27 июня, понедельник
Москва
Войти

На что живут официанты Официантка модного городского бара — о том, как заработать больше чаевых, своей зарплате и тратах

The Village продолжает выяснять, как устроен личный бюджет людей разных профессий. В новом выпуске — официант. Это один из самых распространенных вариантов подработки на несколько месяцев. Считается, что на такой позиции люди не задерживаются — становятся ресторанными менеджерами или уходят в совсем другое направление. Мы поговорили с девушкой, которая устраивалась официанткой в московский бар на один сезон, а осталась больше чем на три года.

Профессия

Официант

доход

100 тысяч рублей


Траты

20 000 рублей

аренда жилья

2 000 рублей

карта «Тройка»

20 000 рублей

продукты и перекусы

20 000 рублей

одежда и уход за собой

20 000 рублей

накопления на учебу

18 000 рублей

развлечения

Как стать официантом

Мне 21 год. Я студентка, сейчас учусь на заочном и уже три года работаю в одном месте официантом. А в целом в ресторанке я больше шести лет. Такая работа — один из немногих вариантов, которые возможны в 16 лет, так как большинство ресторанов работают по схеме «можем устроить вас официально, но лучше не надо».

Еще в школе я работала в баре — туда меня позвала подруга. Заканчивала учиться около 15 часов, приходила домой, спала час-два, а потом шла работать в ночную смену до часу ночи. Это было очень интересно и ни капли не страшно: самое страшное — то, что меня затянуло. Родители всегда поощряли самостоятельность, а зарабатывание денег очень быстро стало для меня приоритетом, правда, иногда в ущерб учебе.

После окончания школы я переехала в Санкт-Петербург и прожила там год. Работала в очень милой и популярной кофейне на Невском, но быстро поняла, что это совсем не мой формат — ни город, ни место. Мне было нужно что-то более живое. Я перебралась в Москву, а друзья посоветовали список мест, в которых им нравится отдыхать, — я пошла устраиваться туда. Сейчас я работаю в известном баре в центре города с классными коктейлями и вечными вечеринками. Когда я устраивалась, то думала, что проработаю один сезон. Но иногда временное становится постоянным.

Приемом на работу занимается отдел кадров. Собеседование проводила приятная женщина, но задавала очень странные, не относящиеся к ресторанам вопросы. Ее больше волновало, смогу ли я уделять работе достаточно времени, чем то, насколько я профессионал. В конце 15-минутного разговора мне сказали, что ждут завтра, и попросили захватить белые носки.

Первые несколько дней дают возможность присмотреться и решить, оставаться или нет. Сначала новички протирают бокалы вместе с остальными ребятами, знакомятся с людьми, которые работают долго, узнают особенности места. Через несколько дней надо выучить меню и сдать его менеджеру, а потом можно начинать полноценно работать.

Особенности работы

По ночам и выходным у нас вечеринки, вечером гости приходят поужинать, а днем очень много людей с ноутбуками, как в коворкинге. Не могу себе представить, что смогла бы так же сидеть и работать. Движение и постоянная коммуникация с людьми — одна из самых интересных вещей в моей работе. Конечно, ноги иногда отваливаются. А когда выходишь на смену после отпуска или перерыва, бывает сложно войти в колею. Но со временем привыкаешь: любая нагрузка становится нормальной.

На собеседовании говорят, что график работы — два через два, по 12 часов. Но на деле практически все работают дольше и чаще — никто не принуждает, но постоянно спрашивают: «Ты можешь выйти завтра? У нас крупное мероприятие на 3 тысячи гостей». Так получается около 15–20 смен в месяц.

Гостям кажется, что официанты приходят, принимают заказ, приносят блюда и уходят. Но объем работы гораздо больше — есть еще работа вне зала. Хотя тут мне очень повезло: в баре, где я работаю, есть помощники — чаще всего студенты, которые приходят ненадолго, чтобы заработать на один отпуск и улететь. Они выполняют ту работу, на которую у официантов нет сил (или им не хочется этим заниматься): натирка бокалов, подготовка приборов, контроль очередности блюд и тому подобное. Мы же уделяем максимум внимания гостю.

