Текст

Кирилл Руков

Антикоррупционный центр «Трансперенси Интернешнл» опубликовал расследование о том, что эксперты государственного Фонда кино с 2015 года выделяют бюджетные деньги на съемки своих собственных кинолент, а также проектов, где участвуют их партнеры и родственники. Сейчас Фонд кино — главный инструмент, через который Минкультуры финансирует русские фильмы. У 60 % фильмов (94 киноленты из 158), которые он оплатил с 2015 года, «Трансперенси» нашел признаки «конфликта интересов». Авторами расследования выступила та же команда, которая ранее добилась увольнения Александра Маслякова из КВН и критиковала систему госфинансирования театров. The Village собрал главные тезисы расследования, а также узнал у независимого эксперта, есть ли в нем ошибки.

Через Фонд кино государство оплачивает съемки большинства российских кассовых фильмов. Деньги распределяют «непрозрачно» через систему «советов»

Фонд кино распределяет от 3 до 4,3 миллиарда рублей из госказны каждый год. Фильмы-претенденты до 2018 года просеивали через три ступени, рассказывает «Трансперенси»: «Ключевую роль играл экспертный совет, он оценивал кассовый потенциал будущих фильмов и составлял рейтинг. Сценарная группа смотрела за качеством сценария, а попечительский совет выполнял наблюдательные функции и утверждал рекомендованные экспертами списки получателей бюджетной поддержки». Из 21 члена экспертного совета как минимум 18 являются представителями заинтересованных лиц — студий, кинотеатров, прокатчиков. Согласно приказу Фонда кино, члены экспертного совета не могут участвовать в голосовании непосредственно за свои фильмы. «Однако информация о результатах голосования не публикуется в открытом доступе. Более того, в условиях существующей рейтинговой системы признаки конфликта интересов могут проявляться также в отношении проектов родственников, партнеров и прямых конкурентов», — считает «Трансперенси».

Исследователи выделяют несколько заинтересованных групп в фонде. Одна из крупнейших — группа Федора Бондарчука

Из 24 фильмов, в которых участвовал Бондарчук за последние четыре года (как продюсер, актер или режиссер), 20 финансировались Фондом кино. Но в еще большем количестве фильмов, заявляют расследователи, он мог принимать участие как член экспертного совета фонда, поддерживающий своих партнеров. Всего в группу Бондарчука исследователи записали 11 человек из экспертного совета: среди них, например, режиссер Джаник Файзиев, глава Росимущества, замминистра Дмитрий Пристансков и продюсеры Александр Роднянский и Вячеслав Муругов.

Получить субсидии, несмотря на конфликт интересов, сумело, например, нашумевшее «Притяжение»: фильм Бондарчука получил деньги Фонда кино в 2015–2016 годах. Здесь его представителями в экспертном совете Фонда были четыре человека: сам Бондарчук (учредитель кинокомпании, режиссер фильма), Антон Сиренко (гендиректор ООО «Уолт Дисней Студиос Сони Пикчерс Релизинг» — прокатчика фильма), Иван Кудрявцев (главный редактор объединенной редакции ВГТРК, в которую входит «Россия 1»; директор канала Златопольский — сопродюсер «Притяжения») и Сергей Сельянов (сопродюсер Златопольского по фильму «Салют-7»; еще с двумя продюсерами «Притяжения» — Михаилом Врубелем и Александром Андрющенко — Сельянов работал над фильмом «Призрак»).

Похожие запутанные схемы с другими лицами, по мнению «Трансперенси», могли использоваться и для фильма Бондарчука «Любовь с ограничениями», для «Временных трудностей», где Бондарчук сам никак не участвует, и даже, например, для знаменитого «Викинга» (сын Никиты Михалкова Степан формально значится соучредителем студии Бондарчука «Арт Пикчерс Продакшн», а в съемочной группе «Викинга» был сопродюсер Леонид Верещагин — директор студии Михалкова «ТриТэ»).

Из всех кинокомпаний эксперты специально выделяют «лидеров проката» — им проще получить большие деньги. Из десяти лидеров этого года восемь связаны с самими экспертами

«С начала своей работы фонд оградил ведущих кинопроизводителей от остальных, выделив первых в отдельную группу „лидеров кинопроката“, — рассказывает «Трансперенси». — Если в 2017 году между „лидерами“ распределили 2,5 миллиарда рублей, то иным кинокомпаниям досталось в пять раз меньше — 500 миллионов. Кроме того, лимит выдачи безвозвратных средств на один проект для лидеров составляет 400 миллионов рублей, для остальных — 60 миллионов».

В число «лидеров» долгое время входила кинокомпания «Энджой мувис» Сарика и Гевонда Андреасянов. После относительно успешных в российском прокате фильмов «Чемпионы» и «Мамы» Андреасяны получили от Фонда кино деньги на съемки таких скандальных фильмов, как «Защитники» и «Мафия. Игра на выживание», получивших очень низкие рейтинги.

Для отбора «лидеров» попечительский совет оценивает телевизионные рейтинги, посещаемость фильмов кинокомпании за последние пять лет, а еще награды различных кинофестивалей и премий — по этим критериям выставляются баллы. Посещаемость при этом ценится гораздо выше, чем премии. «Трансперенси» считает, что балльная система позволяет кинопродюсерам через своих людей в совете влиять на определение «лидера», например, занижая оценки конкурентам.

