17 октября, воскресенье
Москва
Войти

«Есть подозрения, что вы торгуете наркотиками»: Как москвичке угрожали волгоградские полицейские И что делать, если вас удерживают люди в штатском

«Есть подозрения, что вы торгуете наркотиками»: Как москвичке угрожали волгоградские полицейские

16 апреля 2021 года сотрудники полиции Волгоградской области сажали деревья в честь дня рождения главка МВД в городе Дубовка. В этот же день их коллеги поймали в Москве 26-летнюю Дарью Константинову прямо у подъезда ее дома и заявили, что она занимается оборотом наркотиков. Даша печет торты в маленькой однушке в жилом комплексе на окраине города — пару раз готовила брауни из конопляной муки, которая продается почти в каждом магазине, но никогда не принимала запрещенные вещества и даже не знала, что такое Tor.

Пять полицейских в штатском продержали девушку в темном углу двора около четырех часов: не давали пользоваться телефоном, запугивали и уговорили пустить в квартиру, чтобы изучить технику. По словам адвоката и старшего партнера проекта «Сетевые свободы» Станислава Селезнева, сотрудники правоохранительных органов из других регионов часто приезжают с подобными проверками в Москву, поэтому, к сожалению, оказаться на месте Константиновой может каждый. Дарья, которая до сих пор с опаской подходит к своему подъезду, рассказала The Village свою историю, а вместе со Станиславом Селезневым мы разобрались, как реагировать на манипуляции людей в штатском, не пугаться их грубости и о чем нужно знать, если вас незаконно удерживают на улице.

«У тебя в Tor свой магазин»

Около десяти вечера я возвращалась домой с работы. Надела тоненькую куртку и поэтому сильно мерзла: днем в апреле еще тепло, а к ночи совсем холодает — было чуть больше 10 градусов. Как только подошла к своему подъезду, меня окружили пять высоких мужчин в медицинских масках и взяли за руки: «Здравствуйте, Дарья, убирайте телефон, у нас есть подозрения, что вы торгуете наркотиками». Я вся сжалась. За спиной висел рюкзак, который пришлось судорожно перевесить вперед и быстро закрыть все карманы на молнии — стало страшно, что мне что-нибудь подкинут.

Мужчины, всем на вид примерно 30–40 лет, представились сотрудниками Госнаркоконтроля по Волгоградской области. Сказали, что специально приехали в Москву, чтобы меня найти, и что долгая дорога их утомила (путь из Волгограда в Москву на автомобиле занимает примерно 12 часов, если ехать без остановок, — Прим. ред.). Неподалеку действительно стояла светлая машина с номерами 34-го региона. С этим местом я почти не связана. Бывала там один раз, когда мне было 15 лет — приезжала в гости к крестному и его семье.

Мне мельком показали корочки, которые я толком не успела разглядеть. Объяснили, что дело о крупном обороте наркотиков, в котором меня подозревают, «разрабатывалось» целый год, но почти никаких деталей о нем мне не сообщили — только туманно намекнули, что где-то засветился мой IP-адрес. Мужчины предложили отойти в сторону. От страха я не понимала, как правильно себя вести, поэтому согласилась.

Мы остановились в темном углу — в такой точке, где меня никому не было видно. Если бы мой муж Саша выглянул в окно, чтобы осмотреть двор, он бы нас не заметил. Камер там тоже не было. Сотрудники попросили показать паспорт, но я отказалась: знаю, что не обязана носить его с собой, хотя они утверждали обратное. Тогда человек, называвший себя оперативником, показал ксерокопию моего старого паспорта, который я получила в 14 лет. Спросил, мой ли это документ. Мне показалось это странным, но я подтвердила, что это так.

Во дворе сотрудники продержали меня в общей сложности четыре часа — все это время Саша, которому я успела написать, что еду домой, не переставал мне звонить. Телефон разрывался, но отвечать мне категорически не разрешали. Я не могла рассказать никому, что происходит, и позвать на помощь.

