Почему сериал о Майкле Джордане The Last Dance стал самой популярной документалкой в мире Джордан снова попытался доказать всем, что он лучший. И у него снова получилось

Почему сериал о Майкле Джордане The Last Dance стал самой популярной документалкой в мире

С 19 апреля на американском канале ESPN и на Netflix выходит сериал «Последний танец» (The Last Dance) — он рассказывает о последнем сезоне, который лучший баскетболист в истории человечества Майкл Джордан провел в команде «Чикаго Буллз», а заодно о поп-культуре 90-х, зарождении культа кроссовок, фильме «Космический джем», «Дрим Тим» на Олимпиаде 1992 года в Барселоне и еще много о чем. Каждую серию «Последнего танца» по телевизору в США смотрят больше 5 миллионов человек; на Netflix сейчас он более востребован, чем «Король тигров». Журналист, сценарист студии Lorem Ipsum и автор телеграм-канала о нарративной журналистике и документальном кино «я просто текст» Александр Горбачев пытается объяснить, в чем секрет успеха «Последнего танца» и почему сериалу можно простить даже манипуляции с фактами. 

Текст

Александр Горбачев

The Last Dance

«Последний танец»


Режиссер

Джейсон Хехир

Количество серий

10 по 60 минут

Смотреть

Netflix

Спортивные трансляции 90-х — мое личное прустовское печенье. Когда я сейчас встаю в восемь утра в выходной, чтобы посмотреть гонку «Формулы-1» (скорее бы), это даже не столько про спортивную интригу, сколько про попытку вернуться к тем детским ощущениям, когда ты в воскресенье просыпаешься раньше всех в доме, тихонько пробираешься в зал, берешь чай и какого-нибудь грызла и включаешь Гран-при Австралии или Малайзии.

Баскетбол — сюжет того же порядка, но картинка перед глазами немного другая: тоже выходные, тоже утро, но уже завтрак, уже семья, и работает старый телевизор, и по второму каналу Владимир Гомельский рассказывает о происходящем в НБА. Шон Кемп, Магси Богз, Хаким Олайджувон, Дикембе Мутомбо — все эти имена буквально отправляют куда-то туда, в большую комнату с люстрой о шести лампах, с пианино, над которым висят портреты родных мертвых, с книжными полками, на которых стоят советские собрания сочинений хороших поэтов и забытых прозаиков, с зеленоватым линолеумом под потертым ковром. Но главное из этих имен — конечно, Майкл Джордан. В кепках с символикой «Чикаго Буллз» в России 90-х ходили даже пенсионеры — то было наше окно в Америку, в волшебный мир, где десятки тысяч людей заполняют светлые стадионы, слушают скрип кроссовок по паркету, смотрят, как могучие атлеты забивают сверху, и хором кричат «ди-фенс».

Миф, который создал вокруг себя Майкл Джордан, — возможно, сильнейший в спорте. Во всяком случае, в баскетболе куда меньше споров вокруг звания лучшего в истории, чем в других основных видах. Рекорды, конфликты, трагедии, преодоления, чудачества — в спортивной биографии Джордана было все; чего стоит только сюжет с убийством отца баскетболиста вскоре после третьего подряд чемпионства «Чикаго Буллз» и последующим уходом главного игрока НБА в бейсбол — а ведь это только половина одной из серий. Даже странно, что у этого мифа не было своего окончательного воплощения, которое бы четко зафиксировало канон. Теперь — есть: документалка The Last Dance, распиленные на десять серий восемь часов воспоминаний, инсайдов и спортивных чудес под старорежимный рэп.

На первый взгляд The Last Dance — типовая документалка про великого спортсмена производства ESPN: архивные кадры, говорящие головы, нарезки под музыку, монтаж, сталкивающий спикеров лбами, и так далее. Это и само по себе не плохо, но тут все-таки история сложнее, прежде всего структурно. Сериал вырос вокруг съемок, сделанных в последний сезон Джордана в «Чикаго», — в 1997/1998 году (разумеется, они в шестой раз выиграли чемпионат; не думаю, что это спойлер). Перед сезоном команда дала съемочной группе доступ к тому, чего обычно, а уж тем более в эпоху до социальных сетей, никто не видит: в раздевалку, на тренировки, в гостиничный номер Джордана на выездах — к тому времени он оттуда почти не выходил, потому что, когда выходил, на него тут же нападали толпы фанатов и журналистов.

