3 июля, воскресенье
Санкт-Петербург
Войти

«Мы жили в вагончике на автостоянке»: Зачем Екатеринбургу группа дневного пребывания детей The Village рассказывает истории родителей-одиночек, которым не справиться без помощи «Аистенка»

«Мы жили в вагончике на автостоянке»: Зачем Екатеринбургу группа дневного пребывания детей

Несколько лет назад Яна, мать-одиночка, влюбилась в мужчину и стала жить с ним. Когда родился второй ребенок, муж потребовал у Яны отдать ему материнский капитал и начал шантажировать тем, что полностью содержит. Целый год отец бил мать на глазах у детей и угрожал ножом, пока однажды не бросил семью на съемной квартире вместе с его долгами. Еще год Яна жила в непригодном для жилья вагончике на автостоянке, у пьющих родителей, которые работали там сторожами. Когда дети начали болеть, Яна нашла в интернете центр «Аистенок». В тот же день вместе с детьми она перебралась в его кризисную квартиру. Чтобы найти новое жилье, Яне нужно восстановить все утерянные документы и устроиться на работу. А пока у малышей нет путевки в детский сад, и уже не платят пособие, у семьи есть единственный шанс на нормальную жизнь — группа дневного пребывания, которую создал «Аистенок» для детей из семей с затрудненным жизненным положением.

Содержание такой группы в месяц обходится организации в 60 000 рублей: средства уходят на методические материалы, детскую канцелярию, развивающие игрушки, продукты питания, средства гигиены и зарплату сотрудников. Сейчас группа живет на деньги, которые люди добровольно переводят центру на их официальном сайте. Помочь «Аистенку» можно 22 апреля на фестивале «Благомаркет» в Екатеринбурге. Тогда еще какое-то время в «садике» будет уютно и тепло, а те, кому больше некого просить о помощи, смогут спокойно работать и знать, что с их детьми в это время все хорошо. The Village побывал в группе дневного пребывания детей и рассказывает истории ее подопечных: Александра, что в одиночку воспитывает двоих детей, и Яны, с которой началась наша история.

Александр

отец двоих детей

О ситуации

Мой старший сын Коля появился двенадцать лет назад, когда я женился на женщине с тремя детьми. В школе я не учился, писать умею на уровне ребенка, поэтому мог работать только грузчиком. Но в тот момент я понял, что даже на такой работе можно зарабатывать достаточно денег, чтобы прокормить семью. Позже жена умерла от рака. Ее детей забрали родственники и увезли в Курган, а я остался с Колей один. Весь первый год я вел аморальный образ жизни: работал и пил, пил и работал. Сестра водила Колю в садик, а я иногда появлялся дома и смотрел за сыном. Потом я смог перестать пить, взялся за воспитание ребенка. Еще через время встретил женщину — маму Ани, девочки, которую я сейчас вожу в группу дневного пребывания «Аистенка».


Когда ребенок родился, мать уехала получать за него деньги от государства, но запила и пропала


У моей новой женщины была дочь Маша — на год младше Коли. Шесть лет мы с Колей и Машей жили втроем, и я один растил их обоих. С мамой были проблемы: дома ей были не шибко рады, и появлялась она там лишь временами. Однажды она пришла и сообщила мне, что беременна. Стала убеждать, что от меня, но я сразу понял, что она врет. Кроме Маши, у нее где-то был еще один ребенок, от которого она отказалась прямо в роддоме, но аборт мы делать не стали. Когда ребенок родился, мать уехала получать за него деньги от государства, но запила и пропала. Отцовство на Машу мне так и не дали, поэтому девочку вскоре забрали в детдом. Я остался воспитывать Колю и недавно родившуюся Аню.


Бывало, не было даже пачки макарон. Все «друзья» с машинами и квартирами, которых я просил помочь, сразу же куда-то пропадали


Об «Аистенке»

Об «Аистенке» мне рассказали в органах опеки, еще когда не было Ани — я состою на учете неблагополучных семей как отец-одиночка. Питание и самые дешевые памперсы обходились мне очень дорого — каждые три дня нужно было тратить на дочку тысячу рублей. В то же время нужно было одевать, обувать и водить в школу старшего. Когда Маша болела, а мать пила, я не работал и сидел дома с детьми. Бывало, не было даже пачки макарон. Все «друзья» с машинами и квартирами, которых я просил помочь, сразу же куда-то пропадали. Мне приходилось ходить по знакомым и занимать у них на лекарства по 20 рублей. Поэтому, когда с детским питанием и памперсами мне стал помогать «Аистенок», стало намного спокойнее.