Место очень молодежное, и мне это нравится. Днем здесь проходит много встреч — серьезные мужчины в пиджаках могут обсуждать нефтяные вышки, а вечером приходят стильно одетые ребята, готовые платить за коктейли. У нас бывает много туристов, которые иногда говорят: «А у вас, оказывается, хумус вкуснее, чем в Израиле». Иногда приезжают иностранцы (чаще всего из Азии), которые не разговаривают ни на одном из доступных языков. Я говорю на английском, немецком и русском и порой не могу найти с ними общий язык. Тогда приходится плясать, показывать рыбок и птичек. Но становится по-настоящему тяжело, когда приходят сложные люди со сложными лицами, которые не хотят идти на контакт и не уважают тебя. Но таких становится все меньше, и это приятно.

Поначалу кажется, что видишь каждого гостя насквозь. Но с опытом, особенно в Москве, понимаешь, что вообще не стоит судить по человеку. Бывает, что приезжают люди с охраной: за отдельным столиком сидят два огромных шкафа, едят чизкейк с чаем, пока их миллиардер пьет виски со своим партнером — и не оставляет на чай ничего. А бывают обычные с виду люди, которые готовы оставить 20 % от счета.

На многих посетителей совсем не влияет то, как их обслуживают. Но лайфхаки, как сделать человека благодарным, конечно, есть. Иногда люди спрашивают: «Можно мы пересядем за другой столик?» И ты делаешь вид, что пошел решать их проблему. Делаешь свои дела, возвращаешься и говоришь: «Вообще мы так не делаем, но для вас мне удалось решить этот вопрос». И они польщены. Или у бара есть комплименты, можно принесли их гостю и сказать: «Это специально для вас, только потому что вы очень классные». Им будет приятно, и чай вырастет.

Обычно коллектив ресторана делится на группы. Официанты общаются с другими официантами, менеджеры — с менеджерами. Кухня — это вообще отдельное государство, с которым очень сложно найти контакт. У меня отношения с коллегами классные. Мы все дружим, ездим в другие бары — в каждом найдется друг, который угостит коктейлем. Конфликты, конечно, случаются, но это просто рабочие моменты. Я не знаю, существует ли где-нибудь идеальное начальство — наверное, нет. По крайней мере, я еще пока не встречала.

В том баре, где я работаю, на лето набирают дополнительный персонал. Посадка увеличивается примерно в два раза, и в сезон у нас работает по 30 официантов. Есть те, кто приходит случайно на один раз, есть те, кто приходит из сезона в сезон, а зимой занимается совершенно другими вещами. В основном коллективе бара есть люди, которые работают по пять-шесть лет. Из ресторанки на самом деле очень сложно выпутаться.

Иногда у нас можно спокойно общаться с гостем, присев на уголок стула рядом с ним. Когда устанавливается контакт, гостю становится комфортнее и официанту приятнее. Это гораздо лучше, чем совковый сервис премиум-ресторанов. Мне бы совсем не хотелось работать в таком месте. Стоять и наглаживать скатерть по пять часов — не мой формат. И я не готова продавать хачапури за 900 рублей, потому что это не очень. Никогда в жизни не хотелось бы работать и в сетевых заведениях типа японских ресторанов у метро. Это отсутствие общения, вечные чек-листы и достающий менеджер.

Зарплата

Обычно официанты в Москве заходят за своей зарплатой раз в полгода: она составляет 5 тысяч рублей — остальное зарабатывают чаевыми. Но мне повезло с работой. Зарплата для Москвы у нас неплохая. Есть фиксированная оплата за смену — 1 300 рублей. Еще существует процентное поощрение — 3 % от всего, что мы набиваем зимой, и 1 % летом. Зарплата выходит 20–50 тысяч рублей, не считая чаевых.

Чаевые — штука нестабильная. В один день можно уйти с тысячей рублей, а в другой день — с 20 тысячами. В среднем получается около 4 тысяч в день и 50–60 тысяч в месяц. Во многих ресторанах работают на общак: смена из трех-четырех человек делит все заработанные чаевые между собой. Но в нашем случае сделать это невозможно: коллектив большой, к тому же сложно верить во всеобщую честность. Поэтому у нас действует правило: то, что ты заработал, забираешь себе. Но, конечно, не все: 10 % нужно отдать на бар, а 10 % — помощникам.