С одной стороны, пока в этом материале не оказалось ничего сверхъестественного, не считая поездки на кутеж в Лас-Вегас с напарником Деннисом Родманом, — мелкие внутряки, шутки-прибаутки, максимум игры в монетку с охранниками и какие-то интервью врасплох. А с другой — понятно, что это суперэксклюзив, и нарративным стержнем неизбежно оказывается тот самый сезон 1997/1998. Тоже не то чтобы главный в истории «Чикаго», да, последний, да, с одним из самых легендарных бросков в истории игры в конце, но почти все рекорды и подвиги были совершены раньше. Ну и с третьей стороны, на все это мы смотрим из 2020 года: и все герои — сегодняшние, постаревшие, и рассчитывать надо на зрителей, которые знают или помнят, что Джордан велик, но не помнят, чем именно.

Поэтому у The Last Dance как бы два настоящих времени: настоящее 1998-го и настоящее сегодняшнее. Переключаясь между ними, авторам нужно клеить многофигурную композицию и давать весь бэкграунд — от детства ключевых героев до главных матчей и конфликтов предыдущего сезона, от истории самой франшизы «Чикаго Буллз» до истории превращения НБА 90-х в феномен глобальной поп-культуры, от кроссовочного бума до первой «Дрим Тим» на барселонской Олимпиаде. Непростая задачка.

Решают ее методом, который наивно можно назвать методом длинного плана. Всю дорогу «камера» — история — движется, как бы плавно переходя от одного сюжета к другому и с одного персонажа на другого, заранее предусмотрев, чтобы эти персонажи и сюжеты оказались в одном кадре, в одной связке. Так безумства Родмана органично увязываются с историей бойни между «Чикаго» и «Детройтом» в конце 1980-х; так капризы Скотти Пиппена в отношениях с клубом женятся с темой резкого увеличения объема денег в НБА — ну и так далее. Это не всегда работает — иногда приходится делать резкие склейки или маломотивированные переходы. Но чаще все происходит восхитительно плавно.

Джордан как пророк

Понятно, что, даже если бы The Last Dance был сделан максимально топорно, его бы смотрели. Потому что Джордан. И так же понятно, что, сколько ни делай вид, что это история про команду или про эпоху, или про вид спорта, ничего не выйдет. Потому что Джордан. В центре композиции тут одна фигура. Все остальные герои — прежде всего функции по отношению к главному. У него есть отец (собственно отец); волшебный помощник (Пиппен); непутевый напарник (Родман); мудрый наставник (Фил Джексон, тренер); предшественники, у которых он забирает силу (Мэджик Джонсон и Ларри Бёрд); паства — все они время от времени подводят, но все-таки на что-то годны. Ну и конечно, у него есть враги — и множество: от журналистов, которые то и дело норовят усомниться в сиянии гения и расстроить его желтым заголовком, до Джерри Краузе, генерального менеджера «Буллз», который ставит Джордану и команде палки в колеса, потому что ему завидно. Ну, во всяком случае, такая версия излагается в сериале.

Вокруг фигуры Джордана много кто есть, но кое-кого нет — например, нет женщин. Единственная женщина Джордана в сериале — это его мама; семья и дети упоминаются исключительно вскользь. Почему так? Журналистка Джейн Макманус, которая первой и обратила внимание на отсутствие женщин, сравнила сериал с агиографией — думаю, что это очень правильное сравнение. «Последний танец» — это житие, а Джордан в нем — пророк (буквально: человек, которому ниспослано божественное откровение). Это откровение наиболее ярко и зримо проявляется, когда Джордан выходит на площадку, и все остальное в его жизни ценно только настолько, насколько оно этому откровению способствует или мешает. Он бог, от него сияние исходит — какие там женщины с детьми?

