«Я решил стать бейсджампером, когда мой сын разбился в горах» Отец Ратмира Нагимьянова — о продолжении дела сына, первых прыжках и новом взгляде на мир

«Я решил стать бейсджампером, когда мой сын разбился в горах»

Рим Нагимьянов — отец знаменитого бейсджампера Ратмира Нагимьянова из Екатеринбурга, который два года назад в возрасте 32 лет разбился во французских Альпах. Ратмир прыгнул в костюме-крыле (вингсьюте) с 3 800-метровой вершины Эгюий-дю-Миди, но парашют не раскрылся — на скорости 200 километров в час бейсджампер врезался в стену трехэтажного дома на улице Эльбонне. Впервые с парашютом Ратмир прыгнул в 19 лет, с тех пор он совершил сотни скайдайв-прыжков с самолета и бейс-прыжков. Во всем мире его знали по прыжкам в Китае, Норвегии, Швейцарии, Франции, Крыму. В Екатеринбурге широкую известность Ратмиру принес его прыжок с телебашни у Цирка — таким способом он поздравил свою на тот момент будущую жену с 8 марта.

Увлечение сына родители Ратмира не одобряли — не запрещали, но всячески пытались заставить его передумать заниматься столь опасным видом спорта. После смерти сына Рим захотел понять, что заставляло сына из раза в раз рисковать жизнью — ради этого он решил сам стать бейсджампером и сразу же начал подготовку. The Village пообщался с Римом и узнал, как проходило его обучение, какие эмоции он испытывал во время первых прыжков и почему он собирается во что бы то ни стало продолжать дело сына.

О смерти сына и пути к бейсджампингу

Мой сын Ратмир с детства интересовался экстремальными видами спорта — он старался выходить из зоны комфорта и получать сильные эмоции, ему нравилось, когда что-то происходило на грани возможного. Он занимался скалолазанием и рафтингом, но вскоре этого оказалось мало. В 2005 году он впервые прыгнул с парашютом на аэродроме в Логиново — это увлекло его настолько, что с тех пор мог говорить только о прыжках и парашютах. Через полтора года Ратмиру стало этого не хватать. В то время в России только начал свое развитие бейсджампинг — экстремальный вид спорта, в котором используется специальный парашют для прыжков с фиксированных объектов. Люди стали прыгать со зданий, вышек, мостов, скал. В отличие от прыжков с самолета, в бейсджампинге нет запасного парашюта, поэтому сделать все правильно нужно с первого раза, второго шанса уже не будет.

Мы с женой Олей новым увлечением Ратмира не воодушевились — не поддерживали его и категорически отказывались ему с ним помогать. В то время статистика бейсджампинга по миру была такой, что каждый двухтысячный прыжок заканчивался смертью. В России бейсджампинг был развит слабо, теоретической базы практически не было — все тонкости и премудрости этого вида деятельности Ратмиру пришлось осваивать самостоятельно. Мы никогда ничего не запрещали Ратмиру, но предупреждали его об опасности и пытались направить его внимание на что-то другое. Ратмир никогда не рассказывал нам о своих достижениях и не хвастался — оберегал от волнений. Когда он выкладывал видеозаписи своих прыжков в социальные сети, я старался их не смотреть. Когда мы собирались всей семьей, то разговаривали о житейских планах — куда развиваться, где работать, где жить, но темы прыжков старались не касаться.


После смерти сына меня стал волновать вопрос: что это за такое занятие, ради которого стоит не просто рискнуть, но и отдать жизнь?


Буквально через год после того, как Ратмир начал заниматься бейсджампингом, он чуть не разбился и чудом остался жив. Он прыгал в Крыму со скалы с положительным уклоном и сильно ударился: получил несколько переломов, месяц лежал в местной больнице, в Екатеринбурге перенес еще несколько операций. Мы думали, что после этого Ратмир оставит бейсджампинг, но он не мог жить без прыжков и уже через год после несчастного случая опять занялся бейсджампингом. И не просто занялся, а еще более качественно освоил его и смог открыть собственную школу подготовки бейсджамперов, за время существования которой через нее прошло около ста человек. 3 октября 2016 года Ратмир разбился во французских Альпах с вершины Эгюий-дю-Миди — у него не раскрылся парашют, и он врезался в трехэтажное здание на скорости около 200 километров в час. С 2014 по 2017 годы погибли почти все ведущие бейсджамперы мира, которые продвигали и улучшали такие полеты в больших горах.

