Могильный камень преткновения Как РКН судится с автором «Википедии Обнинска» за публикацию персональных данных

Могильный камень преткновения

Житель Обнинска Артем Майнас называет себя краеведом и уже больше десяти лет составляет «Википедию Обнинска», где публикует информацию о местных достопримечательностях и горожанах, как умерших, так и живых, иногда с согласия жителей, иногда — находя данные в соцсетях. Недавно Роскомнадзор подал на Майнаса в суд за публикацию имени, даты рождения и смерти с могильной плиты местного ученого. Юристы считают эту информацию публичной, но РКН не согласен. Если суд впервые признает записи с кладбищенского камня персональными, то прецедент поставит под удар всех, кто работает с захоронениями в России.

Медиа пишут только о первой части дела, которая касается кладбища, совсем не упоминая, что раньше на Майнаса уже неоднократно жаловались за разглашение личных данных, а сын обнинского профессора Глеб Кашин, который и обратился в РКН, нашел на сайте Артема страничку со своей подробной биографией, опубликованной без спроса. The Village рассказывает об этой истории, полной провинциального абсурда, который, однако, может порядком усложнить работу историкам, архивистам и журналистам.

«Википедия» про Обнинск

Обнинск — это город в полутора часах езды от Москвы и «родина мирного атома». Здесь построена первая в мире атомная электростанция, вокруг которой вырос первый наукоград России. Сейчас здесь живет почти 120 тысяч человек. Артем Майнас приехал сюда в 2004 году. «История Обнинска нигде целенаправленно не преподается в качестве предмета, хотя для жителей наукограда она ничуть не менее важна, чем история античной Греции», — пишет он на своем сайте. В какой-то момент Артем решил создать обнинскую «Википедию», где будет информация обо всех знаменитых ныне живущих и живших горожанах.

О себе Артем на этом городском сайте пишет очень подробно. Родился в Южно-Сахалинске, участвует в Обнинском городском казачьем обществе, организовал пикет в поддержку Дональда Трампа, инициировал экскурсии на промышленные предприятия города, верит в бессмертие и идеи трансгуманизма, выступает за обязательное использование буквы Ё и так далее. В «Обнинской Википедии» есть статья о причинах его развода с женой, подробный материал о любимых моментах в кино и так далее.

Пару лет назад Майнас придумал «Программу прозрачности», в которой сейчас участвуют 263 человека: они по своему желанию отвечают на 27 вопросов Артема, вплоть до того, какой у них рос, вес и группа крови, затем блогер публикует ответы на сайте. Участники встречаются, общаются, у них есть внутренний чат. Их страницы, подчеркивает Майнас, становятся «неотчуждаемой интеллектуальной собственностью исследовательского центра „АЙК Обнинск“, данные передаются для бессрочного размещения на сайте, и отозвать их нельзя ни при каких обстоятельствах».

Как ранее пояснял Майнас, поскольку он всем задает одинаковые вопросы, появляется возможность структурировать информацию, чтобы по каждому из признаков можно было быстро делать тематическую выборку. «Можно, например, найти список обнинцев, побывавших во Франции. Или список тех, кто умеет играть на гитаре. Тех, кто учился в школе № 3. Тех, у кого любимым школьным предметом была физика. Тех, у кого рост 175 сантиметров. Тех, кто родился в Красноярске. Тех, кто умеет танцевать вальс. Тех, кто любит играть в „Мафию“ и „Монополию“. И так далее, почти до бесконечности».

Персональные страницы обнинчан поделены на категории: например, «Архитекторы», «Ветеринары», «Визажисты», «Знакомства», «Народы», «Водительские права», «Татуировки на теле». Информацию о жителях, которые в программе не участвуют, Артем находит в открытых источниках. «Касательно группы крови — это вопрос к участникам „Программы прозрачности“. В 100 % случаев эта информация предоставлена самими людьми. Это же касается посещенных стран, любимых школьных предметов и так далее», — поясняет Майнас. На вопрос о том, какое это отношение имеет к краеведческой деятельности, он отмечает, что его проект — это экосистема, где, помимо персональных страниц, есть мемориальные проекты, краеведческие разделы, деловой справочник по предприятиям, разделы про страны, песни, фильмы, сериалы, литературные произведения.

