По данным исследования ВШЭ, с враждебным поведением начальников сталкиваются 56 % сотрудников. Проблемы в коллективе наряду с недостаточно высокой зарплатой являются одной из главных причин смены работы. Но уходят не все — некоторые продолжают работать в нелюбимой компании с токсичным шефом годами. The Village поговорил с людьми, которые долго терпели, но все же смогли в итоге сменить работу.

Суровый босс

Ульяна Громова четыре года не могла уйти из небольшой компании, где работала PR-специалистом. «Я искала работу с частичной занятостью — несколько дней в неделю, потому что у меня маленький ребенок. И очень обрадовалась, когда наконец нашла подходящую», — рассказывает она. Но уже в первые пару недель стало понятно, что это не работа мечты.

«Я не сошлась со своим прямым руководителем. Это был суперчеловек, который все успевал, был очень требовательным и резким, любой недочет возводился в мегапроблему», — вспоминает Ульяна. Ей звонили по выходным и ночью, ставили задачи и ждали их немедленного выполнения, попутно рассказывая, что она справляется хуже всех. «Это было ужасно. Чем больше было давление, тем хуже я справлялась со своими обязанностями», — говорит она.

Уволиться Ульяна не решалась из-за низкой самооценки и неуверенности в том, что ей удастся найти работу с подобным графиком. Кроме того, ей хотелось завершить свои проекты и было жаль потерять друзей из числа коллег.

«Я долго вынашивала идею о смене работы, но все тянула и тянула. Ходила на собеседования и оценивала людей, параллельно общалась с психологом», — вспоминает Ульяна. Решающим точком к увольнению стало собрание, где отмечали успехи коллег, но не ее. Сейчас она продолжает работать в пиаре, но былого стресса больше нет. «Моя жизнь наполнена смыслами и позитивной энергией. Это дает мне силы радоваться каждому дню», — говорит она.

Стенания в стиле „я не хочу так, я не могу так“ трансформировала в установки, отвечающие на вопрос „как?“

Нерегулярная зарплата

Анна Плюснина начала карьеру после рождения ребенка. Сначала она устроилась на должность бухгалтера и условия были не самыми лучшими. «Я согласилась на работу с минимальным соцпакетом: официальное оформление на минимальную ставку, еще столько же в конверте, отпуск 14 дней в году и минимум больничных», — говорит она. В это время с ее годовалым ребенком сидела мама. Сама Анна выросла из помощника бухгалтера до главного бухгалтера небольшой фирмы и параллельно получила высшее образование.

«Потом наступила следующая беременность, и я ушла в декрет, причем пособие по беременности и родам мне выплатили только с официальной зарплаты, а это было раза в три меньше, но я была и за это благодарна», — вспоминает она. После декрета она нашла новую работу. «Ко всем прочим недостаткам добавилось требование всегда быть на связи, выслушивать мат в свой адрес, а выплата зарплаты потеряла регулярность», — рассказывает Анна.

С помощью приемов коучинга она сформулировала требования к своей новой работе: уровень зарплаты, объем работы, длительность отпуска, личность руководителя. «Стенания в стиле „я не хочу так, я не могу так“ трансформировала в установки, отвечающие на вопрос „как?“», — вспоминает она. Чтобы поддерживать свой настрой после увольнения, она постоянно проговаривала аффирмацию «я принимаю свою новую прекрасную работу». Через какое-то время ей удалось найти работу с нужными условиями и выйти на ожидаемый уровень зарплаты. Сейчас она работает главным бухгалтером два дня в неделю, получая на 20 % больше того оклада, о котором мечтала. Параллельно Анна начинает карьеру психолога.


Я долго вынашивала идею о смене работы, но все тянула и тянула

Выпрашивание денег

«Никогда не думал, что в XXI веке в Москве попаду в ситуацию, когда честно заработанные деньги придется буквально вымаливать у нормального, на первый взгляд, человека, каким мне казался мой бывший начальник», — рассказывает PR-специалист Станислав Алиференко.

Устраиваясь на работу, он не ознакомился с отзывами о компании в интернете, а там как раз много говорилось о проблемах с деньгами. «Когда главному бухгалтеру сообщил, что собираюсь получить зарплату, она крайне удивилась, потому что платить в срок и вообще платить в этой конторе было не принято», — вспоминает он. Ему сказали, что все деньги можно получать только после увольнения, работающим сотрудникам выплачивают зарплату частями и с задержками. После этого он, как и его коллеги, начал просить деньги и получать в ответ завтраки. За 2,5 месяца ему удалось добиться 24 тысяч рублей. «Денег не было, и в ответ я начал игнорировать должностные обязанности», — рассказывает Станислав. После этого начальник предложил увольнение — расстаться удалось без взаимных претензий.

По словам Станислава, компания продолжает работать в том же режиме, а оставшихся сотрудников в ней удерживают сомнения в собственной квалификации, страх перемен или предпенсионный возраст.

Денег не было, и в ответ я начал игнорировать должностные обязанности

Святой корпоративный дух

Три года назад Арина Танцырева устроилась работать дизайнером. «При найме меня предупредили об основных условиях игры: строгий дресс-код, возможны длительные командировки, в офисе витает святой корпоративный дух, приветствуется увлеченность делом», — вспоминает она. Среди офисных развлечений значилось ежеутреннее прослушивание национального гимна и зарядка. «Вполне приемлемая цена за возможность делать то, что любишь, и получать недурные деньги», — думала она поначалу.

Потом к шестидневной рабочей неделе добавились претензии руководителя к тому, что у нее недостаточно радостное выражение лица. «Стоит заметить, когда я сосредоточена и не улыбаюсь, лик мой действительно выглядит так, будто в мыслях бродят планы геноцида. Но, поскольку дизайнер по много часов утыкается лицом в монитор, никого сей факт не волновал», — говорит она. Сначала она пыталась все объяснить, но претензии продолжались. Тогда Арина начала отрабатывать доброжелательную мимику перед зеркалом. Но потом ее руководителю компании не понравилось то, как она отзывается о традиции утренней зарядки. «Далее была некрасивая сцена, после которой я написала заявление по собственному, несмотря на уговоры коллег не горячиться, и покинула здание», — вспоминает она.

После этого она несколько лет работала на фрилансе, а теперь стала дизайнером Олимпиады НТИ для школьников. «Главное открытие для меня — то, что за радости любимой профессии вовсе не обязательно платить личными потерями, что можно зарабатывать адекватные деньги, не торгуя самоуважением», — говорит она.