Видео: страница Ратмира Нагимьянова «ВКонтакте»

После смерти сына меня стал волновать вопрос: что это за такое занятие, ради которого стоит не просто рискнуть, но и отдать жизнь? Когда человек прыгает, он осознает всю опасность, но всегда думает: «Этого никогда не случится со мной, с моими родственниками и близкими людьми». Так думал и Ратмир, хотя несколько его друзей погибли в прыжках у него на глазах. Но одно дело — знать об опасности и возможных последствиях, а другое — испытать это чувство самому. Сначала я не собирался заниматься бейсджампингом, а думал совершить несколько прыжков с парашютом — просто для того, чтобы понять, что движет этими людьми. Но размышляя, я понял, что это не будет тем, ради чего жил Ратмир. Окончательное решение стать бейсджампером пришло ко мне примерно через три месяца после случившегося. Первые прыжки я совершил уже в мае 2017 года.

О подготовке, первых прыжках и страхе

Чтобы начать заниматься бейсджампингом, нужно пройти подготовительный период. Есть городской бейсджампинг — со зданий, вышек, мостов, для этого вида прыжков не нужна специальная одежда. Это то, чем занимается большинство. Есть бейсджампинг во вингсьюте — специальном костюме-крыле, конструкция которого позволяет потоком воздуха наполнять крылья между ногами, руками и телом пилота. В основном в нем прыгают с большой высоты — например, со скал, — чтобы увеличить время полета. Сложность заключается в управлении вингсьютом: ты не просто падаешь вниз всем своим весом, а должен правильно управлять костюмом — тело должно находиться в определенном положении. Кроме того, при открытии парашюта во время прыжков во вингсьюте руки не свободны.

Я проходил подготовку AFF (Accelerated Freefall) в Краснодаре — это прогрессивный курс обучения свободному падению и прыжкам с парашютом с высоты 4 000 метров. Он состоит из восьми уровней — к прыжку каждого следующего уровня студент допускается, удовлетворительно выполнив предыдущий. Когда ты студент, открыть парашют нужно на высоте 1 500 — 1 600 метров. Свободное падение занимает около минуты — за это время ты успеваешь пролететь вниз 2,5 километров. На каждом уровне даются определенные задания — повернуться, пролететь вперед, сделать сальто. Курс я проходил у друзей Ратмира, которых он когда-то обучал прыжкам. Я общался с теми же ребятами, с которыми он прыгал — все они отнеслись с пониманием и не были удивлены моему решению, потому что парашютисты — люди с расширенными границами восприятия.


Первые десять секунд полета меня крутило в разные стороны и бросало вверх ногами. Я не видел, где небо, а где земля — все вокруг меня крутилось, а я просто летел вниз


Первый прыжок я совершал в тандеме с двумя инструкторами, которые меня держали — честно говоря, тогда я ничего не понял, просто прыгнул. Сначала ты действительно не понимаешь, что делаешь — есть задание сделать руками так, ногами так, тело держать в таком положении и смотреть на инструктора. Ты зажат и боишься сделать что-то неправильно. О том, что ты летишь на высоте четырех километров, просто некогда думать. Второй прыжок я совершил уже со своим парашютом, а два инструктора летели рядом и держали меня. Позже я сделал несколько прыжков с одним инструктором, но он тоже меня поддерживал. Настоящие эмоции я испытал на шестом прыжке — первом самостоятельном, без поддержки. Одно дело, когда во время прыжка тебя сразу укладывают в правильную позицию, держат тебе руки, и ты стабильно падаешь. Совсем другое — когда ты прыгаешь сам. Первые десять секунд полета меня крутило в разные стороны и бросало вверх ногами. Я не видел, где небо, а где земля — все вокруг меня крутилось, а я просто летел вниз. На десятой секунде полета я вспомнил инструкцию — что нужно просто расслабиться и правильно выгнуться, и перевернулся с головы на живот.

Страх во время прыжков с парашютом в какой-то степени всегда присутствует, особенно когда не совсем контролируешь полет или осваиваешь что-то новое. Когда меня начинало крутить в небе, я понимал, что случиться может что угодно, а подготовка у меня только начальная. Было чувство, что я не совсем готов к этим прыжкам, но мне всегда помогали друзья Ратмира и жена Оля, которая меня поддерживает и почти всегда ездит со мной на аэродромы. Сомнений в том, что я выбрал правильный путь, у меня нет. Если я принял решение и пошел по этому пути, то отступать или отходить в сторону я не имею права перед самим собой — такое отношение у меня ко всему в жизни. После того, как я начал заниматься прыжками, я изменил отношение к многим вещам — погрузился в пранаяму (техника дыхания, позволяющая управлять жизненной энергией, согласно учению йоги, — прим. ред.), стал понимать мировоззрение йогов и спокойнее относиться ко всему, что случается в жизни.

О планах, оборудовании и финансах

Сейчас я прошел только начальный уровень — совершил шестьдесят прыжков в разных местах, — в Логиново, в Краснодаре, в Мензелинске, рядом с Миассом. Я прыгаю в обыкновенном костюме, но в скором времени собираюсь начать прыжки в трексьюте — полом костюме, который во время прыжка наполняется воздухом, благодаря чему увеличивает свою площадь. За счет этого можно дольше лететь по горизонтали. В трексьюте я планирую совершить пятьдесят прыжков, уже к концу этого сезона я начну обучаться прыжкам в вингсьюте.