Я одна из тех немногих сумасшедших, кто ведет график заработков в течение года. Получается, что в месяц я зарабатываю от 80 до 120 тысяч рублей. Официанты в сетевых заведениях зарабатывают 40–50 тысяч рублей, а в премиум-ресторанах — от 100 тысяч рублей, но раз на раз не приходится. Я работала несколько недель в ресторане на Кузнецком Мосту: там зарплата зависит исключительно от того, кто сидит за твоим столом сегодня. Если повезло, можешь заработать 7 тысяч рублей с одного стола, но так бывает не всегда.

Со штрафными и премиальными системами в ресторанах всегда сложно. Они либо есть и какие-то совершенно адские, либо существует только штрафная часть в отсутствие премиальной. Премий в том месте, где я работаю, не бывает. Чаще всего они бывают в сетевых ресторанах за выполнение плана. А штрафуют нас за опоздание и невыход за смену. Но если найти общий язык с менеджерами, всегда можно договориться.

За какие-то страшные косяки с гостями могут и уволить. У нас была одна забавная история. В зоне официантов висит объявление, что нельзя расплачиваться за гостей своей кредитной картой. Я как-то спросила, как оно появилось, и мне рассказали, как мальчик брал у гостей наличные, а расплачивался своей картой — так зарабатывал себе мили и три года ездил в отпуск почти бесплатно. Не знаю, как ресторану это помешало.

Расходы

Расходы всегда посчитать сложнее, потому что обычно они превышают доходы. Хотя при работе в ресторанной сфере и накопления появляются — иногда ты просто не успеваешь все тратить.

30 % заработка у меня уходит на оплату жилья и бытовых мелочей, 20–30 % я стараюсь откладывать, а остальное не знаю, куда девается. Деньги утекают сквозь пальцы — на другие бары, подарки друзьям, на семью и одежду.

Жилье я снимаю не одна. Плачу за комнату 20 тысяч рублей в месяц. С моей работой очень ценно жить в центре: можно поспать лишний час. Две тысячи рублей стоит проездной на метро. Около 20 тысяч уходит на продукты, которые остаются в холодильнике, потом портятся и выкидываются, потому что некогда их есть. Обычно во всех ресторанах персонал кормят бесплатно, но чаще всего это макароны с сосисками. Это не всегда привлекательно, особенно для вегетарианца. Нам повезло: нас кормят три или четыре раза в день. Я слежу за своим питанием, и еда не всегда мне подходит. Иногда я заказываю что-то в ресторане с 20%-ной скидкой.

Еще около 20 тысяч рублей я трачу на косметику, парикмахера и маникюр. Кстати, за плохой маникюр нас могут оштрафовать.

У этой работы есть огромный плюс: можно взять отпуск почти всегда, за исключением летнего периода. Поэтому все лето все копят — кто-то на отпуск, кто-то на машину, а я коплю на учебу за рубежом. Такая работа — это прекрасно, но ровно до тех пор, пока тебе не исполнится, скажем, 35 лет. Я планирую работать тем, на кого учусь. Надеюсь, ресторанка когда-нибудь окажется в прошлом.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Официанты — о том, как тренировать память
Официанты — о том, как тренировать память Люди, которые не пользуются блокнотами, чтобы запоминать заказы, рассказывают, как улучшить память
Официанты — о том, как тренировать память

Официанты — о том, как тренировать память
Люди, которые не пользуются блокнотами, чтобы запоминать заказы, рассказывают, как улучшить память

На что живут кальянщики
На что живут кальянщики Кальянщик, который приехал на работу в Москву из Харькова, рассказал о работе, угрозе вейперов, чаевых и тратах на жизнь
На что живут кальянщики

На что живут кальянщики
Кальянщик, который приехал на работу в Москву из Харькова, рассказал о работе, угрозе вейперов, чаевых и тратах на жизнь

На что живут повара
На что живут повара Повар московского ресторана — о недовольстве клиентов, воровстве поваров, своей зарплате и тратах
На что живут повара

На что живут повара
Повар московского ресторана — о недовольстве клиентов, воровстве поваров, своей зарплате и тратах

«Я работаю в здании Ле Корбюзье»
«Я работаю в здании Ле Корбюзье» Работники Росстата — о стеклянном фасаде, уникальных лифтах, пандусах и о том, что так любил архитектор
«Я работаю в здании Ле Корбюзье»

«Я работаю в здании Ле Корбюзье»
Работники Росстата — о стеклянном фасаде, уникальных лифтах, пандусах и о том, что так любил архитектор

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

Что такое дефолт, опасен ли он и как при нем жить

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

6 причин, почему разваливаются отношения

Первая полоса

Слово редакции
Слово редакции Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****
Слово редакции

