23 октября, суббота
Нижний Новгород
Нижний Новгород
Войти

Популярные пластиковые курорты Как Черное море стало самым грязным в Европе и почему это опасно

Популярные пластиковые курорты

Черное море — самый популярный курорт у россиян, особенно в условиях пандемии. В этом году в Сочи приехало на 120 % больше туристов, чем обычно. Весной здесь даже прошли пикеты против огромного туристического потока. На юге России много свалок и плохо налажен раздельный сбор, а пластика производится с каждым годом все больше. Он оказывается в море, после чего штормы выкидывают его на берег.

Сейчас мы приезжаем отдыхать уже на пластиковые курорты, буквально купаемся в пластике, хотя каких-то 15 лет назад все было иначе. Никакого государственного мониторинга загрязнения побережий в России нет, занимается наблюдением только Гринпис, который второй год подряд собирает большие данные о главных загрязнителях российских водоемов, чтобы наконец-то донести до Минприроды, что проблема критическая и решать ее нужно срочно. Спецкор The Village Алена Дергачева, которая выросла на Черном море, в конце октября съездила в пластиковую экспедицию по родному побережью и рассказывает, почему местные пляжи стали самыми грязными в Европе.

«Ты понимаешь, что мусор бесконечен»

 — Турецкие крышечки! Турецкие йогурты, турецкие шприцы! Не могу их больше видеть… Осторожно: иголка!

 — А это что такое? Резина? Пластик? Невозможно понять — не вижу ничего… Еще шесть кусков пенопласта и одна шпажка!

Так заканчивается третий и самый сложный день экспедиции Гринписа по наблюдению за пластиковым загрязнением на Черном море. Весь вечер в Анапе идет дождь, из-за чего мелкий мусор с Бугазской косы, и так перепачканный песком и водорослями, превращается в грязную бурую кашу. Сортировать его более чем на 156 видов приходится уже при свете фар и карманных фонариков. Одежда у всех вымокла, грязь неприятно забилась под ногти даже через перчатки, но днем разделять мусор было и вовсе невозможно — погода была еще хуже.

Для подготовки к экспедиции глава токсического отдела Гринписа Алексей Киселев и эксперт проекта «Ноль отходов» Дмитрий Нестеров заранее объехали побережье от Сочи до Анапы и определили точки, где будут собирать данные о мусоре. Помимо Бугазской косы, это анапские «Золотые пески», самый южный пляж России «Крылья Балтики» на границе с Абхазией и берег села Шепси Туапсинского района. Два года назад Гринпис собрал на пяти пляжах Черного моря больше 92 килограммов пластика, в основном пенопласт и бутылки. Уже тогда сотрудники заметили: чем труднее человеку попасть на берег, тем он грязнее. Это связано с тем, что дикие пляжи не убирают, а мусор, уже попавший в море, выносит туда непрерывно.

Пластиковое побережье Бугазской косы в Анапском районе

Бугазская коса — это тоненькая полоска суши в Анапском районе шириной всего 200 — 300 метров, место миграции множества птиц и часть заказника «Благовещенская коса». Утром она встречает нас табличкой с предупреждением: «Береги природный заповедник! Не превращай его в свалку — забери мусор с собой. Подумай о детях своих детей, сохрани для них этот уникальный уголок планеты». Правда, прямо под информационным стендом валяется около 20 мусорных пакетов. Судя по запаху, лежат они здесь давно — в несезон, когда туристов нет, отходы с косы совсем не вывозят. Раньше здесь хотя бы стояли приличные контейнеры, отмечает Дмитрий Нестеров. Но эта свалка, явно созданная людьми, не главная цель Гринписа, как и уборка пляжа.

