«Мы защищаем город» Нижегородские градозащитники — о сохранении старого города, угрозах властей и гражданской солидарности

«Мы защищаем город»

Накануне чемпионата мира по футболу в Нижнем Новгороде стало известно о планируемой зачистке центра города от старых домов, расположенных на видных местах. Неприглядные здания было решено навсегда убрать от глаз прохожих. Но вмешались градозащитники, и теперь около полусотни домов, расселенных и готовых к смерти, возможно, обретут вторую жизнь — в составе целых туристических кварталов.

Сохранение старого Нижнего Новгорода было бы невозможно без многолетней борьбы, которую эти люди вели и ведут за каждый дом, каждый квартал. Методы противостояния всегда были разными: от отправки запросов и публикации статей до перекрытия дороги и палаточного лагеря в самом центре города. The Village пообщался с нижегородскими градозащитниками о победах и поражениях, забастовках и увольнениях, равнодушии горожан и о том, как отстоять целый квартал.

Фотографии

алена шеховцова


Станислав Дмитриевский

журналист, гражданский активист

В этом году исполнилось 30 лет нашему палаточному майдану на площади Максима Горького. Это, наверное, была самая безнадежная история, которая закончилась самой громкой победой.

В 1988 году был утвержден проект строительства метро в Нижегородском районе. Под нож должна была пойти половина сквера на площади Горького и огромное количество исторической застройки на прилегающих территориях. Все согласования были получены. Мы писали в разные министерства и ведомства, собирали подписи, проводили митинги. Но ничего не давало результата.

Нас называли маргиналами, хотя активистов поддерживали многие специалисты, в том числе ректор нынешнего ННГАСУ Валентин Найденко. Государственная машина была запущена — в начале мая стали укладывать бетонные плиты, на которых должен был появиться забор с буквой М.

Мы были в отчаянии. Вечером вместе с несколькими друзьями мы пришли на площадь Горького и недалеко от памятника поставили в знак протеста две палатки с плакатами. Время было «вегетарианское»: трогать нас никто не решился. Утром проснулись довольно поздно, так как долго не спали. И вдруг увидели, что вокруг наших палаток стоят и ходят тысячи людей! Это было так неожиданно! Ветераны при полных боевых наградах вставали под кран, который разгружал бетонные блоки. Скоро палаток стало три, четыре… Появился целый городок. Люди не уходили с площади ни днем, ни ночью.

Администрация, милиция, КГБ пытались нам угрожать. Городские власти собрали «разъяснительную» встречу в главснабе, а протестующие практически захватили собрание и выбрали свой президиум. Тогда впервые в городе была устроена трансляция. На улице стояли тысячи человек.


Если бы сейчас люди были готовы так же активно защищать свои права на что угодно — от окружающей среды до защиты от пыток, — сейчас, вероятно, многие проблемы уже были бы решены


Потом была создана комиссия специалистов, которую возглавил наш сторонник Валентин Найденко. Мы выяснили, что проект необоснованный, не проведены полные геологические изыскания; что запроектированные уклоны на грани нормы, то есть близкие к опасным. На основе работы комиссии был сделан доклад о том, что строительство метро в данном месте открытым способом заложения — это большая проблема для города. Проект отменили, и это была совершенно неожиданная победа.

Палатки оставались на площади около месяца. Мы собрали несколько сотен тысяч подписей против проекта. Такой пример массовой, мощной гражданской солидарности. Если бы сейчас люди были готовы так же активно защищать свои права на что угодно — от окружающей среды до защиты от пыток, — сейчас, вероятно, многие проблемы уже были бы решены.


Марина Чуфарина

юрист, градозащитник

Шесть лет назад я работала помощником депутата областного Заксобрания. Приемная располагалась в Нижегородском районе, поэтому мы принимали жителей центра города, многие из которых регулярно сообщали об уничтожении элементов исторической среды или повреждении объектов культурного наследия. Так я познакомилась с нижегородскими градозащитниками.

