С 17 ноября по 28 февраля в Музее стрит-арта в Петербурге пройдет выставка московского уличного художника Павла Пухова, работавшего под псевдонимом Паша 183. Она займет все три этажа здания котельной и будет построена в формате ретроспективы: выставка расскажет обо всех наиболее значимых проектах художника за всю его — к несчастью — очень короткую жизнь (в 2013 году в возрасте 29 лет Паша 183 скоропостижно скончался, о причинах смерти достоверных сведений нет).

В России персональные, а тем более ретроспективные выставки уличных художников все еще большая редкость, даже профильный Музей стрит-арта проводит нечто подобное впервые. Но интересна выставка, разумеется, не только этим. Паша 183 — в некотором смысле символ российского уличного искусства. За год до смерти он получил широкую известность за рубежом, благодаря ряду публикаций в западных изданиях (в их числе — The Guardian, The Huffington Post, The Telegraph). Это неожиданное признание привлекло к художнику больше внимания и со стороны российских культурных институций, однако крупных галерейных или музейных проектов при жизни он реализовать не успел, а кажется, и не очень хотел, оставаясь верным идеалам уличного искусства и сохраняя полную анонимность.

Во всех видеодокументациях и редких интервью художник появлялся исключительно в маске. Это, похоже, стало основной причиной, по которой зарубежные издания, а после и российские СМИ начали называть его «русским Бэнкси». Такое прозвище вызвало негативную реакцию в сообществе уличных художников, некоторые даже увидели в этом попытку Бэнкси создать некое международное движение своих последователей, другие обратили историю в шутку, предложив впредь называть Бэнкси «английским Пашей». Сам британец посвятил Паше 183 свою работу «P183 R.I.P.»

Одна из немногих работ, сделанная Пашей 183 в специально предназначенном для этого месте, — инсталляция «Стены не спят» — находится как раз в Музее стрит-арта. Большинство же его проектов сохранились лишь в форме документации. Именно фото- и видеоархивы стали основой нынешней выставки. Кроме них, в музее покажут сохранившиеся авторские холсты, трафареты, личные вещи, а также реконструированные граффити, арт-объекты и инсталляции.

The Village выбрал несколько показательных работ, которые можно будет увидеть на выставке, и на их основе рассказывает о творческих поисках Паши 183.

«Паша 183. Ретроспектива»

Когда: 17 ноября — 28 февраля

Где: Музей стрит-арта (ш. Революции, 84)

Стоимость: 400 рублей

pasha183

Рок-музыка

Портрет Виктора Цоя, 2003

Как и большинство уличных художников, Паша 183 начинал как граффити-райтер. В 13 лет, проходя мимо Стены Цоя на Старом Арбате, исписанной посланиями поклонников группы «Кино», он так вдохновился, что принялся расписывать цитатами из любимых песен стены домов в своем районе. Позднее к текстовым граффити добавились и полноценные портреты любимых музыкантов, которые Паша 183 делал по фотографиям: в основном это были герои рок-сцены — Виктор Цой, Константин Кинчев, Гарик Сукачев, Михаил Горшенев, Юрий Шевчук и другие. Такие портреты Паша 183 продолжал делать на протяжении всей жизни, но со временем не только на стенах домов, но и на обычных холстах.

«Машина времени», 2012

Интересно, что цитаты из песен он позднее использовал и для своих концептуальных проектов. Например, стихи из песни Андрея Макаревича «Паузы» были ключом к инсталляции 2012 года «Машина времени»: тогда художник установил в центре Екатеринбурга старый советский шкаф, в который поместил фигуру ребенка, как бы играющего в ручье времени.

Критика консьюмеризма

«Аленка» (God Save the Queen), 2006

В 2014 году Музей стрит-арта перевез в Петербург с заброшенной стройки в пригороде Москвы «Аленку» — одну из самых цитируемых работ художника — гигантскую бетонную плиту весом 4,5 тонны, на которой Паша 183 повторил картинку с обертки популярной марки шоколада. «Аленку» художник рисовал много раз (на выставке, например, будет сразу несколько реплик). В некотором смысле образ голубоглазой девочки с обертки шоколада стал таким же узнаваемым элементом его творчества, как «Девочка с воздушным шаром» у Бэнкси, — символ детской наивности, противостоящий консьюмеризму и потребительству. «Каждый человек с детства вынужден учиться себя продавать, так построена жизнь в современном мире. Каждый из нас, как „Аленка“, продается вопреки своей воле. Но все же Аленка в моем понимании — самый светлый человечек на земле, вечно наивный и вечно бескорыстный», — так Паша 183 описывал суть проекта.

«Индустрия», 2009

Другая программная работа — «Индустрия», масштабный мурал, созданный в рамках проекта «Стена» на «Винзаводе» в Москве — говорит о тех же нравственных противоречиях современного общества, но уже в лоб: закованный в колодки граффитист в балаклаве с долларами в руках должен был символизировать личные страхи художника, связанные с необходимостью делать выбор между материальным успехом и личными желаниями: «Я считаю, что человек настоящий только тогда, когда он может отказаться от чего-то большего в пользу чего-то меньшего, но более важного и нужного».