И если подумать, то это, конечно, полная чушь. История в «Последнем танце» показана исключительно с точки зрения самого Джордана (это было неизбежно — права на видеоматериал Джордану и принадлежали, а он явно не из тех людей, что четко соблюдают журналистскую независимость) — и это очень специфическая версия истории. В ней вышеупомянутый Джерри Краузе, вообще-то, собравший в клубе-аутсайдере главную команду в истории баскетбола, превращается в завистника-злодея. «Детройт», сумевший вмешаться в междусобойчик великих «Селтикс» и «Лейкерс», — в группу упырей-мясников. Хорас Грант (тот самый человек в очках и третья звезда «Чикаго» начала 90-х) — в ябеду.

Лудомания, которая чуть не привела в середине 90-х ко вполне реальным проблемам с законом? Это потому что Джордан — человек-соревнование, он всегда и везде хотел побеждать. Трэш-ток и жесткое до буллинга обращение с товарищам по команде? Это он их так мотивировал, чтобы они не просели, когда столкнутся с давлением на площадке. Ну и так далее. На все эти вещи, безусловно, можно посмотреть по-другому — и в Америке уже созданы гигабайты такого контента.

Но главный кайф истории с Джорданом-пророком в том, что это, да, с одной стороны, полная чушь, а с другой — чистая правда. И об этом знает каждый, кто видел, как он играет. При всем том, насколько сейчас изменился баскетбол, игра Джордана и сейчас производит колоссальное впечатление — и так, как она показана в The Last Dance, и просто если посмотреть старые матчи от начала до конца (вот тут некоторые из них перечислены).

Он берет все на себя, когда все знают, что он возьмет все на себя, соперники это знают, но все равно ничего не могут сделать. Он творит в воздухе какие-то невообразимые вещи. Он уделывает всех почти в любых обстоятельствах и не оглядываясь ни на кого (в этом главное отличие Джордана от всех его нынешних преследователей, которые хотят именно что переплюнуть Джордана). Его игра не нуждается в дополнительной метафорике или в переводе на другой язык, она и правда — откровение. В той же степени, в какой им бывает большое искусство.

Это невероятное впечатление, правда. И на самом деле хорошо видно, что это не ретроспектива, не «большое видится на расстоянии». Оно и тогда так виделось — чем еще объяснить такие, например, эпизоды (там Джордан бьет Реджи Миллера кулаком по лицу, и дисквалификацию получает Миллер)? Майклу Джордану было можно все, потому что он мог все. Он действительно был баскетбольным богом — просто богом не христианским, а античным. Джордан — живое воплощение той неотразимой архаики, в которой зачастую и кроется адреналиновое обаяние современного большого спорта.

Борьба за историю

Главный философский пафос истории Джордана, давно уже озвученный и за пределами «Последнего танца», — это человек, который хотел побеждать любой ценой. Иногда это выглядело уродливо, иногда — почти страшно (для соперников, конечно: они знали, что, если позволить себе самоутвердиться за счет Майкла, тот жестоко отомстит), часто — героически и очень красиво. Однако в The Last Dance есть еще одно измерение, которое переводит первое предложение этого абзаца в настоящее время. Джордан ведь не просто так сидел на правах на видео 1998 года 20 лет — и не просто так вернулся к тем хроникам сейчас: когда баскетбол сильно изменился и, возможно, стал более зрелищным; когда рекорд «Чикаго» в сезоне 1996 побит; когда у спорта есть новый король, претендующий на то, чтобы быть лучшим в истории, — Леброн Джеймс.

The Last Dance — это еще одна джордановская схватка, только теперь это борьба за историю. 57-летний миллиардер (первый миллиардер из спортсменов, между прочим, — то есть он и тут победил), который давно уже всем все доказал, сидит в большом белом зале дорогущей виллы и рассказывает нам, что на самом деле он доказал не все и не всем. Он опять берет игру на себя — и опять не обходится без хитростей (то, что The Last Dance вышел в разгар карантина, когда никто из игроков не может ответить Джордану на площадке, — вряд ли просто совпадение, тем более что сроки выпуска сериала были форсированы). Он опять идет на все ради победы — и, черт возьми, он опять выигрывает.


