19 января, среда
Москва
Войти

Я живу в коммуналке как во дворце The Village поговорил с обитателями самой красивой коммунальной квартиры Петербурга

Я живу в коммуналке как во дворце

В конце октября в паблике «Старый фонд» — важном фотохранилище интерьеров дореволюционного Петербурга — опубликовали снимки необычной коммунальной квартиры: сначала — эркер с роскошной лепниной, на следующий день — королевский потолок и камин. Нам стало интересно, как дворцовый блеск сочетается с коммунальной жизнью — мы попросили рассказать об этом жильцов семикомнатной квартиры.

Коммуналка на Суворовском — в доходном доме, построенном архитектором Владимиром Рейсом в начале XX века — малонаселенная: здесь живут пять человек и один рыжий подвижный кот по кличке Томас. Двое жильцов — студенты Мария и Никита — арендуют жилплощадь у собственницы, которая живет в другом месте; свои комнаты они называют «квартирами». Ребята соседствуют с семьей учительницы Елены Сергеевны.

Фотографии

виктор юльев

В начале года три комнаты из семи выкупила семья из Стокгольма: по словам жильцов, «шведы» — как они их называют — периодически приезжают и занимаются ремонтом. «Они отреставрировали лепнину, покрасили стены, обновили паркет, восстановили рамы, фурнитуру. Радостно видеть, как кто-то приводит все это в порядок», — рассказывает Никита. В настоящий момент проход в эти комнаты закрыт; что именно новые хозяева намерены с ними делать, никто из жильцов точно не знает.

У коммуналки непростая структура: незнакомый с нею человек может запросто заблудиться в лабиринте помещений, часть из которых появилась уже после революции, когда новые жильцы отгораживались друг от друга новыми стенами. Впрочем, об истории и этой квартиры, и этого дома известно до обидного мало. В настоящий момент коммуналка, по словам жильцов, единственная в доме. Студенты и школьная учительница соседствуют в нем с богатыми жильцами.

При всей разнице и в возрасте, и в интересах, и в стаже проживания в коммуналке жильцы отзываются о ней схоже, используя такие сравнения, как «дворец» и «замок». Нам они рассказали о плюсах и минусах быта, а также о том, хотели бы они куда-нибудь переехать из апартаментов на Суворовском.


Площадь квартиры

203 м2

Высота потолков

4,3 м

Количество комнат

7

Количество жильцов

5

Мария

Учится на художника-керамиста. Стаж проживания в коммуналке — 6 месяцев

Никита

Учится в Восточно-Европейском институте психоанализа. Стаж проживания в коммуналке — 2 месяца


Мария: С поиском этой квартиры нам помог администратор паблика «Старый фонд» Максим. Он нашел комнату на «Авито». Сначала наблюдал, как ее продавали (в итоге выкупила наша хозяйка). А потом моя подруга Аня (сейчас она уже съехала) попросила его дать знать, если он найдет хорошее съемное жилье. И в мае мы сюда заехали. Аренда стоит 15 тысяч рублей за комнату пополам плюс свет. Сейчас выходит около 8 тысяч на каждого.

Никита: Я живу в коммуналке два месяца — с тех пор, как переехал в Петербург из Екатеринбурга учиться на психоаналитика (это отличный город для психоанализа). Мне очень хотелось пожить в настоящей питерской коммуналке, а Маша как раз искала соседа.

Мария: И, кажется, снова ищу, потому что Никита скоро съедет.

Никита: Да, я буду съезжать — не в коммуналку, хватит с меня.

Мария: А я останусь. Главный плюс коммуналки — здесь страшно эстетично. Ты как будто живешь в маленьком замке. Особенно летом хорошо, во время белых ночей, когда рабочий стол был в эркере. Я очень не хочу все это менять на что-то скупое, безвкусное, простое. Высокие потолки, светлые стены, лепнина: к красоте быстро привыкаешь, и отвыкнуть уже сложно.

