«Там чисто, но очень убого»: Нюта Федермессер — о первом Центре паллиативной помощи в России В Москве открылся первый российский Центр паллиативной медицинской помощи. Нюта Федермессер рассказала The Village, почему она не доверяет новому учреждению

В начале августа в Москве заработал первый российский Центр паллиативной помощи. Его пациентами уже стали 120 горожан с неизлечимыми диагнозами. Все эти люди, по словам главного врача учреждения, доктора медицинских наук Андрея Соколова, получают квалифицированную поддержку совершенно бесплатно. Предполагается, что центр сделает паллиативную медицинскую помощь доступной для москвичей и «проблем в госпитализации быть не должно». Президент благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Нюта Федермессер рассказала The Village, почему новое учреждение вызывает у неё недоверие и что нужно сделать, чтобы паллиативная помощь в России действительно заработала.

   

Нюта Федермессер 

Президент благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» 

Паллиативная помощь — это последняя помощь больному, дальше неё ничего нет. Она не подразумевает лечения болезни, но подразумевает лечение симптомов. То есть она занимается только уходом за пациентом, улучшением качества жизни неизлечимо больного. Паллиатив включает в себя не только медицинские аспекты, но и социальные, психологические и духовные, которые появляются у человека, когда он уже видит горизонт своей жизни.

Новый центр создали на базе бывшей Городской клинической больницы № 11, где долгие годы существовало отделение паллиативной помощи. Центру, конечно, прежде всего надо будет избавляться от скандальной репутации этого учреждения, которая сложилась во время реформы здравоохранения. Далеко не все сотрудники, которые перешли в центр, знают, что такое паллиативный пациент, как с ним работать, как общаться. Соколов (директор центра Андрей Соколов. — Прим. ред.) долго работал в ведущей онкологической городской больнице № 62. Он большой профессионал и отзывчивый человек, но он хирург — это другое, он не занимался паллиативной помощью. И директор центра Александр Дружинин совсем никакого отношения к паллиативной помощи раньше не имел.

Например, в паллиативной помощи есть принцип неограниченного доступа к пациенту родственников. Если пациент хочет, чтобы с ним ночевала его мама, жена, соседка или пришли сразу двадцать человек, то пусть приходят. Умирать страшно. Мы все умираем один раз, опыта умирания ни у кого нет. И лишить человека поддержки в этот момент, ограничив часы посещения, категорически нельзя. А в центре на этот счёт есть правила и ограничения.

Я была в новом центре после открытия. Пока там нет правильных условий, нет продуманной схемы расположения палат, медпостов. Там чисто, но очень убого, корпус нуждается в ремонте. Чтобы его сделать качественно, чтобы он работал на пациента — для всего этого там пока нет достаточной экспертизы и компетенции.

Я вообще не люблю, когда что-то делается быстро. Изначально фонд «Вера» был против центра именно из-за количества коек. В любом хосписе их порядка 30, а здесь — 200. Мы же считаем, что необходимо развивать не стационар, а помощь на дому. Она подразумевает, что от учреждения в дом передаётся во временное пользование оборудование по уходу, матрасы, есть круглосуточная горячая линия, по которой пациенты могут связаться, задать вопросы, озвучить страхи, и персонал появится при необходимости. Создать такую систему — наша давняя мечта. И раз уже департамент здравоохранения Москвы создал этот центр, то было бы правильно часть его сил и ресурсов направить на обеспечение работы выездной службы и помощи на дому.

Мы говорили с Леонидом Михайловичем Печатниковым (заммэра Москвы по вопросам социального развития. — Прим. ред.) о том, что фонды «Вера», «ОРБИ», «Старость в радость» и Центр лечебной педагогики готовы помогать с развитием центра. Но у наших НКО тоже есть определённая репутация, которую мы бережём. Потому мы готовы сотрудничать с центром только при условии соблюдения мировых принципов паллиативной помощи. А для этого нужна стопроцентная прозрачность и открытость.