Берега России тотально погрязли в одноразовом пластике, пенопласте и окурках

В первую очередь нужно найти мусор, который вынесло море, собрать его на участках длиной в 100 метров, взвесить, распределить по типам, записать каждый кусочек в протоколы и на основе собранных больших данных выявить главных загрязнителей. Как показала эта и прошлые экспедиции, в том числе на Байкал, Куршскую косу и Нижне-Свирский заповедник на Ладоге, берега России тотально погрязли в одноразовом пластике, пенопласте и окурках, которые почти невозможно переработать, хотя именно на переработку и развитие раздельного сбора уповает Минприроды. Гринпис уже составил список из 20 видов одноразовых предметов, которые нужно поэтапно выводить из оборота в России, и требует принять соответствующий закон (петицию в поддержку этой инициативы можно подписать здесь).

Из 4 тысяч фрагментов мусора, собранного на Байкале в 2019 году, почти 87 % оказались пластиком. С Куршской косы собрали 2,4 тысячи фрагментов мусора, 80 % из них — пластик. Участники 275 народных проверок загрязнения берегов — пластиквотчингов — в прошлом году собрали, отсортировали и посчитали 229 тысяч фрагментов мусора. Из них 68 % оказались пластиком.

После сильного шторма на песчаную косу вынесло, кажется, бесконечное количество мусора. Если Черное море уже окрестили самым грязным в Европе (здесь плавают сотни мусорных островов, каждый час реки Дунай, Дон, Днестр, Риони приносят сюда до 50 фрагментов мусора. — Прим. ред.), то пляж Бугазской косы смело можно назвать самым пластиковым: куски трубочек, колпачков, расчесок, зубных щеток, бутылок, этикеток, пакетов простираются на все 12 километров перешейка. Из-за особого расположения течения несут на косу мусор со всего побережья, именно поэтому мы нашли здесь так много вещей из Турции: десятки шприцев, банок от напитков и бытовой химии.

Сортировка найденного на пляже в Шепси мусора

Наполнив и взвесив мешки, вываливаем содержимое на синий тент для сортировки, но начинается ливень. Приходится быстро сгрести все собранное обратно и бежать под крохотную спасательную вышку, которая не очень-то спасает от потоков воды. «Мы как в автозаке!» — шутит фотограф Слава. Волонтер Женя Булгаков, чтобы подбодрить нас, рассказывает, как на гринписовском корабле его окунали в бочку с остатками пищи — это устоявшаяся мореходная традиция, если человек впервые в жизни пересекает экватор. Когда дождь стихает, едем отбирать мусор во двор гостиницы в Анапе. Совсем скоро новый шторм принесет на Бугазскую косу столько же пластика, сколько мы застали в день экспедиции.

Сбор мусора на Бугазской косе

«О проблеме загрязнения знает каждый отдыхающий, но почему-то не знает премьер-министр, его заместитель и министр природных ресурсов. Уже понятно, что собрать и переработать весь мусор невозможно: даже если мы пригоним на черноморское побережье всю российскую армию, она сегодня уберет, а завтра волны вынесут столько же. И ведь это не враги нагадили — это мы нагадили. Все, кто приезжал на Черное море, — от Владивостока до Калининграда. Ну и немножко Турция. Это напоминает ситуацию, когда кран открыт, воды в ванне уже через край, а мы черпаем ее чайной ложкой. Хотя очевидно, что надо закрыть кран и выдернуть пробку, а ложка не поможет. Здесь, на косе, мы находимся на пути миграции птиц. Можно себе представить, сколько из них уже полегло из-за пластика», — замечает Алексей Киселев. Он занимается охраной природы более 30 лет, одним из первых волонтеров Гринписа он стал еще в 1989 году.

И ведь это не враги нагадили — это мы нагадили. Все, кто приезжал на Черное море

«В Нижне-Свирском заповеднике у меня были похожие эмоции. Сначала ты воодушевлен: „Сейчас мы все тут раскопаем!“ Потом это переходит, грубо говоря, в отчаяние, потому что ты собираешь, собираешь, а он [мусор] не кончается. Наверное, этого и стоит ожидать, но именно на побережье ты понимаешь, что мусор бесконечен. Сначала даже приятно смотреть, каким чистым стал пляж, а потом приходит осознание, что уборка не поможет. У людей в принципе уже нет столько сил, чтобы убрать весь пластик, который попал в природу. Я хорошо помню усталость из-за того, что нельзя собрать все. В заповеднике были дюны, в которые только копнешь и вытащишь столько, что заполнишь один, второй, десятый мешок. За два дня мы собрали там 200 килограммов», — рассказывает Елена Макарова, руководитель операционно-логистического отдела в Гринписе. Она помогает организовывать экспедиции.

