28 октября, четверг
Санкт-Петербург
Войти
Общественные пространства15 июля 2021

Первый большой фоторепортаж из ГЭС-2

Первый большой фоторепортаж из ГЭС-2

Появление огромных ярко-синих труб в районе «Красного Октября» местные восприняли настороженно, еще когда пошли первые слухи о проекте. В группе «Соседи. Якиманка, Полянка, Замоскворечье» ГЭС-2, которой эти трубы принадлежат, сравнивали с приземлением SpaceX. А в августе, как только трубы установили, начался холивар — ярко-синий цвет жителям района явно не понравился: «Сколько можно уродовать наш район?», «Ядрено-синий цвет чистоты воздуху не добавляет».

Такой цвет труб — задумка архитектурного бюро итальянца Ренцо Пьяно. Именно он занимается реконструкцией ГЭС-2. Заказчик здания — фонд V-A-C и Леонид Михельсон. Миллиардер очень трепетно относится к проекту (ходит на стройку вместе с Пьяно и с ним же выступает на пресс-конференциях). Так что трубы перекрашивать не собираются.

Тем более что ГЭС-2 уже почти достроили: почти все внутренние помещения готовы. Рабочие готовятся прокладывать коммуникации, запускают лифты и приступают к отделке интерьеров.

ГЭС-2 Михельсон купил в 2014 году. А реконструируют здание уже почти четыре года — сроки открытия несколько раз переносили. Но, кажется, этой осенью новый «дом культуры» все же представят публике.

The Village первым из медиа попал внутрь здания на его финальных этапах стройки. Наш журналист Павел Яблонский сходил на стройку ГЭС-2 и пообщался с архитекторами проекта — о том, как здание вписывается в окружающий архитектурный контекст, какие детали оригинальной конструкции сохранили, ну и главное — почему трубы синие?

Кто строит ГЭС-2

Зимний дворец строил Растрелли, Архангельский собор в Кремле — Алевиз Фрязин, он же Алоизио Ламберти да Монтиньяна, Успенский собор — Фьораванти, Петропавловский собор в Петербурге — Трезини. А ГЭС-2 реконструировал Ренцо Пьяно, тем самым продолжив традицию итальянских архитекторов в России. Пьяно не привыкать к недовольству публики: самое известное его здание, центр Помпиду, приняли далеко не сразу. Парижане сравнивали его с нефтеперегонным заводом, критиковали выведенные наружу коммуникации. Послужной список Пьяно серьезный: нью-йоркский Таймс-билдинг, лондонский The Shard и центр Помпиду в Париже.

Итальянец несколько раз приезжал в Москву (Антонио и его архитектурное бюро BELVEDERE ARCHITECTURE (BA) выступает в роли ответственного партнера проекта). Но непосредственно проект вели архитекторы франко-итальянского бюро Renzo Piano Building Workshop (RPBW) — Антонио Бельведере, Мэттью Даубах и Анна Прокудина.

Именно Анна была главным мостиком между европейскими архитекторами и российской действительностью. При этом последние несколько лет до начала реконструкции ГЭС-2 Прокудина жила в Европе — для нее возвращение в Россию было «интересным опытом»: «Мне пришлось быть посредником, переводчиком и дипломатом, решать проблемы по дедлайнам и в то же время продолжать креативить».

Сидя в местной березовой роще, Анна до сих пор удивляется, что проект воплотился в реальность: периодически изящные планы европейских архитекторов чуть не рушились о российские нормы — в таких случаях на помощь приходили местные коллеги, например архбюро «Апекс»: «Они занимались непосредственно бумажной работой, делали так, чтобы все функционировало с точки зрения закона». Один из примеров непростых согласований, которые приводит Анна, — металлические ограждения внутри здания: согласно российскому законодательству, они должны достигать определенной высоты — 120 сантиметров: «Больше чем половина человеческого роста».

