Богдан Королёк — о здании Оперного театра и краудфандинге Помощник худрука театра «Урал Опера Балет» о том, зачем государственному театру помощь зрителей

Богдан Королёк — о здании Оперного театра и краудфандинге

The Village продолжает рубрику «Любимое место», в которой интересные горожане рассказывают о своих любимых и важных местах в Москве, Санкт-Петербурге и Екатеринбурге. В новом выпуске — Богдан Королёк, помощник художественного руководителя балета театра «Урал Опера Балет», рассказывает о том, зачем государственному театру краудфандинг и почему при современном облике театр не теряет своей академичности.

О здании театра и памятнике Свердлову

Я родился в Омске. Не все даже знают, что это в Сибири, а из-за фамилии думают, что где-то на Украине. Последние восемь лет я связан с Петербургом. Работал артистом балета в театре Петербургской консерватории: это был единственный в стране полноценный театр оперы и балета при учебном заведении. Когда ежедневно смотреть на себя в зеркало в балетном зале стало невыносимо, танцы я оставил; удачно совпало, что меня приняли редактором в издательский отдел Мариинского театра.

В какой-то момент стало ясно, что с Урала идет сильный поток свежего воздуха, что-то важное происходит именно там — и я стал ездить в екатеринбургский театр сначала как зритель. Когда Слава Самодуров (художественный руководитель «Урал Балета», — прим. ред.) предложил мне присоединиться к команде театра и появилась перспектива приехать в Екатеринбург, я с удовольствием бросился в этот котел. С тех пор ни разу об этом не пожалел, работаю третий сезон и очень благодарен Славе за доверие.

Первый раз я оказался в театре в 2016-м на премьере балета «Ромео и Джульетта». Помню, что меня поразила мощь спектакля, совсем не казалось, что я нахожусь где-то вдали от столиц. С другой стороны, меня впечатлило, насколько уютным оказалось само здание театра, который осознает себя как большой оперный дом. Он отчасти напомнил мне петербургский Эрмитажный театр, торжественный и домашний одновременно.

Думаю, в здании «Урал Оперы» сохраняется энергетика тех, кто однажды решил во что бы то ни стало строить театр. В то время, 110 лет назад, в Екатеринбурге не было ни канализации, ни водопровода, ни мощеных улиц, — но была оперная труппа, которая выступала в нынешнем «Колизее». И в какой-то момент власти просто решили — да, мы потратим треть городского бюджета, но построим собственный театр.

Много помогали меценаты, крупную сумму вложил Дмитрий Соломирский, последний владелец знаменитых Сысертских заводов. Важно знать, что театр появился благодаря воле горожан, а не императора или волшебника в голубом вертолете — это правильно рифмуется с краудфандинговой кампанией. В бельэтаже нашего зала никогда не было и до сих пор не появилось царской ложи: императора здесь не ждали, горожане строили театр для себя, потому что понимали ценность этого строительства — и по сей день сидят в бельэтаже плечом к плечу.


Здание театра осознает себя как большой оперный дом. Он отчасти напомнил мне петербургский Эрмитажный театр, торжественный и домашний одновременно


Мне повезло, что можно каждый вечер выходить в зрительный зал на спектакли, это мощная зарядка. Всегда возникает какая-то детская радость, когда на твоих глазах собирается и открывается что-то новое, начинает звучать новая музыка: в прошлом году петербургский композитор Анатолий Королёв написал специально для театра балет «Приказ короля» — уверен, здесь его почти никто не знал до премьеры, но это фантастический автор. Или только что театр обновил занавесы, и кроме классического бархатного появился второй, с репродукцией картины Михаила Ларионова «Улица в провинции». Авангардное живописное полотно, увеличенное в пятнадцать раз! Интерьер сразу приобрел новый заряд, в театре появился магнит, который заставляет зрителей доставать телефоны и делать селфи. Стравинский однажды вспоминал, что зимой в Петербурге ему с друзьями было интересно и весело — не уточнял, почему. Процесс внутри театра я бы мог описать именно так, «интересно и весело».

Мы единственный, по-моему, оперный театр в стране, у которого площадь с фонтаном находятся позади — тоже потенциальное «место силы». Перед театром есть памятник Свердлову — говорят, перенесенный откуда-то из другого места. Вот он меня всегда впечатлял, не как памятник бандиту, конечно, а как слепок времени, когда еще все бурлило и оставалось место для художественного хулиганства: не знаю, кто это придумал, но постамент явно травестирует Гром-камень, на котором стоит Медный всадник в Петербурге. Сам памятник, кстати, очень похож на Ленина, который в том же Петербурге стоит на проспекте Обуховской обороны: это был первый монумент после смерти Ленина, и там он еще настоящий Ленин-гриб, коротыш с большой головой и папкой в руке, указывающий позади себя — в общем, не великий вождь, а полугротескный персонаж. Свердлов перед театром почти такой же. Удивительно, как оба этих памятника уцелели.


