3 декабря, пятница
Екатеринбург
Екатеринбург
Войти

Я сидела в американской тюрьме Два месяца в колонии

Я сидела в американской тюрьме

Жительница Нижнего Новгорода анонимно рассказала The Village о криминальном опыте и жизни в американской тюрьме на протяжении двух месяцев.

Текст

Мария Гончарова

Иллюстрации

Надя Рыбина

Безобидное развлечение

Идею поехать в Америку по программе Work and Travel я долго вынашивала в голове. Свою роль сыграли рассказы друзей о том, как же все круто. В итоге я в компании еще четырех товарищей в конце четвертого курса полетела в США. До этой поездки я мало где была, плохо разговаривала на английском, и вообще очень странно, что я в итоге решилась на подобную авантюру. К слову сказать, я вообще была довольно неуверенным в себе и ведомым человеком, что, в общем-то, и поспособствовало дальнейшим событиям. В какой именно штат ехать, я не выбирала, где работать — тоже, поехала за компанию. В итоге обосновались мы в маленьком скучном городке Вирджиния-Бич, штат Вирджиния. Быстро сняли апартаменты, скинулись на старенькую тачку, чтобы ездить на работу и просто так кататься. Месяца за два до поездки я получила права, которые c собой не взяла, так как ездить особо не умела и не собиралась. Но в первую же ночь мы разругались с нашим предполагаемым водителем — и все лето, без прав, за рулем ездила я, что тоже мало говорит о моей сознательности на тот период времени. Вообще наша жизнь в Америке напоминала сериал: каждый день, как в новой серии, происходило что-то новое, то мы ссорились и выясняли отношения, то устраивали веселые вечеринки, ездили на океан, знакомились с новыми людьми. Работали мы на скучной, тяжелой работе, плюс она была нестабильной, пришлось устроиться еще на одну работу — кассирами в маркет. Жизнь в городке была довольно однообразной, на путешествия мы достаточно не зарабатывали, из местных развлечений — поездки на океан и домашние вечеринки. А еще практически у всех русских в Америке было безобидное развлечение: стащить что-то из магазина. Чем больше, тем лучше. Не помню, что я украла в первый раз. Помню почему — научила подружка. Посмотрев, как с легкостью у нее это получилось, и выслушав историю о том, что в Америке типа переизбыток товаров, от них не убудет, они даже не заметят и что-то в таком духе, я тоже решилась. Это, конечно, острые ощущения: когда ты проходишь мимо кассы, ворот с датчиками и свободно выходишь из магазина, чувствуешь себя просто героем блокбастера.


В считанные минуты приехали полицейские, и все стало происходить, как в фильме и как будто не со мной


Попались

И началось… Покупали мы только еду, а духи, одежду, обувь воровали. Это было похоже на какую-то зависимость. Часто воровали просто ненужные вещи, а вечером хвастались новыми трофеями. Так прошло несколько месяцев, нам нужно было возвращаться домой. На завтра у нас были билеты на самолет, вещи были собраны, дома ждали. Парни из нашей компании работали до самого последнего дня, а у нас с подружкой был выходной, и она предложила сходить напоследок в молл. Мне не хотелось, но я, как всегда, пошла на поводу. Ну, и за компанию решила украсть какую-то кофточку в подарок маме. Мы все сделали как обычно: оторвали магнит в примерочной, вышли из магазина и задержались у витрин с щенками. Тут к нам подошел охранник и предложил вернуться в магазин, так как на камерах было видно, что мы что-то взяли в магазине. Мы вернулись, нас проводили в подсобку и попросили показать сумки. После чего заявили, что им нужно вызвать полицию. Конечно, мы начали умолять этого не делать, реветь и предлагать деньги. Говорили, что завтра мы улетаем, что у нас самолет домой. Ничего не помогло. В считанные минуты приехали полицейские, и все стало происходить, как в фильме и как будто не со мной. В ужасе я спросила у подруги, что с нами будет, она почему-то сказала, что нас упекут на десять лет. В наручниках нас посадили в разные машины и повезли в участок. По дороге я пытала полицейского, который меня сопровождал: что с нами будет? Куда нас везут? Он сказал, что нас везут в тюрьму, так как мы совершили преступление, нас будут судить и назначат наказание. Сколько точно, он сказать не может, но, скорее всего, несколько месяцев, в самом худшем случае — лет. В тюрьме у нас забрали все личные вещи, одежду, переодели в оранжевые комбинезоны и проводили в камеру.

