Найти советскую модернистскую архитектуру, которая всем нравится, довольно сложно. Тем более жилые дома, за исключением микрорайона Северное Чертаново и «дома на ножках» на ВДНХ, чаще всего выглядят невыразительно даже в случае с индивидуальными проектами для партийной элиты (цэковские дома. — Прим. ред.).

На их фоне многофункциональный комплекс «Парк Плейс» на Ленинском проспекте кажется пришельцем из другой эпохи — не более современной, а никогда не состоявшейся в действительности, в которой модернистская архитектура не была отвергнута и забыта, а продолжила совершенствоваться и достигла вершины своего развития. The Village узнал, как здесь живется.

Текст

Илья Поляков

Фотографии

Анна Марченкова

Жилой комплекс «Парк Плейс»

АРХИТЕКТОРЫ: Я. Б. Белопольский, Н. В. Лютомский, Ю. Эрдемир

АДРЕС: Ленинский пр-т, 113/1

ПОСТРОЙКА: 1988–1992

ВЫСОТА: 8–23 этажа


«Парк Плейс» появился в результате открытого архитектурного конкурса УПДК (управления по обслуживанию дипломатического корпуса МИД СССР), проведенного в 1988 году. По заданию ведомства нужно было построить комплекс со всей необходимой инфраструктурой для жизни и работы иностранных граждан. Конкурс выиграл проект турецкой строительной компании «Мир», разработанный совместно с мастерской № 11 архитектурного бюро «Моспроект-1» под руководством Якова Белопольского.

В результате на участке между Ленинским проспектом и улицей Миклухо-Маклая был возведен многофункциональный комплекс, состоящий из пяти корпусов разной высоты, объединенных пространством крытого атриума. В нем располагалось все, что необходимо для комфортной жизни: кафе, супермаркет, фитнес-клуб и даже детский сад. Жители «Парк Плейса» могли в принципе не выходить за пределы его территории.

В комплексе было предусмотрено 333 квартиры от 60 до 168 метров — стандартные на один этаж и двух-трехуровневые.

Благодаря особой планировке окна большинства из них выходят на обе стороны здания. Спальни располагаются ближе к тихому внутреннему двору, а другие помещения отделены от шумных улиц галереями с ленточным остеклением, которые к тому же повышают инсоляцию.

Для архитектора Якова Белопольского «Парк Плейс» стал последним завершенным проектом. В 1994-м он был посмертно удостоен за него Государственной премии.


Вадим Данилов

архитектурный исследователь, краевед, автор проекта Europa_endlos

«Парк Плейс» — это символ перелома эпох. Несмотря на то что это модернизм, в нем уже проглядывают черты постмодернизма. Он сохранил наработки советской школы, но очистился от характерной для нее тяжеловесности. Его не облицовывали серым мрамором, а просто выкрасили в белый цвет (в 2006 году фасад здания покрыли плиткой). Это такая чистая форма, отсылка к конструктивизму. В 80-х начали вспоминать наследие Константина Мельникова и Ильи Голосова, и архитекторы стали активно использовать их приемы. Здесь это ленточные окна и сплошные корпуса, как в доме-коммуне на Орджоникидзе.

«Парк Плейс» — это завершение концепции цэковских домов — элитного жилья для привилегированных социальных групп в СССР. Большинство из них никогда не реализовывалось в полной мере: всегда были ограничения, неизменный оранжевый кирпич, довольно низкие строительные технологии. Цэковские дома обычно возводили с помощью местных строительных трестов, и качество было соответствующее, несмотря на планировки и все остальное. Строительство «Парк Плейса» началось тогда, когда уже были доступны новые технологии. Реализацией занималась турецкая фирма, поэтому все было сделано на высоком уровне. Турецкий архитектор Юксель Эрдемир даже получил премию наравне с российскими коллегами по мастерской «Моспроекта».

Говоря о «Парк Плейсе», нельзя не упомянуть фигуру его создателя — Якова Белопольского. Демиург раннего советского времени, к концу 80-х он хозяйничал на юго-западе около 40 лет. Он был автором нескольких знаковых проектов в Гагаринском районеИНИОН РАН и делового центра «Зенит» — известной недостройки около метро «Юго-Западная».

