Банкоматы, стеклянные лифты, рестораны с китайской и японской кухней — эти привычные сейчас вещи в СССР можно было увидеть только в одном месте — Совинцентре на Краснопресненской набережной. В середине 70-х годов он задумывался как многофункциональный комплекс, где предприниматели из-за рубежа могли бы открывать офисы-представительства, проводить деловые встречи и конференции, а также вполне комфортно жить в гостиничных номерах или апартаментах. В здании работало несколько ресторанов, магазин «Березка», сувенирные лавки, спортивный зал, а вокруг обустроили небольшой парк — в общем, выходить за территорию и сталкиваться с советской действительностью иностранным гостям было вовсе не обязательно.

В прошлом году первому бизнес-центру СССР исполнилось 40 лет. За это время он сменил несколько собственников и концепцию: теперь арендовать офис, снять номер в гостинице и зайти в ресторан могут не только иностранцы, но и все желающие. Комплекс переименовали в Центр международной торговли, а к бетонному зданию добавились новые стеклянные башни. Мы побывали в ЦМТ, попросили его сотрудников вспомнить историю этого места и рассказать о своей работе.

Адрес: Краснопресненская наб., 12

Годы строительства: 1975–2009

Архитекторы: Михаил Посохин, Владимир Кубасов, Петр Скокан, бюро Welton Becket

Общая площадь: около 300 тысяч квадратных метров


Бизнес-центр для иностранцев

В 1975 году в революционном и пролетарском районе Москвы Красная Пресня начали строить здание, которое должно было стать своеобразным островком капитализма в СССР. Центр международной торговли и научно-технических связей с зарубежными странами решили возводить на месте складов Трехгорной мануфактуры и части старинной усадьбы Студенец. На территории ЦМТ от той усадьбы сохранился небольшой павильон «Октагон», где сейчас продают цветы и кофе.

Над проектом здания работали архитекторы из США и СССР: с американской стороны — бюро Welton Becket, а с советской — коллектив под руководством Михаила Посохина, главного архитектора Москвы и создателя соседнего «Экспоцентра». Американцы предлагали облицевать внешние стены модным тогда бордовым гранитом, но центр, хоть и предназначался для иностранцев, выглядеть должен был по-советски строго. Так что стены решили покрыть плитами из серого бетона марки М900, который к тому же был очень прочным — его тогда использовали для строительства бомбоубежищ.

Официальное название — Совинцентр — в народе не прижилось, в советское время комплекс на набережной в основном называли Хаммеровским, в честь американского предпринимателя Арманда Хаммера. Именно он выступил одним из инициаторов создания бизнес-центра для иностранных партнеров, а с советской стороны идею поддержали в Торгово-промышленной палате. Хаммер рассказывал о Совинцентре как о своем детище, а во время визитов в СССР лично следил за тем, как возводят здание. Рассказывают, что как-то он вместе с советскими чиновниками неожиданно приехал на стройку и застал там прохлаждающихся рабочих. Чиновники растерялись, но миллионер воспринял ситуацию с юмором и сказал: «Да вы не волнуйтесь, у нас в Америке правящий класс тоже не любит работать».

Если женщина уже сидела за столиком в ресторане с новым иностранным знакомым, выгонять ее милиционерам запрещалось

Совинцентр открылся в 1980 году, и его первыми гостями стали спортсмены и журналисты, приехавшие на московскую Олимпиаду, а через несколько месяцев сюда начали заселяться арендаторы. Здание сразу привлекло внимание горожан: до этого они не видели ни панорамных лифтов, ни атриумов со стеклянной крышей, ни иностранцев. Но попасть в Совинцентр любопытным советским гражданам было непросто. Здание и его жильцов из-за рубежа круглосуточно охраняла милиция, главным образом от фарцовщиков, валютчиков и секс-работниц. Получалось это не всегда успешно: если женщина уже сидела за столиком в ресторане с новым иностранным знакомым, выгонять ее милиционерам запрещалось, иначе скандал мог бы испортить репутацию и центра, и всего Союза. За официально работавшими здесь советскими гражданами приглядывали люди в штатском. Например, сотрудникам не разрешалось брать чаевые, и за этим строго следили.

