Игорь Лутц (BBDO): «В рекламе, как в правительстве, хотят жить 20 лет на нефти и не париться» Бывший руководитель и совладелец рекламного агентства BBDO Moscow рассказал H&F о причинах своего ухода из рекламного бизнеса, экономике застоя и необходимости запускать технологические проекты.

Игорь Лутц (BBDO): «В рекламе, как в правительстве, хотят жить 20 лет на нефти и не париться»

— Для людей, близких к рекламному рынку, ваш уход из BBDO стал довольно неожиданным. Почему вы приняли такое решение?

— На самом деле выход ещё не закончился. Надеюсь, он завершится в ближайшие пару месяцев, переговоры длятся уже полгода. Я мог бы комфортно существовать ещё какое-то время, но всегда считал, что комфорт – очень опасная ситуация. Это состояние ведёт к деградации.

— Но вы в хороших отношениях остались с акционерами?

— Скажем так, в рабочих отношениях.

— А акции компании будете продавать или сохраните?

— Пока не могу говорить, это может повлиять на ход переговоров. 

— Два года назад в беседе с Ильёй Ценципером вы cказали: «То, что происходит сегодня с рекламой, напоминает мне застой», а также «рекламистам важно понять, что сфера нашего влияния гораздо шире». Что с тех пор изменилось?

— Поскольку я в рекламе давно, сложно сказать, что это было какое-то неожиданное открытие. У меня есть определённый взгляд на этот рынок, и он не очень позитивный. Понимание сегодняшнего состояния во многом повлияло на мой уход — думаю, в следующие три года российская экономика будет переживать не лучшие времена. Это если повезёт.

— Будет хуже, чем во время кризиса 2008-го?

— Я не думаю, что будет прям ужас-ужас, но мы сейчас наблюдаем стагнацию. Я жил и в брежневские времена — так вот сегодняшнее состояние России напоминает мне примерно их. В другом контексте. Но включая пропаганду и всё остальное, что происходит на экранах, массовое безумие народа.

Я не жду ничего хорошего от российской экономики, а рекламная индустрия — её отражение. Так что это не лучшее место, где я бы хотел находиться. Да и глобально рынок рекламы очень недооценивает риски, связанные с развитием технологий и технологических компаний. Российская рекламная индустрия напоминает мне правительство, которое считало, что можно ещё 20 лет жить на нефти и не париться. В рекламе стараются закрыть глаза на то, что развивается рядом, и не думать, что будет дальше. Я сейчас как раз погружаюсь в рынок технологий, вижу, какая там движуха и активность. Это гораздо более интересная для меня среда.

Рекламная индустрия очень инфантильна, и уже на этом уровне мне скучно. С одной стороны, это касается не только самих агентств, но и клиентов. Сегодня на смену владельцам приходят наёмные менеджеры. У меня нет к ним претензий, но там совсем другое отношение к делу, глубина погружения в вопрос, толерантность к риску. 

— В агентствах тоже не хотят ничего менять?

— Российские агентства вообще по пальцам можно пересчитать. Это всё малый и средний бизнес. В общем-то, они зеркально отражают ситуацию в нашей экономике, а она у нас странная, скажем так. Есть крупные госмонополии, крупные западные и российские игроки. За ними — пропасть, и потом где-то начинается малый и средний бизнес, а большому агентству экономически не имеет смысла с ними работать. С одной стороны, мне не хочется, чтобы моё будущее зависело от бренд-менеджеров, хотя я к ним прекрасно отношусь, но те решения, которые они сейчас принимают, это не те решения, которые меня устраивают, и их подход в работе не тот, с которым хочется иметь дело.

Рекламная индустрия очень инфантильна, и уже на этом уровне мне скучно

 

Что касается самой индустрии, приведу такой пример: у нас в группе компаний 700 человек, ну, возьмём, 500 человек. Много лет я бьюсь с фестивальной программой (создание рекламных проектов внутри агентства для отправки на фестивали. — Прим. H&F). Для меня это возможность выйти из зоны комфорта, выйти за рамки того, что ты делаешь каждый день — лучше или хуже, но более или менее на автомате. Это возможность создать уникальный продукт, сервис, а может, и бизнес. Из 500 человек, которые могли бы участвовать в этом проекте, активность проявляют 50, а людей, которые работают проактивно, человек пять-десять всего.