Как устроена ГЭС-2

«Своды»

С начала стройки до установки декоративных заборов прошло почти четыре года. Тогда основное здание ГЭС-2 загораживали разные пристройки и заборы: «Не было видно даже внешних декораций, — рассказывает архитектор Мэттью Даубах. — Так что сперва мы изучили оригинальные чертежи здания и его старые фотографии, чтобы понять изначальный замысел». Когда от окружавшей ГЭС шелухи избавились, нашли удивительные вещи: например, в одном из подвалов соседних домов обнаружились старинные своды — их построил в 1868 году купец Смирнов, чтобы хранить там водку.

Изначально все окружающие постройки планировали снести, но своды оставили — теперь там будут художественные мастерские: пекарня, 3D-печать, керамика, шелкография и другие. Каждый свод — помещение площадью около 60 квадратных метров. Всего в «Сводах» два этажа, один из них подземный. Попасть в краснокирпичный дом можно как с улицы, так и прямо из ГЭС — оттуда с парковки ведет подземный ход.

Основное здание

Если посмотреть на фотографии начала XX века, это очень эклектичное здание: «Здание уже было совокупностью разных противоречащих друг другу элементов: классические орнаменты, стальной индустриальный язык, почти что религиозный объем, и все это заставлено фабричным оборудованием», — рассказывает Даубах. Казалось бы, повсеместная эклектика (посмотрите на колокольню над правым флигелем, а затем на металлические балки — наследие Шухова) должна была помешать архитекторам. Но оказалось, что вся эта мешанина — или пастиш, как говорит Даубах, — дает лишь больше свободы: «Если бы здание было неэластичным, с твердо обозначенным стилем, у нас бы не было возможности его изучать. Было бы сложнее придумывать новые элементы, адаптировать здание к современному использованию, не подрывая согласованность существующего объекта. ГЭС-2 — здание, которое бы никогда не построили в наши дни. Так что это гигантская привилегия — поработать с чем-то подобным».

Архитекторы подошли максимально бережно к вопросу сохранения оригинального облика ГЭС-2. При возможности старые элементы старались не заменять. Например, чинили оригинальные шуховские фермы (стержневая система, из которой сделана крыша): «Это изящные, ажурные, красивейшие конструкции, в них чувствуется рука мастера, и, их, конечно, требовалось сохранить, усилить», — рассказывает Прокудина. При этом не было задачи заново воспроизводить старые фермы. Наоборот, архитекторы и инженеры добавляли новые элементы — затягивающие углы, распорки, — чтобы усилить конструкцию. «Получилась ювелирная работа, и это уникальный случай — в Европе бы никто не согласился этим заниматься из-за соотношения стоимости и производства», — добавляет Прокудина, семь лет проработавшая во Франции.

За все время стройки здание не теряло своей изначальной формы. Потому что его фактически поставили на ножки — ГЭС-2 гигантским куполом висела над стройкой. На прозрачную стеклянную крышу установили солнечные батареи — обещают, что они будут обеспечивать до 10 % электроэнергии, необходимой зданию. Но главная функция стеклянной крыши — это, разумеется, свет (который Пьяно называет строительным материалом — наравне с металлом и бетоном). Конструкция ГЭС-2 чем-то напоминает Киевский вокзал, дебаркадер которого также проектировал Шухов, только вместо перрона здесь «Проспект» — так называют основной проход через здание (ходить по нему сможет кто угодно — ГЭС-2 собираются сделать открытой для прохожих). Была и другая отсылка — католический собор, что также подмечали архитекторы.

Чтобы сохранить 100-метровый неф открытым, все помещения расположили вдоль него, либо в ризалитах — так называются части здания, выступающие за основную линию фасада. На первом этаже в основном проходные помещения: кафе, магазин, открытые места для встреч и вестибюль. Этажом выше — все так же вдоль проспекта — два пространства для галерей. Рядом с ними — библиотека и классы для занятий.