Фотографии: Netfilx

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Последний министр»: Роман Волобуев — о том, как сделать политический сериал в стране без политики
«Последний министр»: Роман Волобуев — о том, как сделать политический сериал в стране без политики «Смеяться над государством проще: мишень крупнее, статичнее, и в нее легче попасть»
«Последний министр»: Роман Волобуев — о том, как сделать политический сериал в стране без политики

«Последний министр»: Роман Волобуев — о том, как сделать политический сериал в стране без политики
«Смеяться над государством проще: мишень крупнее, статичнее, и в нее легче попасть»

Весь мир смотрит сериал «Король тигров». Объясняем, почему
Весь мир смотрит сериал «Король тигров». Объясняем, почему И зачем это нужно посмотреть вам — если вы еще не
Весь мир смотрит сериал «Король тигров». Объясняем, почему

Весь мир смотрит сериал «Король тигров». Объясняем, почему
И зачем это нужно посмотреть вам — если вы еще не

Тяжелый брейкап: Что нужно знать о третьем сезоне «Убивая Еву»
Тяжелый брейкап: Что нужно знать о третьем сезоне «Убивая Еву» Ева и Вилланель снова не вместе
Тяжелый брейкап: Что нужно знать о третьем сезоне «Убивая Еву»

Тяжелый брейкап: Что нужно знать о третьем сезоне «Убивая Еву»
Ева и Вилланель снова не вместе

Как коронавирус изменил культуру
Как коронавирус изменил культуру Музыку, театр, книжный бизнес, музеи, подкасты и другое
Как коронавирус изменил культуру

Как коронавирус изменил культуру
Музыку, театр, книжный бизнес, музеи, подкасты и другое

Тэги

Новое и лучшее

Эксклюзив The Village: Запрет на выезд из России можно проверить на черном рынке

Кафе Birds в Белграде

Криптовалюта — все еще удобный способ вывода денег. Варианты для уехавших

Гид по магазинам Стамбула: От местного ЦУМа до винтажных лавочек

Проблемы диаспоры. Лев Левченко — о том, почему русские в эмиграции не здороваются друг с другом

Первая полоса

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химииЧто ей делать?

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии

Бывший студент ИТМО годами преследует учительницу химии Что ей делать?

«За него все подписали и теперь везут в военную часть в Твери». Данила Шершева из «Кружка» забрали в армию

Popcorn Books больше не издают и не продают квир-книги. Завтра последний день, когда их можно купить

«Почта России» запустила доставку одежды из Европы. Также стало известно, кто займет место H&M в торговых центрах

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине
«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой

«Забрать свой цинк». История Ольги Гуровой
Психолог лаборатории опознания трупов из Чечни теперь работает с жертвами войны в Украине

МИД закупил подарки для оставшихся в России иностранных дипломатов — Baza

На обвиняемую в распространении «фейков» про армию России Викторию Петрову давят в СИЗО через ее сокамерниц

В «Черную пятницу» россияне потратили более 13 миллиардов рублей

В 1976 году Путин провел обыск за надпись «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» на Петропавловке

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются
«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта

«Мама, я дома»: Как мать наемника ЧВК ждет сына с фронта
Ужасно, когда на войне погибают, но порой еще хуже, когда с нее возвращаются

Ведущая «Спокойной ночи, малыши» предложила привезти на фронт Хрюшу со Степашкой и попросить украинцев «остановиться»

«Яндекс» запустил тариф «Вместе» для поездок с незнакомцами в такси

В Minecraft появился постсоветский зимний двор — с пятиэтажками, гаражами и турниками

Какая погода ожидается в Москве, Петербурге, Тбилиси, Ереване и Белграде в начале декабря

Little Big покинули двое музыкантов. Похоже, что группа распалась

Сколько пожертвовали москвичи на строительство православных храмов за 12 лет

Спрос на iPhone 14 в России упал в 2,5 раза по сравнению с продажами гаджетов предыдущей модели

Студентку, рассказавшую о принудительных гуманитарных сборах, исключили из техникума

Гид по рынкам Тбилиси
Гид по рынкам Тбилиси Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»
Гид по рынкам Тбилиси

Гид по рынкам Тбилиси
Продукты на Дезертирке и в Глдани, антиквариат на «Навтлуги», фуд-корт на Bazari Orbeliani, а еще цветочный рынок и «Золотая биржа»

В парках Москвы открылся 21 каток с искусственным льдом

«ВКонтакте» заблокировала группу «Совета матерей и жен военнослужащих»

РПЦ безвозмездно получила здание петербургской РАНХиГС. Студентов чуть не выселили