Мы хотим создать попечительский совет, наделённый надзорными правами, что позволит нам контролировать работу центра. У него должно быть круглосуточное посещение, должны быть волонтёры. Обязательно сотрудничество с благотворительными организациями. Должны быть чёткие критерии госпитализации: кого мы кладём и почему мы кладём этого пациента, а не того, и самим пациентам должно быть ясно, почему кого-то в центр, а кого-то в хоспис. Там не должны быть койки заняты ради получения дополнительного бюджетного финансирования, ведь бюджетное финансирование всегда связано с госзаданием: сколько занята каждая койка в году. Важно, чтобы сотрудники центра понимали, что не должно быть в больнице людей, которые нуждаются просто в социальном уходе, не должны там оказываться пациенты с тяжёлыми хроническими заболеваниями. Там должен оказаться только тот пациент, чья болезнь находится в активной завершающей фазе.

Сегодня в Москве работает восемь хосписов, но они принимают только онкологических больных, что неправильно. Центр паллиативной медицинской помощи мог бы сформировать с помощью фонда «Вера» методический и учебный отделы, чтобы изучить, кому не хватает сейчас помощи, как работают паллиативные отделения в других клиниках, какая категория больных менее охвачена. Но для этого прежде всего нужен хорошо обученный персонал. А в России не учат паллиативной помощи нигде. У нас нет врачей-специалистов в этой сфере. Есть только кафедра дополнительного образования в третьем меде.

Нужно звать иностранных специалистов и не стесняться этого. Например, из Израиля — там очень хорошо развита паллиативная помощь, есть русскоязычные врачи, да и политическая конъюнктура позволяет это делать. Лучше всего эта сфера развита в Англии, где она и зародилась. Там, кстати, только 20 % финансирования идут от государства, а остальное — из благотворительных средств. Это нормально, потому что тогда больница не зависит от того, сколько там коек занято, сколько пациент полежал. 

И не надо стесняться того, что какие-то проблемы фонды могут решить лучше, чем государство.

   

UPD (18 августа, 15:58): После публикации комментария Нюты Федермессер с The Village связалась сотрудница центра паллиативной помощи, врач-эндокринолог и врач паллиативной медицины Ольга Демичева. Редакция приводит текст её комментария-ответа полностью.

Ольга Демичева

Сотрудница центра паллиативной помощи, врач-эндокринолог и врач паллиативной медицины

Я давно знакома с работой Нюты. Она не медработник, но, тем не менее, взяла на себя миссию помогать хосписному движению. Это колоссальный труд, настоящая благотворительность, это очень важно для людей. Но у меня сложилось впечатление, что Нюта поспешила с выводом о новом центре.

Первое: она фактически говорит, что создание больших медицинских учреждений, направленных на помощь самым тяжёлым пациентам, — это неоправданно и не позволит создать достойные условия больным. Наш центр, рассчитанный на 200 коек, формально действительно будет первым центром паллиативной медицины в России. Но по факту 11-я больница, на базе которой создан центр, работала как клиника паллиативной медицины последние 15 лет. В 90-е годы больницу возглавлял Леонид Израильевич Бененсон, который отслеживал все мировые тенденции помощи тяжёлым пациентам. Бененсон полагал, что небольшая больница в центре города, наукоёмкая, без хирургии, только с процедурными кабинетами, сильнейшей терапией и множеством кафедр, может стать учреждением, готовым брать на себя пациентов, от которых отказываются другие. Тогда у нас появилось первое отделение паллиативной помощи при участии профессора Георгия Андреевича Новикова, который сейчас возглавляет первую в России кафедру паллиативной медицинской помощи.

Что касается «скандальной репутации» клиники. 11-я больница — единственная сохранившаяся из намеченных под оптимизацию. Сохранить её было непросто. Для этого нам пришлось трижды ходить на санкционированные митинги, писать открытые письма вице-мэру Москвы по социальным вопросам Леониду Михайловичу Печатникову, который уходил от прямого диалога. Организовать на нашей базе центр паллиативной медицины мы просили много лет. И сейчас департамент здравоохранения Москвы отнёсся к нашей просьбе с большим пониманием. Центр финансируется достойно. По крайней мере, наши базовые зарплаты выросли примерно на треть. И при качественной работе предусматриваются дополнительные выплаты.