— Ну это же программа, которая не приносит денег бизнесу.

Да, но креативные идеи — это не забота о деньгах. Для меня это говорит о том, что во всей индустрии есть 1–2% людей, с которыми интересно общаться. Может быть, индустрия молодая. Моё поколение быстро сгорело, на рынке осталось немного опытных людей и тех, кто бы хотел не только зарабатывать деньги, но и решать какие-то индустриальные вопросы. Мне кажется, Россия в целом страна инфантильных людей. Так сложилось исторически — мы привыкли, что о нас кто-то должен заботиться.

— В среде интернет-предринимателей довольно много амбициозных людей.

— Вот сейчас я как раз погрузился в эту среду и получаю от этого гораздо больше удовольствия.

— В России что-то делаете?

— Пока в России, а там посмотрим.

— Так чем вы сейчас занимаетесь?

— Я пока, честно говоря, ничем не занимаюсь. Знакомлюсь, погружаюсь в тему. Смотрю какое-то количество проектов, общаюсь с их лидерами, владельцами и инвесторами. Конечно, мне хочется использовать тот опыт, который у меня есть, поэтому я подбираю компании, в которых может быть моя ценность для них. Если в общих чертах, то мне интересны области, связанные с e-commerce и e-marketing. 

— Не пугает, что государство взялось регулировать эту сферу?

— Я к этому спокойно отношусь. За всю жизнь я увидел много попыток что-то ограничить и зарегулировать. Если таланты в этой области не будут востребованы здесь, они утекут туда, где будут нужны. Россия делает очередную глупость, с моей точки зрения, причём не очень хорошо подумав. Есть хорошая фраза: у нас никогда нет времени сделать хорошо сразу, поэтому мы всегда переделываем. Так и законы у нас принимаются — методом тыка.

То, как ведут себя российские депутаты, выглядит нелепо. За последние два месяца было отлично проведено IPO Тинькова, и чиновники своим глупым предложением обрушили акции на 30%. Потом последовала история с QIWI. Это два лучших примера компаний из новой российской экономики, которые пострадали от действий людей, не заинтересованных в развитии новой экономики.

Мне интересна область интернет-сделок, то, как ей можно способствовать. Когда есть транзакция, есть возможность её оптимизировать и заработать. Есть много технологий, которые получается применять в ритейле. В магазине свершается момент истины, когда потребитель приходит, выбирает товар и открывает кошелек.

— Вы хотите развивать бизнес здесь, а не, допустим, в Америке?

— Я хотел бы работать в России. Не то что бы я такой патриот, но у меня здесь много друзей, родных. И я понимаю, что русских особо нигде не ждут. Американский рынок лет на десять обгоняет российский по качеству инфраструктуры, проектам, людям. К тому же там огромный капитал, привлечённый в эту историю.

— Вы себя видите в роли предпринимателя, инвестора или консультанта?

— Я не вижу проблемы в том, чтобы это всё совмещать. Моя задача — создать один или несколько проектов в сфере интернет-бизнеса.

— Вы же первым начинали делать BBDO в России?

— Ну да, я был одним из первых сотрудников агентства.

— Как вы туда попали?

— Совершенно случайно. Человек, который создавал BBDO, пришёл ко мне в мастерскую. Я тогда занимался современным искусством, это было очень модно. Мои бывшие соавторы сейчас уже известные художники. Вадим Захаров, например, представлял Россию на Венецианской биеннале. Начинал я в хорошей компании.

— Тогда у вас были какие-то ожидания по поводу рекламного рынка?

— Тогда я не знал, что это такое. Рекламы вообще не было, да и меня это тогда мало волновало. Я пошёл в рекламу зарабатывать деньги. Страна очень активно трансформировалась на рубеже веков — с 90-х до начала 2000-х. Конечно, в начале 2000-х после кризиса был бешеный рост — и у компании, и у экономики, другое настроение было в стране.