Я знала, что активисты постоянно поддерживают связь: если с конкретным домом что-то происходило, все получали СМС-рассылку. Однажды по дороге на работу я тоже получила сообщение. На Большой Покровской планировали снести деревянный дом № 98. Приехала техника. Мы со Стасом Дмитриевским и еще несколькими активистами забаррикадировались внутри здания, чтобы помешать сносу. Через какое-то время появился ОМОН, нас оттуда вывели и доставили в отделение. Тогда мне не было страшно. Я четко понимала, что правда на нашей стороне: дом представлял ценность и украшал центр города. Он не заслуживал сноса ради строительства очередного торгового центра.

Это был мой первый административный арест за неповиновение требованию сотрудника полиции, точнее, за защиту хорошего дома. Сейчас понимаю, что у нас все законы имеют лазейки, чтобы в нужный момент протащить решение для конкретного человека. Федеральный закон об охране объектов культурного наследия (ОКН) не был исключением. При губернаторе Шанцеве его применяли для того, чтобы избавляться от старых домов.


В городе остались последние рубежи исторической деревянной застройки, если ничего не сделать — нечего будет сохранять, город окончательно утратил свое историческое лицо


Так, к примеру, мы едва не потеряли часть комплекса ОКН «Мельница Башкирова» на улице Гаршина. В интересах застройщика областное управление госохраны памятников лишило здания охранного статуса. Мы помешали им: лишить объект «защиты» можно только после экспертизы, да и полномочия на это были только у федерального органа: Министерства культуры.

В 2017 году нам со Стасом удалось практически невероятное: остановить застройку территории по улицам Студеной — Славянской в районе церкви Трех Святителей. Были объявлены аукционы на право развития застроенных территорий. Они предполагали снос этого живописного квартала. Вместе с Ириной Агафоновой мы вышли на пикет в Кремле и добились встречи с главой города Елизаветой Солонченко. Мы объясняли, что в городе остались последние рубежи исторической деревянной застройки, если ничего не сделать — нечего будет сохранять, город окончательно утратил свое историческое лицо. Когда аукционы отменили, мы оперативно законсервировали дома и подали заявки о признании их выявленными ОКН.

Летом впервые прошел фестиваль «Том Сойер Фест»: жители и инвесторы своими силами отремонтировали старые здания. Сейчас стартовал запуск пилотного проекта: инвестор из Москвы готов отремонтировать один из домов по улице Короленко. Для этого нужно, чтобы начала работать муниципальная программа льготной передачи таких домов «Рубль за метр». Правда, пока она буксует.


Сергей Новиков

участник движения «Нижегородское гражданское сопротивление»

Шесть лет назад проводилась зачистка домов в квартале улиц Новая, Ильинская, Максима Горького. Мы боролись за сохранение дома купчихи Гузеевой, расположенного по улице Ильинской, 126. К началу сноса он находился в прекрасном состоянии. Более того, он уже был под защитой закона как выявленный объект культурного наследия.

Понимая, что в любую минуту дом могут снести, организовали круглосуточное дежурство. В один из дней как раз по пути на Ильинку мы увидели вблизи здания экскаватор, который начал дробить стену здания и уже снес часть перекрытий.

Полиция не хотела ехать на наш вызов, а от дома активистов стали силой оттеснять сотрудники ЧОП. Мы не могли спокойно смотреть, как незаконно уничтожают уникальный дом, поэтому пошли на чрезвычайные меры. Все активисты, что там были, взялись за руки и полностью перекрыли движение по улице Ильинской. Автомобили и трамваи встали на полчаса.


Сейчас много равнодушных: люди не верят, что от их усилий что-либо зависит


Тут же подъехала полиция, показался городской прокурор. Снос дома прекратили, но совсем по другим — формальным основаниям: не было ограждений, прохожие могли пострадать. Нам удалось отсрочить уничтожение этого и других домов в квартале. Но не более — позднее мы проиграли суд о включении дома Гузеевой в реестр ОКН, и в итоге он был снесен.

Это был не первый дом, который я защищал, но первый опыт настолько активного участия. Я стал заниматься гражданским активизмом параллельно с политической деятельностью, потому что считаю, что любой гражданин (если он действительно гражданин) обязан защищать наше культурно-историческое наследие. Сейчас много равнодушных: люди не верят, что от их усилий что-либо зависит.


