Тифлокомментирование — новая услуга для незрячих людей и людей с нарушениями зрения. Это лаконичное, но при этом подробное описание предметов, действий и явлений — всего того, что происходит на киноэкране или театральной сцене.

Тифлокомментаторы работают с кинопрокатчиками, театрами и музеями — летом 2017 года в России приняли закон, обязавший российских кинопроизводителей снабжать фильмы, производство которых финансируется из бюджета, субтитрами и тифлокомментариями. С января 2018 года все кинотеатры обязаны будут оборудовать залы системами для их прослушивания.

The Village поговорил с тифлокомментатором Верой Февральских о правилах ее работы, о том, сколько тифлокомментаторов работает в России и где этому учат.

Фотографии

Илья большаков

О правилах тифлокомментирования

Я описываю все, что происходит, допустим, на театральной сцене или на киноэкране. Действия героев, как они одеты, как сменяются декорации, как персонажи взаимодействуют друг с другом. Стараюсь передать их эмоции, если они не читаются в интонациях и репликах. На комедийном сеансе все смеются в зале, а незрячий не понимает, почему смеются, потому что там какое-то действие происходит без звука, и он себя чувствует выключенным из процесса — все это тоже нужно описывать.

Есть строгое правило тифлокомментирования: нужно укладываться в паузы между репликами героев и не мешать саундтреку фильма, то есть если звучит атмосферная и важная для понимания момента музыка или герои разговаривают друг с другом, то нельзя накладывать тифлокомментарий на эти звуки.

Нельзя описывать очевидные вещи — то, что слепой сам слышит прекрасно. Не нужно забывать, что он не глухой, поэтому нельзя говорить: «Что-то упало», — он это слышал. Лучше рассказать, что упало и как на это отреагировали герои. Опять-таки, все должно быть кратко, лаконично, лучше не говорить лишнего, потому что это очень сильно перегружает звуковой канал восприятия.

Есть еще правила, их довольно много: в том числе не говорить о том, что произошло, до того, как это произошло. Например, звучит выстрел, и нужно сразу после того, как он прозвучал, сказать, кто в кого выстрелил, а не говорить: «Главный герой стреляет в злодея», если выстрел прозвучит через минуту. Так незрячий вводится в заблуждение и сильно напрягается, потому что выстрела он не слышал, все время его ждет и пропускает остальной звуковой ряд. Увы, иногда просто не бывает паузы, чтобы сказать, и приходится это правило нарушать. Тифлокомментатор всегда вынужден искать и находить компромиссы.

Где ты работаешь?

Я независимый специалист и работаю с разными театрами, музеями и звукозаписывающими студиями. Сейчас сотрудничаю с благотворительным фондом «Искусство, наука и спорт» Алишера Усманова. У фонда очень много направлений, и одно из них — «Особый взгляд». В рамках этого направления фонд выделяет деньги на поддержку людей с нарушениями зрения, в том числе на различные офтальмологические операции, исследования, социокультурную реабилитацию, в том числе и на тифлокомментирование.

При поддержке фонда я и еще двое моих коллег работаем в трех московских театрах: «Современнике», «Геликон-опере» и в музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. Я комментирую пока один спектакль и одну оперу: «Вишневый сад» в «Современнике» и «Трубадура» в «Геликон-опере».

Еще мне удалось поработать с Московским музеем современного искусства имени Зураба Церетели и Музеем русского импрессионизма. Если говорить о крупных проектах в кино, то в прошлом году я составила текст тифлокомментариев к фильму «Солярис» Андрея Тарковского — на данный момент это самый важный и самый трудный фильм, с которым я работала. Еще я комментировала вживую «Елену» Андрея Звягинцева. Просто позвонила его продюсерам и попросила диск для закрытого экспериментального показа. И они запросто и очень быстро все устроили.

Как научиться?

На курсы тифлокомментаторов я попала случайно после изучения жестового языка. Язык я учила два года, он перевернул мое сознание, я очень старалась, но переводчиком жестового языка так и не стала. Тогда один из моих учителей привел меня на курсы тифлокомментирования во Всероссийское общество слепых. Вместе со мной на курсы записалось около 300 человек. Психологические тесты и тесты на профпригодность прошли меньше половины, а до конца доучились человек двадцать. Обучение длилось около двух месяцев, я получила высшую категорию.

Обучение проходило в институте «Реакомп» — подразделении Всероссийского общества слепых. Они реализуют образовательные программы, готовят специалистов по доступной среде и обучают незрячих людей основам менеджмента, чтобы они смогли получить специальность и трудоустроиться.