Западным предпринимателям даже не приходилось покидать здание, так как в нем открыли конгресс-центр, магазин «Березка», несколько баров и ресторанов (были даже необычные для Москвы того времени японская и китайская кухня), ночной клуб, спортзал с бассейном, химчистку, а телефоны центра обслуживала собственная станция.

Чтобы зарубежные арендаторы не скучали в замкнутом мире делового центра, для них добавили немного клюквенного национального колорита. На первом этаже высадили настоящие березы, но деревьям не хватало света, и их пришлось заменить искусственными. В холле атриума поставили огромные часы «Русский сувенир» с движущимися под музыку фигурками персонажей сказок и кукарекающим каждый час петухом — для этого даже записали крик настоящей птицы в одной из рязанских деревень. В Совинцентре был ресторан «Русский» с красно-золотыми богатыми интерьерами, где регулярно выступал цыганский хор из фильма «Бесприданница». Кухня была соответствующей: подавали в ресторане блюда а-ля рюс. Говорят, что как-то американский политик Митт Ромни, останавливавшийся в Хаммеровском центре в 90-е, жаловался, что устал от борщей и пирогов, и просил отвезти его в «Макдоналдс».

От стрелок к пресс-конференциям Путина

В 90-е Совинцентр стал точкой притяжения не только для легального бизнеса, но и для криминала. Здание контролировали кавказские группировки, компаниям, снимавшим офисы, они навязывали охранные услуги (а на самом деле крышу) и требовали платить им дань. Криминальные элементы в открытую собирались у статуи бегущего Меркурия, а потом шли отдыхать в одно из кафе. Арендаторам это не нравилось, они переезжали в другие офисные здания, а центр терял деньги. Избавиться от криминального гнета пытался генеральный директор Совинцентра Борис Грязнов. Он собирался сделать финансы прозрачными и организовал службу безопасности, в которую пришли работать бывшие сотрудники МВД и КГБ. Большую часть помещений Грязнов сдал в аренду предпринимателю чеченского происхождения Руслану Байсарову: предполагалось, что он поможет урегулировать конфликты с кавказскими группировками. Но в 1997 году Борис Грязнов был расстрелян из автомата во дворе своего дома.

Криминальные элементы в открытую собирались у статуи бегущего Меркурия, а потом шли отдыхать в одно из кафе

В 2000-е к бетонному советскому зданию Центра международной торговли решили пристроить две новые башни. Архитекторы рассматривали три варианта фасадов: бетонный в стиле оригинального посохинского проекта, с темным или светлым остеклением. Проекты обсуждали на общественном совете при мэре Москвы, и большинство склонялось к тому, что стоит сохранить облик здания и остановиться на варианте в духе 70-х годов. Но окончательное решение принял Юрий Лужков, сказав, что «через 20 лет общественный совет уже в другом составе решит, что это временная архитектура, точно так же как мы когда-то решили, что гостиница „Интурист“ — это гнилой зуб». По рекомендации мэра новые башни ЦМТ сделали стеклянными — чтобы они вписывались в панораму набережной и сочетались с уже появившимся кварталом «Москва-Сити». Недавно заговорили об очередном обновлении здания: возможно, к нему пристроят еще одну башню высотой в 200 метров.

Сейчас здесь по-прежнему сдают в аренду офисы, проводят деловые мероприятия, работают две гостиницы, а в холлах продают сувениры для иностранцев. В самом большом зале ЦМТ, конгресс-холле, с 2013 года проходит большая пресс-конференция Путина (подарившая нам мемы «кхе-кхе», «эти женщины» и «Тимати — замечательный артист»). Но апартаменты для иностранцев переделали в коммерческие помещения, на смену ресторану «Русский» и валютным барам пришли заведения с верандами и здоровыми блюдами. Для того чтобы в них зайти, пропуск больше не нужен.

Как здесь работается

Ирина Крылова

Директор офисно-квартирного комплекса

Здесь я работаю уже 40 лет — столько же, сколько существует ЦМТ. Я инженер по образованию и попала сюда по распределению после института. Сначала я была инженером, потом стала мастером, была председателем профкома, окончила Академию труда, а потом дошла до позиции директора.

