«Что я делаю в клетке»: Бойцы ММА о доходах и боли Профессиональные бойцы из Екатеринбурга об экстремальном похудении, капельницах, шоу-бизнесе и боли

«Что я делаю в клетке»: Бойцы ММА о доходах и боли

Прошлым летом в Екатеринбурге на неделю перекрыли набережную ради соревнований по боевым искусствам, несколько раз в месяц бои проходят в лофтах, спорткомплексах, даже в Ельцин Центре — и каждый раз собирают аншлаг. Чаще всего соревнования проводят по правилам ММА, смешанных боевых искусств, когда двое дерутся в клетке в легких перчатках и где разрешены болевые и удушающие приемы.

Профессиональные бои для спортсменов — шанс заработать на любимом деле неплохие деньги. Но немногие знают, что скрывается за короткими боями в клетке, как спортсмены готовятся к соревнованиям и что боль — это еще не самое неприятное. The Village узнал у спортсменов промоутерской группы «Рать», что они делают в ММА и за что любят травматичный и агрессивный спорт.

Фото - и видеосъемка

Сергей Потеряев

Василий Курочкин

22 года

Когда мама в детстве отдала меня в карате, я относился к спорту несерьезно и прогуливал тренировки. Когда что-то начало получаться, а бои мне давались нелегко, я заболел идеей связать с борьбой всю жизнь. В секции занимались парни без отцов, и в зале мы получали мужское воспитание. Тренер с нами общался как со взрослыми людьми и много рассказывал о том, как устроена жизнь. Моя профессиональная карьера началась в 18 лет, когда я стал участвовать в турнирах за деньги. Сейчас у меня 11 официальных боев, из них два поражения.

Тяжелее всего сгонять вес перед боем. В нормальном состоянии я вешу 92 килограмма, а за день перед соревнованием должен быть 77. Если не достигну этого веса — получу штраф. Чтобы добиться этих цифр за полтора месяца, сажусь на диету. В последние дни я должен получать около 600 килокалорий: ем три яичных белка с обезжиренным молоком, на обед по 100 граммов перловки и курицы, овощи, стакан обезжиренного молока, на ужин обезжиренный творог. Когда я жил с мамой — было тяжело, приходилось уходить на весь день и возвращаться ночью, чтобы не обращать внимание на заполненный холодильник. Сейчас мне легче — живу с девушкой, и она держит диету вместе со мной.

За неделю до взвешивания я начинаю распиваться. В первый день выпиваю восемь литров воды, чтобы приучить организм выводить жидкость. Я беру шейкер на 0,75 литра и опустошаю его каждый час. За день получается 12 шейкеров. Чтобы не сбиться, фотографирую их на телефон. Последние килограммы сгоняю в бане. Обычно мне хватает двух часов, чтобы избавиться от пары килограммов. Кто-то из парней сидит в бане целый день в полиэтиленовых штанах и кофте и, бывает, падает в обморок. В день взвешивания меня не узнать. Потом у меня есть день, чтобы восстановиться: я лежу под капельницей, потихоньку пью воду и начинаю снова есть.

Когда я шел в профессиональный спорт, я знал, что такое будет, хотя не думал, насколько это тяжело. Но это моя работа, она мне нравится, а какие-то сложные моменты приходится перетерпеть. Профессиональный уровень бойца и отличает то, как он может согнать вес и как быстро восстановиться потом и психологически настроиться на бой.


У нас есть понятие трешток — это когда бойцы задирают друг друга перед боем


Эйфория от победы длится день-два. Если начинаешь звездить и прогуливать тренировки, тренер быстро осадит. О поражении лучше не думать и выходить в клетку с настроем победить. У бога я никогда не прошу побед, а только сил.

У нас есть понятие трешток — это когда бойцы задирают друг друга перед боем. Раньше я любил делать шоу, что-нибудь кричал, упирался сопернику в лоб или руки и толкал. Зрители любят такое. Кровь и агрессия добавляют бою драйва. Последнее время стал спокойнее — выхожу и делаю свое дело. Но если на меня задираются, я молчать не буду. Я бы не хотел быть таким, как Конор Макгрегор: хоть он и самый высокооплачиваемый боец ММА, говорит слишком много лишнего. Помню, он как-то заявил, что если бы Иисус мог выйти на ринг, он бы его вызвал и победил.