К счастью, на сегодняшний день весь коллектив 11-й больницы сохранился и недостатка профессионалов мы не испытываем. По поручению Национальной медицинской палаты и лично доктора Леонида Рошаля в ближайшие месяцы мы приступим к разработке протоколов ведения сочетанных заболеваний у тяжёлых хронических больных. С сентября мы официально становимся университетской клиникой.

Многие из нас обучались за рубежом. Мы работаем по мировым стандартам, по англоязычным гайдам — нужды приглашать зарубежных специалистов пока нет.

Что касается ограничения на времяпрепровождение пациента с семьёй. У нас действительно есть часы, когда идёт основной поток посетителей, но у нас выдаются пропуска, которые позволяют близким родственникам круглосуточно быть со своим родными.

Конечно, мне бы хотелось, чтобы центр развивался. Например, нужно активно вводить адаптивную реабилитацию. Пациент, бывает, разучился зажигать свет на кухне или газ в плите. С таким больным должны работать специальные реабилитационные команды. Эти специалисты уже есть, мы ждём, когда сможем пригласить их на работу, но пока департамент здравоохранения не считает это нужным. Надеемся переубедить его.

Касательно внешнего вида здания я с Нютой частично согласна. Дело в том, что это типовое больничное семиэтажное строение. Оно сдано в 1981 году, сейчас его нужно вылизывать и доводить до совершенства.

Самые большие палаты у нас — четырёхместные, но мы стараемся, чтобы это были очень просторные помещения, ставим ширмы, которые позволят пациентам чувствовать себя приватно. Есть и одноместные, и двухместные палаты, но их немного. Считать это пределом мечтания нельзя, конечно. Ремонт должен начаться с октября, уже и сметы выписаны. Нам сообщили, что город даёт деньги.

Попечительский совет, который фонд «Вера» хочет создать при нашем центре, должен быть не той структурой, которая может дать деньги, а может не дать. В сотрудничестве с фондами есть (да простят меня их основатели) момент шантажного контроля. Люди, которые аккумулируют вокруг себя денежные средства, могут использовать их как некий рычаг для давления на учреждение. То есть, условно, мы вам говорим, что вам делать, и даём вам за это деньги. Мы сами выходили на совет по правам человека и на комитет за гражданские права, они нам очень помогли и обещали помогать впредь, присылать неравнодушных людей, наблюдать за тем, как мы улучшаем качество жизни тяжелобольных. Комитет за гражданские права находится в тесном сотрудничестве с советом по правам человека при президенте России. Не без помощи руководителей обоих комитетов и был организован центр паллиативной помощи.

С государственными структурами работа строится по-другому. Они формулируют госзаказ, и делают это профессионалы, которые отлично понимают, о чём говорят. Моё мнение: наличие в стране фондов, которые вынуждены создаваться, чтобы помогать в тех случаях, когда с этим не может справиться государство, — это признак социального неблагополучия государства. Наш центр создан департаментом здравоохранения Москвы с полным пониманием его значения. Мы чувствуем постоянную поддержку и внимание со стороны руководства здравоохранения Москвы. 

   

Помощь в подготовке материала: Тамара Муллаходжаева

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Александр Карпов — о том, как отсудить компенсацию морального вреда у депутата Милонова
Александр Карпов — о том, как отсудить компенсацию морального вреда у депутата Милонова Директор Центра экспертиз ЭКОМ стал первым человеком, получившим от Виталия Милонова компенсацию за оскорбление. Александр Карпов рассказал The Village, как ему это удалось
Александр Карпов — о том, как отсудить компенсацию морального вреда у депутата Милонова

Александр Карпов — о том, как отсудить компенсацию морального вреда у депутата Милонова
Директор Центра экспертиз ЭКОМ стал первым человеком, получившим от Виталия Милонова компенсацию за оскорбление. Александр Карпов рассказал The Village, как ему это удалось