Время тянулось. Мужчины рассказывали о подозрениях, повторяя одни и те же слова: что я крупный наркоторговец и что у меня свой магазин в даркнете. Называли якобы мой ник — «Заза», «Зиза» или «Зуза», уже точно не помню. При этом я настолько далека от темы торговли наркотиками, что переспрашивала у сотрудников: «А что такое Tor?». А они продолжали: «Как что? У тебя в Tor свой магазин». Я объясняла, что не знаю, как мне им отвечать и что боюсь, что мне подбросят наркотики. На это мужчины только ухмылялись и хихикали, а потом один внезапно предположил, что я просто «слишком много смотрю телевизор». Я возразила, что вообще его не смотрю. Он удивился: «Вы что, из этих?». Я так и не поняла, из каких «из этих».

Больше всего мне запомнился «старший», который всеми командовал: хорошо одет, в отличие от своих коллег, тактичный и вежливый, пухленький, крепкий и темноволосый. Другие, напротив, были светловолосыми, с голубыми глазами, краснолицые и с сиплыми голосами. Они поддакивали главному и вели себя грубо. Если я делала шаг в сторону — меня сразу одергивали. Один был в серо-голубой спортивной ветровке. Все пятеро — в кожаных ботинках, через плечо перекинуты прямоугольные барсетки. Все курили IQOS.

«Скажи спасибо, что ты баба»

Несколько раз мне предлагали пойти в машину, но я отказывалась — что угодно могло случиться, если бы я туда села. «Зачем вы так плохо о нас думаете?», — отвечали мужчины на все опасения. Но не бояться было невозможно. Пугало само положение: вроде, мне несколько раз четко повторили, что я не задержана, но с родственниками и адвокатом связаться не дают, я стою в оцеплении неизвестных людей, чего-то жду, мне ничего не предъявляют — только уверяют, что я торгую наркотиками.

Помимо этого, сотрудники, ссылаясь на закон «О полиции», утверждали, что обязаны меня досмотреть, потому что у них есть ориентировка. Я не представляла, как пять мужчин могут проводить личный досмотр одной девушки ночью посреди улицы, но они настаивали.

— Мне что догола раздеться перед вами?

— Да нет, расстегнешь просто джинсики, посмотрим, что у тебя там в потайных кармашках.

На вопрос, могу ли я отказаться от досмотра, один из мужчин ответил: «Скажи спасибо, что ты баба, иначе мы бы тебе уже руки заломали, и лежала бы мордой в асфальт в наручниках без вежливых уговоров». Где-то через полчаса выяснилось, что мы все-таки ждем следовательницу, которая меня досмотрит. Мужчины обсуждали, куда меня повести: сначала предлагали цветочный магазин неподалеку. Один даже сходил туда, но владелец, похоже, отказался его пустить. Сложности были не только с поиском места, но и с понятыми — на улице около ЖК ночью совершенно пусто.

Еще полицейские много раз просили добровольно пустить их в квартиру, чтобы ее обыскать и проверить мою технику. Обещали, что если ничего не найдут, то сразу уедут. Я уточнила, имею ли право вообще отказаться от общения с ними и уйти домой, на что они заявили, что такое право у меня есть, но если я им воспользуюсь — начнутся проблемы, потому что в этом случае они придут уже с ордером и изымут компьютеры и телефоны. «Когда вы все это в следующий раз увидите — неизвестно, а если и увидите, то уже разобранное на детали и винтики. Ничего не будет работать».

Мы все промерзли до костей: пять мужиков дрожали от холода и бегали в машину погреться по очереди. Ситуация казалась чушью. Я продолжала повторять, что не могу пустить их домой — у меня нет прописки в этой квартире, и я не представляю, чем неизвестные люди будут там заниматься. Каждый раз, когда я пыталась машинально достать из кармана телефон и посмотреть на часы, меня останавливали: «Не пользуемся, убираем».

Где-то через три часа после того, как меня окружили, к нам наконец-то приехала следовательница — темные волосы, собранные в хвостик, тоже в штатском — в обтягивающих джинсах и коротком сером пуховике, но с папочкой и кобурой. Я ждала, пока она представится, но ничего не произошло. В итоге сама сказала ей: «Я Даша», а она ответила: «А я Алена». Это все, что я знала о человеке, который меня потом раздевал догола и просил приседать. Ее фамилию я прочитала только через пару недель, когда решила изучить протоколы.