Анна Давыдова

историк архитектуры

В 2013 году я лишилась работы после беседы с мэром Олегом Сорокиным. В те дни праздновался юбилей Максима Горького, и я подошла к Сорокину, чтобы поговорить о сносе исторической застройки, который со скандалом проводила сорокинская фирма. Я сказала, что если мы действительно хотим заботиться о культурном наследии, то тут нужен более конструктивный подход. Полноценного диалога у нас не получилось, видео нашего разговора попало во многие СМИ, а моему руководству после этого дали указание меня уволить.

Я знала, о чем говорила. Я тогда работала в фирме, занимавшейся разработкой проектов реставрации, — писала для них исторические записки. Однажды, сидя в архиве, поняла, что старинных зданий становится все меньше. Толчком к реальным действиям был кусок лепного карниза, свалившийся под ноги с дома № 4 по улице Варварской. Тогда я написала первое заявление о ненадлежащем содержании ОКН. Впоследствии стало ясно, что никаких подвижек со стороны чиновников не будет. В течение десяти лет прежний губернатор Шанцев и руководитель управления по сохранению наследия Хохлов планомерно узаконивали уничтожение старого города.

Мы боролись и побеждали. После моего заявления группе нижегородских бизнесменов не дали построить трехэтажный ресторан «Пирамида» на волжском откосе, в охранной зоне Нижегородского кремля, который испортил бы прекрасный историко-культурный ландшафт. Они получили все разрешения управления. Но, как установил суд, разрешения были незаконными. Тем летом образовался «СпасГрад» — общественное градозащитное движение. За шесть лет мы много всего пережили. Удавалось защищать от застройки скверы и парки. Гораздо реже хеппи-эндом заканчивалась оборона исторических домов. Пропали дом с бельведером, дом Чеботарева, началась точечная застройка у «Арестантских рот», на улице Сергиевской, на Верхневолжской набережной, снесли комплекс такелажной фабрики, сделав на его месте автопарковку.


Наша заслуга в том, что мы много об этом говорили, тема сохранения наследия стала одной из ведущих в СМИ и попадала на федеральный уровень


Между тем за последний год ситуация в регионе изменилась кардинально: сменились мэр и глава области, которые привели с собой другие команды. Новый губернатор заявил, что его личная цель — сохранить исторический город. Были приостановлены некоторые аукционы на право застройки исторических участков и сноса старых зданий. В 2018 году статус выявленных объектов культурного наследия получил сразу 31 дом! Это беспрецедентная практика для России.

Если бы не было шестилетней борьбы и нашего опыта, возможно, мы бы не пришли к такому позитиву сейчас. Наша заслуга в том, что мы много об этом говорили, тема сохранения наследия стала одной из ведущих в СМИ и попадала на федеральный уровень. Приехавший сюда новый губернатор уже не мог проигнорировать сформировавшийся социальный запрос на бережное отношение к городскому историческому наследию.

В 2018 году мы впервые провели фестиваль восстановления исторической среды «Том Сойер Фест». Нам удалось собрать миллион рублей на ремонт и консервацию ценных зданий. Еще 1,2 миллиона рублей выделила мэрия. Сейчас мы хотим посмотреть, сколько денег принесет один из отремонтированных объектов — дом по улице Короленко, 18. После фестиваля он стал объектом туристического показа. Такие здания в принципе могут сами себя обеспечивать — не только как площади для жилья, но и как музейные пространства, сувенирные лавки, и это очень хороший старт. История с продолжением.


Мария Попова

правозащитник

Длительное время я защищала права жителей ветхого фонда и добивалась, чтобы им вместо старого жилья давали новое, полноценное. Исключением для меня стал снос исторической застройки по улице Ильинской. Тогда я была настолько возмущена несправедливостью, что вышла на улицу вместе с другими активистами.

Ситуация со сносом домов по Ильинской — Новой была неординарной. Ильинка — такая же уникальная улица, как Большая Покровская или Рождественская, сохранившая облик в неизменном виде. Воткнуть новый, отличающийся архитектурой, этажностью дом на первой линии было безумием. Это означало нарушить красоту целой улицы.

В границы сноса попадал дом № 126 по улице Ильинской — красивый, отремонтированный, приспособленный под современное использование. Это здание было одним из немногих примеров восстановления исторических объектов на средства инвестора. Все квартиры в нем были отремонтированы и приспособлены под магазины, офисы. Дом жил.