Сейчас моей младшей дочери Ане три года. С февраля каждое утро я отвожу ее в группу дневного пребывания «Аистенка». Это дает мне возможность оставить дочь под присмотром, а самому зарабатывать для семьи деньги. Сейчас я пытаюсь устроиться на другую работу, и на днях поеду заключать договор с новым работодателем. Я смогу работать полный рабочий день и лучше обеспечивать семью, а в мае нам уже должны дать место в садике. Организация мне очень помогает. Дочери здесь тоже нравится — здесь у нее есть друзья, поэтому она рвется сюда постоянно.

Алла Осипова

психолог «Аистенка»

Группа дневного пребывания детей появилась в февраля 2012 года, но последние три года, до этой весны, она не работала. В августе 2015 года мы выпустили всех ребят, которые на тот момент к нам ходили, а воспитатель ушла в декретный отпуск. В марте нам снова стали говорить о необходимости существования такой группы, поэтому мы возобновили ее работу. Сейчас у нас шесть детей, родители которых столкнулись с трудной жизненной ситуацией. Мы занимаемся профилактикой социального сиротства и помогаем семьям в трудной жизненной ситуации. Мы делаем это, чтобы у них не изымали детей, и чтобы не возникало мыслей от них отказаться.

Группа возникла из потребностей самих родителей: когда по достижении ребенком полутора лет государство перестает платить на него пособие, получить путевку в муниципальный детский сад родители еще не успевают. Семьи сталкиваются с проблемой, что им просто некуда девать ребенка в то время, пока они на работе. Пока дети находятся в группе дневного пребывания под присмотром воспитателей и психологов, родители могут спокойно зарабатывать деньги и решать другие вопросы. Ситуации, в которых родители приводят к нам детей, бывают разные: есть родители-одиночки, есть одинокая приемная мать, есть женщина, которая живет в кризисной квартире.

Психологи центра помогают семьям выстраивать детско-родительские отношения и решать межличностные проблемы. Сначала специалисты общаются с родителями, после — с детьми, так мы можем посмотреть на отношения комплексно, с разных сторон. Если мы замечаем в поведении ребенка что-то, на что следует обратить внимание, в тот же день мы стараемся обсудить это с родителем. Со взрослыми тоже обсуждаем режимные моменты, модели поведения, варианты поощрений и наказаний.

Яна

мать двоих детей

О ситуации

Несколько лет назад я влюбилась и начала жить с мужчиной на съемной квартире, позже у нас появился ребенок. От прошлых отношений у меня была старшая дочь — ее отец про существование ребенка не знал. Когда дочь появилась, тот был еще совсем молод и к семье готов не был, поэтому говорить ему о беременности я не стала. А после рождения младшего сына выяснилось, что его отец со мной из расчета на материнский капитал — скрывать это он даже не пытался. Целый год мы жили в аду: на глазах у запуганных детей их отец меня травил и унижал. Бывало, что с ножом в руках. Он говорил: «Я содержу тебя и твою дочь, поэтому буду делать что хочу». Однажды он просто ушел и бросил нас на съемной квартире вместе с его долгами.


В тот момент, когда я начала делать в доме ремонт и стала обрывать гипсокартон, стены искривились, и фундамент поехал


К тому времени я взяла на материнский капитал дом в Челябинской области, но он оказался непригодным для жилья. В тот момент, когда я начала делать в доме ремонт и стала обрывать гипсокартон, стены искривились, и фундамент поехал. Тогда младшему ребенку не было еще и года, поэтому работать я не могла. На улице оставаться было нельзя, поэтому единственным вариантом оставался переезд к родителям — алкоголикам, которые работали и жили в вагончике на автостоянке в районе Вторчермета.

Холодную воду из колонки приходилось греть на печке, дрова привозил хозяин стоянки. Нас охраняли две собаки, которые постоянно лаяли — из-за них к нам не мог никто попасть, сложности возникали даже с врачами. Зимой дети простыли, и мы на месяц слегли с температурой. В вагончике мы жили почти год, пока я не узнала об «Аистенке» из интернета. Тогда я позвонила в организацию и объяснила, что оказалась на улице с двумя детьми, без документов и работы, мне сразу же назначили встречу.