Всего на двух участках косы мы собрали 3,9 тысячи фрагментов мусора, и из них рекордные 99 % оказались пластиком.

Экспедиция в закрытый для посещений Нижне-Свирский заповедник в Ленобласти прошла в конце этого августа. Двести собранных там килограммов — это в два раза больше мусора, чем ранее нашли на Байкале: «Мы не ожидали увидеть такое количество пластика в заповеднике. Людям требуется специальный пропуск, чтобы оказаться на этой территории, а вот мусору он не нужен: пакеты, пластиковые бутылки мигрируют по водным путям, попадая в воду с пляжей, кораблей и свалок, а ведь здесь находится орнитологический центр, пролетают миллионы птиц в год, которые могут принять пластик за еду и погибнуть».

Руководитель токсического отдела Гринписа Алексей Киселев и волонтер Евгений Булгаков на пляже «Золотые пески»

«Человечество перерабатывает природу»

Европарламент запретил производство и продажу одноразовых вещей из пластика на своей территории с 2021 года. Директиву об одноразовом пластике разработали на основе масштабной программы мониторинга побережий, которая длилась целых семь лет: только в 2016 году в Европе собрали около 400 тысяч кусков мусора на 277 пляжах. Для исследования использовали методику Guidance on Monitoring of Marine Litter in European Seas, которую разработал проект DeFishGear, — именно ее российский Гринпис адаптировал к нашим реалиям для своих экспедиций.

В России не существует федеральной системы мониторинга загрязнения побережий, то есть нет официальной статистики по количеству и видам мусора, который скапливается около водоемов. Но пластика становится больше, и вина тому — неконтролируемый рост производства одноразовых вещей.

Одноразовый пластик не только не перерабатывается, но и вредит животным и птицам, которые ошибочно принимают его за еду, а еще потенциально опасен для людей, которые уже сейчас потребляют с пищей колоссальное количество микропластика. В этот раз сотрудники Гринписа снова нашли на всех исследованных берегах пластик, который прямо в руках рассыпался на мелкие куски. Это показатель того, что он долгое время провел в воде или пролежал на суше. Поскольку в море сливают в том числе токсичные воды, а частички пластика позволяют токсинам на них налипать, на крохотных обломках могут находиться супертоксиканты, например диоксины, и невозможно предсказать, что именно произойдет с человеком, в которого попадет такая частичка вместе с водой или едой, поясняет Киселев.

Мусор и бродячий пес на берегу села Шепси Туапсинского района

«Загрязняющая промышленность работает, чтобы дать потребителю одноразовый товар, который почти сразу превратится в мусор. Получается простая логическая цепочка: человечество перерабатывает природу в мусор. Это нужно остановить», — отмечает специалист.

Раздельным сбором проблему не решить: «Та же Coca-Cola говорит, что собрала 86 тысяч тонн пластика, но, конечно, не упоминает, что за это время произвела в 100 раз больше, а я потом эти бутылки здесь собираю». Киселев считает, что у бутылок должна быть залоговая стоимость, как в Скандинавии и Европе, когда ты сдаешь их в автомат и получаешь деньги за упаковку обратно, на все товары нужно ставить утилизационный сбор, как это сделали с автомобилями, которые благодаря этому в России почти не выбрасывают — государство оплачивает их переработку, а брать одноразовую трубочку в кафе должно стать таким же дурным тоном, как курить на детской площадке.

Еще одна проблема, по его мнению, — развитие мусоросжигания в стране: «Мы знаем, что люди честно собирают пластик, моют его, сдают, а в реальности из него перерабатывается максимум 30 %, а огромную часть сжигают. И пока есть сжигание, никто регулированием пластика серьезно заниматься не будет, потому что, если навести порядок, заводы встанут и гореть будет нечему» (в прошлом году в России вообще приравняли сжигание к переработке. — Прим. ред.)».