Сейчас «Реакомп» — единственное учебное заведение, имеющее лицензию на выдачу сертификатов, и больше у нас нигде нельзя этому научиться официально. Его директор Сергей Николаевич Ваньшин — автор методики тифлокомментирования в России. Есть множество несертифицированных специалистов, и к ним частенько обращаются за оказанием услуг, минуя нас, потому что они готовы работать за копейки, но качество работы у большинства из них существенно хромает, они делают грубые ошибки, не знают основ.

О законе

Принятие закона — большая удача для нас. В 2011 году, когда мы начинали, никто о тифлокомментировании не знал и не хотел ничего делать; институт «Реакомп», его единомышленники и помощники (я в том числе помогала готовить пакет поправок к законам) приложили свои усилия к тому, чтобы поправки в законодательство разрабатывались и принимались. Когда я узнала о том, что закон наконец прошел в Госдуму, открыла бутылку шампанского. Наконец-таки за нашу работу начнут платить деньги. Раньше это было волонтерством, хотя работа очень трудная.

Пока мы не заметили большого количества заказов, потому что киношники вообще не знают о том, что им надо что-то делать. Говорят, что большое количество заказов на тифлокомментирование появится ближе к Новому году — режиссеры пойдут сдавать свои фильмы в Фонд кино, а, по новому закону, они не смогут выйти в прокат без тифлокомментария.

Мы пытаемся проводить круглые столы и конференции, приглашать представителей культурного сообщества и рассказывать им, что они должны делать, почему нужно сопровождать фильмы тифлокомментариями, как это делается и как оплачивается.

Конечно же, принятие закона — потрясающее событие для незрячих. До января 2018 года должны оборудовать множество кинотеатров по всей России, тогда они смогут ходить со своими зрячими друзьями в кино, при помощи специального переносного оборудования, как для устного перевода, слушать через наушник тифлокомментарий, и тут же после сеанса обсуждать с ними фильмы.


Моя профессия такая новая и редкая, что почти никто о ней не слышал, а на бумаге ее вообще пока не существует


О специалистах

Моя профессия такая новая и редкая, что почти никто о ней не слышал, а на бумаге ее вообще пока не существует — пока профстандарт в разработке, тифлокомментаторов нет в списке профессий. За границей тоже не все знают о нашем существовании, потому что в мировой практике c 60-х годов применяется термин «аудиодескрипция» (audio description).

Сертифицированных тифлокомментаторов не так много, нас всего несколько десятков на всю страну, и не все практикуют. Но сейчас обучились новые тифлокомментаторы, летом, в августе, они выпустились — очень молодые, активные и хотят работать. Как раз фонд Усманова выделил на обучение деньги, потому что сейчас подготовка одного тифлокомментатора стоит 90 тысяч рублей, не все могут себе позволить такую сумму заплатить.

Из-за того что о нашей профессии начинают узнавать, интерес к ней растет — люди теперь начнут интересоваться этой темой и захотят учиться, пусть даже и за свой счет, потому что обучение очень быстро окупается. Очень здорово, что нас скоро станет больше.

О технике

На YouTube есть канал Мосфильма, там выложены в хорошем качестве все фильмы с тифлокомментариями, в том числе и «Солярис». Еще есть приложение «Тифлокомментатор», его можно скачать на андроид — оно работает по принципу Shazam, то есть ты надеваешь наушники, включаешь приложение, выбираешь фильм, который будешь смотреть, и оно по звуку, через микрофон, определяет, на каком моменте фильма ты находишься, после чего включается тифлокомментарий с нужного момента. Есть подобное приложение и для театров — «Искусство.Вслух», но пока это не очень популярно, живое комментирование в театрах лидирует.

О театрах

Есть Московский губернский театр, там работает Ирина Безрукова — самый известный в России тифлокомментатор, у нее высшая категория, и она всячески популяризирует эту тему, привела всю театральную команду на курсы в «Реакомп», они обучились, оборудовали театр — и сейчас это единственный театр в России, в котором все спектакли идут с тифлокомментированием.

В остальных театрах дело обстоит сложнее, ведь провести один спектакль с тифлокомментированием достаточно затратно — нужно, во-первых, выкупить пригласительные для незрячих и их сопровождающих, чтобы им было комфортно, когда они придут на спектакль, ведь там, как правило, нет доступной среды и сотрудники театра не всегда готовы заниматься сопровождением особых зрителей.

Еще нужно оплатить аренду оборудования — передатчики, наушники, чтобы незрячие в зале слушали, и комментарий не мешал окружающим, а также оплатить работу тифлокомментатора и технического подрядчика, отвечающего за качество звука. Театры, как правило, за это ничего не получают, государство их не стимулирует, поэтому они не очень-то заинтересованы. Есть, конечно, театры-энтузиасты, которым очень хочется расширить свою аудиторию, и они с радостью этим занимаются, но это редкость. Возможно, в дальнейшем еще какие-нибудь фонды заинтересуются или частные лица станут выделять деньги.