До «Парк Плейса» Белопольский занимался комплексом «Царское село», одним из лучших цэковских домов в Москве. Он тоже был сделан по последнему слову техники, но «Парк Плейс» превосходил его. В «Царском селе», как и в «Парк Плейсе», была идея замкнутой комфортной среды, но там у жителей была необходимость встраиваться в городскую среду — публичные дворы и детские сады и школы, вынесенные за пределы квартала.

«Царское село» в Черемушках получилось более урбанистически ориентированным, а «Парк Плейс» — полностью замкнутый дипломатический замок.


Чжан У

сотрудник международной химической компании

В Москве я уже 26 лет. До «Парк Плейса» успел много где пожить на юго-западе, поэтому прекрасно знаю все, что находится в окрестностях, и очень люблю эти места.

Первый раз я попал сюда в 1992 году. Сначала меня отправили в командировку, но быстро решили здесь оставить — сыграло роль то, что я знаю язык. Русский я изучаю всю жизнь. Сначала в школе, а потом в институте в Пекине на факультете русского языка и литературы. Там я начал читать классику: Лермонтова, Пушкина. «Героя нашего времени» прочел от корки до корки. Мне очень понравилась эта книга.

В 1992 году я работал в Norinco — крупной промышленной корпорации, офис как раз находился в «Парк Плейсе». Когда я приехал сюда впервые, то был сильно впечатлен: комплекс отличался от старых советских зданий в Москве, мы с коллегами называли его «большим белым домом» или «турецким домом».

Я работал в «Парк Плейсе» более 20 лет — сначала в Norinco, а потом в другой компании, а потом решил сюда переехать. Я давно присматривался к этому дому. Здесь жили и работали мои коллеги. Мне очень нравилось местоположение: нет больших заводов, много крупных лесопарков. Сначала я думал, что в «Парк Плейсе» будет очень дорого, но из-за кризиса цены в рублях оказались приемлемыми для моей компании. Окончательно я переехал сюда в 2015 году.

В «Парк Плейсе» мы с семьей сняли двухъярусную квартиру около 90 метров. На втором этаже у нас две спальни, а на первом гостиная. То, что в квартире два разных пространства, очень удобно. Я рано встаю. Пока мои жена и дочь спят, я с утра занимаюсь традиционной китайской гимнастикой и смотрю телевидение.

Моя семья отнеслась к переезду положительно. Единственное, моей дочери стало чуть дальше добираться в школу. Несмотря на это, я думаю, что ей здесь нравится. Она приглашает домой друзей, они играют у барной стойки, которая разделяет гостиную и кухню. На ее одноклассников наш дом и двухъярусная квартира производят впечатление.

Больше всего мне нравится находиться на кухне. Я шеф-повар второго разряда и поэтому очень люблю готовить. Часто делаю стейки для жены и дочери, иногда варю борщ. Помимо готовки дома, я занимаюсь переводами, это мое хобби и любимое дело. Сейчас я активно сотрудничаю с «Яндексом» — перевожу тексты для распродажи в Китае.

Как только я переехал сюда, то сразу ощутил высокий уровень комфорта. Помимо квартир и офисов, в доме есть все необходимые услуги. Я регулярно пользуюсь химчисткой и хожу в столовую, в холле играет живая музыка. В «Парк Плейсе» очень надежная охрана — если что случится, она сразу появляется. Я недавно убедился в этом, когда дети играли в футбол в коридоре и разбили стекло. В нашем комплексе чувствуешь себя в безопасности — это одна из причин, по которой я бы рекомендовал жить здесь.

К сожалению, есть небольшие проблемы с соседями. Сейчас рядом живут саудовцы. У них много детей, и мне кажется, что по ночам они чаще всего не спят. Бывает тяжело, но я стараюсь помнить, что у каждой нации свои привычки и нормы. Мы непривередливые, а вот японцы, которые раньше жили в соседней квартире, переехали на другой этаж.

Конечно, чувствуется, что дом уже немного староват. Иногда ломается лифт, есть места, которые явно требуют ремонта. При этом «Парк Плейс» не теряет своей привлекательности. Мне очень нравится, как он выглядит снаружи. Он не давит, как «Москва-Сити». Здесь легко дышится.

У меня две квартиры в Москве, но в нашем комплексе мне нравится больше всего. Каждое утро я хожу в парк на прогулку и трачу всего лишь 15 минут на дорогу до работы. Здесь мне спокойно и комфортно.