Важно знать, что театр появился благодаря воле горожан, а не императора или волшебника в голубом вертолете


У меня не получается перемещаться далеко от театра, но жизнь явно была бы мрачнее без Simple Coffee, «Вьетмона» и (иногда) «Нельсон Совина». Не могу представить город без промо-бюро «Теснота», эти ребята кто-то вроде прекрасных домовых Екатеринбурга (можно высокопарно сказать про genius loci). Местом притяжения стал Ельцин Центр, это большие друзья театра, вместе мы уже сделали не один проект: сейчас, например, начался цикл кинопоказов балетных спектаклей из крупнейших театров Европы, где мне доверено читать лекции-вступления.

Есть ощущение, что в Екатеринбурге все идет медленно и правильно: правильные места, правильный дизайн, идешь по улице — и, хлоп! возникло новое место, куда хочется зайти. Приятно, когда вечером можно выбрать, в каком заведении поужинать, вьетнамском, китайском, греческом или пойти съесть бургер. Или когда впервые приезжает кто-нибудь из столичных друзей и испытующе смотрит, куда его поведут в этом далеком темном городке. И, приходит, например, в «Гастроли», тут же теряя снобскую мину и делая изумленные глаза.

О краудфандинге

«Урал Опера» — федеральный театр, государство ежегодно выделяет ему сумму на повседневные нужды, и жизнь театра всегда была устроена так, чтобы выпускать четыре премьеры в сезон. Сегодня пиджачок стал давить в плечах. Театр готов показывать больше премьер, заказывать новую музыку лучшим современным авторам, как это было в «Пахите» и «Приказе короля», а труппа готова исполнять сложнейшую западную классику ХХ века — и только что показала это в «Вальпургиевой ночи» Баланчина. И важно, что это востребовано публикой: та же «Вальпургиева ночь» в начале марта четырежды прошла с аншлагом.

Креативные ресурсы театра растут быстрее финансовых, и это заставляет искать новые выходы, пробовать новые инструменты. Так возникла идея краудфандинга. Собранные средства пойдут на премьеру балета «Новобрачные на Эйфелевой башне». Написанная в 1920-е музыка французской «Группы шести» и новая хореография Антона Пимонова, который много лет танцевал и ставил в Мариинском театре, а в прошлом сезоне присоединился к «Урал Балету». И либретто со свадебным обедом на Эйфелевой башне и незваным гостем, который все ставит вверх дном. Это балет-комедия или даже балет-фарс, редкий жанр: балетных комедий в мировом репертуаре — перечесть по пальцам одной руки.

Премьера состоится в начале следующего сезона, она нашла спонсоров, — но кампания на planeta.ru еще продолжается до 4 апреля, и ее результат очень важен. Мы первыми из федеральных театров освоили новый инструмент, начали народный сбор средств в интернете — взяли в партнеры зрителей, потому что театр без зрителей не существует. Мы создали прецедент, и может оказаться, что этот опыт потом подхватят другие театры. На сегодня удалось собрать солидную сумму: в Екатеринбурге отзывчивая публика, она понимает, что в каждой премьере театр готовит путешествие в terra incognita, и мы с коллегами благодарны тем, кто уже сделал вклад (на момент публикации собрано 122 400 рублей из 900 000, — прим. ред.).

При этом театр не просто обращается за поддержкой, но взамен открывает потайные двери, в которые зритель всегда мечтает войти. Среди вознаграждений есть возможность посмотреть премьеру за кулисами — редкий шанс, не стоит его упускать. С лотами нам также помогают друзья, марка одежды Urals и ювелирный бренд Prosto, в поддержку премьеры можно купить, например, чудесные шапки Check Ya Head.

Балетные и оперные спектакли нигде в мире не окупаются. Но зрители во всех странах понимают, что в оперном театре могут получить такую эмоциональную встряску, какую не испытают ни в кино, ни во время шопинга, ни в прыжке с парашютом. Однажды я сравнил существование классического балета и оперы с существованием в Великобритании королевы: реальной власти и практической пользы стране, возможно, не приносит, но никому не пришло в голову ее упразднить; пока есть королева — все у нас будет в порядке. Сейчас я понимаю, что это неточное сравнение: балетное и оперное искусство не только красивый атрибут прошлого. Все-таки это по-прежнему живые языки, с помощью которых мы пытаемся что-то понять о самих себе.

Об эволюции «Урал Опера Балет»

Содержание театра меняется — оболочка должна ему соответствовать. Как в старом выпуске «Ералаша»: что в коробке, то и на коробке. Нынешний фирменный стиль разработало агентство «Восход» — дизайнеры екатеринбургские, что было важно для театра. За эту работу коллеги из «Восхода» уже получили множество наград по всему миру. Зритель успел привыкнуть к стилю и понять, о чем он сигнализирует: театр открыт публике и всему новому. В ту же копилку — впервые прошедший осенью «Урал Опера Балет Фест», образовательная программа, новая издательская серия театра. Так поступали все крупные мировые театры, от Ковент-Гарден до Национальной оперы Нидерландов, все прошли через рестайлинг. Это естественный ход вещей.