Я не идеализирую эту ситуацию, было много косяков, но то, что страна прожила последние 10–15 лет подъёма, — это заслуга структурных изменений, которые произошли в начале нулевых. Мы на этом прокатились, но ничего, к сожалению, не добавили к этим изменениям. Кажется, наше руководство думает, что так можно катиться бесконечно, как когда-то была гипотеза, что нефть будет востребована всегда. Государство — неэффективный собственник, мы это проходили в советские времена. Почему в Советском Сюзе не было рекламы? Потому что не было конкуренции. 

единственный политик, которому я был бы готов помогать, — это Ходорковский, который искренне пострадал за свои убеждения

 

Пропаганды сейчас становится всё больше, а хорошей рекламы всё меньше. Я вижу два больших заказчика — крупные международные компании и госструктуры. Государство всё активнее вмешивается в экономику, от него поступает много заказов, раньше такого не было. Моя позиция — в идеале не нужно работать с госструктурами. Хотя, например, Сбербанк — не самый худший вариант госкорпорации.

Есть три типа клиентов сейчас — большие международные компании, крупные местные игроки и госкорпорации. Если говорить о больших западных игроках, они кардинально поменяли отношение к этому рынку в последние два года, перехотели вкладываться в развитие этого рынка, потому что не видят каких-то понятных перспектив.

— Но крупные западные игроки остаются и рекламу на ТВ покупают.

Если раньше они активно инвестировали, строили заводы, развивали инфраструктуру, то сейчас они относятся к этому довольно прохладно. На этом рынке можно заработать довольно много, но вкладывать в него они не стремятся. Если говорить в целом о тенденциях, то, что я вижу, что сегодня на рекламном рынке и, наверное, во всей экономике нет запроса на какой-то прорыв,  инновации или творчество. Есть запрос на сервис — нужно вовремя и качественно обслужить клиента. Но это не самая сильная моя сторона, и это не та экспертиза, которой я бы хотел профессионально заниматься.

— На рынке часто обсуждают, нужно ли вообще делать фестивальные проекты. Они чаще объект искусства, а не рекламный кейс.

— Я считаю, что фестивальные работы двигают индустрию вперёд. Без этого она не развивается. Она, конечно, существует, но для её развития необходимо принимать риски. Спросите любого инвестора — где деньги? Он ответит: «Там, где риски». Если ты хочешь получать много денег, нужно научиться оценивать, рассчитывать и принимать риски. Сегодня в индустрии это не востребовано, а для её нормального развития такие истории нужны, пусть и негативные. Из сотни стартапов выживают два-три, но надо запускать их сотни, чтобы один-два в итоге превратились в Facebook, Pinterest и что-то ещё. 

— Есть агентства, которые вы уважаете в России?

— В России много неплохих агентств. «Восход» нравится тем, что они поставили креативность и борзость на свой флаг, им это помогает двигаться и развиваться. Но я вижу, что это всё-таки не большое агентство, не системное. Они влияют на индустрию, и это хорошо, но по размеру бизнеса они, наверное, меньше 10% от какого-то крупного агентства — по обороту и деньгам. Реклама это всё-таки бизнес, так что я желаю, чтобы они зарабатывали больше.

— Какая мотивация сейчас у молодых людей заниматься рекламой?

— Совсем молодые мне более или менее нравятся — они приходят в рекламу осознанно. Моё поколение шло зарабатывать деньги. Это потерянное поколение врачей, учителей, музыкантов, архитекторов, не состоявшихся в своём деле. Сейчас ребята знают чего хотят. Но, к сожалению, они быстро насыщаются — добиваются среднего уровня и попадают в зону комфорта, а это — страшная вещь.

Я жил в Советском Союзе, поэтому могу жить в любых условиях — ездить в метро или кататься на автобусе — меня это сильно не расстраивает. Как любое зарабатывание связано с риском, так любое развитие связано с напряжением. Если ты хочешь куда-то развиваться, ты должен выйти из зоны комфорта, другого пути нет. Нынешнее поколение не хочет этого делать. Мне кажется, это их ограничение. У моего поколения зона комфорта ничего не определяла. Вадим Дымов, Олег Тиньков могли бы давно остановиться, но не хотят.

— А вы как-то специально себя заставляете выходить из этой зоны?