Об «Аистенке»

Сейчас мы с детьми живем в кризисной квартире — безопасном и тайном убежище для матерей с детьми. Месяц назад нам выделили здесь комнату и снабдили одеждой и продуктами, которые самостоятельно я купить не могу. Эмоционально я не очень уравновешенный человек, поэтому иногда у меня бывают всплески, во время которых я готова от всего отказаться. Но психологи каждый день помогают мне справляться с трудностями и наладить свою жизнь, поэтому постепенно я начинаю обретать уверенность в завтрашнем дне. В «Аистенке» людям в сложных ситуациях стараются дать стимул жить и продолжать двигаться дальше.


Два месяца назад у меня из рук вырвали сумку со всеми документами — в ней были паспорт, полисы, СНИЛС, последние деньги и карточки, поэтому первым делом мне нужно будет все восстановить


Утром я отвожу детей в группу дневного пребывания. В первый же день дети спокойно и с интересом остались до обеда. Когда я вернулась обратно, они вели себя идеально. Младший сидел на руках у воспитателя и не хотел слезать. В группе хорошая атмосфера: дети учатся помогать взрослым и начинают понимать, что иногда мама должна заниматься делами. Когда дети болели и не могли ходить в группу, психолог сама приходила к нам в квартиру и несколько часов сидел с детьми, пока я ездила заниматься делами.

Жить в кризисной квартире и водить детей в группу дневного пребывания я собираюсь до середины июня. Два месяца назад у меня из рук вырвали сумку со всеми документами — в ней были паспорт, полисы, СНИЛС, последние деньги и карточки, поэтому первым делом мне нужно будет все восстановить. К июню мне нужно будет найти работу и начать снимать квартиру. Параллельно я собираюсь искать замену купленному на материнский капитал жилью, но для этого необходимо сначала получить разрешение от органов социальной защиты Челябинской области. За такую смешную сумму — 300 тысяч рублей — найти что-то нормальное будет непросто.

О работе

Пока дети находятся в группе дневного пребывания, я пытаюсь устроиться на постоянную работу. У меня есть опыт работы уборщицей в клининговой компании — я убирала продуктовый гипермаркет, но вернуться обратно я не могу из-за астмы. Когда я работаю с бытовой химией, у меня возникают сильные приступы кашля. Кашель возвращается периодически, видимо, когда я много нервничаю. Остановить его самостоятельно у меня не получается, потому что препараты стоят от 2,5 до 5 тысяч рублей, и денег на них у меня нет. В ближайшее время я хочу пройти обследование — если диагноз подтвердят, я смогу ежемесячно получать рецепты на бесплатное лекарство. Кроме этого, я работала реализатором газет, но оттуда тоже пришлось уйти из-за кашля. Возможно, что я смогу работать уборщицей в гимназии — там бытовую химию практически не используют.

Матрена Щапова

воспитатель «Аистенка»

Родители приводят к нам своих деток к девяти утра. Мы проводим разминку и устраиваем развивающее занятие — делаем упражнения на мелкую моторику, играем в пальчиковые игры, рисуем, лепим или читаем. Дальше по расписанию — двигательная активность. Когда на улице тепло, после перекуса есть возможность погулять на улице. После обеда воспитатель сменяется — детки играют и ждут, когда их заберут родители. В том, что все дети в группе разного возраста, я вижу только плюсы: младшие смотрят на старших, начинают перехватывать у них навыки и развиваться быстрее. Детки постарше всегда рады ответственности. Им очень нравится, что я называю их помощниками и даю поручения.

Помочь группе дневного пребывания можно на сайте «Аистенка», или посетив фестиваль «Благомаркет».

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Я работаю с детьми, от которых отказались
Я работаю с детьми, от которых отказались Социальные няни — о работе с младенцами, от которых отказались родители
Я работаю с детьми, от которых отказались

Я работаю с детьми, от которых отказались
Социальные няни — о работе с младенцами, от которых отказались родители

Дети жертв Большого террора
Дети жертв Большого террора Что чувствуют и помнят те, кто добивается установки табличек в память о жертвах сталинских казней
Дети жертв Большого террора

Дети жертв Большого террора
Что чувствуют и помнят те, кто добивается установки табличек в память о жертвах сталинских казней

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие
Кто живет в тайном убежище для переживших насилие Девушки, сбежавшие от насилия в семье, рассказывают о жизни в кризисной квартире
Кто живет в тайном убежище для переживших насилие