За десять лет работы его много раз просили убрать личные данные с сайта, но в «немотивированных просьбах» что-либо удалить Артем «стабильно отказывает». До этого все жалобы решались с Роскомнадзором в досудебном порядке, но и эти случаи Майнас считает нарушением своих прав: «В связи с этим я уже жаловался на замглавы местной службы Татьяну Беликову в полицию, Следственный комитет и Генеральную прокуратуру. Через какое-то время собираюсь подать на РКН в суд».

Что такое «немотивированная просьба», блогер не объясняет, но рассказывает о мотивированных: «Был случай, когда человек разместил информацию о воинской части, в которой служил. С ним связались представители этой части, мол, не надо такое выкладывать. Он попросил меня удалить этот абзац. Просьба была выполнена моментально».

Мы можем получить новое основание для преследования людей за публикацию фотографий и данных с памятников

Персональные данные с могилы

Майнас ходит по городским кладбищам и фотографирует захоронения известных людей, потом добавляет снимки на персональные страницы, где, как правило, уже есть небольшая биография, прижизненная фотография, описание деятельности и в конце «в качестве финального аккорда — снимок места, где человек нашел последнее пристанище». Артем говорит, что его часто благодарят за помощь в сохранении истории Обнинска: «Люди теперь могут, не отправляясь на кладбище, узнать, как выглядят могилы тех людей, которых они знали, которые им дороги. Ценно это и для тех, кто живет в других городах и не может посетить кладбище».

Этой весной сын ученого Феликса Кашина Глеб пожаловался Майнасу, что недоволен фотографией могилы своего отца на его сайте, потому что это неэстетично и согласия на публикацию он не давал. «Во время нашего разговора речь шла только о фотографии, и мы договорились, что я ее уберу. Я удалил снимок могилы, чтобы разрешить ситуацию. Но через неделю мне написал второй сын ученого: „Мы тут посовещались, удаляй все полностью“», — рассказывает Артем.

На тот момент на странице Феликса Кашина осталась пара строчек: фамилия, имя и отчество, дата его рождения и смерти, а также ссылки на биографии двух его сыновей. О Глебе блогер решил написать, потому что молодой человек — «довольно известный городской деятель», который руководил танцевальным коллективом, о чем много писали газеты.

Почему семья изменила позицию, для Артема загадка. Он объяснил братьям, что удаление фотографии и так было жестом доброй воли и что больше он ничего убирать не обязан. Тогда Кашин отправил жалобу в Роскомнадзор, который быстро отреагировал. Правда, после этого Майнас четыре месяца переписывался с сотрудниками службы, уточняя, чего именно они от него хотят. 21 сентября состоялся первый суд.

Сейчас дело содержит две части: первая касается страницы ученого, вторая — страницы Глеба Кашина. Майнас поясняет, что всю информацию он взял из открытых источников: «Суд не отрицает, что я спокойно могу находиться на кладбище, не прося разрешения у родственников умерших, потому что это мое право на свободное передвижение по России. Не отрицает, что я могу фотографировать все, что вижу, если это не запрещено. Но Роскомнадзор заявляет, что распоряжаться этими данными нельзя, потому что они персональные. Это полный абсурд». В суде он ссылается на 29-ю статью Конституции, которая гарантирует свободу слова и дает каждому право беспрепятственно искать и распространять информацию.

На заседании Артем показывал публикации с упоминаниями профессора, например постановление губернатора Калужской области о присвоении ему звания ветерана труда, статьи газет «Весть», «Обнинск» и «НГ-Регион». Майнас утверждает, что семья Кашиных ведет публичный образ жизни, но суд материалы к делу приобщить отказался. Приобщить он пытался и скриншот новосибирского проекта «Ритуал» — это официальная база могил Новосибирска: на специальной карте можно найти все захоронения, там прописаны имена, даты рождения и смерти людей («Система позволит бороться с некоторыми, может быть, коррупционными составляющими. С людей просят какие-то деньги по оказанию дополнительной услуги, например по поиску тех же захоронений, а сейчас это будет все абсолютно бесплатно», — поясняли местные власти).