Следовательница и мужчины повели меня в укромное место, где можно провести досмотр. Этим местом оказалась заправка на обочине леса в неосвещенном закоулке у огромного шоссе. Было неприятно идти туда по пустой улице вдоль темных многоэтажек, я не прекращала нервно спрашивать, что будет дальше. Двух кассирш, молоденьких девушек, попросили быть понятыми. Нас троих завели в туалет.

Пока Алена готовилась и надевала перчатки, я попросила отпустить меня в туалет. Она по-доброму ответила: «Ну, сходи в соседнюю кабинку». Вот тогда у меня отпала челюсть. Следовательница разрешает мне одной пойти в закрытую кабинку со своим рюкзаком перед досмотром. В голове вертелись вопросы: «Какой в этом смысл? Зачем все это? Этот досмотр — обыкновенное запугивание?». Если бы потенциальный преступник что-то у себя прятал, то, конечно, сразу бы смыл это в унитаз.

Следовательница попросила снять куртку, вывернула карманы. Затем сказала снять джинсы. Я спустила их до колен, но Алена объяснила, что надо раздеться полностью. Попросила поприседать. Девушки-понятые были в шоке, а я уже даже не стеснялась наготы — ощущала себя как на приеме у врача и просто хотела, чтобы все это скорее кончилось. Я оделась, сотрудница описала в протоколе все, что у меня нашла: жвачку, телефон и кошелек с картами.

После полицейские хором продолжили: «Если ты нас пустишь домой, мы вернем тебе все вещи. Тебе же нечего скрывать?». В который раз я ответила, что не доверяю им. Мужчины снова захихикали. «Меня не интересует, употребляла ли ты наркотики, меня интересует твоя организационная схема по их продаже», — добавил один из них.

Мой муж в ту ночь прошел через семь кругов ада. Через четыре часа после моей пропажи он догадался проверить геолокацию моего телефона в «Локаторе» и увидел, что он где-то на обочине у кромки леса. Потом Саша рассказывал, что был готов обнаружить там мое тело — думал, что меня изнасиловал и убил какой-нибудь таксист. Когда Саша дошел до заправки, у меня градом полились слезы. Сам он обрадовался, что я хотя бы жива.

«Это что, кокос?»

После долгих уговоров мы вместе с мужем все-таки согласились пустить полицейских к нам домой с условием, что понятыми будут наши друзья из соседнего здания. Следовательница уехала, а у оперативника, который просил порадоваться, что «я баба и не лежу мордой в асфальт», заболел живот, потому что он съел какой-то несвежий пирожок на заправке. Остальные четверо отправились к нам в квартиру.

Вообще, спрятать что-то в маленькой студии площадью 23 квадратных метра довольно сложно. Меня все еще потряхивало от страха, но дома с мужем я почувствовала хоть и небольшое, но облегчение. При этом мы с Сашей смотрели за каждым движением сотрудников.

Кажется, когда мы впустили непрошеных гостей, они сами поняли, что не на тех напали и как будто расслабились. Поковырялись в наших компьютерах. Причем они не знали, как работать за макбуками, — я им сама показывала, как посмотреть историю в браузере. Все время мы вели очень странные диалоги:

— А где Нофа?

— Какая «нофа»?

— Ну, ваша собака Нофа.

В свой инстаграм я выкладывала фотографию носа собаки, которую родители отдавали мне на передержку. Подписала «ноф», коверкая слово. То есть полицейские хотели блеснуть своими знаниями, показать, как хорошо меня проработали, но это выглядело совсем комично.

«В Ялте были, да? А на какие деньги ездили?», — продолжали мужчины. «Почему у вас 11-й айфон? Что за торты вы печете? Может, это у вас дело под прикрытием? Миксер вот с блендером такие дорогие стоят. Как вы их купили?». Они удивлялись, что можно так хорошо зарабатывать, выпекая сладости. Осмотрели все коробки из-под тортов, в одной из них нашли пакет со стружкой кокосового ореха. Серьезно спросили: «Это что, кокос?», а потом рассмеялись, как какие-то школьники.