Звучало мнение, что театр утратил академизм. Я убежден, что академизм не в том, что на афише нарисована золотая рокайльная завитушка, а в чистоте и правильности исполнения. В том, как мы соотносим себя с прошлым, с какими традиционными формами работаем и какую динамику им придаем. Вопрос не в том, что мы отошли от академизма или условной классики и, например, перестали развешивать живописные декорации — нет, не перестали! Каждый сезон в репертуаре появляется что-то заманчивое и для консерваторов, и для любителей более острого искусства. Осенью вышел балет «Приказ короля», а в июле театр покажет «Дон Кихота» по мотивам постановок Большого и Мариинского театров начала ХХ века, подняты три сотни эскизов из музеев Москвы и Петербурга. Можно зайти на новый сайт театра и увидеть: в репертуаре есть баланс классического и нового. Театр должен быть интересен для зрителей разных предпочтений, он не может стать музеем, хранящим кучу мертвых предметов.

Недавно на конференции в Москве мы с коллегами до хрипоты спорили, почему до сих пор искусство принято делить на классическое и современное. Моя коллега Татьяна Белова, начальник литературно-издательского отдела Большого театра, вовремя напомнила нам, что в музее Египта в Мюнхене при входе в огромный подвальный лабиринт есть надпись: «Всякое искусство когда-то было современным». Вот об этом наши новые проекты и фестиваль, который обязательно состоится во второй раз, об этом и наш новый занавес с репродукцией картины Михаила Ларионова.

читайте ТАМ, ГДЕ УДОБНО:

Facebook

VK

Instagram

telegram

Twitter

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Что слушают оперные певцы
Что слушают оперные певцы Солисты Екатеринбургского театра оперы и балета о том, что слушают в свободное время
Что слушают оперные певцы

Что слушают оперные певцы
Солисты Екатеринбургского театра оперы и балета о том, что слушают в свободное время

Ань Нгуен об Уралмаше и облавах в китайском общежитии
Ань Нгуен об Уралмаше и облавах в китайском общежитии Интересные люди говорят с The Village о важных для них местах в Москве, Петербурге и Екатеринбурге
Ань Нгуен об Уралмаше и облавах в китайском общежитии

Ань Нгуен об Уралмаше и облавах в китайском общежитии
Интересные люди говорят с The Village о важных для них местах в Москве, Петербурге и Екатеринбурге

Саша Гагарин о «Горностае» и поздней любви к Екатеринбургу
Саша Гагарин о «Горностае» и поздней любви к Екатеринбургу Солист группы «Сансара» – об исчезновении границ городов и первой работе
Саша Гагарин о «Горностае» и поздней любви к Екатеринбургу

Саша Гагарин о «Горностае» и поздней любви к Екатеринбургу
Солист группы «Сансара» – об исчезновении границ городов и первой работе

Что рассказывают о Екатеринбурге Алиса Прудникова, Ань Нгуен и Саша Гагарин
Что рассказывают о Екатеринбурге Алиса Прудникова, Ань Нгуен и Саша Гагарин Вспоминаем лучшие прошлогодние интервью с городскими героями и антигероями
Что рассказывают о Екатеринбурге Алиса Прудникова, Ань Нгуен и Саша Гагарин

Что рассказывают о Екатеринбурге Алиса Прудникова, Ань Нгуен и Саша Гагарин
Вспоминаем лучшие прошлогодние интервью с городскими героями и антигероями

Тэги

Сюжет

Люди

Прочее

Новое и лучшее

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

10 лучших ресторанов осени в Петербурге

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Как провести первую неделю зимы в Москве

Первая полоса

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года? Первые мысли после прослушивания пластинки
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Первые мысли после прослушивания пластинки

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
10 лучших ресторанов осени в Петербурге Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol
10 лучших ресторанов осени в Петербурге

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Как провести первую неделю зимы в Москве
Как провести первую неделю зимы в Москве День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room
Как провести первую неделю зимы в Москве

Как провести первую неделю зимы в Москве
День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Что покупать и куда идти на non/fiction№23? Главные книги и события московской книжной ярмарки
Что покупать и куда идти на non/fiction№23?

Что покупать и куда идти на non/fiction№23?
Главные книги и события московской книжной ярмарки

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера
Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Где ужинать прямо сейчас: Гастрокритики и фуди советуют рестораны, кафе и бистро для отличного вечера

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»

9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени
9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени
9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени

9 новых и лучших ресторанов, кафе и баров этой осени

Автомобильный дзен
Промо
Автомобильный дзен Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей
Автомобильный дзен
Промо

Автомобильный дзен
Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

От Альп до флакона:
Спецпроект
От Альп до флакона: Какой путь проходит сырье для косметики
От Альп до флакона:
Спецпроект

От Альп до флакона:
Какой путь проходит сырье для косметики

Подпишитесь на рассылку