«Важно, чтобы эта работа возымела успех и в России запретили или хотя бы ограничили производство одноразового пластика», — добавляет волонтер Женя. Это и есть основная цель экспедиций Гринписа.

Сортировка мелкого мусора — всего в протоколах 156 разных фракций

«„Скрепыши“ тоже все здесь»

В первый день экспедиции в Сочи на самой границе с Абхазией довольно людно. Конец октября в этом году выдался аномально теплым, и отдыхающих все еще много. К нам выходит хозяин пляжа Роман, который сделал полезное дело — поставил столики и лавочки, а рядом прикрутил мангалы, чтобы люди жарили на них шашлыки, но туристы и местные все равно несут на пляж одноразовые, а потом просто бросают их, жалуется мужчина.

Подбираем сотни окурков. Сотрудница проекта «Ноль отходов» Ира Козловских замечает крышечку от пластиковой бутылки Coca-Cola — такие ей попадались во всех поездках: не только на Черном море, но и на Балтийском, Адриатическом и Баренцевом, а также на Байкале и Ладоге. Находим выцветшую банку с ядом — токсичным инсектицидом: «Дуст от насекомых-вредителей, фабрика лекарств „Каньда-Хобой“». И «Скрепыш» из «Магнита» — эти игрушки бесплатно раздают на кассах сети при покупке от 400 рублей.

Дорога с удаленного участка пляжа в Шепси с собранными мешками мусора. Все, что возможно, Гринпис отдает в переработку

«„Скрепыши“ тоже все здесь, на побережьях. Магазины говорят, что главное для них — это маркетинговые привилегии. Но что они делают на самом деле: берут кусок полимера, который в окружающей среде будет разлагаться очень долго, дают его ребенку, для которого это развлечение на 15 минут. Потом этот кусок полимера становится мусором. Через пять лет „Скрепыш“ распадается на микропластик, а через десять лет попадает в кровь их же потребителя, который вообще-то должен быть к ним лоялен. Как они этого не понимают, я не знаю. Вроде простая вещь», — удивляется Киселев.

За мной наблюдает мужчина, который пришел на пляж поплавать с сыном. Он спрашивает: «А у вас есть еще мешки?» Потом достает собственный пакет и начинает убираться вокруг, как он сам сказал, чтобы показать пример ребенку. Сотрудникам Гринписа не нравится, когда люди видят в них уборщиков. «То, что мы делаем, — это сложный анализ данных по международной методике, но для многих это выглядит так, будто мы просто чистим пляж», — говорит Женя. Ксения Сабинина, медиакоординатор проекта «Ноль отходов», тоже рассказывает, что ей было неприятно, когда отдыхающие стали указывать ей на бутылку, мол, уберите и вот здесь тоже, пожалуйста.

«Скрепыш» распадается на микропластик, а через десять лет попадает в кровь их же потребителя

Во второй день экспедиции три часа едем по серпантину в село Шепси в Туапсинском районе. Доезжаем до пансионата «Парус», останавливаемся у местных живописных фавел — надстроенных гаражей, в которых селят отдыхающих. От них идем два километра по узкому каменистому пляжу вдоль железной дороги и огромных граффити на опорной стене вроде «Елабуга 2007». Жарко, почти 30 градусов. Натыкаемся на два куска фанеры, на которых написано «Железнодорожники» и «С праздником».

На берегу почти никого, только редкие рыбаки и пара бродячих собак. Совсем недавно здесь прошел шторм, и это именно то, что нужно, — вынесло кучу мусора. Мы вытаскиваем его из уже подсохших на солнце водорослей, они прилипают к перчаткам и сильно колются. Мусор не заканчивается. Боимся, что не успеем его отсортировать и посчитать до заката. Накидали в мешки уже больше 40 килограммов. Алексей торопит: «Давайте быстрее, а то в темноте ноги переломаем». Камни на этом побережье очень крупные. Сортируем прямо на буне, море снова штормит и осыпает нас брызгами. Кое-как заканчиваем.