В тюрьме

Камеры напоминали больницу, только в палатах было по два человека и на ночь они закрывались на ключ, а вместо дверей были решетки. Женский блок, куда нас привели, состоял из двух длинных коридоров с 10–15 камерами в каждом, душевым блоком, телефоном-автоматом и маленьким закрашенным белой краской окном с решетками. В целом все чисто и не так плохо, как кажется. В первую ночь я не понимала, что вообще происходит, мой мозг отказывался воспринимать происходящее; как только я добралась до кровати, сил плакать у меня не было, я просто отключилась. Самое ужасное время в тюрьме — это утро, ночью тебе снится твоя обычная жизнь, дом, а утром ты возвращаешься в реальность, в маленькую камеру за тысячу километров от дома и полную неопределенность. На следующий день нас отвели к русской девушке, которая там находилась. Она оказала нам на тот момент огромную поддержку. Настя была в тюрьме уже полгода. Оказалась она там из-за какой-то мутной истории, связанной с наркотиками и бывшим парнем. Она нам сразу сказала, что здесь нам ничего не угрожает и что тюрьма в Америке — это, в общем-то, обычное дело. Что, наверное, было отчасти правдой, учитывая, что моя соседка по камере, милейшая женщина, сидела за просроченную автомобильную страховку, а соседка моей подруги — за то, что взяла поиграть к себе домой соседского щенка, которого надолго оставили одного на участке. Самые серьезные истории были связаны с наркотиками. Тяжелых преступников там не было, как нам объяснили, для них была другая тюрьма. В целом атмосфера напоминала нашу больницу, только кормили лучше. Американки относились к нам очень тепло. Несколько раз кто-то подкладывал мне печенье на подушку. А когда я стала рисовать открытки для их родственников, шоколадки потекли ко мне рекой. Спустя какое-то время к нам пришел наш американский друг на встречу. Мы общались с ним через стекло по телефону. Он рассказал, что наши друзья уехали. Нас долго искали в тот день, но потом нашли по машине. Нашим родственникам все сообщили. Этого-то я больше всего и боялась. Я уже смирилась с мыслью, что меня отчислят из универа, парень меня бросит, а все мои знакомые узнают про тюрьму и будут тыкать в меня пальцем, на все это было наплевать; больше всего меня мучило то, что этой ситуацией я причиняю боль своим родителям. Из-за этого я ревела каждый день. Один раз каким-то чудом с телефона, висевшего у нас в коридоре, удалось позвонить маме, но разговор состоял, в общем-то, из одних рыданий. Да еще мы получали письма, мой парень написал, что ему теперь стыдно перед знакомыми за меня и он не уверен в наших будущих отношениях. Мне было плевать.


Вскоре к этому присоединились новости про то, что наши визы закончились и, даже если нас выпустят отсюда через пару месяцев, мы попадем в иммиграционную тюрьму


Неизвестность

Каждый день у нас была вечерняя молитва. Мы садились в круг на полу, и кто-то рассказывал свою историю, свои переживания и просил за него помолиться. Это было очень трогательно, нам всем реально становилось легче. А еще у нас, как в фильмах, были прогулки с баскетболом, и первый раз я с радостью пошла туда, но, дойдя до площадки, увидела небольшое асфальтированное пространство с высоченными стенами и небом, с улицы раздавались запахи и звуки обычной жизни. Мы с подругой проплакали всю прогулку и больше в этом развлечении решили не участвовать. Один раз к нам в камеру ночью подселили женщину, так как на тот момент свободных кроватей не было, она пару дней спала на матрасе, на полу. Женщина была героиновой наркоманкой, я наблюдала за ее ломками и отходняками. Такого не пожелаешь и врагу. Спустя какое-то время она пришла в себя, а у меня появилось стойкое отвращение к каким-либо наркотикам.