Перед Олимпиадой в ЦМТ набирали людей в отдел эксплуатации здания, и вместе со мной пришло много таких же молодых специалистов. Тогда ничего подобного не было нигде, ну, может, только на заводах, где делали космические аппараты: оборудование стояло американское, насосы работали, трубы не текли, в помещениях было прохладно, потому что так все настроили инженеры, и ничего не сбивалось. Нас к тому же учили этикету, умению правильно одеваться и обслуживать клиентов. Здесь нужно людей любить, относиться к ним с уважением, делать для них максимум. Мы не могли просто отмахнуться и сказать: «У меня инструкция». Это тоже был западный подход, все же в 80-е у нас в сфере обслуживания в основном работали по-другому.

Еще до массового появления видеомагнитофонов у нас проходили кинопоказы, можно было посмотреть западные фильмы

Главная идея центра была в том, что здесь можно и снять офис, и одновременно жить в апартаментах. Всего было 540 таких жилых номеров, по площади они немаленькие — из двух или трех комнат. Подразумевалось, что директора представительств или другие высокопоставленные сотрудники (все же это стоило довольно дорого) будут здесь жить, а когда нужно поработать — просто пойдут в соседнее здание. Все организовано по принципу «сухие ноги» — можно не выходить на улицу хоть целую неделю, при этом посещать конференции, проводить переговоры, деловые ужины. В центре было все, что нужно: и химчистка, и магазин «Березка». Кстати, торговали там еще и за рубли, и нам иногда разрешалось туда сходить — например, чтобы купить икру к празднику.

Работать в ЦМТ вообще считалось престижным. В нашем варьете начинали многие звезды, выступали Александр Серов, Лайма Вайкуле, Борис Моисеев со своим балетом, Алла Пугачева, Ирина Аллегрова, здесь снимали новогодние огоньки. Еще до массового появления видеомагнитофонов у нас проходили кинопоказы, можно было посмотреть западные фильмы.

Все, что происходило у нас в центре, было отражением жизни страны. Мы пережили и августовский путч в 1991 году, и обстрел Белого дома из танков в 1993-м. В офисном здании № 1 в третьем подъезде на 19-м этаже сидела японская фирма Marubeni, и в ее окно попал снаряд. Она, кстати, до сих пор наш арендатор, и у нее в офисе есть фотографии того дня. Я тоже была на работе. Помню, как мы выскочили из здания, побежали по проходу, а там нас ждал автобус, на котором людей вывозили в Фили. Переезжаешь Москву-реку — а там будто другая жизнь: все тихо, никто не стреляет, многие вообще не понимают, что в этот момент творится в городе. Конечно, 90-е были сложным временем для всех. У нас тут ходили братки в малиновых пиджаках с девицами.

Но ни в какие кризисы мы пустыми не оставались, арендаторы у нас были всегда. Когда начали строить «Сити», говорили, что от нас все уйдут, но, наоборот, у нас появились две дополнительные башни. Аренда тогда процветала, многим компаниям нужны были большие площади. Так что уже на этапе строительства первой «стекляшки» в ней не было свободных площадей — все забронировали арендаторы.

Сергей Тарасов

Директор гостиницы Crowne Plaza Moscow WTC

Я попал сюда в 2007 году, когда завершался ребрендинг гостиницы «Международная-1». Это гостиница с большой историей, со своими уникальными ресторанами, но тогда она стала пятизвездочным отелем Crowne Plaza Moscow WTC и начала работать по стандартам сети IHG. Одно из требований — наличие клубных номеров и лаундж-зоны. Обычно в отелях делают только клубные этажи с ограниченным доступом, но ЦМТ пошел дальше, построив отдельно стоящее здание исключительно с клубными номерами. Среди всех отелей международной сети IHG это уникальное предложение.

Отель пользуется спросом, но не только у бизнесменов: у нас живут туристы, номера заказывают для фотосессий блогеры и артисты, снимают перед свадьбами для утра невесты и после — для брачной ночи. У невест еще популярны фотосессии на крыше с видом на весь центр Москвы. Как-то в один день по свадебному пакету проживало 80 невест.

Клиенту не нужно звонить на ресепшен, он может просто попросить «Алису» принести шампунь или тапочки, заказать рум-сервис, забронировать столик

У нас постоянно останавливаются спортивные делегации и команды. Мы принимали участников Чемпионатов мира по футболу, хоккею, легкой атлетике. Во время финала Лиги чемпионов УЕФА у нас жила команда «Манчестер Юнайтед». Специально для них большой конгресс-зал пероборудовали в футбольное поле для тренировок. Когда стало ясно, что «Манчестер» выиграл, на месте поля сделали банкетный зал, где всю ночь команда и тренеры отмечали победу. Во время чемпионата по футболу у нас жили и команды, и болельщики. Как и во всей Москве, у нас здесь была атмосфера праздника.

