The Village продолжает рубрику «Любимое место», в которой интересные горожане рассказывают о своих любимых местах в Москве, Санкт-Петербурге и Екатеринбурге. В новом выпуске 25-летний владелец сети вьетнамских кафе Ань Нгуен рассказывает о жизни вьетнамской диаспоры в Екатеринбурге, показывает кинотеатр-аэропорт и делится сюжетом собственного мультфильма.

Фотографии

сергей потеряев

Три года назад при поддержке национальной общины вьетнамец Ань Нгуен открыл в Екатеринбурге кафе, где готовят суп фо, хрустящие нэмы и варят вьетнамский кофе. В мае заведения под вывеской Vietmon стали сетью: молодой предприниматель вложил уже собственные средства в новое кафе с экзотической кухней. Во многом благодаря Аню в Екатеринбурге появляется все больше азиатских заведений.

Несмотря на вьетнамское происхождение, любимец городских гурманов родился и вырос в России, где окончил факультет международных отношений. Мать Аня Буй Шен приехала в Советский Союз по обмену, обосновалась в Кемерово и в 1992 году родила сына. После семья переехала в Екатеринбург. Мать торговала костюмами на китайском рынке, оставляя Аня русской няньке, а в 1998 году из-за финансовых сложностей на пять лет отправила мальчика во Вьетнам. Там будущий ресторатор выучил вьетнамский язык и близко познакомился с родной культурой.

Китайское общежитие на Уралмаше

С 1995 до 2010 года мы с мамой жили в общежитии по улице Машиностроителей. Все называли общежитие китайским, хотя на самом деле тут жила вьетнамская диаспора. Находиться здесь вьетнамцам было безопаснее — на тех, кто снимал квартиры, часто нападали рэкетиры и требовали денег. А здесь мы все вместе могли дать отпор. Мы жили в маленькой комнате в 18 квадратных метров и платили за нее 12 000 рублей. Дома у нас стояла стиральная машина, холодильник, шкаф, кровати и телевизор. Мама много работала, приходила домой и ложилась спать. Я выключал свет и выходил читать книги в коридор.

На этаже было 40 комнат, и вечером каждая семья выкатывала в коридор тележку со специями и воком и готовила еду. В воздухе стоял туман, и все пахло приправами. Я раньше думал, что этот запах повсюду на Уралмаше, но потом понял, что пахну только я. После ужина соседи открывали двери, включали музыку, и этаж превращался в большую шумную вьетнамскую дискотеку. Можно было заходить друг к другу в гости, садиться на пол и слушать истории. А можно было пойти играть в пинг-понг или карты.


В умывальниках вьетнамцы резали голубей, уток и куриц, купленных на рынке, а потом сразу готовили

По соседству со мной жил русский алкоголик, я однажды зашел к нему в комнату и увидел большую библиотеку. Мне рассказывали, что он раньше был инженером на УЗТМ, однако что-то произошло и он начал спиваться. Я видел, как сосед заливал в себя спирт, его тошнило, но он все равно продолжал пить. Еще поблизости жили проститутки. К ним часто заходил мужчина с нашего этажа, и я слышал, как он из-за этого ругался с женой. Проститутки почти все время находились в комнате и выходили только по ночам в душ.

Все вьетнамцы выбрасывали мусор из окна. Мы ленились спуститься и пройти 10 метров, поэтому диаспора наняла женщину, которая этот мусор убирала. Она ждала, когда под стенами накопится гора побольше и постепенно переносила ее в бачки. Я думаю, она нас ненавидела.

В умывальниках вьетнамцы резали голубей, уток и куриц, купленных на рынке, а потом сразу готовили. На первом этаже был склад одежды, которой торговали на Таганском ряду: тапочки, спортивные костюмы и джинсы. Мы с друзьями любили туда пробираться и лазать среди вещей.