Больше всего там пугала неизвестность. Вскоре к этому присоединились новости про то, что наши визы закончились и, даже если нас выпустят отсюда через пару месяцев, мы попадем в иммиграционную тюрьму, там еще один суд и депортация, которую ждать можно полгода. Это был удар. Будущее виделось еще страшнее и туманнее. К тому же скоро начались подтверждения: девочек, которых освобождали, забирала иммиграционная полиция. Моей подруге повезло, ее родственники подсуетились, наняли платного адвоката, и она успела освободиться до окончания визы. Прошло полтора месяца, мне наконец назначили адвоката и день суда. К слову, адвокат мне достался опытный и платный, так как в Америке есть такая практика у частных адвокатов — время от времени вести бесплатные дела. Все прошло очень быстро. Судья решила освободить меня в этот же день, я вернулась в камеру попрощаться, а мне и уходить-то уже не хотелось.

Свобода

Я была рада, что окажусь на свободе, но меня, очевидно, ждала еще одна незнакомая тюрьма и позорная депортация. После долгих прощаний и подарков меня переодели в мою одежду, вернули вещи и указали на дверь. В смутном сознании я шагнула на улицу, увидела залитый солнцем двор и стала искать глазами иммиграционную полицию. Увидела, как мне навстречу идут двое полицейских, и пошла к ним, но они почему-то прошли мимо. Тогда я пошла дальше, дошла до остановки и попросила прохожего одолжить мне телефон. Позвонила своему американскому другу, объяснила, где я, он тут же приехал за мной. По дороге до дома я все ждала, что вот сейчас меня хватятся и будут искать. Но никто так и не хватился. До сих пор не знаю, почему так произошло и почему меня выпустили без визы. В общей сложности я провела в тюрьме два месяца.


До Америки я пребывала в сладком розовом сне о том, что со мной никогда ничего не случится, а если случится, то мама с папой меня сразу спасут


Первые дни на свободе были неописуемы. Сейчас сложно подобрать слова, просто кайф, оттого что ты можешь подолгу принимать ванну; что ты идешь по улице — и светит солнце; что ты в красивой одежде; что ты можешь есть что хочешь, слушать музыку, встречаться с людьми. Я первым делом позвонила маме, сказала, что все закончилось. Через неделю я уже была дома. Удалось восстановиться в институте. Пальцами в меня никто не тыкал, да наверняка сплетничали, но меня это мало волновало. Безусловно, вернулась из Америки я другим человеком. Мне хочется посоветовать каждому, кто попал в тяжелую, дикую, на первый взгляд, ситуацию, подумать, для чего она была в его жизни. Если не справляетесь сами, то психолог вам в помощь. Мне он помог справиться с огромным чувством вины и нахлынувшими на меня страхами за будущее. До Америки я пребывала в сладком розовом сне о том, что со мной никогда ничего не случится, а если случится, то мама с папой меня сразу спасут. Не ценила свое время, своих родителей и друзей, свои возможности. По сути, я и до тюрьмы жила в какой-то коробке, которая напоминала большой торгово-развлекательный центр, с соответствующими ценностями и развлечениями.