Все этажи опоясывают изящные металлические лестницы и ограждения — те самые, которые было сложно согласовать. В том же стиле сделаны и будто висящие над «Проспектом» площадки — или остановки, как называют их в плане здания. На них также планируют проводить перформансы и репетиции — напротив некоторых даже сделали небольшие трибуны.

Левый ризалит почти целиком отдан под ресторан, а в правом будут резиденции участников международных программ — шесть студий и общая гостиная. На третьем этаже, прямо под крышей, сделают офисы для сотрудников V-A-C. Над правым ризалитом, почти вплотную к кинотеатру «Ударник», возвышается часовня — она была частью первоначального ансамбля ГЭС, но в советское время ее снесли. Помимо своей основной функции, часовня архитектурно рифмовалась с Водовзводной башней Кремля, пока не построили Дом на набережной: «У нас не стоял вопрос, строить ли ее заново. Это важнейший элемент всего ансамбля, единство которого мы хотели восстановить. И это не выглядит новоделом», — объясняет Прокудина. 

Подземные этажи и актовый зал

Но объемов уже существующего здания для всех нужд не хватало. Достраивать этажи было нельзя — изменился бы первоначальный облик здания. Поэтому начали копать вниз. Минусовой этаж получился один — копать глубже помешала вода (как-никак ГЭС-2 находится на острове). Ходят слухи, что докопали и до метро-2 — дальше постучали снизу и попросили прекратить работы. Так или иначе один подземный этаж получился — на нем располагаются основные залы для экспозиции.

Впрочем, помещения универсальны, использовать их можно как угодно — вариативность была одной из базовых установок заказчика (то есть V-A-C) архитекторам: «В „Насосной“ на минус первом этаже можно проводить выставки — там есть возможность контролировать влажность и температуру, что важно для картин, а можно устраивать рейвы на полторы тысячи человек», — рассказывает Мэттью Даубах. «Насосная» — подземная площадка, расположенная под фронтальным зданием, то есть ближе к набережной. Гигантское бетонное помещение под землей почти никак не декорировано — для рейвов этого и не надо, а в случае с выставками кураторы сами займутся оформлением.

На этом подземные этажи не заканчиваются: в противоположной от «Насосной» стороне построили парковку на 212 машин. Но самое удивительное в ней не это, а неровный, словно жидкий потолок — будто вас затопили соседи сверху. Все просто — по ту сторону потолка, то есть на улице, высажена березовая роща. Склон уходит наверх — становится выше и потолок, отсюда такая волнообразная форма.

Еще один способ увеличить объемы здания — пристройки. Работу с ними вели максимально аккуратно, учитывая, оригинальный облик ГЭС. В итоге пристройка получилась всего одна — актовый зал, объемный куб, выходящий в сторону рощи из дальнего торца здания (то есть ближе к Дому на набережной). Архитекторы называют его «проектом в проекте»: «Функционально он независим, у него своя система кондиционирования и внутренняя кухня. Актовый зал органично вписался в общий ансамбль — получился диалог старого и нового». Зал — самое легко трансформируемое помещение во всей ГЭС-2. Сиденья складываются, сцена опускается и поднимается, а большое окно, выходящее в сторону рощи, превращается в экран — здесь будут устраивать кинопоказы, концерты, лекции и перформансы.

Березовая роща

У рощи, которая видна из актового зала, несколько функций: создать небольшое пространства для прогулок, а также визуально отделить ГЭС-2 от нависающего рядом храма Христа Спасителя. Небольшая роща выглядит безупречно: деревья долго подбирали по виду и размеру — искали их в десятках питомников Подмосковья. Проектом высадки простой русской рощи занималось парижское бюро Michel Desvigne Paysagiste — оно много лет сотрудничало с Ренцо Пьяно и обустраивало десятки изысканных садов по всему миру.

