Текст: Алиса Таёжная

«Призрачная нить»

Режиссер: Пол Томас Андерсон

В ролях: Дэниэл Дэй-Льюис, Лесли Мэнвилл, Вики Крипс

Новый Пол Томас Андерсон — о британском кутюрье, но на самом деле о власти и доминировании

Британский дизайнер Рейнольдс Вудкок (Дэниэл Дэй-Льюис) — одна из главных гордостей послевоенной Британии. Кутюрье, мастер идеальных платьев для августейших особ и богатых дам, живет затворником с прагматичной сестрой (Лесли Мэнвилл) и десятками незаметных швей и слуг. Избавившись от прошлой, постаревшей и надоевшей модели, Рейнольдс отправляется за город, где встречает стеснительную официантку (Вики Крипс) с подходящими данными. Высокий рост, небольшая грудь, «чуть-чуть животика, как он любит» — и первое свидание ломается на половине, превращаясь во встречу таланта и поклонницы. Талант сразу же приводит поклонницу в мастерскую и, показательно не замечая неловкости молодой девушки, снимает с нее, едва одетой, мерки для следующего платья. Альма, девушка загадочного происхождения из Восточной Европы, становится еще одной частью упорядоченного мира Рейнольдса, его главной манекенщицей. У нее, кажется, нет выхода жить интереснее, но и общество дидактического гения и его сторожащей сестры будит в Альме несогласие. «Призрачная нить» — не фильм о модельере и вдохновении, как кажется из трейлера, а чуткое и негромкое кино о желании контролировать все и выживать, будучи невероятно требовательным к себе и другим.

«Последняя роль Дэниэла Дэй-Льюиса» (актер заявил, что уходит из профессии), как написано на постере, не говорит ничего про главную неожиданность и находку фильма — Вики Крипс, чья героиня говорит о себе куда меньше, чем представляет из себя на самом деле. Ее фигура — сюжетный стержень фильма, его призрачная нить: наивная провинциалка, попавшая в мир богатства и безупречного вкуса, оказывается куда сложнее, чем все ее окружение, и точно не исчерпывается подходящими модельными параметрами. Альму объективируют — вдохновленный ею дизайнер (а позже любовник), эпоха (послевоенная Англия — не эра повсеместной женской самостоятельности), сестра героя и окружение пышных дам, состоявшихся или как аристократки, или как наследницы. У Альмы (ее имя переводится с латинского «душа»), помимо внешности и молодости, есть никому (и зрителям в том числе) долго не открывающееся свойство — умение действовать внутри обстоятельств непредсказуемо и принципиальное несогласие вести себя как безмолвная вещь. Главный сюжетный поворот, на который решился Пол Томас Андерсон, полностью отрицает мир романтической дихотомии. Он добавляет костюмной драме о встрече контрол-фрика с ни в чем по силе не уступающей ему женщиной трансгрессию и неудобоваримость, без которой Андерсон не был бы собой.


Смотреть? Да

«Лед»

Режиссер: Олег Трофим

В ролях: Аглая Тарасова, Диана Енакаева, Мария Аронова

Российская мелодрама о травмированной фигуристке, которая мечтает стать чемпионкой

В Иркутске не то чтобы есть чем заняться — шестилетняя Надя замирает перед телевизором с фигуристами. Сильно больная мама (Ксения Раппопорт) тянет на себе дом и работу и отводит дочку к супертренеру (Мария Аронова) — местной Татьяне Тарасовой — в надежде поставить ее на коньки. Профессионал просит не донимать ее глупостями — у девочки плохая координация и не поставлена хореография, и мама решает тренировать дочку сама на заледенелом Байкале. После сердечного приступа мамы Надя попадает к тете, верящей в фэншуй и торгующей бананами из палатки. Из-за упрямства Надя все-таки проходит в спортивный интернат и показывает фантастические результаты всего за несколько недель учебы. Спустя десять лет Надя Лапшина (Аглая Тарасова) — одна из главных надежд российского фигурного катания и претендентка на золото в придуманном соревновании Кубок льда. Но травма делает ее совершенно бессильной и, кажется, переносит в точку, где все начиналось — родной Иркутск. Там ее спасителем станет хамоватый и драчливый хоккеист (Александр Петров), которого временно отстранили от занятий.