В ноябре число объявлений о срочной продаже квартир в России достигло рекорда

Петербургскую тюрьму «Кресты» выставят на продажу

Московские кинотеатры «Факел», «Юность» и «Звезда» откроются в новом году

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники
В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству

В Белграде тоже можно быть полезным. Вот наш гид по волонтерству
Антивоенные сборы, борьба с патриархатом на Балканах и зоозащитники

Более 50% благотворительных фондов заявили о сокращении пожертвований

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропагандаЛучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда

Это идеальная ЛГБТ-пропаганда Лучшие фильмы, чтобы посмотреть с гомофобом, если ему не слабо

Движение Food not bombs в Москве прекратило деятельность из-за угрозы опасности

Сегодня в Тбилиси пройдет марш против сексуального насилия

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»
Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь

Что делать в Ереване? Выпуск № 5, ноябрь — декабрь
Участвовать в благотворительном забеге, слушать «Аигел» и смотреть «Треугольник печали»

На Бауманской горит ТЦ «Елоховский пассаж»

Сериалу «Монастырь» не выдали прокатное удостоверение. По мнению РПЦ, он оскорбляет чувства верующих

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных
Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле

Где учить турецкий язык: От онлайн-школ до бесплатных курсов в Стамбуле
Даже простое «merhaba» прибавит вам очков в глазах местных

Ночью в «Открытом пространстве» проходили обыски. Задержали более 15 человек, многие из них рассказывают об избиениях

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно
Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают

Ювелирные изделия в России скоро ощутимо подорожают
Объясняем, почему так и где купить украшения дешевле, пока не поздно

Первоклашкам предложили написать письмо «незнакомому мобилизованному» — вместо Деда Мороза

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды Пошаговая инструкция для россиян
Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды

Как разговаривать с близкими, которые стали жертвами пропаганды
Пошаговая инструкция для россиян

Цена на импортные новогодние ёлки вырастет на 25%. В Рослесинфорге предложили россиянам самим сходить в лес за елью

О героине The Village снимут сериал. Историю Светы Уголёк экранизирует студия «Среда», премьера — в 2024 году

Госдума окончательно приняла закон о запрете «ЛГБТ-пропаганды»

Лейла Гиреева, сбежавшая из дома в Ингушетии от побоев и «лечения от атеизма», на свободе. Но все еще в опасности

Ушедшую из России Lush заменит косметическая сеть Oomph

В медицинских вузах будет больше бюджетных мест

Петербуржцам запретят добывать березовый сок и вырезать надписи на деревьях

Посмотрите, как в Ереване протестуют накануне приезда Путина, Лукашенко и Лаврова

Чехия запретила безвизовый транзит для россиян

Участок «Октябрьская» — «Новые Черемушки» закроют с 3 по 7 декабря

Якутский панк против войны
Якутский панк против войны Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить
Якутский панк против войны

Якутский панк против войны
Полицейские устали задерживать Айхала Аммосова и хотят его посадить

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября? Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше
Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?

Чем заняться в Москве и Питере в конце ноября?
Собирать вещи для бездомных и танцевать в шалаше

С сайта Мариинского театра убрали имя хореографа Ильи Живого. Он не раз выступал против войны

В Брянске подожгли приют для животных. Погибли 52 кошки и 2 собаки

Испания в 2022-м выдала россиянам в три раза больше шенгенских виз, чем в прошлом году

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»
Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь

Что делать в Алматы и Астане? Выпуск № 2, ноябрь
Смотреть балет, слушать иммерсивный спектакль на Медеу и знакомиться с историей «АЛЖИРа»

На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка
На Wildberries завели дело за продажу паленого Adidas. Экспертиза показала, что весь ассортимент там — подделка

Полковник Генштаба ВС РФ взял взятку стиральной машиной от военного комиссара района Раменки

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы
Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване

Гастровавилон: Hummus Kimchi в Ереване
Израильско-корейское кафе, открытое в столице Армении эмигрантами из Москвы

В кубанской станице установили скульптуру, которая очень похожа на анальную пробку

В Петербурге туристам придется оплачивать курортный сбор

«Выбрались из плена проклятых бюрократов»: Музыкантов «Интуриста» выпустили из брюссельского транзитного центра