Рощу планируют сделать открытой для всех. Сами архитекторы не боятся наплыва публики: «Люди не должны привыкать к оградам, они должны учиться принимать новое. Это происходит само собой, когда в городе появляется что-то свежее. Посмотрите на пример Хохловской площади! Очень плохо, что ее обнесли забором. Если можете написать, чтобы мэр заметил и убрал этот забор, это будет прекрасно», — подытоживает Анна. Кажется, у рощи будет чуть больше шансов на сохранение — не от вандалов, но от городских властей, ведь ГЭС-2 — частная территория. Впрочем, на ночь рощу все же планируют закрывать.

Синие трубы

И все-таки главный вопрос — почему восстановленные по оригинальному проекту архитектора Башкирова трубы покрасили в синий цвет? Мы задали его Мэттью Даубаху, одному из ведущих архитекторов ГЭС-2:

«Я бы соврал, если бы не признал, что в этом была доля провокации. Но нам была необходима новая семиотическая репрезентация труб — чтобы они отличались от всех других труб и это считывалось. Ведь наши трубы не выпускают дым, а, наоборот, очищают воздух. Мы называем их трубами, но, по сути, это даже не трубы, а легкие, через которые здание дышит. И мы искали цвет, который бы это символизировал — чтобы люди визуально считывали эту новую функцию.

Помимо этого, мы много раз анализировали цветовую палитру Москвы и района вокруг ГЭС. И этот район полон цветов — от пастельных до того самого синего, который встречается и в церквях, и на автобусах. Так что это вполне подходящий цвет и для труб. Ну и, конечно, мы вдохновлялись Ивом Кляйном с его знаменитым синим цветом.

Вообще мне кажется, что цвет и композиция — это очень субъективные вещи. Я думаю, что наш цвет весьма харизматичный — сложно назвать его нейтральным выбором. Люди будут на него реагировать: кому-то он покажется странным, кого-то и вовсе собьет с толку. Мне кажется, так было бы с любым цветом, кроме серого — не важно, красным или синим. И это нормально. Вещи, которые провоцируют у людей сильную реакцию, особенно в городском контексте, поначалу не признают. Но потом они постепенно становятся его частью, их принимают и радуются им.

Мы в бюро не хотим слишком часто прибегать к самоцитатам, но одна из наших фишек — выделять элементы здания, которые несут специальные функции. Тот же Помпиду — отличный пример: все функциональные системы здания окрашены в разные цвета. Появляется некий цветовой язык, по которому сразу можно понять, за что отвечают части здания. Например, элементы Помпиду, отвечающие за движение, выкрашены в красный цвет. А трубы ГЭС-2 мы покрасили в синий и внутри, и снаружи здания. Конечно, не вся вентиляционная система окрашена в синий. Трубы, откуда поступает очищенный воздух, мы оставили белыми, ведь нам нужно было сделать пространство для искусства нейтральным. А цветные трубы перетягивали бы на себя слишком много внимания».

Дом культуры

ГЭС-2 — не музей, а «дом культуры», настаивают представители фонда V-A-C. На недавнем Moscow Urban Forum директор фонда Тереза Мавика пояснила, что одна из главных задач институции — убрать барьер между зрителями и искусством: «Мы хотим, чтобы публика чувствовала себя дома. Поэтому дом культуры». На вопрос, на какую возрастную аудиторию рассчитана ГЭС-2, Тереза уклончиво ответила: «Давайте попробуем жить вместе. Давайте попробуем не создавать разделения».

В этом плане интересно, как сработает ориентация на глобализацию — кураторской программой в ГЭС-2 занимается еще один итальянский специалист, Франческо Манакорда. Первый сезон (длиной в четыре месяца — именно так будет устроена культурная программа) открывает уже выступавший в Театре Маяковского исландец Рагнар Кьяртанссон.

ИНТЕРВЬЮ

Франческо Манакорда: «Ценнее быть заинтересованными, чем владеть информацией»

Читать 

«По поводу разделения — это очень важно. Разделение сидит у нас в голове. Если мы сможем это преодолеть… Внутри ГЭС-2 есть магазин, кинотеатр, парковка — все, что может каким-то образом привлекать людей. А когда они уже будут там, нашей задачей будет сделать так, чтобы они вернулись», — говорит Тереза Мавика.