Участок передавался застройщику по договору о развитии застроенной территории. Как правило, такие договоры предусматривают снос и расселение старых домов — в этом благо для бюджета и людей. Однако в данном случае расселение было осуществлено за счет областного бюджета. Застройщик социальной функции не исполнил. Более того, он вознамерился снести недавно отремонтированный детский сад, который ему якобы помешал.


Никакого уважения к этой достойной женщине власти не проявили. Не было сделано даже попытки этот дом сохранить. Когда пенсионерка умерла, здание тут же снесли


Пока развивался скандал, власти нагло лгали, указывая причины, не соответствующие действительности. Чем больше было доводов, тем явственнее слышалось это вранье.

Глава Нижегородского района заявлял, что снос начат по заявлению жителей ветхого фонда. Однако дом купчихи Гузеевой жилым не являлся. Более того, владелица дома № 46 по улице Новой Лидия Давыдова-Печеркина отчаянно физически боролась против его сноса. Эта женщина, насколько могла, следила за зданием и защищала его — оно было не новым, но крепким. Никакого уважения к этой достойной женщине власти не проявили. Не было сделано даже попытки этот дом сохранить. Когда пенсионерка умерла, здание тут же снесли.

Эта история возмутительная и несправедливая. Надо честно сказать: дома мешали Олегу Сорокину возводить жилой комплекс и получать прибыль. Мы не были против застройщика. Мы просили сохранить непрерывность этих каменных домов на красной линии, ценную историческую застройку.


Марина Игнатушко

архитектурный критик, лидер движения «Открытая Стрелка»

Для меня, как и для большинства нижегородцев, территория Нижегородского порта всегда была закрытой, поскольку он являлся режимным объектом. В 2011–2013 годах я являлась сокуратором экспериментов Ксавье Жийо — французского преподавателя архитектурной школы Ля Вилле. Благодаря этому три весны подряд мы могли посещать территорию Стрелки. За это время рассмотрели, освоили и полюбили ее.

В 2013 году в Нижнем Новгороде заговорили о строительстве стадиона. Я была обеспокоена этим вопросом, но верила, что Стрелкой занимаются профессионалы. Два года спустя, проводя экскурсию по мысу Волги и Оки, мы зашли в пакгаузы — заброшенные к тому времени склады. Было интересно, что они собой представляют безо всякого мусора. И увидели ажурные металлические конструкции, сделанные явно не в нашем веке. Мы все ошалели от восторга от этой красоты. Это было какое-то откровение! Поняли, что это невозможно упустить, — и тогда я собрала пресс-конференцию, чтобы заявить об этом факте, закрепить информацию о нем.

Позже я убедилась, что всё сделала правильно. Многие архитекторы потом говорили, что были давно наслышаны о том, что на Стрелке сохранились элементы Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 года. Однако никто, проектируя дальнейшее развитие территории, не предусматривал сохранение этой невероятной ценности. Везде их куда-то переносили, перевозили, переплавляли.

История и судьба этих конструкций стала активно обсуждаться; тему подхватил музей Святослава Агафонова. Но и год спустя я обнаружила, что всё остается на уровне разговоров. Никто даже не соизволил зайти в архивы и узнать, что это за конструкции. Зато заговорили о православном парке воинской славы.


Территория порта была не просто местом под новое строительство, это была память города, которая очень важна


Не хотелось терять это место. Хотелось понять, что можно с ним сделать помимо футбола. Развернулась общественная дискуссия вокруг Стрелки, стало понятно, что у людей есть масса личный историй, связанных с этой локацией: кто-то в порту работал, кто-то бывал там в студенческие годы… Территория порта была не просто местом под новое строительство, это была память города, которая очень важна.

В 2016 году было создано объединение «Открытая Стрелка». Мы стали готовиться к градостроительному совету при губернаторе, но никаких «связей с общественностью» не получилось. Наши рабочие предложения не дошли до ушей чиновников.

В феврале 2017 года мы проводили в Нижегородском арсенале очень важную конференцию, которая открыла разные смыслы, культурные коды Стрелки и наметила векторы развития. Приезжали большие специалисты. В числе наших — основатель фонда «Дать понять» Галина Филимонова, которая позже выступила на международном форуме «Великие реки» и рассказала об архивных открытиях.