Так как большинство жили нелегально, в общагу часто наведывалась милиция. Когда начиналась облава, управляющая бегала по всем этажам и кричала. Жильцы прятались в комнатах за железными дверями. Кто не успевал добежать — скрывался в туалете или прыгал из окна. Один мужчина до сих пор хромает после прыжка. Два раза меня ловили омоновцы. Они сажали меня с другими нелегалами и везли через леса, чтобы мы испугались. Но потом мы все равно возвращались на Уралмаш, потому что отделение полиции стояло как раз недалеко от общежития. Милиция отпускала меня после звонка в 49-ю школу, где учителя подтверждали, что я действительно там учусь.

В соседнем доме жил дагестанский гопник по имени Али. Он постоянно приставал, когда я проходил мимо. Он как заведенный повторял одну и ту же фразу: «Деньги есть?». Все закончилось дракой. Мы договорились после школы встретиться и подрались. Была ничья.

После переезда люблю обходить общежитие вокруг, вспоминать как мы играли во дворе в волейбол и жарили шашлыки. Рядом стояла заброшенная больница, и мы с другом там катались на скейтах. Здание охранял вахтер, но он никогда нам не запрещал бегать по развалинам.


Деньги на кино я зарабатывал с помощью массажа. Соседи-грузчики кричали мне: «Эй парень, разомни меня!» и предлагали 50 или 100 рублей.

Кинотеатр «Знамя»

В 10 лет я не знал про существование кинотеатров. Репетитор по русскому языку повела меня в кинотеатр «Салют» в качестве подарка на Новый год. Мы смотрели рождественский мультик про эльфов. С тех пор я начал часто ходить в кино. Ближе всего к школе располагался кинотеатр «Знамя». Первый раз мы сбежали с одноклассниками со школьной летней площадки и пришли смотреть фильм про Гарри Поттера.

С тех пор здесь ничего не изменилось. Те же картины на стенах и рисунки на потолке. Здесь мне нравится праздничная атмосфера, будто я не на Уралмаше нахожусь. Складывается ощущение, что еще немного, и я куда-то уеду или улечу — такой аэропорт фильмов.

Поначалу я любил фантастику и приключения, обожал «Людей икс» и «Пиратов Карибского моря». Потом вкусы изменились, и я перешел на Квентина Тарантино, Джима Джармуша и Такеши Китано. Российские фильмы я смотрю, но у вас слишком скрытый и непонятный юмор. Я почти всю жизнь прожил в России, но все равно я вам чужой. Для вьетнамцев я слишком русский, а для русских слишком вьетнамец. Так что я нахожусь на нейтральной полосе культур и наблюдаю за каждой стороной.

Деньги на кино я зарабатывал с помощью массажа. Соседи-грузчики кричали мне: «Эй парень, разомни меня!» и предлагали 50 или 100 рублей. Вырученные деньги я прятал в тупике на первом этаже под линолеумом, потому что дома мама бы отобрала.

Simple Coffee на Ленина

Я прихожу в кофейню почитать или отдохнуть, здесь хорошо думается. Мне нравится место посередине зала на высоком барном стуле. Обычно заказываю американо со сливками и наблюдаю за посетителями, чувствую себя маяком. Именно здесь мне пришла идея открыть второе кафе. Я проходил по проспекту Ленина и увидел, что сдается помещение. Подумал — почему бы и нет. Сел за столик в кофейне и начал прикидывать, сколько нужно будет оборудования, людей, какими будут меню и дизайн.

Еще здесь я придумал создать мультик, сейчас я ищу для него художников. Он будет разбит на 12 историй. Каждая из частей — рассказ из моей жизни или о жизни моих вьетнамских соседей. Одна из историй будет о моей няне. Она присматривала за мной в общежитии, пока мама работала. У нее был муж, которого уволили с завода, и тот начал пить. Однажды он украл у нее деньги, и она сильно разозлилась. Я слышал, как они кричали друг на друга на кухне, забежал и увидел, как она его душит. Я был маленьким, не знал, как их разнять, и решил изобразить динозавра. Я еще не решил, как закончу эту историю. Может, финал будет открытым и оборвется на мальчике, который стал динозавром.