Когда я пересматриваю ролики, я вижу все погрешности, могу исправлять их и двигаться дальше


Самое сложное для меня сейчас — это финансы. Чтобы готовиться к бейсджампингу, необходимо ездить на аэродромы, оплачивать прыжки, проезд, проживание и питание. Для прыжков необходимо оборудование: комбинезон, высотник, который определяет уровень высоты во время полета, специальные очки, шлем, ранец со страхующим прибором, основной и запасной парашюту — все это стоит около 400 тысяч рублей. Купол основного парашюта я оставил себе от Ратмира, остальное все покупал сам. Стропы нужно менять каждые триста прыжков. Прыжки — тоже дорогое удовольствие, в зависимости от аэродрома каждый из них с высоты 4 000 метров стоит от 1 000 до 1 200 рублей. Обучение стоит около 70 000 рублей. Но повсюду мне помогают друзья Ратмира. Магазин портативной техники eXcam выделил мне экшн-камеру с аксессуарами, чтобы я мог снимать свои прыжки, анализировать их и выкладывать в социальные сети самое интересное. Когда я пересматривают ролики, я вижу все погрешности, могу исправлять их и двигаться дальше. Этот же магазин решил меня поддержать и оплатил часть моих прыжков с парашютом. Также я сотрудничаю с еще одним спонсором — компанией Freefly Technology, которая занимается изготовлением и продвижением аэротруб. Она помогает мне с освоением техники свободного падения, выделяет мне время полетов в аэротрубе и оплачивает часть моих прыжков с парашютом.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки»
«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки» The Village рассказывает о неудачном походе к офтальмологу, который может случиться с каждым
«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки»

«Как я потеряла глаз из-за врачебной ошибки»
The Village рассказывает о неудачном походе к офтальмологу, который может случиться с каждым

«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»
«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале» Призывник из Екатеринбурга — о лечении пневмонии аспирином и играх с ножом
«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»

«Я не сдал сессию и попал в воинскую часть на Урале»
Призывник из Екатеринбурга — о лечении пневмонии аспирином и играх с ножом

«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»
«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили» Екатерина Петрова — о «Трансперенси Интернешнл», работе с Навальным и борьбе с коррупцией
«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»

«Я помешала чиновникам Екатеринбурга покупать дорогие автомобили»
Екатерина Петрова — о «Трансперенси Интернешнл», работе с Навальным и борьбе с коррупцией

«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии»
«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии» Бывший заключенный-подросток — о пытках, тюремных порядках и адаптации после освобождения
«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии»

«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии»
Бывший заключенный-подросток — о пытках, тюремных порядках и адаптации после освобождения

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Как провести первую неделю зимы в Москве

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Первая полоса

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Как провести первую неделю зимы в Москве
Как провести первую неделю зимы в Москве День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room
Как провести первую неделю зимы в Москве

Как провести первую неделю зимы в Москве
День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино Чем заняться на выходных
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
Чем заняться на выходных

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы Гимн, награды и наказания для сотрудников
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
Гимн, награды и наказания для сотрудников

«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»
«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»
«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»

«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»

Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран
Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран Сколько стоят билеты и хорошо ли там жить
Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран

Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран
Сколько стоят билеты и хорошо ли там жить

Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Спецпроект
Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Спецпроект

Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить

Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов
Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов
Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов

Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов

Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна
Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна И где сейчас находится рэпер
Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна

Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна
И где сейчас находится рэпер

Сколько россияне тратят на котов и собак
Сколько россияне тратят на котов и собак Что попадает в рацион питомцев и как часто они бывают у ветеринара
Сколько россияне тратят на котов и собак

Сколько россияне тратят на котов и собак
Что попадает в рацион питомцев и как часто они бывают у ветеринара

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Спецпроект
От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет» Как создавать значимые городские события
От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Спецпроект

От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Как создавать значимые городские события

Запах метро, сырого теста 
и Санкт-Петербурга
Спецпроект
Запах метро, сырого теста и Санкт-Петербурга Как ароматы вызывают воспоминания
Запах метро, сырого теста 
и Санкт-Петербурга
Спецпроект

Запах метро, сырого теста и Санкт-Петербурга
Как ароматы вызывают воспоминания

«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции
«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции
«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции

«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции

Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3
Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3 Тестируем телефон с гибким экраном за 170 тысяч рублей
Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3

Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3
Тестируем телефон с гибким экраном за 170 тысяч рублей

«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор
«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор
«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор

«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор

Подпишитесь на рассылку