Я считаю, что нам удалось удивительное. Несмотря на сопротивление чиновников, несмотря на снос портовых кранов, уничтожение бункера (который мог стать музеем!), старинные конструкции стоят на Стрелке. И это абсолютно их место. Порт и фрагменты выставки — это символ.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Маршруты по Нижнему Новгороду / Nizhny Novgorod Routes
Маршруты по Нижнему Новгороду / Nizhny Novgorod Routes Совместный гид The Village и газеты «Селедка» по Нижнему Новгороду / The Village and Seledka newspaper Nizhy Novgorod city guide
Маршруты по Нижнему Новгороду / Nizhny Novgorod Routes

Маршруты по Нижнему Новгороду / Nizhny Novgorod Routes
Совместный гид The Village и газеты «Селедка» по Нижнему Новгороду / The Village and Seledka newspaper Nizhy Novgorod city guide

Военные археологи
Военные археологи Кто ищет павших бойцов Великой Отечественной войны
Военные археологи

Военные археологи
Кто ищет павших бойцов Великой Отечественной войны

Церковь в вагоне
Церковь в вагоне Как живет один из самых необычных храмов Нижнего Новгорода
Церковь в вагоне

Церковь в вагоне
Как живет один из самых необычных храмов Нижнего Новгорода

Positive Party, «Открытая лабораторная» и байопик о Ван Гоге в «Орленке»
Positive Party, «Открытая лабораторная» и байопик о Ван Гоге в «Орленке» Лучшие мероприятия этих выходных
Positive Party, «Открытая лабораторная» и байопик о Ван Гоге в «Орленке»

Positive Party, «Открытая лабораторная» и байопик о Ван Гоге в «Орленке»
Лучшие мероприятия этих выходных

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

Как уместить все на 20 квадратных метрах: Микроапартаменты в апарт-отеле у «Ботанического сада»

В Москве прошел сильнейший снегопад за всю послевоенную историю

Свежий воздух и безопасная среда

Чем заняться в Москве с 6 по 12 декабря?

8 фильмов о дизайнерах: От Баленсиаги до Маржелы

Первая полоса

Как уместить все на 20 квадратных метрах: Микроапартаменты в апарт-отеле у «Ботанического сада»
Как уместить все на 20 квадратных метрах: Микроапартаменты в апарт-отеле у «Ботанического сада»
Как уместить все на 20 квадратных метрах: Микроапартаменты в апарт-отеле у «Ботанического сада»

Как уместить все на 20 квадратных метрах: Микроапартаменты в апарт-отеле у «Ботанического сада»

В Москве прошел сильнейший снегопад за всю послевоенную историю
В Москве прошел сильнейший снегопад за всю послевоенную историю
В Москве прошел сильнейший снегопад за всю послевоенную историю

В Москве прошел сильнейший снегопад за всю послевоенную историю

Свежий воздух и безопасная среда
Промо
Свежий воздух и безопасная среда Почему спортивные площадки на территории ЖК стали так актуальны
Свежий воздух и безопасная среда
Промо

Свежий воздух и безопасная среда
Почему спортивные площадки на территории ЖК стали так актуальны

Чем заняться в Москве с 6 по 12 декабря?
Чем заняться в Москве с 6 по 12 декабря? Концерт Sons Of Kemet, закрытие Non/fiction и фестиваль мультфильмов
Чем заняться в Москве с 6 по 12 декабря?

Чем заняться в Москве с 6 по 12 декабря?
Концерт Sons Of Kemet, закрытие Non/fiction и фестиваль мультфильмов

8 фильмов о дизайнерах: От Баленсиаги до Маржелы
8 фильмов о дизайнерах: От Баленсиаги до Маржелы А также ключевые изобретения их героев
8 фильмов о дизайнерах: От Баленсиаги до Маржелы

8 фильмов о дизайнерах: От Баленсиаги до Маржелы
А также ключевые изобретения их героев

Основательницы кофейни «Энергия» Настя Годунова и Ванда Василевская — о совместном проекте, кофе и добрососедстве
Основательницы кофейни «Энергия» Настя Годунова и Ванда Василевская — о совместном проекте, кофе и добрососедстве
Основательницы кофейни «Энергия» Настя Годунова и Ванда Василевская — о совместном проекте, кофе и добрососедстве