«Пока не начался суд, я просто не знал, в каком диком мире я живу. Сложно было представить, что кладбище может быть хранилищем конфиденциальных данных. Но Роскомнадзор уверен, что даже если я беру информацию из „Википедии“ и могу по пунктам обосновать каждый источник, то это все равно может противоречить закону в случае жалобы. Мне кажется, это нарушает все возможные права на распространение информации. Меня уже поддерживают некрополисты и архивисты со всей страны, которые, получается, тоже могут оказаться фигурантами таких дел», — говорит блогер.

Глеб Кашин, который пожаловался в РКН, не хочет подробно комментировать это дело и удивлен, что «эта история, начавшаяся с обычной личной просьбы к Майнасу убрать персональные страницы меня и отца, которые, кстати, были созданы без согласия и ведома, дошла до вашего издания». Похоже, он не считает, что дело может привести к тому, что историков будут массово штрафовать за публикацию информации с могил: «Я не знаю, если честно, как реагировать на все происходящее, поскольку не вижу и не понимаю, как может такое, казалось бы, бытовое дело быть раздуто так широко».

Кашин подчеркнул, что причина обращения в Роскомнадзор только в том, что Артем без спроса создал страницы с личными данными. До этого дела они были знакомы заочно, знали о существовании друг друга. В 2015 году Майнас задал Глебу несколько вопросов о танцевальном конкурсе, который когда-то проходил в Обнинске, потом в 2018 году — о его танцевальном коллективе. Отношение к Артему, как говорит Глеб, у него максимально нейтральное. Кашин знает, что были и другие обращения в Роскомнадзор по поводу публикации Артемом личной информации — на суде представитель службы обращала на это внимание.

Сам Роскомнадзор подтвердил нам, что в 2020 году в службу неоднократно «поступали обращения граждан по вопросу удаления, корректировки и уточнения их персональных данных» на страницах сайта Майнаса.

Кладбище «Передоль» в городе Обнинске

Что говорят юристы

Станислав Селезнев, адвокат международной «Агоры», рассказывает, что раньше деятельность сайтов, которые помогали искать захоронения, не вызывала претензий правоохранительных органов. Только в некоторых случаях власти стараются избегать публикации таких данных. Речь о статистических исследованиях в местах массовых расстрелов и воинских могилах, которые начали появляться с 2014 года. Согласно закону, персональные данные — это любая информация, относящаяся прямо или косвенно к физическому лицу. Но существуют нюансы: поскольку кладбище — общественное место, закон не запрещает распространять уже публичные данные умершего, за исключением его или ее фотографии или изображения.

Статья 152.1 Гражданского кодекса содержит формулировку: «После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии — с согласия родителей». Аналогичных указаний относительно данных умерших (имени, фамилии и отчества, дат рождения и смерти) в законе нет.

Нужно взглянуть на вопрос и с точки зрения допустимости вмешательства властей в право на свободу распространения информации, которое гарантировано 10-й статьей Конвенции о защите прав и свобод человека. «Критерий допустимости в числе прочих — это насущная общественная потребность ограничения этого права. Но какую пользу для общества может повлечь запрет создания открытых реестров захоронений? Именно этот вопрос суд должен поставить перед Роскомнадзором. Поскольку решается не просто частное дело, но ставится под сомнение деятельность массы сайтов исторической и генеалогической тематики», — отмечает адвокат.

Истории

Что такое интернет-кладбище и почему мы все там окажемся Зачем нужны могилы в соцсетях

Читать 

При неправильной оценке судом обстоятельств этого дела мы можем получить новое основание для преследования людей за публикацию фотографий и данных с памятников. Удовлетворение требований РКН затронет очень широкий круг людей: от простых граждан, интересующихся генеалогией, до журналистов-расследователей и историков, которые очевидно действуют в интересах общества».

