или принять гендер за переменную, менять его прямо в процессе речи. Центральный вопрос, таким образом, — изменится ли мир для говорящего, если он или она поменяют свой гендер? На него попробуют ответить в форме доклада-перформанса три специалиста из разных областей уже на фестивале, который пройдет в марте.

Моя собственная работа тоже всегда связана с приставкой „транс“, в том числе и в вопросах гендера. Мне важно как бы осквернить, десакрализовать идеи о мужском и женском, которые исторически сформировались у человечества. Я показываю, что одни и те же слова могут быть произнесены и женщиной, и мужчиной, и вообще любым говорящим существом. В „Музее вымысла“, например, Макбета играет женщина, а мужчина выступает в роли леди Макбет».

Классический шекспировский сюжет о жажде власти Умпьеррес перенес на испанскую историю второй половины прошлого века. В 1975 году, после смерти генерала Франко, Испания вроде бы начала двигаться к демократии. Но воспоминания о тоталитарном прошлом стали табу и оказались вычеркнуты из общей памяти. Так что любимая тема Умпьерреса, вымысел, оказалась здесь возможностью исследовать язык власти и пропаганды.

А еще стоит помнить, что EMPIRE, которую привозит «Территория», — на самом деле только первая часть «Музея вымысла». И она вполне может оказаться столь хороша, что за следующей захочется поехать хоть в Аргентину, хоть в Мадрид, хоть на какую-нибудь границу.


Фотографии: «Территория»

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Как «Театр взаимных действий» захватил «Гараж» и V-A-C
Как «Театр взаимных действий» захватил «Гараж» и V-A-C Смешивая театр и современное искусство
Как «Театр взаимных действий» захватил «Гараж» и V-A-C

Как «Театр взаимных действий» захватил «Гараж» и V-A-C
Смешивая театр и современное искусство

Как перформанс «Профессионал» превращает в танцовщиков программистов и менеджеров по продажам
Как перформанс «Профессионал» превращает в танцовщиков программистов и менеджеров по продажам Интеллект против профессионализма
Как перформанс «Профессионал» превращает в танцовщиков программистов и менеджеров по продажам

Как перформанс «Профессионал» превращает в танцовщиков программистов и менеджеров по продажам
Интеллект против профессионализма

Почему «Генеральная репетиция» — важнейшая выставка года
Почему «Генеральная репетиция» — важнейшая выставка года Которую V-A-C и ММОМА превратил в спектакль, эссе и стихотворение
Почему «Генеральная репетиция» — важнейшая выставка года

Почему «Генеральная репетиция» — важнейшая выставка года
Которую V-A-C и ММОМА превратил в спектакль, эссе и стихотворение

11 театральных событий осени
11 театральных событий осени Попытки выжить в «Гоголь-центре», «Практике» и «Театре.doc», двухдневный спектакль в плацкарте и даже книга
11 театральных событий осени

11 театральных событий осени
Попытки выжить в «Гоголь-центре», «Практике» и «Театре.doc», двухдневный спектакль в плацкарте и даже книга

Тэги

Сюжет

Люди

Событие

Прочее

Новое и лучшее

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Куда пойти гулять в День России

Как все поменять, если работа больше не радует

Первая полоса

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко
Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко Говорим о притонах, джазе и «Отпетых мошенниках»
Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко
Говорим о притонах, джазе и «Отпетых мошенниках»

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»
Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем» Говорим о гаражном роке, культе тела и 90-х
Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»
Говорим о гаражном роке, культе тела и 90-х

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России
Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России
Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Куда пойти гулять в День России
Куда пойти гулять в День России Маршруты от политзэков
Куда пойти гулять в День России

Куда пойти гулять в День России
Маршруты от политзэков

Как все поменять, если работа больше не радует
Как все поменять, если работа больше не радует
Как все поменять, если работа больше не радует

Как все поменять, если работа больше не радует

Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве
Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве «Пика-Пика», Beat Film Festival и открытие двора в Powerhouse
Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве

Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве
«Пика-Пика», Beat Film Festival и открытие двора в Powerhouse

В какие города России поехать этим летом
В какие города России поехать этим летом И сколько будет стоить путешествие
В какие города России поехать этим летом

В какие города России поехать этим летом
И сколько будет стоить путешествие

Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails
Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails
Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails

Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails

Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Промо
Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться Безопасные переводы без комиссии
Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Промо

Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Безопасные переводы без комиссии

Как ходить на распродажи осознанно
Спецпроект
Как ходить на распродажи осознанно И почему лимит на покупки — хорошая идея
Как ходить на распродажи осознанно
Спецпроект

Как ходить на распродажи осознанно
И почему лимит на покупки — хорошая идея

Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность
Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность Что слушать, смотреть и читать в эти выходные
Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность

Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность
Что слушать, смотреть и читать в эти выходные

Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России
Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России
Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России

Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России

Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей
Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей
Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей

Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей

Как очистить воздух с помощью граффити
Спецпроект
Как очистить воздух с помощью граффити И что такое фотокаталитический пигмент
Как очистить воздух с помощью граффити
Спецпроект

Как очистить воздух с помощью граффити
И что такое фотокаталитический пигмент

Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»
Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения» Черкесские блэк-металлисты, удмуртские рейверы и лезгинский бард
Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»

Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»
Черкесские блэк-металлисты, удмуртские рейверы и лезгинский бард

Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой
Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой
Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой

Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой

«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Промо
«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation Мгновенные перемещения между мирами, сумасшедшее оружие и третий персонаж
«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Промо

«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Мгновенные перемещения между мирами, сумасшедшее оружие и третий персонаж

Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности
Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности Из-за угрозы радиации
Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности

Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности
Из-за угрозы радиации

9 игр лета

9 игр летаНовые «Рэтчет и Кланк», гольф с Марио, экшен по Dungeons & Dragons и конкурент «Цивилизации»

9 игр лета

9 игр лета Новые «Рэтчет и Кланк», гольф с Марио, экшен по Dungeons & Dragons и конкурент «Цивилизации»

Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов
Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов
Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов

Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов

Подпишитесь на рассылку