Впрочем, V-A-C не первый день пытается сгладить границу между искусством и людьми, казалось бы, к нему не готовыми. Одно уже ясно: набережную, выстроенную перед ГЭС-2, самый понятный объект из всего ансамбля, приняли уже сейчас: в летние месяцы здесь яблоку негде упасть. «Мы не хотели ограждать спуск к воде, но нам пришлось соблюсти ограничения безопасности, — рассказывает Мэттью Даубах. — Все равно набережная классно работает как открытое общественное пространство — здесь можно присесть с книжкой, выпить кофе или пива». Правда, он не знает, что за банку пива в центре вас задержат полицейские.

Иногда сложно отделаться от мысли, что вся история с ГЭС-2 напоминает эпизод сериала «Великая». В нем прибывшая из Германии императрица отправляется на фронт воодушевить русских солдат. Выйдя из кареты в пышном платье, она аккуратно ступает меж луж, видит окровавленного безрукого солдата, валяющегося в грязи, и протягивает ему кусочек макарона. «Спасибо, императрица», — отвечает он.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Я работаю в Пушкинском музее»
«Я работаю в Пушкинском музее» Выставочные залы, мастерская реставраторов, закрытые хранилища и кабинеты научных сотрудников
«Я работаю в Пушкинском музее»

«Я работаю в Пушкинском музее»
Выставочные залы, мастерская реставраторов, закрытые хранилища и кабинеты научных сотрудников

Как выглядят амфитеатр и променад Политехнического музея после реконструкции
Как выглядят амфитеатр и променад Политехнического музея после реконструкции Новая «Яма» с подогреваемой брусчаткой и проход под зданием к «Зарядью»
Как выглядят амфитеатр и променад Политехнического музея после реконструкции

Как выглядят амфитеатр и променад Политехнического музея после реконструкции
Новая «Яма» с подогреваемой брусчаткой и проход под зданием к «Зарядью»

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

Карелия и Ленобласть: куда уехать из Петербурга на время локдауна

В галерею «Свиное рыло» в Петербурге пришли следователи. Художников обвиняют в оскорблении ветеранов

Можно ли отчислить из вуза за лайк?

Пора утепляться: Где покупать свитеры и кардиганы

Куда поехать в нерабочие дни

Первая полоса

Карелия и Ленобласть: куда уехать из Петербурга на время локдауна
Карелия и Ленобласть: куда уехать из Петербурга на время локдауна 5 отличных загородных отелей: леса, озера, Ладожские шхеры и крепость Орешек
Карелия и Ленобласть: куда уехать из Петербурга на время локдауна

Карелия и Ленобласть: куда уехать из Петербурга на время локдауна
5 отличных загородных отелей: леса, озера, Ладожские шхеры и крепость Орешек

В галерею «Свиное рыло» в Петербурге пришли следователи. Художников обвиняют в оскорблении ветеранов
В галерею «Свиное рыло» в Петербурге пришли следователи. Художников обвиняют в оскорблении ветеранов
В галерею «Свиное рыло» в Петербурге пришли следователи. Художников обвиняют в оскорблении ветеранов

В галерею «Свиное рыло» в Петербурге пришли следователи. Художников обвиняют в оскорблении ветеранов

Можно ли отчислить из вуза за лайк?

И что делать студенту, если это произошло

Можно ли отчислить из вуза за лайк?
И что делать студенту, если это произошло

Пора утепляться: Где покупать свитеры и кардиганы
Пора утепляться: Где покупать свитеры и кардиганы
Пора утепляться: Где покупать свитеры и кардиганы

Пора утепляться: Где покупать свитеры и кардиганы

Куда поехать в нерабочие дни
Куда поехать в нерабочие дни В каких российских городах вы сможете зайти в кафе или в музей по QR-коду
Куда поехать в нерабочие дни

Куда поехать в нерабочие дни
В каких российских городах вы сможете зайти в кафе или в музей по QR-коду