Адвокат «Правозащиты Открытки» Ирина Ручко согласна с Селезневым: данные с надгробия, опубликованные Артемом, можно считать публичными, кроме того, их никак нельзя назвать порочащими. «Вопрос о персональных данных умершего коррелирует с правом на забвение. В 2014 году Европейский суд вынес прецедентное решение по делу Google Spain SL и Google Inc. против Агентства по защите персональных данных Испании и Марио Костеха Гонсалеса, в котором на оператора поисковой системы была возложена обязанность удалить сведения о заявителе из поисковой выдачи, однако информацию о покойном на сайтах сохранили. В отличие от российского дела, вопрос касался не ФИО, дат рождения и смерти, а данных, негативно характеризующих умершего».

Другое дело — личная информация из социальных сетей. Станислав Селезнев подчеркивает, что в соцсетях контент находится во власти пользователя: захотел — удалил фото из отпуска перед устройством на ответственную должность. А в базе Майнаса контроль над информацией о своей частной жизни у людей утрачивается и полностью зависит от автора сайта. «ЕСПЧ не очень нравится идея сбора и распространения информации о частной жизни (статья 8 Конвенции) в отсутствие общественного интереса. И здесь имеет значение содержание, а не название сайта, который подается как краеведческий», — поясняет Селезнев. Опять же, речь идет только о тех данных, которые опубликованы без согласия горожан.

Поскольку кладбище — общественное место, закон не запрещает распространять уже публичные данные умершего, за исключением его или ее фотографии

Как проходит суд

Первое заседание перенесли, потому что на него не пришел один из братьев Кашиных. Второе прошло 12 октября, и его тоже перенесли, потому что судья, по словам Майнаса, «вероятно, очень утомилась». Почти два часа стороны эмоционально выясняли, являются ли персональными данными скудные сведения на могильной плите ученого и можно ли выкладывать их в интернет. Лично присутствовала Татьяна Беликова — замруководителя областного управления Роскомнадзора.

Сама Беликова комментирует ситуацию так: «По закону создание общедоступных источников персональных данных возможно, но информация в них должна быть размещена с согласия либо самого субъекта персональных данных, либо с согласия его законных представителей. В отдельных случаях после смерти человека согласие на обработку его персональных данных дают наследники, если такое согласие не было получено при его жизни. Сведения о человеке могут быть исключены из общедоступных источников по требованию его законного представителя, по решению суда или уполномоченных органов. Таким образом, сведения о ФИО, дате рождения и смерти, содержащиеся на памятнике умершего человека, являются персональными».

«В статье „Могут ли быть у покойников персональные данные“ в газете „Неделя Обнинска“ вышел комментарий Глеба Кашина — его имя и имя его отца там прописаны открыто. И родственная связь там тоже обозначена. Как можно запретить мне после этого что-то публиковать? Если о человеке рассказывают газеты, если на общественном кладбище есть могильный камень, на котором все написано, а мне нельзя об этом написать, то это — самая настоящая цензура, — возмущается Майнас. — Теперь, если какому-то человеку что-то не нравится, даже если это правда, он может сказать: „Либо ты пишешь так, как я хочу, под диктовку, либо я вообще запрещаю тебе про меня говорить“».

Если Артем проиграет, то две страницы с его сайта заблокируют, а еще он может получить штраф за то, что отказался удалять данные в досудебном порядке. По его мнению, это создаст опасную ситуацию, в которой под угрозой окажется свобода слова, поэтому он собирается идти до конца. Он не хочет, чтобы создавалось поле для шантажа, потому что при подготовке своих материалов старается быть «предельно объективным». Ему кажется, что Роскомнадзор хочет самоутвердиться и заявить: «Если мы сказали удалить, то нужно удалить, потому что мы крутые и важные». Следующее заседание пройдет 5 ноября.