Основательницы кофейни «Энергия» Настя Годунова и Ванда Василевская — о совместном проекте, кофе и добрососедстве

Когда стоит соглашаться на меньшую зарплату
Когда стоит соглашаться на меньшую зарплату И можно ли принимать предложение о работе только ради денег
Когда стоит соглашаться на меньшую зарплату

Когда стоит соглашаться на меньшую зарплату
И можно ли принимать предложение о работе только ради денег

Какие продукты покупать и что из них готовить зимой: Рассказывают шеф-повара
Какие продукты покупать и что из них готовить зимой: Рассказывают шеф-повара
Какие продукты покупать и что из них готовить зимой: Рассказывают шеф-повара

Какие продукты покупать и что из них готовить зимой: Рассказывают шеф-повара

«Славяне и татары»: Интервью с арт-группой, которая уже 15 лет изучает Евразию
«Славяне и татары»: Интервью с арт-группой, которая уже 15 лет изучает Евразию «Что может быть тупее рассола? Но через него можно выйти на тему Просвещения»
«Славяне и татары»: Интервью с арт-группой, которая уже 15 лет изучает Евразию

«Славяне и татары»: Интервью с арт-группой, которая уже 15 лет изучает Евразию
«Что может быть тупее рассола? Но через него можно выйти на тему Просвещения»

Четыре альбома Arca, предшественник «Игры в кальмара» и сборник задач по лингвистике
Четыре альбома Arca, предшественник «Игры в кальмара» и сборник задач по лингвистике Что слушать, читать и смотреть в выходные
Четыре альбома Arca, предшественник «Игры в кальмара» и сборник задач по лингвистике

Четыре альбома Arca, предшественник «Игры в кальмара» и сборник задач по лингвистике
Что слушать, читать и смотреть в выходные

Как перестать выбрасывать еду
Как перестать выбрасывать еду
Как перестать выбрасывать еду

Как перестать выбрасывать еду

Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел
Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел Григорий Охотин — о том, как его проект за десять лет вырастил гражданское общество в России
Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел

Без «ОВД-Инфо» у нас было бы в десятки раз больше уголовных дел
Григорий Охотин — о том, как его проект за десять лет вырастил гражданское общество в России

Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов
Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов И действительно ли покупатели обращают на них внимание
Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов

Из «Императорских Мытищ» в «Царскую площадь»: Как придумывают названия для жилых комплексов
И действительно ли покупатели обращают на них внимание

Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат
Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат Активистки Дарья Серенко и Софья Сно рассказали о работе в штабе правозащитницы
Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат

Экс-кандидатку на выборы в Госдуму Алену Попову обвинили в невыплате зарплат
Активистки Дарья Серенко и Софья Сно рассказали о работе в штабе правозащитницы

Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта
Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта Леди Гага, Адам Драйвер и Джаред Лето, которого не узнать
Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта

Как повторить образы из фильма «Дом Gucci» Ридли Скотта
Леди Гага, Адам Драйвер и Джаред Лето, которого не узнать

«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца
«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца Мультикаст суперзвезд, недовольство наследников и бесподобная Леди Гага
«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца

«Дом Gucci»: Ридли Скотт вновь снимает главный фильм месяца
Мультикаст суперзвезд, недовольство наследников и бесподобная Леди Гага

Кто водит москвичей по крышам
Спецпроект
Кто водит москвичей по крышам И как любовь к фотографии превратилась в растущий ивент-бизнес
Кто водит москвичей по крышам
Спецпроект

Кто водит москвичей по крышам
И как любовь к фотографии превратилась в растущий ивент-бизнес

Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве
Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве Рассказываем, что смотреть в декабре взрослым и детям
Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве

Гид по Большому фестивалю мультфильмов в Москве
Рассказываем, что смотреть в декабре взрослым и детям

Советы горожан, которые взяли ипотеку
Спецпроект
Советы горожан, которые взяли ипотеку Брать на максимальный срок и не экономить на себе
Советы горожан, которые взяли ипотеку
Спецпроект

Советы горожан, которые взяли ипотеку
Брать на максимальный срок и не экономить на себе

Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc
Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc
Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc

Турецкое микробистро Mini Turkish Spot, корнер Matcha Botanicals, ресторан Balance, завтраки в AVA и Blanc

Подпишитесь на рассылку