Но район здесь не самый благоприятный: по улицам шатается много бомжей, пьяницы валяются. Но так же везде, да? Это ведь Питер.

Никита: Кассиры в «Дикси» (магазин расположен на первом этаже дома. — Прим. ред.) местного бомжа, которого можно часто увидеть на углу, называют Дональдом Трампом.

В плане быта в коммуналке все очень свободно: никаких очередей и строгих правил.

Мария: Это из-за того, что нас немного — по сути, две семьи. Иногда Елена Сергеевна просит помыть пол в коридоре, но в основном такие обязанности остаются на нашей совести. Мы порядочные, они порядочные — удается сохранять хорошие отношение. А если бы тут было много людей, пришлось бы делить плиту, писать график дежурств.

Никита: У нас отдельные плита и стиралка, что облегчает быт. А вообще порядком заведует Елена Сергеевна.

Мария: Наша квартира в своем роде единственная. Я сначала думала, что все в доме такие. А потом нам сказали, что зачастую третий этаж в доходных домах — барский, то есть самый лучший. Выяснилось, что у наших соседей напротив никакой лепнины нет.

Вся лепнина уникальная, стоило бы сохранить ее в хорошем виде. Но вот в коридоре лепнина разукрашена какой-то краской, обшарпана. Если бы кто-то (имеется в виду Комитет по охране памятников. — Прим. ред.) за ней следил, этого бы не допустили.

Никита: Здесь видны приметы других времен: например, пятна на паркете, мне кажется, из 50-х. Есть наклейки из 90-х.

Мария: В комоде, который стоит в кладовке и принадлежал бывшим жителям нашей комнаты, лежит альбом с очень старыми красивыми выкройками, нарисованными вручную. Там же лежала шкатулка, на которой написано «1909 год». Она пахла древним деревом.

До меня тут вроде бы жила какая-то пожилая женщина. Хотя сначала я думала, что здесь никто не жил лет десять: когда мы заехали, были огромные слои пыли. Вещи бывших хозяев зачастую оставались на своих местах. Под кроватью я находила зеркала, в шкафу — какие-то халаты. Вещи я в основном выкинула.

Никита: У нас есть чулан — там складируется множество разных предметов из разных эпох: мебель, картина, старые посудины, какой-то хлам.

Про свою комнату я знаю, что прошлый жилец полностью забил окно разными тряпками и одеялами. Дело в том, что, если кровать стоит под окном, может дуть. Это из-за старинных рам. Но устанавливать тут пластиковое окно было бы полной дичью.

Мария: Здесь проходит тонкая грань между старинностью и старьем. Это странное ощущение. Конечно, порой хочется какого-то бытового удобства, и было бы здорово, если бы здесь провели капремонт. Но тогда бы эта комната — а она, по сути, как трехкомнатная квартира — уже не стоила бы 15 тысяч рублей в месяц.

Елена Сергеевна

учительница биологии и химии.
Стаж проживания в коммуналке — 20 лет

Елена Сергеевна: Предыдущие жильцы говорили, что здесь был барский этаж. Возможно, тут жил аптекарь (судя по знакам на фасаде и сохранившимся документам, в доме была аптека, в том числе и в советское время. — Прим. ред.), а остальные этажи он сдавал. По этой комнате видно, что у хозяина тут был кабинет.

Окон было не три, как сейчас, а пять-шесть — они выходили и на 5-ю Советскую, но сейчас замурованы. Наверное, было светло и уютно — в том числе благодаря камину (мы не проверяли, работающий он или нет).

Я сначала думала, что этот потолок сделан из дерева. Но несколько лет назад рядом, в маленькой комнате, упала лепнина — и я увидела, что это гипсовка (хотя, может быть, только частично). Под местом, где обрушилась лепнина, стояла кровать — хорошо, что жители к тому времени выехали. А так страшное дело: глыба была тяжелая.

Судя по всему, в квартире когда-то был театр или что-то вроде концертного зала. И там осталось подобие постамента (сейчас вход в эту комнату закрыт. — Прим. ред.).