Бар, где я работала, как-то делал вечеринку на тему «четыре-двадцать», и я готовила для нее пирожные с технической коноплей, которая разрешена в России и не содержит ТКГ (Российским предпринимателям разрешено выращивать промышленную коноплю с условием, что в ней содержится не больше 0,1 % психоактивного вещества тетрагидроканнабинола, — Прим. ред.). Поэтому у меня в блокноте с рецептами было записано: «проработать брауни с коноплей». Когда полицейские открыли эту страницу, я громко и истерично засмеялась. Старший спросил: «Мне же это не показалось?». Я объяснила ему еще раз, что я кондитер и что конопляная мука очень полезна для здоровья.

Ближе к пяти утра сотрудники заявили, что снимают с меня все подозрения. Когда они уходили, я как-то непроизвольно сказала: «Да уж, такое не забудешь». И мужчина в коричневой кожаной куртке в ответ на это пошутил: «У вас там в холодильнике бутылка пива стоит, вы ее выпейте, и завтра вообще ничего не вспомните». Это для них была шутка, а для нас — кромешный ад, который потом еще долго нависал огромным комом.

Свои удостоверения полицейские сфотографировать не разрешили, то есть имен всех участников процесса я так и не узнала. У меня остались только снимки протокола личного досмотра на заправке, а также — осмотра места происшествия — квартиры. В последнем неправильно указано время окончания действий обыскивавших (в протоколе, снимок которого есть в распоряжении The Village, записано, что осмотр закончился в 3:40, Даша утверждает, что около 5:00, — Прим. ред.). Инициалы и фамилию представившегося майором полиции мужчины, который, по его словам, получил сообщение «о незаконном обороте наркотических средств», я так и не смогла разобрать.

Через две недели я наткнулась на текст «Медиазоны» про парня, которому абхазские полицейские угрожали изнасилованием, топили в горной реке и сломали ребра. После этого мне стало стыдно жаловаться. Да, в моей ситуации полицейские делали свою работу однозначно плохо: давили на меня, грубили. Но мне никто не подбросил наркотики, и физически мы с мужем не пострадали — только психологически. Саша после этого много раз повторял, что нам повезло, и советовал ничего не предпринимать: никуда не жаловаться и просто забыть про этот случай. Мне и самой этого хотелось.

Через пару месяцев я поняла, что этот странный и непонятный обыск навредил моей психике довольно серьезно — у меня появилось ощущение, что все это было неправильно и ненормально. Я много размышляла, почему все это произошло именно со мной, но так и не нашла никаких ответов. Зато заметила, что теперь всегда, когда подхожу к подъезду, убираю телефон, группируюсь и внимательно изучаю, что происходит вокруг. Мне хочется, чтобы люди, которые столкнутся с похожими подозрениями, в отличие от меня, знали, как себя вести и как не бояться угроз от полиции.

Что делать, если вас остановили люди в штатском

Рассказывает адвокат и старший партнер проекта «Сетевые свободы» Станислав Селезнев.

Обязательно ли показывать полицейским паспорт?

Закон не требует носить с собой паспорт или любое другое удостоверение. Копии документа с ФИО и фотографией вполне достаточно, чтобы сотрудники полиции сверили их со своими базами данных и не имели права задерживать вас на три часа, чтобы устанавливать личность. Перед тем, как начать любую коммуникацию с полицейскими, включая ответы на любые вопросы и предъявление любых документов, крайне желательно:

  • незаметно включить видеокамеру или диктофон;
  • попросить сотрудников представиться и предъявить служебные удостоверения так, чтобы вы смогли вслух прочитать имя, звание, орган, выдавший документ, и срок его действия. Если удостоверением махнули перед вашим лицом, укажите на нежелательность злоупотребления полномочиями и попросите дать возможность ознакомиться с текстом.

Как себя вести, когда просят подтвердить, твой ли это паспорт, если он уже недействителен?

Такой вопрос говорит о наличии интереса к вам, поэтому незамедлительно звоните адвокату, чей номер должен быть обязательно записан в «быстрый набор» и на бумажном листочке с собой. Как только сотрудники узнают, что о происходящем знает адвокат, родственники, пресса, то поймут, что ситуация уходит из-под их контроля, начнут нервничать и совершать ошибки. Действительность документов сотрудники полиции и других органов могут проверить самостоятельно. То есть такой вопрос на улице говорит о попытке заболтать или отвлечь вас.

Могут ли полицейские запретить пользоваться телефоном?