Врач — о жизни после
реформы здравоохранения
Врач — о жизни после реформы здравоохранения Московский врач рассказал The Village о своей работе, левых доходах и пациентах, которые лечат сами себя
Врач — о жизни после
реформы здравоохранения

Врач — о жизни после реформы здравоохранения
Московский врач рассказал The Village о своей работе, левых доходах и пациентах, которые лечат сами себя

Психиатр Дмитрий Исаев — о том, как гомофобы добились его увольнения из вуза
Психиатр Дмитрий Исаев — о том, как гомофобы добились его увольнения из вуза Завкафедрой Петербургской педиатрической академии Дмитрий Исаев рассказал The Village, почему он решил уволиться после атаки патриотов
Психиатр Дмитрий Исаев — о том, как гомофобы добились его увольнения из вуза

Психиатр Дмитрий Исаев — о том, как гомофобы добились его увольнения из вуза
Завкафедрой Петербургской педиатрической академии Дмитрий Исаев рассказал The Village, почему он решил уволиться после атаки патриотов

В Москве открылся первый центр паллиативной медицинской помощи

Сейчас в нём содержится 120 человек, страдающих от неизлечимых болезней

Тэги

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Кафе Birds в Белграде

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Проблемы диаспоры. Лев Левченко — о том, почему русские в эмиграции не здороваются друг с другом

Первая полоса

Последнее слово Ильи Яшина*. Редакция считает важным опубликовать эту речь целиком

(признан иноагентом)

Россия попала в мировой топ-5 по числу новых случаев ВИЧ

Какие еще страны оказались в этом рейтинге?

Силовики под видом покупателей на «Юле» задержали москвича и отвезли в военкомат

Где он сейчас?

Цены на мандарины в Петербурге выросли более чем на 50%

Почему подорожали цитрусовые?

Какую погоду стоит ожидать в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде на этой неделе

Доброго понедельника!

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»
Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству

Как лейтенант КГБ спал с мужчинами, а затем пытался сдать их начальству
Отрывок из книги «Закрытые. Жизнь гомосексуалов в Советском Союзе»

Полицейские силой забрали студентов Финашки из общежития в военкомат

Где они находятся сейчас?

Жительницу Казани оштрафовали за плакат «Я люблю своего папу»

В отделе полиции силовики издевались над девушкой

Матвиенко предложила оснастить все сельские клубы баянами и гармонями за госсчет

Сколько это может стоить?

В челябинском детсаду попросили не одевать детей в Бэтмена на новогодние утренники

И предложили альтернативу

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечноПолная история

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно

Как Паша Техник раз за разом выбирает смерть, потому что хочет жить вечно Полная история

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»
От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года

От гениальных рюмочных до гигантских фуд-холлов: 12 петербургских открытий 2022 года
Бар «Витя», кабаре «Шум», Московский рынок и инклюзивный «Вход с улицы»

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»
Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга

Театр в ДНР украл пьесу у ижевского драматурга
Директор считает, что отказ дать права — это «геноцид детей Донбасса»

Как отреагировали коллеги Алексея Коростелева на его увольнение с «Дождя»

А также что сказал главред телеканала Тихон Дзядко и сам Коростелев

Глава СК Бастрыкин получил премию «юрист-правозащитник года»

Угадайте, какую премию получил чиновник из «ДНР»?

Сайты Elle, Elle Girl и Elle Decoration прекратят работу

Московские рестораны из списка Michelin не смогут подтвердить свой статус в 2023 году

Смогут ли они упоминать об уже полученных звездах?

«Счастлив это рвать»: В Хабаровске уничтожили книги, «пропагандирующие ЛГБТ»

Что говорят об этом сами активисты?

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА
«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны

«Тайны ФИФА»: Лев Левченко — о том, как смотреть чемпионат мира во время войны
И сериале Netflix про коррупцию в ФИФА

Эксклюзив The Village: Библиотеки прямо сейчас прячут от читателей книги иноагентов

Их уже нельзя заказать онлайн и взять на месте

В России появятся казачьи факультеты

Какие предметы будут изучать студенты новых направлений?