Тут мы нашли 300 кусков пенопласта, 401 пластиковую бутылку для напитков, 27 разных тапочек или туфель и зимний ботинок, несколько метров веревок, надувной матрас, галстук и нижнее белье.

Лебедь и чайка на пляже «Золотые пески». Пластик на берегах особенно опасен для птиц

«Как куда? На свалку!»

«Мне в целом нравится полевая работа. Я участвовал практически во всех экспедициях», — рассказывает Дмитрий Нестеров. На Байкале его удивило количество рыболовных снастей и поплавков, на Куршской косе — окурков и пенопласта. Но еще во время подготовки к этой поездке он понял, что на Черном море будет гораздо хуже.

В последний день после бури на пляже «Золотые пески» в Анапе валяются не только фрагменты пластика, но и погибшие гигантские медузы с длинными сине-фиолетовыми щупальцами. Прямо перед началом сбора на берег приезжает фургончик муниципального предприятия «Объединение курортных услуг» с прицепом. Сотрудники убирают мусор. По правилам, если побережье очистили, то Гринпис должен отказаться от точки. Так уже случилось в этот раз с одним из запланированных пляжей в Сочи.

Грузовичок приходится догонять 20 минут, чтобы узнать, в чем дело. Сотрудниками оказываются обычные дворники, которые убирают этот пляж каждый день. Собирают они только крупный мусор вроде бутылок и пакетов и только по краю воды. На вопрос, куда отвозят пластик, они отвечают: «Как куда? На свалку!» Мелкие кусочки, которыми усыпан берег, уборщики не трогают — микропластик остается Гринпису, и экспедиция продолжается. К слову, весь собранный мусор, который реально переработать, организация обязательно отвозит в пункты приема, а не на свалку, как МУП.

Киселев рассказывает, что давления на участников наблюдения не бывает: «А что нам сделают? Мы спокойно можем находиться на пляжах как обычные жители России». Правда, в Адлере служащие военной части настоятельно попросили нас не фотографировать «в сторону границы с Абхазией».

Начинается сильный ветер, который снимает слои золотистого песка, открывая новые залежи пластика. Собирать мусор сложно: его выбивает из мешков обратно на пляж. Волны прямо при нас выносят на берег резиновый мяч и бутылки. Это невозможно остановить. Алексей говорит, что пора бы уже не только собирать статистику по загрязнению в целом, но и считать, сколько мусора вынесло на берег за определенное время, например за час.

Ксения Сабинина на пляже «Крылья Балтики» на границе с Абхазией

Вернувшись в Сочи, захожу в кофейню, которая, как и большинство заведений, под предлогом пандемии отказалась от обычной посуды и оставила только одноразовую. Смотрю на гору бессмысленного пластика и понимаю, что три дня назад за полчаса выкопала из-под камней в Шепси сразу пять таких кофейных стаканчиков — жутко грязных, сырых, запутавшихся в тине, на одном из них даже успели поселиться два морских желудя. В детстве я собирала на берегу маленькие ажурные ракушки, которые хранила в шкатулке, как драгоценность, а спустя 15 лет вытряхиваю из них микропластик. Мне больше не хочется покупать одноразовые вещи. Вообще никогда.

Еще раз вспоминаю слова Киселева: «Пластик — это великий уравнитель. Мы либо выживем, либо нет. Потому что проблема на Черном море касается всех и горе у нас одно». Жалко, что пока это понимает не каждый.