Никто не вправе запретить вам звонить адвокату до тех пор, пока телефон у вас не изъят в установленном законом порядке. Это может произойти в следующих случаях:

  • когда вас доставили в спецприемник отбывать административный арест по решению суда;
  • во время личного досмотра или обыска жилища в присутствии двух понятых, если составляется протокол, где указан факт изъятия телефона.

В остальных случаях пользуйтесь телефоном, информируйте адвоката и близких о том, что, где и с чьим участием с вами происходит. Требования не отвечать на телефонные звонки вне указанных выше процедур незаконны.

Почему полицейские одеты не в форму?

Оперативники, которые не несут патрульной службы, имеют право работать в штатском. Правда, в этом случае вы можете не воспринимать их как полицейских и не слушать их указаний, есть они не представлялись и не предъявили удостоверений. Важно, разумеется, не обострять обстановку, чтобы не попасть в ситуацию, в которой оказались герои этих историй (облили газом оперативников ФСБ и стали фигурантами уголовных дел).

Как реагировать на грубость?

Если на вас повышают голос, обращаются на «ты», используют мат — можно напомнить о 7-й статье закона «О полиции», которая обязывает сотрудников быть вежливыми. Но в такой ситуации фактическая защита ваших прав откладывается на время, когда вы окажетесь в безопасности, а успех по привлечению полицейских к ответственности будет зависеть от того, удастся ли вам незаметно собрать доказательства грубостей — аудио и видео.

Можно ли отказаться от общения с сотрудниками? В этом случае надо ссылаться на 51-ю статью Конституции?

Это лучший вариант в отсутствие адвоката. Так как ответы на казалось бы элементарные вопросы о том, откуда, когда, как и для чего вы приехали туда, где находитесь, а также где и с кем находились и чем занимались в определенный период времени, без сомнений могут стать основой обвинительного заключения даже в том случае, если вы понятия не имеете о совершении чего-либо противозаконного.

Как и где должен проходить личный досмотр?

Личный досмотр должны проводить лица одного с вами пола в присутствии двух понятых того же пола. В случаях, когда есть основания полагать, что при вас есть оружие, — без понятых. Если во время досмотра у полицейских появится подозрение, что вы прячете что-то в интимных местах или нижнем белье, вас могут отвести в досмотровую комнату и попросить раздеться полностью. Если такой комнаты рядом нет, для досмотра отправят в отделение.

После досмотра составляется протокол. В нем перечисляют все вещи и ценности, которые нашли у вас. Если велась видеосъемка, об этом тоже обязательно должны сделать запись в протоколе. Не подписывайте документ, если не согласны с написанным или в нем искажены факты. Проверьте, чтобы в протоколе не было свободных полей, где можно было бы что-то дописать. Обязательно получите копию протокола — вы всегда имеете на это право.

Можно ли пускать домой полицию? И что можно сказать по поводу манипуляций вроде: «Пустите, чтобы мы не получали ордер, вам же лучше»?

Полицейские могут оказаться у вас дома, если вам предъявили постановление суда или следователя об обыске по вашему адресу (то, что принято называть ордером). Обязательно перепишите его содержание на чистый листок, потому что блокноты могут изъять. Фотографировать его бесполезно, так как электронные устройства заберут в первую очередь. В обыске должны принимать участие понятые, вместе с которыми по итогам составляется протокол, куда вы можете вписать все нарушения, которые зафиксировали на листочке. Подпись на протоколе ставить нельзя, пока вам не выдадут копию (она изготавливается на месте при помощи принтера и ноутбука, который привозит с собой следователь, или при помощи копировальной бумаги).

Важно, что постановление об обыске оформляется только после возбуждения уголовного дела, но оперативники зачастую хотят попасть в жилище и до возбуждения дела, и даже в случае его отсутствия. Для таких случаев они используют лайфхак: оформляют протокол осмотра зданий и сооружений. Законность этой процедуры сомнительна — вы вправе не допустить осмотра до возбуждения дела и предъявления постановления.