Романтическая история о любви изящной фигуристки и хоккеиста-недотепы — то, к чему еще может приготовить зрителей трейлер. То, о чем нет речи в анонсе: что «Лед», вообще-то, мюзикл, собранный по образу «Через Вселенную» Джули Теймор, но, конечно, с отечественной спецификой. Пять абсурдных музыкальных номеров по русской поп-классике раскрывают неудачи и победоносные амбиции «Льда» во всю ширь: Ксения Раппопорт качает детскую кроватку под «Хочешь?» Земфиры, дети в спортивном интернате поют про «разорванный рот у комбата», а массовка в финале подхватывает не самый известный хит группы «Амега». Все это — 15 гарантированных минут стыда в хронометраже фильма, с которым и так не все в порядке. С актерами, как это часто бывает в российском кино, промахов мало — проблема, как всегда, в том, что им забыли написать слова. Аглая Тарасова отлично справляется с ролью трудолюбивой отличницы, которой надо изо всех сил взять себя в руки, но говорит из учебника по русскому для продолжающих. Аронова — идеальный тренер-харизматик, как и Петров — расписной хулиган. Но все, что год назад сгубило фильм «Большой» о другой отечественной гордости — балете, присутствует и здесь: стереотипы в ролях второго плана и полное пренебрежение к реальности. «Лед» снимают на внутренний экспорт с идеями о том, какими мы хотим казаться сами себе — поломанными, но всемогущими.

Фантастически нелепая сцена, где хоккеист сбрасывает фигуристку в инвалидном кресле с отвесной горы, становится началом большой любви: оказывается, чтобы с парализованным низом встать на ноги, требуется мотивация и сила воли (сразу вспоминается социальная реклама «Выбери, в какое кресло посадить ребенка»). Еще нелепее и безответственнее выглядит тренерская истерика: героиня Ароновой практически кричит на девушку в инвалидном кресле, что она всегда была победителем, а тут вдруг раскисла. Расписной красавец и эгоист, партнер-фигурист (Милош Бикович) с первого кадра саморазоблачительно смотрит исподлобья — подонок и есть подонок, еще и напевает Ивана Дорна. Перед нами — танцы на льду с любовной линией и немудреным саспенсом, чтобы под старые песни о главном капнула пара сентиментальных слез. Продюсерский (режиссер фильма — дебютант с именем Олег Трофим), леденцовый и совершенно пустой «Лед» за два часа времени и очень много миллионов денег не рассказывает толком ни про любовь, ни про фигурное катание, ни про жажду к победе и больше всего напоминает самый дорогой музыкальный клип в истории — к пяти песням, которые и без этого фильма все и так неплохо помнят: Земфире и Богдану Титомиру это кино точно ни к чему.


Смотреть? Нет

«Убийство священного оленя»

Режиссер: Йоргос Лантимос

В ролях: Колин Фаррелл, Николь Кидман, Барри Кеоган

Новый Лантимос: фантастическая драма о семье под сверхъестественным проклятием

Успешный и богатый доктор Мерфи с женой (Колин Фаррелл и Николь Кидман) живут в дорогом особняке с двумя детьми — старшей дочерью на берегу переходного возраста и младшим сыном. В их жизни есть некоторые странности: например, кажется, мужу куда приятнее заниматься сексом с бесчувственным телом жены (но, как водится, у каждого свои секреты и скелеты). В жизни врача появляется загадочный подросток — асоциальный и негромко говорящий Мартин (потрясающий Барри Кеоган), растущий в семье без отца с одной только странной матерью (Алисия Сильверстоун). Общаясь с врачом внешне доброжелательно, он предрекает кошмарное будущее: постепенно всех членов семьи должен поразить необратимый недуг с потерей аппетита и кровоточащими глазами — и начнется все с младшего сына, у которого подкосятся ноги. Возможно, в этом виновата скоропостижная смерть отца Мартина, а возможно, Мартин сам — как злой рок в человеческом измерении.

Современная версия не самого популярного греческого мифа об Агамемноне и олене Артемиды обставлена по всем правилам Лантимоса — греческого режиссера, перебравшегося в Англию. Главные герои живут в осязаемой реальности без компьютерной графики, но являются стопроцентными метафорами мифического и сверхъестественного. Молчание и паузы — вот уже десять лет главное оружие Лантимоса. Формальное благополучие не гарантирует безопасности — Михаэль Ханеке двадцатилетней давности тихой поступью приближается к зрителю.

Магия «Убийства» — в саспенсе при минимуме выразительных средств, недосказанностях и нежелании режиссера разжевать ужас по частям. Лантимос в наши дни — поэт невыразимого, которому больше всего к лицу скупые сюжеты и простые истории из мифологии, в которых нет ни намека на привычную реальность: в них прозрачно отражается ад, который может начаться с других, а продолжается всегда нашими силами.


Смотреть? Да


Обложка: A-One Films