Особенности

Восприятие у всех очень разное, особенности зрения у всех свои — у кого-то есть ощущение света, у кого-то его не осталось; кто-то тотально незрячий, а кто-то видит, например, очертания. Тотально незрячих среди нашей аудитории — меньшинство. У незрячего человека трудно узнать, что он видит, а что нет — это считается некорректным спрашивать.

Когда я делаю тифлокомментарий к фильму или спектаклю, то стараюсь, чтобы все поняли и увидели происходящее. Но все равно бывает по-разному: для кого-то слишком подробно, для кого-то недостаточно. Всем угодить очень трудно. Мы работаем в команде с незрячими экспертами — просто опасно сдавать работу без проверки незрячим текста тифлокомментария.


«Солярис» длится три часа. Для того чтобы сделать хороший тифлокомментарий к фильму, я его просмотрела 20, а то и 30 раз


Сложности

Самый сложный фильм, который я комментировала, — «Солярис», потому что там сплошной визуальный ряд и очень много пауз, своя динамика и атмосфера, которые нельзя утратить в процессе комментирования. Нужно было найти правильный баланс, чтобы у человека не нарушилось восприятие киноязыка Андрея Тарковского.

Есть такой соблазн — каждую паузу заполнить своим комментарием, потому что можно бесконечно долго описывать, как главный герой стоит в тумане на лугу. Можно сказать одним предложением, а можно постоянно говорить, добавляя дополнительные очертания, которые ты увидел. Этого делать, как правило, не нужно, потому что у фильма свои темп и динамика — тифлокомментарий не должен их нарушать. Но и слишком большие паузы тоже лучше не делать. Есть мировые стандарты для комфортной для незрячих длины пауз. Заказчики иногда требуют максимально заполнить паузы, приходится стоять на своем и доказывать, что есть разница между фильмами Тарковского и блокбастером «Трансформеры». Здесь тоже всегда нужен компромисс, это непросто.

«Солярис» длится три часа. Для того чтобы сделать хороший тифлокомментарий к фильму, я его просмотрела 20, а то и 30 раз. У меня начались панические атаки, я ложилась спать и слышала фоновый шум, у меня было ощущение, что я на космическом корабле нахожусь. К концу работы ты фильм знаешь наизусть — практически как сценарист, режиссер или оператор.

Очень сложны для комментирования фильмы, в которых много элементов танца, потому что про описание танца написаны толстенные книги, целые методические пособия. Еще сложно описать спецэффекты, и часто компании, которые берутся за тифлокомментарий, не работают с блокбастерами, потому что сложно компенсировать полностью визуальный ряд.

Обычно самые большие проблемы у тифлокомментаторов с описанием того, как выглядят персонажи. По ходу фильма вообще нет времени на это, поэтому зачастую используется время перед началом — в театрах я так и делаю: описываю декорации, костюмы и то, как выглядят герои, перед началом спектакля. В кино очень сложно найти время в начале, но иногда с кинопрокатчиками получается договориться и, если фильм выходит на DVD, можно для этого выделить время перед началом, сделать паузу и рассказать про персонажей.

Еще мне трудно описывать современные мультфильмы — там иногда какие-то объекты на ножках, с ручками и глазами, и непонятно, кто это, медвежонок или не медвежонок, кружочек или шарик.

Об отношении к незрячим

Я сталкивалась с разной реакцией на слово «слепые» — некоторым все равно, как их называют, лишь бы отношение было нормальное, а некоторые хотят, чтобы придерживались в общении корректного термина «незрячие».

Обычно, когда ты обсуждаешь свою работу с представителями культурной среды, часто слышишь: «А зачем незрячему смотреть кино? Зачем им ходить в музей?» В таких ситуациях я рассказываю историю о том, что в Петербурге одно время была экскурсия — незрячих привозили на разведение мостов, и экскурсовод рассказывал о происходящем. Им рассказывали про то, как медленно светлеет небо, потому что белые ночи, и о том, как разводятся мосты. Они, конечно, слышали звуки — что вокруг очень много людей, они чувствовали атмосферу и всеобщую эйфорию. Экскурсия пользовалась большой популярностью.

Сами незрячие употребляют глагол «смотреть», то есть говорят: «Я посмотрел кино», «Я посмотрел разведение мостов». Это нужно доносить до наших деятелей культуры и общественности — тогда, возможно, они наконец-то начнут воспринимать незрячих людей как равноправных членов общества.