Иногда сотрудники проводят осмотр «по просьбе владельца» вообще без документов и входят в квартиру практически силой, удовлетворившись невнятным мычанием в виде ответа на вопросы: «Вы же не против, если мы быстренько осмотримся?», «Можно пройти к вам?». В отсутствие уголовного дела или постановления вы вправе громко и четко заявить, что отказываетесь пустить сотрудников в квартиру без объяснения причин. Насколько это реально — трудно предположить, именно поэтому поддержка вызванного в самом начале общения адвоката будет весьма кстати.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Анаконда» у тебя в штанах: Как вести себя при досмотре
«Анаконда» у тебя в штанах: Как вести себя при досмотре Что делать, если полицейские остановили на улице, решив поискать у вас наркотики и оружие
«Анаконда» у тебя в штанах: Как вести себя при досмотре

«Анаконда» у тебя в штанах: Как вести себя при досмотре
Что делать, если полицейские остановили на улице, решив поискать у вас наркотики и оружие

«Нам подбросили наркотики». Шесть реальных историй
«Нам подбросили наркотики». Шесть реальных историй Дома, в такси, на улице и везде: наркополицейские против обычных людей
«Нам подбросили наркотики». Шесть реальных историй

«Нам подбросили наркотики». Шесть реальных историй
Дома, в такси, на улице и везде: наркополицейские против обычных людей

Тэги

Сюжет

Места

Прочее

Новое и лучшее

«Без усилий»: Как начать действовать

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве

Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении

Куда поехать на ноябрьские праздники: 10 туров по России

Безопасно ли участвовать в переписи населения?

Первая полоса

«Без усилий»: Как начать действовать
«Без усилий»: Как начать действовать И не забросить свое начинание, толком ничего не сделав
«Без усилий»: Как начать действовать

«Без усилий»: Как начать действовать
И не забросить свое начинание, толком ничего не сделав

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве Винтажные маркеты, Beat Weekend и немое кино с оркестром
Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве

Что делать, куда идти? Рассказываем про самые интересные события недели в Москве
Винтажные маркеты, Beat Weekend и немое кино с оркестром

Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении
Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении
Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении

Что наследуют «Наследники»: Из каких противоречий состоит лучший сериал на современном телевидении

Куда поехать на ноябрьские праздники: 10 туров по России
Куда поехать на ноябрьские праздники: 10 туров по России Эльбрус, Алтай, Чечня, Золотое кольцо и зона отчуждения
Куда поехать на ноябрьские праздники: 10 туров по России

Куда поехать на ноябрьские праздники: 10 туров по России
Эльбрус, Алтай, Чечня, Золотое кольцо и зона отчуждения

Безопасно ли участвовать в переписи населения?

И зачем она вообще нужна

Безопасно ли участвовать в переписи населения?
И зачем она вообще нужна

Документалка Apple TV про The Velvet Underground, книга Рема Колхаса о Нью-Йорке
Документалка Apple TV про The Velvet Underground, книга Рема Колхаса о Нью-Йорке И довольно унылый альбом Coldplay — что смотреть, читать и (не) слушать на этой неделе
Документалка Apple TV про The Velvet Underground, книга Рема Колхаса о Нью-Йорке

Документалка Apple TV про The Velvet Underground, книга Рема Колхаса о Нью-Йорке
И довольно унылый альбом Coldplay — что смотреть, читать и (не) слушать на этой неделе

Веган-пицца Kom Pizza на «Курской» и веган-кафе Carrots & Beans на Малой Грузинской, новое меню и шеф-повар в «Доме 16»
Веган-пицца Kom Pizza на «Курской» и веган-кафе Carrots & Beans на Малой Грузинской, новое меню и шеф-повар в «Доме 16»
Веган-пицца Kom Pizza на «Курской» и веган-кафе Carrots & Beans на Малой Грузинской, новое меню и шеф-повар в «Доме 16»

Веган-пицца Kom Pizza на «Курской» и веган-кафе Carrots & Beans на Малой Грузинской, новое меню и шеф-повар в «Доме 16»

Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»
Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской» Говорим о профитролях, черном мраморе и юморе
Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»

Гуляем с Верой Котельниковой у «Кропоткинской»
Говорим о профитролях, черном мраморе и юморе

Вещи со смыслом
Промо
Вещи со смыслом Почему нам больше не интересны просто кроссовки
Вещи со смыслом
Промо