Протест

Инсталляция «Буханка», современная реконструкция

«Наверное, протестное искусство мне все же ближе, потому что я в принципе воспитан на сопротивленческой идеологии. Я скорее анархист — не признаю никакой власти», — так Паша 183 описывал свои политические взгляды. В своих работах он почти не обращался к каким-то сиюминутным информационным поводам и вообще сторонился новостей, точно его улепетывающий от телевизора Карлсон в работе «Свобода», но при этом зачастую умудрялся умело отражать дух времени. Показательна в этом смысле работа «Правда на правду», реализованная в 2011 году в Москве (на выставке можно будет увидеть ее видеодокументацию). Формально она была посвящена 20-летию Путча 1991 года, но наклеенные изображения омоновцев на дверях станции метро «Красные ворота», сквозь «строй» которых в течение нескольких часов свободно проходили москвичи,   буквально предвосхитили события массовых мирных протестов конца 2011 года.

«Правда на правду», 2011

Многие «протестные работы» Паши 183 можно и вовсе рассматривать в контексте самоидентификации. Свой проект «Буханка» — нарезанный ломтями полицейский автомобиль (эту инсталляцию в музее реконструировали специально для выставки) — художник сопровождает комментарием: «Полицейская машина — потому как скорую помощь жалко, а эту — нет». Другой пример: масштабное граффити «Поджигателям мостов посвящается», которое легко принять за форменное анархистское высказывание, в реальности говорит скорее о выходе из зоны комфорта: «Вряд ли кто-то из нас сейчас, достигнув успеха, связей, денег, славы, способен отказаться от всего этого. Сжечь мосты и порушить все свои достижения ради новой, неведомой, возможно, безрассудной и нелогичной жизни или смерти. Эта инсталляция посвящается тем, кто вышел за пределы собственных пыльных закоулков и создал новый мир».

Дети и ангелы

«Ангел», современная реконструкция

Мурал «Ангел» — изображение спящего бездомного с табличкой «Подайте на билет домой» и пробивающимися за потрепанным пальто крыльями. Уличных бродяг — грязных, жалких, ничтожных — Паша 183 буквально идеализировал и уподоблял святым: «В наше время очень много бездомных людей, которые иногда выглядят совершенно ужасно, но при этом они лишены тех пагубных раздражителей, которые уродуют людей. Это те люди, которые и живут по законам космоса, как блаженные».

Близкий по значению образ — дети, которые возникают в граффити и инсталляциях художника постоянно. Начиная с уже упомянутой «Аленки» и заканчивая условной серией с железными заборами: например, в работе «Предновогоднее» девочка в праздничном платье развешивает елочные игрушки на колючую проволоку, а в инсталляции «Детский мир» мальчик режет кусачками проволочную сетку и украшает ее бумажными ветряными мельницами.

Подземная Москва

«Выход найден», 2013

Необычная техника — light art — родилась из диггерских прогулок Паши 183 по московским подземельям. В городском коллекторе в районе Митино он заметил, как его фонарь проецирует на стену капли воды, которые собрались на стекле. Так родилась идея сделать переносной проектор, с помощью которого художник создавал световые граффити в подземных шахтах: так в заброшенных бомбоубежищах и коллекторах появились светящиеся изображения поезда-призрака, Красной площади, Сталина, гигантских часов, красоток с обложек старых журналов. Позднее в доработанном виде проектор перекочевал в привычное городское пространство. Одной из самых удачных была серия про Африку: тень слона на брандмауэре в московском дворе или улыбающиеся лица африканских женщин на фасаде другого дома были сродни экспериментальным фильмам сюрреалистов. Замечательной в своей простоте была инсталляция, вдохновленная «Алисой в Стране чудес». В арке жилого дома художник установил проектор с датчиком движения: когда кто-нибудь входил в подворотню, он срабатывал, и на стене появлялось изображение улыбающегося Чеширского Кота.

Город

«Очки», макет инсталляции

Городской пейзаж и сам по себе неоднократно становился героем работ Паши 183. Композиции, для которых зачастую вообще не требовалось никаких специальных материалов, — одновременно и самые недолговечные, и, пожалуй, самые эмоционально тонкие произведения художника. Лишенные очевидной смысловой нагрузки, но обращенные напрямую к образам и фантазиям детства, они отчасти напоминают работы Эрика Булатова, созданные вне соц-артовской тематики. Слово «осень», выложенное опавшими листьями под окном, или фонарный столб, превращенный в душку очков простым рисунком на снегу, — несмотря на всю свою примитивность, именно эти проекты первыми всплывают в голове при упоминании имени Павла Пухова. Реконструировать их невозможно, выставлять фотографии — бессмысленно: это тот редкий случай, когда искусству вполне достаточно пересказа. В идеале — пересказа из уст дворовой старушки: «Пашка-то наш что опять учудил! Вот ведь заняться нечем...»

Инсталляцию «Очки», впрочем, в музее покажут: крохотный макет с уличным фонарем размером с шариковую ручку специально для выставки изготовил художник-кукольник.


Фотографии: Музей стрит-арта