Слово редакции
Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****

Что такое дефолт, опасен ли он и как при нем жить
Что такое дефолт, опасен ли он и как при нем жить
Что такое дефолт, опасен ли он и как при нем жить

Что такое дефолт, опасен ли он и как при нем жить

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове» Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость» Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время ***** Исследование социологини Кати Дегтяревой
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Исследование социологини Кати Дегтяревой

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут» Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум» И готовы ли платить дальше
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
И готовы ли платить дальше

«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»
«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком» Рассказ Вики Петровой, которая попала в СИЗО из-за антивоенного поста во «ВКонтакте»
«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»

«В СИЗО я стараюсь оставаться максимально свободным человеком»
Рассказ Вики Петровой, которая попала в СИЗО из-за антивоенного поста во «ВКонтакте»

«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту
«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту С минимальными потерями
«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту

«При Олеге такого не было»: Что сейчас происходит с «Тинькофф-банком» и как забрать из него свою валюту
С минимальными потерями

6 причин, почему разваливаются отношения
6 причин, почему разваливаются отношения Отрывок из книги «Осознанные отношения. 25 привычек для пар, которые помогут обрести настоящую близость»
6 причин, почему разваливаются отношения

6 причин, почему разваливаются отношения
Отрывок из книги «Осознанные отношения. 25 привычек для пар, которые помогут обрести настоящую близость»

Как устроен шестой веганский фестиваль Utroo в поддержку российских благотворителей
Как устроен шестой веганский фестиваль Utroo в поддержку российских благотворителей В нем участвуют рестораны из пяти городов России
Как устроен шестой веганский фестиваль Utroo в поддержку российских благотворителей

Как устроен шестой веганский фестиваль Utroo в поддержку российских благотворителей
В нем участвуют рестораны из пяти городов России

Армянская полиция искала стендапершу Таню Щукину, уехавшую из Питера из-за *****. В Ереване задержали ее соседей
Армянская полиция искала стендапершу Таню Щукину, уехавшую из Питера из-за *****. В Ереване задержали ее соседей
Армянская полиция искала стендапершу Таню Щукину, уехавшую из Питера из-за *****. В Ереване задержали ее соседей

Армянская полиция искала стендапершу Таню Щукину, уехавшую из Питера из-за *****. В Ереване задержали ее соседей

«Как ***** излечила мои детские травмы (но принесла взрослые)» / «Мама, папа и *****»
«Как ***** излечила мои детские травмы (но принесла взрослые)» / «Мама, папа и *****» The Village начинает публиковать литературные тексты
«Как ***** излечила мои детские травмы (но принесла взрослые)» / «Мама, папа и *****»

«Как ***** излечила мои детские травмы (но принесла взрослые)» / «Мама, папа и *****»
The Village начинает публиковать литературные тексты

Над Москвой взошло «клубничное» суперлуние
Над Москвой взошло «клубничное» суперлуние Собрали лучшие кадры астрономического явления
Над Москвой взошло «клубничное» суперлуние

Над Москвой взошло «клубничное» суперлуние
Собрали лучшие кадры астрономического явления

«Как до спецоперации ничего не было, так и сейчас нет»: Что происходит с лекарствами в России
«Как до спецоперации ничего не было, так и сейчас нет»: Что происходит с лекарствами в России
«Как до спецоперации ничего не было, так и сейчас нет»: Что происходит с лекарствами в России

«Как до спецоперации ничего не было, так и сейчас нет»: Что происходит с лекарствами в России

Гид по Beat Film Festival 2022
Гид по Beat Film Festival 2022 Что получилось привезти в этом году
Гид по Beat Film Festival 2022

Гид по Beat Film Festival 2022
Что получилось привезти в этом году

Как ***** и новые законы уничтожают литературу в России
Как ***** и новые законы уничтожают литературу в России
Как ***** и новые законы уничтожают литературу в России

Как ***** и новые законы уничтожают литературу в России

«Котики-наркотики»: Как подростки помогают друг другу бороться с наркозависимостью
«Котики-наркотики»: Как подростки помогают друг другу бороться с наркозависимостью
«Котики-наркотики»: Как подростки помогают друг другу бороться с наркозависимостью

«Котики-наркотики»: Как подростки помогают друг другу бороться с наркозависимостью

Подпишитесь на рассылку