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole
10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года

10 главных ресторанных открытий Москвы 2022 года
Очереди в Sangre Fresca, атмосферная «Библиотека» в Переделкине и Amy на месте Saxone + Parole

Бар в Петербурге уволил официанта, который носил жетон с символикой ВСУ

Как быстро отреагировало руководство заведения и при чем тут «Мужское государство»?

Официанты и бармены остались без работы

Почему сейчас ресторанному бизнесу не нужны новые сотрудники?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24? «Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот
И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?

И нашим, и вашим: Что не так с non/fiction№24?
«Восемь. Донбасских. Лет», истории об аутизме и автофикшн Эми Липтрот

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь Смотреть аналоговое кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев
Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Белграде? Выпуск № 5, декабрь
Смотреть аналоговое кино, слушать группу «Интурист» и дарить новогодние подарки детям беженцев

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?

Кто такие Лена и Катя, написавшие «Лето в пионерском галстуке»?
Харьков, каминг-аут, лесопилка и хейтеры

Можно ли отказаться идти на войну через суд?

Собрали все известные случаи

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве?Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Как пытают в Москве?

Как пытают в Москве? Можно ли вообще добиться правосудия? Исследование «Команды против пыток» и The Village

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь Изучать коррупцию и ездить на велосипеде
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 5, декабрь
Изучать коррупцию и ездить на велосипеде

Какие фильмы поддержит Минкульт в 2023 году в первую очередь

У метро «Проспект Просвещения» в Петербурге появился шар, который подозрительно похож на фигуру с Alibaba

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила»Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Показываем куски манги «Человек-бензопила»

Показываем куски манги «Человек-бензопила» Петр Полещук выясняет: это безумный слэшер или религиозная притча?

Совфед одобрил закон о запрете митингов у зданий органов власти и церквей

Сотрудники склада Ozon в Подмосковье заболели менингитом. Госпитализировано более 10 человек

Совфед одобрил пакет законов о запрете «пропаганды» ЛГБТ, педофилии и смены пола в кино, книгах, рекламе и СМИ

Сырки «Б. Ю. Александров» вернутся на прилавки

Popcorn Books больше не издают и не продают квир-книги. Завтра последний день, когда их можно купить

«За него все подписали и теперь везут в военную часть в Твери». Данила Шершева из «Кружка» забрали в армию

В «Черную пятницу» россияне потратили более 13 миллиардов рублей

На обвиняемую в распространении «фейков» про армию России Викторию Петрову давят в СИЗО через ее сокамерниц

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химииЧто ей делать?

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии Что ей делать?

«Почта России» запустила доставку одежды из Европы. Также стало известно, кто займет место H&M в торговых центрах

МИД закупил подарки для оставшихся в России иностранных дипломатов — Baza

«Яндекс» запустил тариф «Вместе» для поездок с незнакомцами в такси

Сколько пожертвовали москвичи на строительство православных храмов за 12 лет

Спрос на iPhone 14 в России упал в 2,5 раза по сравнению с продажами гаджетов предыдущей модели

В Minecraft появился постсоветский зимний двор — с пятиэтажками, гаражами и турниками

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде в начале декабря

В 1976 году Путин провел обыск за надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» на Петропавловке

Студентку, рассказавшую о принудительных гуманитарных сборах, исключили из техникума

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются

Гид по рынкам Тбилиси
Гид по рынкам Тбилиси Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»
Гид по рынкам Тбилиси

Гид по рынкам Тбилиси
Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»

В парках Москвы открылся 21 каток с искусственным льдом

«ВКонтакте» заблокировала группу «Совета матерей и жен военнослужащих»

Ведущая «Спокойной ночи, малыши» предложила привезти на фронт Хрюшу со Степашкой и попросить украинцев «остановиться»

РПЦ безвозмездно получила здание петербургской РАНХиГС. Студентов чуть не выселили

В ноябре число объявлений о срочной продаже квартир в России достигло рекорда

Little Big покинули двое музыкантов. Похоже, что группа распалась