Недавно мы первыми в России совместно с «Яндексом» установили в номерах колонки с голосовым помощником «Алисой». Специально для нас в нее интегрировали функции консьержа. Мы всегда стремились минимизировать общение гостя с персоналом, и теперь клиенту не нужно звонить на ресепшен, он может просто попросить Алису, например, принести шампунь или тапочки, заказать рум-сервис, забронировать столик. Когда гость выезжает, все настройки обнуляются.

Наталья Богомолова

Генеральный директор WTC Fitness

Раньше я работала в более крупных проектах, и поначалу фитнес в ЦМТ показался мне маленьким, локальным. Но это одно из его преимуществ: у нас уютно, клиенты себя чувствуют здесь расслаблено. Сейчас у нас работает два клуба. Один, побольше, на том месте, где всегда был спортклуб. Он несколько раз обновлялся, перестраивался, а три года назад его серьезно переделали и поставили новое оборудование. В нем есть зал групповых программ, тренажерный зал, бассейн, сайкл. Второй клуб — поменьше, там только тренажерный зал и зал групповых программ.

Когда я впервые попала в здание ЦМТ, как раз второй клуб пришлось довольно долго искать. Вообще в первые дни я могла легко заблудиться в нашем здании, потому что оно большое, со множеством проходов. Сейчас же мне кажется, что у нас все просто и понятно. Здание огромное, но зато в нем есть все, что нужно. Клиент может прийти в фитнес, а заодно сделать тысячу дел: зайти в банк, к нотариусу, перекусить. А бонусом к посещению фитнеса идет бесплатная парковка у здания ЦМТ, что очень удобно для посетителей.

Дмитрий Моторин

Директор ресторанного комплекса

У нас несколько ресторанов, кафе и баров, работают очень креативные шефы. Для лета мы разработали новое меню — для тех, кто следит за питанием и здоровьем. Есть большой кондитерский цех, который готовит торты, пирожные, выпечку — все из натуральных ингредиентов. Мы делаем завтраки для гостей, обеспечиваем рум-сервис и кормим тысячу сотрудников в нашей столовой.

Когда меня пригласили сюда на работу, ЦМТ у меня ассоциировался с закрытым клубом, местом, связанным с властью, куда обязательно нужны пропуска. Это время давно позади, но стереотип о том, что ЦМТ — закрытое место не для всех, продолжает существовать. У нас здесь забор, шлагбаум, многие по-прежнему думают, что просто так не зайти. Для ресторанов это не очень хорошо. Хочется, чтобы люди поняли, что здесь все изменилось, что мы открыты и ждем гостей из города. Но у закрытой территории есть свои плюсы: можно спокойно сидеть на веранде, рядом не ездят машины, люди не проходят в метре от твоего столика.

Михаил Кузнецов

Бренд-шеф ресторанного комплекса

Я пришел сюда работать в начале 90-х, еще студентом. В то время ЦМТ еще назывался Совинцентром. Когда мне предложили остаться здесь после практики, я считал, что мечта сбылась. В те годы в центре была немного другая жизнь, чем во всей стране. Здесь одними из первых появились рестораны, которых до этого в Москве не было: китайский, французский, итальянский. У нас была возможность посмотреть, как работали иностранцы, познакомиться с ними вживую. Для тех, кто рос в СССР, это был бесценный опыт.

Со временем строились корпуса, росли площади, открывались новые рестораны, менялась кухня. Конечно, есть разница между тем, чем кормили гостей тогда и сейчас. Например, в двухтысячных в каждом кафе и ресторане обязательно были определенные салаты. Сейчас блюда намного разнообразней, мы стали больше работать с локальными продуктами. Для поваров это серьезный вызов: тебе не привозят каждый раз одно и то же — есть возможность придумывать новое, перерабатывать блюда, делать что-то интересное из существующих ингредиентов. К тому же у нас много гостей из-за рубежа, а у них есть интерес к нашим продуктам и нашей кухне в современной интерпретации. Хотя несмотря на все новые тенденции, оливье иностранцы постоянно заказывают до сих пор