Егор Голубцов

29 лет

Родители не хотели отвозить меня на секцию карате на другой конец города, но, когда кружок открылся прямо в школе, у них не осталось выбора. Меня тянуло в боевой спорт, я смотрел фильмы с Брюсом Ли, Чаком Норрисом, Жан-Клодом Ван Даммом, мне хотелось быть как они. Мой самый любимый фильм — Mortal Kombat. Я его записал на видеокассету и смотрел каждый день. Недавно его показывали опять, и сейчас я понимаю, что там цирк какой-то — нереальные приемы.

Когда секция при школе закрылась, мы с парнями по инерции занимались самостоятельно: ходили в тренажерку, отрабатывали удары на поляне в лесу, потому что во дворе неудобно — все смотрят. Но тренера не было, и спорт сошел на нет. Я начал дружить с девчонками, готовился к экзаменам. Потом началась студенческая жизнь, и до третьего курса я к боям не возвращался. Но после пятилетнего перерыва начал упорно заниматься, и с тех пор бои не бросаю.

Пять лет я работал днем инженером на заводе, а вечером ходил на тренировки, открыл собственную секцию. Первый раз я отправился на профессиональный бой в 2011 году. Мой дебют продлился десять секунд: я вышел и сразу получил в голову. Потом выступал на небольших турнирах по ММА, где не было ни клетки, ни ринга. Так как я параллельно работал, рейтинг у меня был неважный, побед и поражений примерно одинаково. Я больше не мог сидеть на заводе по восемь часов и умирать от скуки, хотелось заниматься любимым делом. И полтора года назад я наконец уволился, подписал постоянный контракт и переехал, чтобы заниматься только спортом. Видимо, я принадлежу к тому типу людей, которым нужно постоянно испытывать стресс и получать адреналин.

Сгонять вес — это лотерея, можешь согнать, а можешь и нет. Становишься злым, не улыбаешься, не реагируешь на шутки. Дома психуешь из-за мелочей. Максимально я сгонял 12 килограммов. Перед взвешиванием не спал, лежал в полуобморочном состоянии. Последний раз мне казалось, что на мне лежит плита, хотелось все послать. Потом убеждаешь себя подождать немного, иначе бой отменят или добавят очков сопернику.

Есть поговорка: кто вес не гонял, тот вкус воды не знает. После взвешивания ты можешь загонять в себя полторашки, но все равно чувствуешь себя как кусок говна, потому что вода начнет действовать только через сутки. Чтобы восстановление шло быстрее, ложишься под капельницу с минералами и аминокислотами. После этого уже розовеешь и перестаешь быть похожим на дрища-наркомана со впалыми глазами.

Весогонка нужна, чтобы получить конкурентное преимущество. Кто-то с ней справляется, кто-то нет. Чем ты больше, тем проще тебе будет в бою. Сейчас в категории 77 килограммов выступают парни, которые весят сотню. А зрители даже не замечают, что в клетку заходит большой чувак, который явно больше 77 весит.


Когда тебе делают удушающий прием, ты сначала терпишь, а потом начинают появляться мультики, и ты засыпаешь. Просыпаешься уже от нашатыря


Из-за адреналина во время боя я иначе ощущаю боль. Если на тренировке во время болевого приема я сразу стучу, чтобы прекратить бой, то в настоящем бою терплю. Однажды я выигрывал, и, когда соперник сделал мне болевой, уже хотел постучать по полу. Но в голове замелькало: «50 тысяч за победу, 50 тысяч за победу». Я подумал: ладно, не так уж и больно, потерплю еще. В итоге тот просто потратил силы, а я вывернулся и победил.

После драки я списываюсь с противниками, спрашиваю, как у них здоровье. Во время боя мне никого не жалко, а потом сочувствую, если человек травму получил. Я проигрывал от нокаута и удушения. Это не больно. Когда нокаут, ты бум — и в раздевалке проснулся. А когда тебе делают удушающий прием, ты сначала терпишь, а потом начинают появляться мультики, и ты засыпаешь. Просыпаешься уже от нашатыря.