Кто живет в тайном убежище для переживших насилие
Девушки, сбежавшие от насилия в семье, рассказывают о жизни в кризисной квартире

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии
История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии Балетмейстер, бежавший от режима Саакашвили, рассказывает о жизни политического беженца в Екатеринбурге
История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии

История балетмейстера, бежавшего от колонии в Грузии
Балетмейстер, бежавший от режима Саакашвили, рассказывает о жизни политического беженца в Екатеринбурге

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»

«Идея была моя, но сделал это не я»

Первая полоса

The Village становится платным
The Village становится платным Как продолжить читать нас
The Village становится платным

The Village становится платным
Как продолжить читать нас

Слово редакции
Слово редакции Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****
Слово редакции

Слово редакции
Ридерки и ридеры проекта — об идее опен-колла, выборе текстов и роли литературы в мире, где идет *****

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове» Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России
«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»

«У тебя нет паспорта, нет денег, и ты в Гольянове»
Михаил Бородин — о фильме «Продукты 24» и рабстве в России

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Мошенники рассылают письма от имени The Village Рассказываем, что об этом известно
Мошенники рассылают письма от имени The Village

Мошенники рассылают письма от имени The Village
Рассказываем, что об этом известно

«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию
«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию
«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию

«Он разрушает мне жизнь»: Участница Pussy Riot Ольга Борисова — о сталкере, из-за которого ее не пустили в Грузию

«С точки зрения искусства это убийство»
«С точки зрения искусства это убийство» Реакция режиссеров, актеров и критиков на закрытие «Гоголь-центра»
«С точки зрения искусства это убийство»

«С точки зрения искусства это убийство»
Реакция режиссеров, актеров и критиков на закрытие «Гоголь-центра»

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

Не мать Тереза — чем известна новый программный директор V-A-C Алиса Прудникова

«Идея была моя, но сделал это не я»
«Идея была моя, но сделал это не я» Как интернет реагирует на комиков, пошутивших про изнасилование
«Идея была моя, но сделал это не я»

«Идея была моя, но сделал это не я»
Как интернет реагирует на комиков, пошутивших про изнасилование

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды За моду взялись «настоящие патриоты»
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
За моду взялись «настоящие патриоты»

Десять лет колонии за пять предложений в соцсети
Десять лет колонии за пять предложений в соцсети Как на адвоката Дмитрия Талантова завели уголовку за дискредитацию российской армии
Десять лет колонии за пять предложений в соцсети

Десять лет колонии за пять предложений в соцсети
Как на адвоката Дмитрия Талантова завели уголовку за дискредитацию российской армии

За акцию «Сегодня не мой день» на День России двух художников из Москвы задержали дважды
За акцию «Сегодня не мой день» на День России двух художников из Москвы задержали дважды Мы с ними поговорили
За акцию «Сегодня не мой день» на День России двух художников из Москвы задержали дважды

За акцию «Сегодня не мой день» на День России двух художников из Москвы задержали дважды
Мы с ними поговорили

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»
«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности» Реакция твиттера на праздник, который ввел Путин
«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»

«Разведенка без семьи и с детьми от любовниц решил установить День семьи, любви и верности»
Реакция твиттера на праздник, который ввел Путин

Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России
Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России Леонид Стерник — о том, какое вино мы будем пить теперь и стоит ли делать запасы
Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России

Без Шампани и новозеландского совиньона: Что происходит с вином в России
Леонид Стерник — о том, какое вино мы будем пить теперь и стоит ли делать запасы

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость» Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

Авторка романа «Южный Ветер» Даша Благова — о радио в психбольнице, жизни на Кавказе и депрессии

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?
ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

ООН говорит, что ***** в Украине может привести к голоду. О чем речь? Россию это тоже затронет?

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время ***** Исследование социологини Кати Дегтяревой
Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****

Новые брачные: зачем молодые люди женятся во время *****
Исследование социологини Кати Дегтяревой

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут» Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе
«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»

«Если человек готов отстаивать убеждения, в армию его не призовут»
Юрист Арсений Левинсон — об альтернативной службе

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум» И готовы ли платить дальше
«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»

«Я оплатил то, что никто не видит»: Пользователи телеграма — о том, зачем купили «Премиум»
И готовы ли платить дальше

Подпишитесь на рассылку