— Когда у меня спрашивают, что толкает, я говорю, что это жадность и любопытство. Мне интересны люди, ситуации, что-то новое. Важна поддержка со стороны. Семья, дети — это очень сильный стабилизатор. У кого-то друзья, хобби или любимая работа, которая даёт поддержку в жизни.

— Сами пытаетесь менять что-то в системе — заниматься политикой, например?

— Я стараюсь приходить туда, где вижу, что моя экспертиза приносит пользу. Если пойму, что она нужна в политике, займусь ей. Сейчас единственный политик, которому бы я был готов помогать, — это Ходорковский. Этот человек искренне пострадал за свои убеждения. Можно как угодно относиться к нему, но если говорить о российском политическом горизонте, то это человек, с которым можно вести какой-то диалог. Ко всем остальным у меня гораздо больше вопросов.

Я искренне участвовал во вторых выборах Путина — задача была привести молодёжь на выборы, чтобы они просто пришли. Мне эта задача была понятна и нравилась. Ничего хорошего из этого не вышло, но ок, человек учится на ошибках.

В политической сфере я пока не вижу брифа, на который мог бы адекватно ответить. Бриф выйти на площадь — ок. Проголосовать — ну да. Я свои приоритеты по-другому расставляю. Я не считаю, что майдан — хороший способ решения проблемы, потому что в результате страдают невинные люди. Хотя, наверное, для страны это позитивное явление, да и для всего постсоветского пространства — определённые сигналы.

 Фотографии на обложке: BBDO Group, Алексей Седов для colta.ru

 

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Интервью: Партнёры рекламного агентства Slava о кампании «Занимайся чтением» и своём бизнесе
Интервью: Партнёры рекламного агентства Slava о кампании «Занимайся чтением» и своём бизнесе Авторы плакатов с Пушкиным и Толстым в тренировочных штанах рассказали H&F о том, как решили покинуть крупнейшее рекламное агентство страны и сделать собственное.
Интервью: Партнёры рекламного агентства Slava о кампании «Занимайся чтением» и своём бизнесе

Интервью: Партнёры рекламного агентства Slava о кампании «Занимайся чтением» и своём бизнесе
Авторы плакатов с Пушкиным и Толстым в тренировочных штанах рассказали H&F о том, как решили покинуть крупнейшее рекламное агентство страны и сделать собственное.

Реактивная реклама: 7 примеров того, как новости продают
Реактивная реклама: 7 примеров того, как новости продают H&F разобрался, чем поможет аспирин при извержении вулкана, где нужно хранить деньги и как их заработать, оперативно реагируя рекламой на мировые новости.
Реактивная реклама: 7 примеров того, как новости продают

Реактивная реклама: 7 примеров того, как новости продают
H&F разобрался, чем поможет аспирин при извержении вулкана, где нужно хранить деньги и как их заработать, оперативно реагируя рекламой на мировые новости.

«Восход»: Как рекламное агентство из Екатеринбурга получило «Каннских львов»
«Восход»: Как рекламное агентство из Екатеринбурга получило «Каннских львов» Андрей Губайдуллин вместе с партнёрами создал рекламное агентство 17 лет назад. Оно стало заметным игроком не только регионального, но и российского рынка, а в начале лета получило награды в Каннах.
«Восход»: Как рекламное агентство из Екатеринбурга получило «Каннских львов»

«Восход»: Как рекламное агентство из Екатеринбурга получило «Каннских львов»
Андрей Губайдуллин вместе с партнёрами создал рекламное агентство 17 лет назад. Оно стало заметным игроком не только регионального, но и российского рынка, а в начале лета получило награды в Каннах.

Тэги

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Кафе Birds в Белграде

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Гид по магазинам Стамбула: От местного ЦУМа до винтажных лавочек

Проблемы диаспоры. Лев Левченко — о том, почему русские в эмиграции не здороваются друг с другом

Первая полоса

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химииЧто ей делать?

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии Что ей делать?