Странно, что эта квартира не стоит под охраной как историческая ценность — обычно такие квартиры охраняются государством. Моя знакомая живет в Басковом переулке: у нее тоже комната с необыкновенным потолком, и она охраняется — там не разрешено ничего менять.

Перестройки в квартире были безобразные. Например, рядом с нами получились две маленькие комнаты, метров по девять. Сейчас в одной из них кладовка, где валяется всякая дрянь. Раньше в этой комнате жил один мужчина — потом он женился и съехал. А рядом — такая же, которая со мной граничит. Там тоже жил мужчина: пил-пил — и пропал.

Моя комната — как отдельная республика: соседи могут танцевать, орать, а тут ничего не слышно. Единственное — туалет и ванная комната снаружи: полностью отгородиться не получается. Ванна, кстати, никуда не годится: страшная, в нее влезать противно. Я езжу мыться в другое место.

Со шведами (которые выкупили три комнаты в коммуналке. — Прим. ред.) я в дружеских отношениях: была у них в гостях в Стокгольме, они у меня часто бывают. В идеале они хотят выкупить всю коммуналку. Но я на это говорю, что если бы хотела, уже бы выехала. А куда? Я родилась и выросла в этом районе, моя мама-блокадница жила тут, и бабушка тоже. Смольный, Таврический — это все мое. Причем именно эта часть Центрального района, он ведь и страшный бывает. Я как-то побывала в доме на Гороховой: страшная лестница, убитые квартиры. Вернулась домой и думаю: «Надо же, я во дворце, оказывается, живу. Его просто отремонтировать надо».

Для других плюсы жизни в этом доме, наверное, и не плюсы никакие. Если человек приезжий, ему, думаю, все равно: хоть в Купчино, хоть в Кудрово или Янино.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Авторы фильма про петербургские коммуналки — о культуре соседства
Авторы фильма про петербургские коммуналки — о культуре соседства Авторы фильма «Эпоха коммуналок» рассказали The Village о людях, которые не хотят уезжать из петербургских коммунальных квартир, и о том, почему соседи вовсе не являются неизбежным злом
Авторы фильма про петербургские коммуналки — о культуре соседства

Авторы фильма про петербургские коммуналки — о культуре соседства
Авторы фильма «Эпоха коммуналок» рассказали The Village о людях, которые не хотят уезжать из петербургских коммунальных квартир, и о том, почему соседи вовсе не являются неизбежным злом

Жильцы петербургских коммуналок
Жильцы петербургских коммуналок Полутюремный режим, очередь в туалет и дежурный по лампочкам — The Village поговорил о быте и философии коммунальных квартир
Жильцы петербургских коммуналок

Жильцы петербургских коммуналок
Полутюремный режим, очередь в туалет и дежурный по лампочкам — The Village поговорил о быте и философии коммунальных квартир

Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя
Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя The Village поговорил с нынешними обитателями квартир, в которых успели пожить Маяковский, Хармс, Чуковский, Ахматова и Мандельштам
Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя

Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя
The Village поговорил с нынешними обитателями квартир, в которых успели пожить Маяковский, Хармс, Чуковский, Ахматова и Мандельштам

«Я полжизни живу в коммуналке»
«Я полжизни живу в коммуналке» The Village поговорил с жительницей коммуналки о борьбе за улучшение жилищных условий
«Я полжизни живу в коммуналке»

«Я полжизни живу в коммуналке»
The Village поговорил с жительницей коммуналки о борьбе за улучшение жилищных условий

Тэги

Места

Прочее

Новое и лучшее

Куда идти прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют места для идеального бранча

Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки

Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U

«Черная книга» эпохи Собянина

Чем заняться в Москве с 14 по 23 января

Первая полоса

Куда идти прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют места для идеального бранча
Куда идти прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют места для идеального бранча
Куда идти прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют места для идеального бранча

Куда идти прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют места для идеального бранча

Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки
Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки И какие новые варианты появились недавно (есть даже на поездки в метро)
Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки

Скидки, за которые надо платить: Почему программы лояльности превратились в подписки
И какие новые варианты появились недавно (есть даже на поездки в метро)

Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U
Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U Вечная классика и базовый гардероб в обновленных расцветках
Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U

Что покупать в весенней коллекции Uniqlo U
Вечная классика и базовый гардероб в обновленных расцветках

«Черная книга» эпохи Собянина
«Черная книга» эпохи Собянина 30 исторических зданий, которые потеряла Москва в прошлом году
«Черная книга» эпохи Собянина

«Черная книга» эпохи Собянина
30 исторических зданий, которые потеряла Москва в прошлом году

Чем заняться в Москве с 14 по 23 января
Чем заняться в Москве с 14 по 23 января Выставка про Цоя, фестиваль экспериментальной электроники и дегустация отечественного вина
Чем заняться в Москве с 14 по 23 января

Чем заняться в Москве с 14 по 23 января
Выставка про Цоя, фестиваль экспериментальной электроники и дегустация отечественного вина

«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас
«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас
«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас

«Событие» Анни Эрно: Почему история нелегального аборта во Франции 60-х актуальна и сейчас

«Спасите мою душу»:
Спецпроект
«Спасите мою душу»: С чем боролись художники, создавая свои работы
«Спасите мою душу»:
Спецпроект

«Спасите мою душу»:
С чем боролись художники, создавая свои работы

Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом
Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом
Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом

Скорее всего, вы пьете не настоящий матча. Как цветной напиток стал великим московским обманом

Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»
Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце» Алиса Таёжная — о главном фильме этой зимы
Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»

Как Пол Томас Андерсон переосмыслил жанр подростковой драмы в «Лакричной пицце»
Алиса Таёжная — о главном фильме этой зимы

Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом
Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом
Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом

Кто такие охотники за северным сиянием и как его увидеть под Петербургом

Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду
Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду
Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду

Чайная пара, кружки и целый сервиз: Где покупать красивую посуду

Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса
Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса Выяснили, стоит ли судиться в такой ситуации
Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса

Монеточка обвинила Mash в раскрытии ее московского адреса
Выяснили, стоит ли судиться в такой ситуации

«Пять гребаных лет за говно»
«Пять гребаных лет за говно» Что пишут в соцсетях про уголовное дело против автора инсталляции в виде какашки
«Пять гребаных лет за говно»

«Пять гребаных лет за говно»
Что пишут в соцсетях про уголовное дело против автора инсталляции в виде какашки

Как обсуждать повышение зарплаты
Как обсуждать повышение зарплаты Чтобы не поссориться с начальником и добиться своего
Как обсуждать повышение зарплаты

Как обсуждать повышение зарплаты
Чтобы не поссориться с начальником и добиться своего

Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар
Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар
Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар

Внутреннее море, футуризм и современное искусство: Зачем ехать в Катар

В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
Спецпроект
В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок
Спецпроект

В моменте или в инстаграме? Как изменилось наше отношение к фотографиям с вечеринок

Ограничивать время в соцсетях
Ограничивать время в соцсетях Чтобы больше успевать и сохранять душевное равновесие
Ограничивать время в соцсетях

Ограничивать время в соцсетях
Чтобы больше успевать и сохранять душевное равновесие

Загадки Центрального телеграфа
Спецпроект
Загадки Центрального телеграфа От главного пункта связи страны до праздничной иллюминации
Загадки Центрального телеграфа
Спецпроект

Загадки Центрального телеграфа
От главного пункта связи страны до праздничной иллюминации

«Орнитология», Макбет и книга про лес
«Орнитология», Макбет и книга про лес Что слушать, смотреть и читать на выходных
«Орнитология», Макбет и книга про лес

«Орнитология», Макбет и книга про лес
Что слушать, смотреть и читать на выходных

Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты
Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты
Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты

Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты

Подпишитесь на рассылку