Фотографии: обложка — Артём Майнас, 1 — «АЙК Обнинск»

Share
0
скопировать ссылку

Читайте также:

Вторжение борщевика в Россию
Вторжение борщевика в РоссиюКак энтузиасты пытаются остановить его дронами и биооружием
Вторжение борщевика в Россию

Вторжение борщевика в Россию Как энтузиасты пытаются остановить его дронами и биооружием

«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»
«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»Как в Москве прививают от коронавируса
«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»

«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями» Как в Москве прививают от коронавируса

Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода
Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода
Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода

Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода

Вторжение борщевика в Россию
Вторжение борщевика в РоссиюКак энтузиасты пытаются остановить его дронами и биооружием
Вторжение борщевика в Россию

Вторжение борщевика в Россию Как энтузиасты пытаются остановить его дронами и биооружием

«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»
«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»Как в Москве прививают от коронавируса
«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями»

«Добровольцев обзывают идиотами, хотя они рискуют жизнями» Как в Москве прививают от коронавируса

Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода
Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода
Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода

Как в петербургском «спальнике» сделали ландшафтный сад вместо бабушкиного огорода

Комментарии

0 комментариев

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

Где искать скидки в «черную пятницу»: 22 заманчивых предложения

Кудри в городе: Как кудрявые девушки создают собственное комьюнити, косметику и парикмахерские в Москве

Как студентам и стартаперам-новичкам выстрелить

От 10 до 90 тысяч: Как устроить шопинг при любом бюджете

Надо ли вам пить витамин D?

Первая полоса

Где искать скидки в «черную пятницу»: 22 заманчивых предложения
Где искать скидки в «черную пятницу»: 22 заманчивых предложения
Где искать скидки в «черную пятницу»: 22 заманчивых предложения

Где искать скидки в «черную пятницу»: 22 заманчивых предложения

Кудри в городе: Как кудрявые девушки создают собственное комьюнити, косметику и парикмахерские в Москве
Кудри в городе: Как кудрявые девушки создают собственное комьюнити, косметику и парикмахерские в Москве
Кудри в городе: Как кудрявые девушки создают собственное комьюнити, косметику и парикмахерские в Москве

Кудри в городе: Как кудрявые девушки создают собственное комьюнити, косметику и парикмахерские в Москве

Как студентам и стартаперам-новичкам выстрелить
Промо
Как студентам и стартаперам-новичкам выстрелитьИ попасть в элиту мирового бизнеса
Как студентам и стартаперам-новичкам выстрелить
Промо

Как студентам и стартаперам-новичкам выстрелить И попасть в элиту мирового бизнеса

От 10 до 90 тысяч:
Как устроить шопинг при любом бюджете
Спецпроект
От 10 до 90 тысяч: Как устроить шопинг при любом бюджетеИ почему вложение в одежду может быть удачным вариантом
От 10 до 90 тысяч:
Как устроить шопинг при любом бюджете
Спецпроект

От 10 до 90 тысяч: Как устроить шопинг при любом бюджете И почему вложение в одежду может быть удачным вариантом

Надо ли вам пить витамин D?
Надо ли вам пить витамин D?И откуда сегодня такая мода на него?
Надо ли вам пить витамин D?

Надо ли вам пить витамин D? И откуда сегодня такая мода на него?

Как открыть галерею без грантов и спонсоров — история петербургского проекта «Стыд»
Как открыть галерею без грантов и спонсоров — история петербургского проекта «Стыд»«Это не выставки — это иммерсивные спектакли на минималках»
Как открыть галерею без грантов и спонсоров — история петербургского проекта «Стыд»

Как открыть галерею без грантов и спонсоров — история петербургского проекта «Стыд» «Это не выставки — это иммерсивные спектакли на минималках»

Не «Нежный редактор» — о секретной подготовке нового трека и своем пути к феминизму
Не «Нежный редактор» — о секретной подготовке нового трека и своем пути к феминизму«Это то, чего от меня точно никто не ожидает»
Не «Нежный редактор» — о секретной подготовке нового трека и своем пути к феминизму

Не «Нежный редактор» — о секретной подготовке нового трека и своем пути к феминизму «Это то, чего от меня точно никто не ожидает»

Можно ли уволить сотрудника за посты в соцсетях?
Можно ли уволить сотрудника за посты в соцсетях?И как отстаивать свои права любителям провокационных твитов и фотографий
Можно ли уволить сотрудника за посты в соцсетях?