«За него все подписали и теперь везут в военную часть в Твери». Данила Шершева из «Кружка» забрали в армию

Popcorn Books больше не издают и не продают квир-книги. Завтра последний день, когда их можно купить

«Почта России» запустила доставку одежды из Европы. Также стало известно, кто займет место H&M в торговых центрах

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине

МИД закупил подарки для оставшихся в России иностранных дипломатов — Baza

На обвиняемую в распространении «фейков» про армию России Викторию Петрову давят в СИЗО через ее сокамерниц

В «Черную пятницу» россияне потратили более 13 миллиардов рублей

В 1976 году Путин провел обыск за надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» на Петропавловке

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются

Ведущая «Спокойной ночи, малыши» предложила привезти на фронт Хрюшу со Степашкой и попросить украинцев «остановиться»

«Яндекс» запустил тариф «Вместе» для поездок с незнакомцами в такси

В Minecraft появился постсоветский зимний двор — с пятиэтажками, гаражами и турниками

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде в начале декабря

Little Big покинули двое музыкантов. Похоже, что группа распалась

Сколько пожертвовали москвичи на строительство православных храмов за 12 лет

Спрос на iPhone 14 в России упал в 2,5 раза по сравнению с продажами гаджетов предыдущей модели

Студентку, рассказавшую о принудительных гуманитарных сборах, исключили из техникума

Гид по рынкам Тбилиси
Гид по рынкам Тбилиси Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»
Гид по рынкам Тбилиси

Гид по рынкам Тбилиси
Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»

В парках Москвы открылся 21 каток с искусственным льдом

«ВКонтакте» заблокировала группу «Совета матерей и жен военнослужащих»

РПЦ безвозмездно получила здание петербургской РАНХиГС. Студентов чуть не выселили

В ноябре число объявлений о срочной продаже квартир в России достигло рекорда

Петербургскую тюрьму «Кресты» выставят на продажу

Московские кинотеатры «Факел», «Юность» и «Звезда» откроются в новом году

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники

Более 50% благотворительных фондов заявили о сокращении пожертвований

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропагандаЛучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда Лучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Движение Food not bombs в Москве прекратило деятельность из-за угрозы опасности

Сегодня в Тбилиси пройдет марш против сексуального насилия

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»

На Бауманской горит ТЦ «Елоховский пассаж»

Сериалу «Монастырь» не выдали прокатное удостоверение. По мнению РПЦ, он оскорбляет чувства верующих

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных

Ночью в «Открытом пространстве» проходили обыски. Задержали более 15 человек, многие из них рассказывают об избиениях

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно

Первоклашкам предложили написать письмо «незнакомому мобилизованному» — вместо Деда Мороза

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды Пошаговая инструкция для россиян
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Пошаговая инструкция для россиян

Цена на импортные новогодние ёлки вырастет на 25%. В Рослесинфорге предложили россиянам самим сходить в лес за елью

О героине The Village снимут сериал. Историю Светы Уголёк экранизирует студия «Среда», премьера — в 2024 году

Госдума окончательно приняла закон о запрете «ЛГБТ-пропаганды»

Лейла Гиреева, сбежавшая из дома в Ингушетии от побоев и «лечения от атеизма», на свободе. Но все еще в опасности

Ушедшую из России Lush заменит косметическая сеть Oomph

В медицинских вузах будет больше бюджетных мест

Петербуржцам запретят добывать березовый сок и вырезать надписи на деревьях

Посмотрите, как в Ереване протестуют накануне приезда Путина, Лукашенко и Лаврова

Чехия запретила безвизовый транзит для россиян

Участок «Октябрьская» — «Новые Черемушки» закроют с 3 по 7 декабря

Якутский панк против войны
Якутский панк против войны Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить
Якутский панк против войны

Якутский панк против войны
Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября? Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше

С сайта Мариинского театра убрали имя хореографа Ильи Живого. Он не раз выступал против войны

В Брянске подожгли приют для животных. Погибли 52 кошки и 2 собаки

Испания в 2022-м выдала россиянам в три раза больше шенгенских виз, чем в прошлом году

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»

На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка
На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка

Полковник Генштаба ВС РФ взял взятку стиральной машиной от военного комиссара района Раменки

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы

В кубанской станице установили скульптуру, которая очень похожа на анальную пробку

В Петербурге туристам придется оплачивать курортный сбор

«Выбрались из плена проклятых бюрократов»: Музыкантов «Интуриста» выпустили из брюссельского транзитного центра