Фотографии: обложка, 1, 6 — Алена Дергачева, 2, 3, 4, 5, 7, 8 — Слава Замыслов/Гринпис

Share
скопировать ссылку

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

Крепкие пары Нижнего о важности компромиссов, походов к психологу и фотографиях с игрушечной акулой

Фестиваль американского кино в «Орленке», Пионерлагерь Пыльная Радуга в Alcatraz и ssshhhiiittt! в Milo Concert Hall

Акция в поддержку врачей, фестиваль «Вилка и стрелка» и создание гастрономической столицы России

Как изменился парк «Швейцария» после реконструкции

Арт-директор Salut&Co Катерина Груздева — о любимой одежде

Первая полоса

Крепкие пары Нижнего о важности компромиссов, походов к психологу и фотографиях с игрушечной акулой
Спецпроект
Крепкие пары Нижнего о важности компромиссов, походов к психологу и фотографиях с игрушечной акулой
Крепкие пары Нижнего о важности компромиссов, походов к психологу и фотографиях с игрушечной акулой
Спецпроект

Крепкие пары Нижнего о важности компромиссов, походов к психологу и фотографиях с игрушечной акулой

Фестиваль американского кино в «Орленке», Пионерлагерь Пыльная Радуга в Alcatraz и ssshhhiiittt! в Milo Concert Hall

Фестиваль американского кино в «Орленке», Пионерлагерь Пыльная Радуга в Alcatraz и ssshhhiiittt! в Milo Concert Hall

Фестиваль американского кино в «Орленке», Пионерлагерь Пыльная Радуга в Alcatraz и ssshhhiiittt! в Milo Concert Hall

Фестиваль американского кино в «Орленке», Пионерлагерь Пыльная Радуга в Alcatraz и ssshhhiiittt! в Milo Concert Hall

Акция в поддержку врачей, фестиваль «Вилка и стрелка» и создание гастрономической столицы России
Акция в поддержку врачей, фестиваль «Вилка и стрелка» и создание гастрономической столицы России Как устроена «Ассоциация рестораторов» в Нижнем Новгороде
Акция в поддержку врачей, фестиваль «Вилка и стрелка» и создание гастрономической столицы России

Акция в поддержку врачей, фестиваль «Вилка и стрелка» и создание гастрономической столицы России
Как устроена «Ассоциация рестораторов» в Нижнем Новгороде

Как изменился парк «Швейцария» после реконструкции

Как изменился парк «Швейцария» после реконструкции

Как изменился парк «Швейцария» после реконструкции

Как изменился парк «Швейцария» после реконструкции

Арт-директор Salut&Co Катерина Груздева — о любимой одежде
Арт-директор Salut&Co Катерина Груздева — о любимой одежде
Арт-директор Salut&Co Катерина Груздева — о любимой одежде

Арт-директор Salut&Co Катерина Груздева — о любимой одежде

Артем Фейгельман — о проспекте Ленина, площади Комсомольской и тиндере нулевых у кинотеатра «Россия»
Артем Фейгельман — о проспекте Ленина, площади Комсомольской и тиндере нулевых у кинотеатра «Россия»
Артем Фейгельман — о проспекте Ленина, площади Комсомольской и тиндере нулевых у кинотеатра «Россия»

Артем Фейгельман — о проспекте Ленина, площади Комсомольской и тиндере нулевых у кинотеатра «Россия»

Винный бар Vins: новое атмосферное место для тех, кто хочет разобраться в вине и найти единомышленников
Промо
Винный бар Vins: новое атмосферное место для тех, кто хочет разобраться в вине и найти единомышленников
Винный бар Vins: новое атмосферное место для тех, кто хочет разобраться в вине и найти единомышленников
Промо

Винный бар Vins: новое атмосферное место для тех, кто хочет разобраться в вине и найти единомышленников

Редакция The Village вспоминает, какими были их страницы ВКонтакте
Спецпроект
Редакция The Village вспоминает, какими были их страницы ВКонтакте Ностальгия по случаю пятнадцатилетия соцсети
Редакция The Village вспоминает, какими были их страницы ВКонтакте
Спецпроект

Редакция The Village вспоминает, какими были их страницы ВКонтакте
Ностальгия по случаю пятнадцатилетия соцсети

Художник Егор Плотников — про роль пейзажа в современном искусстве, поиск натуры и выставку «Вычитания» в FUTURO
Художник Егор Плотников — про роль пейзажа в современном искусстве, поиск натуры и выставку «Вычитания» в FUTURO
Художник Егор Плотников — про роль пейзажа в современном искусстве, поиск натуры и выставку «Вычитания» в FUTURO