Можно ли уволить сотрудника за посты в соцсетях? И как отстаивать свои права любителям провокационных твитов и фотографий

«Как мы путешествуем в доме на колесах»
«Как мы путешествуем в доме на колесах»
«Как мы путешествуем в доме на колесах»

«Как мы путешествуем в доме на колесах»

13 теплых курток на зиму
13 теплых курток на зиму
13 теплых курток на зиму

13 теплых курток на зиму

Люди, которые постоянно кашляют, — о стигматизации и проблемах во время пандемии
Люди, которые постоянно кашляют, — о стигматизации и проблемах во время пандемии«Обычное покашливание я даже не замечаю»
Люди, которые постоянно кашляют, — о стигматизации и проблемах во время пандемии

Люди, которые постоянно кашляют, — о стигматизации и проблемах во время пандемии «Обычное покашливание я даже не замечаю»

Большое интервью с Cream Soda
Большое интервью с Cream SodaОб альбоме с Федуком, доходах со стримингов и хорошем вкусе
Большое интервью с Cream Soda

Большое интервью с Cream Soda Об альбоме с Федуком, доходах со стримингов и хорошем вкусе

Тальятелле, лингвини, казаречче и спагетти: Где есть пасту в Москве
Тальятелле, лингвини, казаречче и спагетти: Где есть пасту в Москве
Тальятелле, лингвини, казаречче и спагетти: Где есть пасту в Москве

Тальятелле, лингвини, казаречче и спагетти: Где есть пасту в Москве

Правда ли мы больше устаем от удаленки
Спецпроект
Правда ли мы больше устаем от удаленкиИ какую роль здесь играют видеозвонки
Правда ли мы больше устаем от удаленки
Спецпроект

Правда ли мы больше устаем от удаленки И какую роль здесь играют видеозвонки

Что делать, если ваши доходы упали
Что делать, если ваши доходы упалиКак пересмотреть свой бюджет, договориться о скидках по аренде и рефинансировании кредитов
Что делать, если ваши доходы упали

Что делать, если ваши доходы упали Как пересмотреть свой бюджет, договориться о скидках по аренде и рефинансировании кредитов

Что делать, если вам изменили
Что делать, если вам изменилиОтрывок из книги психолога Марины Травковой
Что делать, если вам изменили

Что делать, если вам изменили Отрывок из книги психолога Марины Травковой

От первой любви до дуэта длиной в 20 лет
Промо
От первой любви до дуэта длиной в 20 летС кем Майя Плисецкая танцевала свои лучшие партии
От первой любви до дуэта длиной в 20 лет
Промо

От первой любви до дуэта длиной в 20 лет С кем Майя Плисецкая танцевала свои лучшие партии

«Сейчас шахматы — это жесткий мир спортивной борьбы»: Шахматист Ян Непомнящий смотрит «Ход королевы»
«Сейчас шахматы — это жесткий мир спортивной борьбы»: Шахматист Ян Непомнящий смотрит «Ход королевы»Почему шахматисты такие странные, но такие крутые?
«Сейчас шахматы — это жесткий мир спортивной борьбы»: Шахматист Ян Непомнящий смотрит «Ход королевы»

«Сейчас шахматы — это жесткий мир спортивной борьбы»: Шахматист Ян Непомнящий смотрит «Ход королевы» Почему шахматисты такие странные, но такие крутые?

«Я — Грета»: Интимный док о жизни главной экоактивистки планеты
«Я — Грета»: Интимный док о жизни главной экоактивистки планеты
«Я — Грета»: Интимный док о жизни главной экоактивистки планеты

«Я — Грета»: Интимный док о жизни главной экоактивистки планеты

Студенты требуют скидок на онлайн-обучение. Что делают вузы и частные школы?
Студенты требуют скидок на онлайн-обучение. Что делают вузы и частные школы?И как сейчас можно добиться компенсации за дистанционку
Студенты требуют скидок на онлайн-обучение. Что делают вузы и частные школы?

Студенты требуют скидок на онлайн-обучение. Что делают вузы и частные школы? И как сейчас можно добиться компенсации за дистанционку

Подпишитесь на рассылку