Вещи со смыслом
Почему нам больше не интересны просто кроссовки

Красный гид в Москве: Кому достались звезды Michelin
Красный гид в Москве: Кому достались звезды Michelin Как прошла церемония и у кого теперь есть особые отметки
Красный гид в Москве: Кому достались звезды Michelin

Красный гид в Москве: Кому достались звезды Michelin
Как прошла церемония и у кого теперь есть особые отметки

Жестокость семейного застолья глазами подростка в клипе группы «Привет»
Жестокость семейного застолья глазами подростка в клипе группы «Привет» «Самое стремное — когда открытое унижение прикрывают заботой и жизненным опытом»
Жестокость семейного застолья глазами подростка в клипе группы «Привет»

Жестокость семейного застолья глазами подростка в клипе группы «Привет»
«Самое стремное — когда открытое унижение прикрывают заботой и жизненным опытом»

Как две петербурженки запустили серию этичных секс-вечеринок
Как две петербурженки запустили серию этичных секс-вечеринок «Алиса это придумала, чтобы кайфануть самой в безопасной среде. Но что-то пошло не так»
Как две петербурженки запустили серию этичных секс-вечеринок

Как две петербурженки запустили серию этичных секс-вечеринок
«Алиса это придумала, чтобы кайфануть самой в безопасной среде. Но что-то пошло не так»

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права
Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам

Гуляем с Евгенией Воскобойниковой по Хамовникам
Говорим об иноагентах, доступной Москве и борьбе за свои права

Где купить посуду, как в ресторане? Отвечают владельцы заведений с самой красивой посудой
Где купить посуду, как в ресторане? Отвечают владельцы заведений с самой красивой посудой
Где купить посуду, как в ресторане? Отвечают владельцы заведений с самой красивой посудой

Где купить посуду, как в ресторане? Отвечают владельцы заведений с самой красивой посудой

«Криптополис»: Невероятный мультик о сказочных животных на фоне военной диктатуры
«Криптополис»: Невероятный мультик о сказочных животных на фоне военной диктатуры Холодная война, единороги и хиппи
«Криптополис»: Невероятный мультик о сказочных животных на фоне военной диктатуры

«Криптополис»: Невероятный мультик о сказочных животных на фоне военной диктатуры
Холодная война, единороги и хиппи

Как руководство и сотрудники Большого театра реагируют на гибель артиста Евгения Кулеша
Как руководство и сотрудники Большого театра реагируют на гибель артиста Евгения Кулеша Проблемы и нарушения, которые вскрыла трагедия
Как руководство и сотрудники Большого театра реагируют на гибель артиста Евгения Кулеша

Как руководство и сотрудники Большого театра реагируют на гибель артиста Евгения Кулеша
Проблемы и нарушения, которые вскрыла трагедия

Бывшие силовики: «Полицейским нравится лайт-насилие»
Бывшие силовики: «Полицейским нравится лайт-насилие» The Village запускает рубрику «Люди в городе» в видеоформате
Бывшие силовики: «Полицейским нравится лайт-насилие»

Бывшие силовики: «Полицейским нравится лайт-насилие»
The Village запускает рубрику «Люди в городе» в видеоформате

Как комик Женя Сидоров писал стендап для «Пингвинов моей мамы» — нового сериала Наталии Мещаниновой
Как комик Женя Сидоров писал стендап для «Пингвинов моей мамы» — нового сериала Наталии Мещаниновой «Мне не нравятся шутки, потому что они математические»
Как комик Женя Сидоров писал стендап для «Пингвинов моей мамы» — нового сериала Наталии Мещаниновой

Как комик Женя Сидоров писал стендап для «Пингвинов моей мамы» — нового сериала Наталии Мещаниновой
«Мне не нравятся шутки, потому что они математические»

Как приготовить конфету дальгона из «Игры в кальмара»
Как приготовить конфету дальгона из «Игры в кальмара» Рецепт сахарных сот от шеф-кондитера
Как приготовить конфету дальгона из «Игры в кальмара»

Как приготовить конфету дальгона из «Игры в кальмара»
Рецепт сахарных сот от шеф-кондитера

Как восстановить ногти после гель-лака
Как восстановить ногти после гель-лака Самостоятельно дома и в салоне
Как восстановить ногти после гель-лака

Как восстановить ногти после гель-лака
Самостоятельно дома и в салоне

Подпишитесь на рассылку