В итоге, по мнению центра, это привело к тому, что из десяти «лидеров кинопроизводства» 2018 года восемь имеют связи в совете. Например, от студии «ТаББаК» Бекмамбетова в экспертном совете Фонда кино сидит Андрей Першин — сопродюсер Бекмамбетова и студии «Базелевс». У ЗАО «Дирекция кино» («Высоцкий. Спасибо, что живой», «Адмиралъ», «Пурга») в совете — гендиректор Анатолий Максимов. У студии «ТриТэ» Никиты Михалкова — ее директор Леонид Верещагин. Подобную аффилированность исследователи приводят еще по пяти крупнейшим компаниям.

Сейчас власти устроили Фонду кино проверки, а в руководстве осенью произошел «переворот» — прежние группы влияния, возможно, изменились

В «Трансперенси» считают, что августовские перестановки в руководстве Фонда кино (смена директора, формирование нового, главного совета — в котором много чужих для фонда людей из министерства культуры), а также громкие проверки деятельности фонда Счетной палатой (после скандала с провалом фильма «Крымский мост. Сделано с любовью!» за 100 миллионов рублей) косвенно тоже могут быть связаны с ходом этого расследования и обращениями команды в Генпрокуратуру. При этом с самим фондом или героями публикации авторы расследования не связывались.


Игорь Сергеев

автор расследования, руководитель «Трансперенси Интернешнл» в Калининграде

Расследование велось около полугода, с февраля по май 2018-го. Непосредственным поводом стали февральские скандалы о манипуляции Минкульта премьерой «Приключений Паддингтона — 2» в интересах фильмов «Движение вверх», «Скиф», «Елки новые», «Три богатыря и принцесса Египта». На меня серьезно повлиял просмотр нескольких роликов [видеоблогера] BadCоmedian.

Ранее мы уже рассказывали про члена Попечительского совета фонда Дмитрия Пристанскова (глава Росимущества и заместитель министра экономразвития; «Фонд кино» в ноябре отрицал этот конфликт интересов. — Прим. ред.). Можно считать ту публикацию трейлером к [этому] большому расследованию о клубе киноэлиты. Мы традиционно не делаем запросов [героям расследования], мы не средство массовой информации. Нам очевидно, что такие запросы не имеют практической пользы для наших расследований, поскольку мнение фигурантов не  ставится в его основу как юридический факт.


«Подход „Трансперенси“ формалистский: такие конфликты интересов в кино часто вообще не имеют злого умысла», — источник на рынке

По предложению The Village независимый эксперт кинобизнеса изучил фактуру расследования и раскритиковал его, указывая в том числе и на фактические ошибки. При этом источник заявляет, что формальный конфликт интересов в госфинансировании российского кино возникает постоянно — просто потому что «рынок слишком маленький».


Алексей Иванов

(имя изменено)

источник на рынке кинопроизводства

Во-первых, через систему баллов повлиять на выбор «лидеров кинопроката» в фонде нельзя — их выставляют автоматически. Претензия о приоритетном выборе массового кино в ущерб фестивальному — абсурдная, потому что фонд и создавался специально под финансирование массовых лент, это прямо в учредительных документах написано. Остальное, авторское, субсидирует Минкульт напрямую. Тут фонд действует по спущенной сверху схеме. Можно и нужно спорить, насколько она разумна и мешает развиваться новым кинокомпаниям, но изначально так сделали из-за недостатка денег в госбюджете на кино. Наконец, главным органом, решающим, какие фильмы получат деньги, до осени 2018 года был именно Попечительский совет фонда, а не экспертный. И не всегда и не во всем Попечительский совет следует рекомендациям экспертов. Кроме того, в уставе фонда, который действовал вплоть до осени этого года, есть ссылка на возможность конфликта интересов, а «Трансперенси» пишет, что нет. 

Но главная проблема расследования не в этом. При всем уважении к «Трансперенси», это — очень формалистский подход. Если бы авторы доклада пообщались с участниками рынка или с самим фондом, то поняли бы, что классический конфликт интересов в госфинансировании кино просто не является сенсацией или «раскрытым злом». В России настолько маленькая и тесная киноиндустрия, что все крупные точно уже когда-то друг с другом работали! Вот только вчера они были партнерами по одному фильму, а завтра — уже прямые конкуренты по другим проектам, и наоборот.

Банальный пример: «Трансперенси» указывает, что Бондарчук и Михалков вместе владели производственной компанией. Но в начале 2016 года в прокате одновременно шел «Викинг», в создании которого участвовала студия «ТриТэ» Никиты Михалкова, и «Смешарики. Легенда о золотом драконе» студии Art Pictures Бондарчука. То есть проекты были прямыми конкурентами. А в начале 2017-го частично совпали в прокате «Движение вверх» «ТриТэ» и «Притяжение» Бондарчука. Даже в рамках одних холдингов аргумент не всегда работает: сейчас в праздники в кинотеатрах выйдет комедия «Полицейский с Рублевки» по сериалу ТНТ — канала, который принадлежит холдингу «Газпром-медиа». В это время компания «Централ Партнершип» из этого же холдинга отвечает за прокат прямого конкурента — военного фильма «Т-34». Кстати, фильм сделан при поддержке еще одного конкурента «Газпром-медиа» — холдинга ВГТРК. Таких историй на рынке масса.

Никто не говорит, что фонд идеален. Наверняка у системы разделения денег между людьми, которые по сто лет знают друг друга, есть огрехи и нарушения или она как-то ограничивает новые таланты. Я знаю, что в фонде действительно есть частные случаи междусобойщины, но я не вижу этих кейсов в расследовании. Фонд действительно иногда обвиняют в неудачах и разбазаривании, но здесь просто не доказывается неэффективность или растрата — потому что юридические конфликты интересов в российском кино постоянно возникают и без злого умысла.



Обложка: Александр Рюмин/ТАСС