Художник Егор Плотников — про роль пейзажа в современном искусстве, поиск натуры и выставку «Вычитания» в FUTURO

Как выглядит коворкинг SHARE для айтишников
Промо
Как выглядит коворкинг SHARE для айтишников IT-кластер в центре Нижнего на триста пятьдесят рабочих мест
Как выглядит коворкинг SHARE для айтишников
Промо

Как выглядит коворкинг SHARE для айтишников
IT-кластер в центре Нижнего на триста пятьдесят рабочих мест

«Все равно, за что браться — главное, чтобы работа была интересна мне!»
«Все равно, за что браться — главное, чтобы работа была интересна мне!» Архитектор Станислав Горшунов — о важном и своих проектах в Нижнем
«Все равно, за что браться — главное, чтобы работа была интересна мне!»

«Все равно, за что браться — главное, чтобы работа была интересна мне!»
Архитектор Станислав Горшунов — о важном и своих проектах в Нижнем

Что изменилось в обновленном «Рекорде»
Что изменилось в обновленном «Рекорде» Новое культурное пространство на привычном месте
Что изменилось в обновленном «Рекорде»

Что изменилось в обновленном «Рекорде»
Новое культурное пространство на привычном месте

Неочевидный Нижний: любимые места городских гидов, о которых они не рассказывают на экскурсиях
Неочевидный Нижний: любимые места городских гидов, о которых они не рассказывают на экскурсиях
Неочевидный Нижний: любимые места городских гидов, о которых они не рассказывают на экскурсиях

Неочевидный Нижний: любимые места городских гидов, о которых они не рассказывают на экскурсиях

Я занимаюсь иппотерапией
Я занимаюсь иппотерапией О лечении лошадьми и работе с особенными детьми
Я занимаюсь иппотерапией

Я занимаюсь иппотерапией
О лечении лошадьми и работе с особенными детьми

Где поработать фрилансеру?
Где поработать фрилансеру? Нижегородские коворкинги с комфортными условиями
Где поработать фрилансеру?

Где поработать фрилансеру?
Нижегородские коворкинги с комфортными условиями

Авторский нижегородский декор: бетонные кашпо, алтарные вещи и ваза в форме коровьего вымени
Авторский нижегородский декор: бетонные кашпо, алтарные вещи и ваза в форме коровьего вымени
Авторский нижегородский декор: бетонные кашпо, алтарные вещи и ваза в форме коровьего вымени

Авторский нижегородский декор: бетонные кашпо, алтарные вещи и ваза в форме коровьего вымени

Выбор киноэксперта: Что смотреть на кинопарковке от Tele2
Спецпроект
Выбор киноэксперта: Что смотреть на кинопарковке от Tele2
Выбор киноэксперта: Что смотреть на кинопарковке от Tele2
Спецпроект

Выбор киноэксперта: Что смотреть на кинопарковке от Tele2

Hungry Dragon на Покровке, новый изакая-бар на Рождественской и «Совок» в бывшей судейской вышке на Гребном
Hungry Dragon на Покровке, новый изакая-бар на Рождественской и «Совок» в бывшей судейской вышке на Гребном
Hungry Dragon на Покровке, новый изакая-бар на Рождественской и «Совок» в бывшей судейской вышке на Гребном

Hungry Dragon на Покровке, новый изакая-бар на Рождественской и «Совок» в бывшей судейской вышке на Гребном

Как устроен мусоросортировочный завод под Дзержинском?

Как устроен мусоросортировочный завод под Дзержинском?И почему важно сортировать мусор

Как устроен мусоросортировочный завод под Дзержинском?

Как устроен мусоросортировочный завод под Дзержинском? И почему важно сортировать мусор

Инстаграм проекта помощи городским животным «Угол»

Инстаграм проекта помощи городским животным «Угол»

Инстаграм проекта помощи городским животным «Угол»

Инстаграм проекта помощи городским животным «Угол»

Подпишитесь на рассылку