Евгений Игнатьев

22 года

Я отправился на карате вслед за старшим братом. С тех пор занимаюсь с одним и тем же тренером. С карате перешел на панкратион, потом в рукопашный бой, потом в армейский рукопашный. Я мастер спорта в четырех боевых направлениях. Смешанные единоборства мне нравятся больше всего.

Самый сильный кайф получаю, когда выхожу в клетку и стадион кричит. Я стремлюсь выиграть, чтобы зрителям понравилось, чтобы росла база фанатов и меня узнавали на улице. Люди запоминают только зрелищные бои. Если в любительском спорте ты борешься за регалии, то тут рейтинг и деньги имеют главное значение.

Первый профессиональный бой я проиграл. Мне было некомфортно в клетке, вокруг зрители, я волновался и суетился. Если есть мандраж, то думать тяжело. Надо стараться обмануть и подловить соперника, а для этого должны быть план и собранность.

Я не боюсь боли и готов оказаться в ссадинах и синяках. Помню, как после одного боя не вставал с кровати и еле до туалета доходил, настолько отбил себе стопы. Самое неприятное было, когда меня добивали два раунда, соперник садился сверху и молотил, у меня голова потом вся красная была.


Люди запоминают только зрелищные бои. Если в любительском спорте ты борешься за регалии, то тут рейтинг и деньги имеют главное значение


Моя девушка смотрит все мои бои и не боится. Не жалеет меня, потому что жалость — удел слабых. А вот мама сильно переживает и не может смотреть. Когда нужно сбросить вес, я теряю 14 килограммов. Держать диету и распиваться я уже привык. Только ужасно хочется сладкого, особенно конфет.

В начале карьеры я получал мало, 6–10 тысяч рублей за бой. Сейчас — раз в 20 больше. Я учился на инженера, но всегда верил в спорт. Конечно, если бы я ничего больше не умел, пошел бы работать на завод инженером за 25 тысяч рублей. А так я выбрал спорт и умудрялся всегда закрывать сессии. Думаю, что для простого парня из небольшого города профессиональная спортивная карьера — это успех.

Share
скопировать ссылку

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

«Работа в госучреждениях — это активизм»

20 фильмов зимы

Нитевые методы APTOS

Вопрос времени

Где пить кофе в Сочи и Красной Поляне

Первая полоса

«Работа в госучреждениях — это активизм»
«Работа в госучреждениях — это активизм» Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии
«Работа в госучреждениях — это активизм»

«Работа в госучреждениях — это активизм»
Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии

20 фильмов зимы

20 фильмов зимыОт возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

20 фильмов зимы

20 фильмов зимы От возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

Нитевые методы APTOS
Промо
Нитевые методы APTOS Все о процедуре до и после
Нитевые методы APTOS
Промо

Нитевые методы APTOS
Все о процедуре до и после

Вопрос времени
Спецпроект
Вопрос времени Omega — изысканный бренд для тех, кто ценит свое время
Вопрос времени
Спецпроект

Вопрос времени
Omega — изысканный бренд для тех, кто ценит свое время

Где пить кофе в Сочи и Красной Поляне
Где пить кофе в Сочи и Красной Поляне Классический зерновой и авторские вариации
Где пить кофе в Сочи и Красной Поляне

Где пить кофе в Сочи и Красной Поляне
Классический зерновой и авторские вариации

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года? Первые мысли после прослушивания пластинки
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Первые мысли после прослушивания пластинки

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»

Автомобильный дзен
Промо
Автомобильный дзен Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей
Автомобильный дзен
Промо

Автомобильный дзен
Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

От Альп до флакона:
Спецпроект
От Альп до флакона: Какой путь проходит сырье для косметики
От Альп до флакона:
Спецпроект

От Альп до флакона:
Какой путь проходит сырье для косметики

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино Чем заняться на выходных
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
Чем заняться на выходных

Подпишитесь на рассылку