Обложка: Lions Gate Television

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Я живу в двухэтажной сталинке на улице Гоголя
Я живу в двухэтажной сталинке на улице Гоголя Как живется в квартире с характером Лили Брик
Я живу в двухэтажной сталинке на улице Гоголя

Я живу в двухэтажной сталинке на улице Гоголя
Как живется в квартире с характером Лили Брик

«Я живу возле борделя на „Академической“»
«Я живу возле борделя на „Академической“» Как YouTube помогает бороться с посетителями притона в жилом доме и почему их не трогают полицейские
«Я живу возле борделя на „Академической“»

«Я живу возле борделя на „Академической“»
Как YouTube помогает бороться с посетителями притона в жилом доме и почему их не трогают полицейские

Знаете ли вы караоке-хиты?
СПЕЦПРОЕКТ
Знаете ли вы караоке-хиты? Аллегрова или Пугачева? Лепс или Михайлов?
Знаете ли вы караоке-хиты?
СПЕЦПРОЕКТ

Знаете ли вы караоке-хиты?
Аллегрова или Пугачева? Лепс или Михайлов?

Тихая революция: Как «Яндекс» захватил «Аврору»
Тихая революция: Как «Яндекс» захватил «Аврору» Индустриальный стиль, смешные детали, киношные переговорки и большая терраса с красивым видом
Тихая революция: Как «Яндекс» захватил «Аврору»

Тихая революция: Как «Яндекс» захватил «Аврору»
Индустриальный стиль, смешные детали, киношные переговорки и большая терраса с красивым видом

Тэги

Прочее

Новое и лучшее

20 фильмов зимы

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

«Работа в госучреждениях — это активизм»

Страшно красиво: Гид по капромантизму в Екатеринбурге

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Первая полоса

20 фильмов зимы

20 фильмов зимыОт возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

20 фильмов зимы

20 фильмов зимы От возвращения «Матрицы» до комедии об эвтаназии Франсуа Озона

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года? Первые мысли после прослушивания пластинки
Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?

Неймдроппинг, протест и самокопание: Почему «Красота и уродство» Оксимирона — самый удобный альбом года?
Первые мысли после прослушивания пластинки

«Работа в госучреждениях — это активизм»
«Работа в госучреждениях — это активизм» Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии
«Работа в госучреждениях — это активизм»

«Работа в госучреждениях — это активизм»
Даша Серенко — о новой книге «Девочки и институции», травле, фемписьме и госнасилии

Страшно красиво: Гид по капромантизму в Екатеринбурге

Страшно красиво: Гид по капромантизму в ЕкатеринбургеЛокальный постмодернизм с бетонными саркофагами

Страшно красиво: Гид по капромантизму в Екатеринбурге

Страшно красиво: Гид по капромантизму в Екатеринбурге Локальный постмодернизм с бетонными саркофагами

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

14 концертов зимы в Екатеринбурге

14 концертов зимы в Екатеринбурге«Обе Две» и новогодняя ночь с «Курарой»

14 концертов зимы в Екатеринбурге

14 концертов зимы в Екатеринбурге «Обе Две» и новогодняя ночь с «Курарой»

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»

Автомобильный дзен
Промо
Автомобильный дзен Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей
Автомобильный дзен
Промо

Автомобильный дзен
Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Мультилуг и тематические кластеры: Как будет выглядеть Парк Маяковского после реконструкции
Мультилуг и тематические кластеры: Как будет выглядеть Парк Маяковского после реконструкции
Мультилуг и тематические кластеры: Как будет выглядеть Парк Маяковского после реконструкции

Мультилуг и тематические кластеры: Как будет выглядеть Парк Маяковского после реконструкции

Точки под малый бизнес и лодкошеринг: Что хорошего (может быть) в концепции набережной у Динамо
Точки под малый бизнес и лодкошеринг: Что хорошего (может быть) в концепции набережной у Динамо Спросили архитектурное бюро Strelka CA
Точки под малый бизнес и лодкошеринг: Что хорошего (может быть) в концепции набережной у Динамо

Точки под малый бизнес и лодкошеринг: Что хорошего (может быть) в концепции набережной у Динамо
Спросили архитектурное бюро Strelka CA

От Альп до флакона:
Спецпроект
От Альп до флакона: Какой путь проходит сырье для косметики
От Альп до флакона:
Спецпроект

От Альп до флакона:
Какой путь проходит сырье для косметики

Подпишитесь на рассылку