«Ковбой Бибоп»: Космический нуар под звуки джаза
«Ковбой Бибоп»: Космический нуар под звуки джаза Как реклама игрушечных звездолетов превратилась в аниме об одиночестве и травме
«Ковбой Бибоп»: Космический нуар под звуки джаза

«Ковбой Бибоп»: Космический нуар под звуки джаза
Как реклама игрушечных звездолетов превратилась в аниме об одиночестве и травме

26 главных событий этой недели
26 главных событий этой недели Ретроспектива Родченко в Доме радио, OQJAV, фестиваль Halloween Riot и кинофестиваль «Послание к человеку»
26 главных событий этой недели

26 главных событий этой недели
Ретроспектива Родченко в Доме радио, OQJAV, фестиваль Halloween Riot и кинофестиваль «Послание к человеку»

Не только Паралимпиада
Спецпроект
Не только Паралимпиада Победитель игр и тренеры рассказывают об инклюзивном спорте
Не только Паралимпиада
Спецпроект

Не только Паралимпиада
Победитель игр и тренеры рассказывают об инклюзивном спорте

«Чтобы москвичи не приехали»: Гид по локдауну в Петербурге
«Чтобы москвичи не приехали»: Гид по локдауну в Петербурге Все о «нерабочих днях» с 30 октября по 7 ноября
«Чтобы москвичи не приехали»: Гид по локдауну в Петербурге

«Чтобы москвичи не приехали»: Гид по локдауну в Петербурге
Все о «нерабочих днях» с 30 октября по 7 ноября

Что покупать в совместной коллекции H&M и PETA
Что покупать в совместной коллекции H&M и PETA Все, что нужно для холодной погоды. И не только
Что покупать в совместной коллекции H&M и PETA

Что покупать в совместной коллекции H&M и PETA
Все, что нужно для холодной погоды. И не только

Как отказаться от кофе и кому это нужно?
Как отказаться от кофе и кому это нужно? Кофеиновая зависимость — это болезнь, но избавиться от нее легче, чем бросить курить
Как отказаться от кофе и кому это нужно?

Как отказаться от кофе и кому это нужно?
Кофеиновая зависимость — это болезнь, но избавиться от нее легче, чем бросить курить

«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»
«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле» «Выхода нет» поколения зумеров
«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»

«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»
«Выхода нет» поколения зумеров

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права

Гастрономический трансфер: 5 шеф-поваров из Санкт-Петербурга, преуспевших в Москве
Гастрономический трансфер: 5 шеф-поваров из Санкт-Петербурга, преуспевших в Москве
Гастрономический трансфер: 5 шеф-поваров из Санкт-Петербурга, преуспевших в Москве

Гастрономический трансфер: 5 шеф-поваров из Санкт-Петербурга, преуспевших в Москве

Как читатели The Village готовятся к предстоящему локдауну
Как читатели The Village готовятся к предстоящему локдауну
Как читатели The Village готовятся к предстоящему локдауну

Как читатели The Village готовятся к предстоящему локдауну

«Я уехал зимовать в тропики»
«Я уехал зимовать в тропики» Сложно ли сейчас поехать на зимовку и сколько это стоит
«Я уехал зимовать в тропики»

«Я уехал зимовать в тропики»
Сложно ли сейчас поехать на зимовку и сколько это стоит

Яхтсменка пропала на парусной тренировке в Подмосковье

Спасатели ведут поиски

Яхтсменка пропала на парусной тренировке в Подмосковье
Спасатели ведут поиски

Что покупать в коллекции Uniqlo +J?
Что покупать в коллекции Uniqlo +J?
Что покупать в коллекции Uniqlo +J?

Что покупать в коллекции Uniqlo +J?

«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше
«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше
«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше

«К черту скромность»: Как говорить о деньгах, чтобы вам заплатили больше

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters» Артем Макарский — о том, как изменилась певица
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Артем Макарский — о том, как изменилась певица

Подпишитесь на рассылку