В России снова откладывается работа над проектом закона о домашнем насилии. Его обсуждение власти возобновят, когда закончится пандемия коронавируса. Хотя в период всеобщей самоизоляции помощь жертвам агрессоров нужна больше всего.

По всему миру — всплеск домашнего насилия. Но российские власти его не замечают

Еще в конце марта, когда многие страны уже объявили карантин, докладчик ООН Дубравка Симонович заявила, что из-за введенных ограничений число случаев домашнего насилия может увеличиться. Она призвала государства принять меры по поддержке жертв агрессоров. К тому моменту по всему миру — от стран Европы до Китая и Бразилии — уровень семейного насилия уже начал стремительно расти. Какова ситуация в России, официальных данных нет, однако власти не спешат учитывать международный опыт.

В стране до сих пор нет ни запретительных ордеров, ни других адекватных инструментов защиты жертв домашнего насилия. Закон, который должен это исправить, не могут принять с 2016 года. Сейчас его разрабатывают в Совете Федерации. Документ хотели внести в Госдуму еще в октябре, однако он до сих пор находится на рассмотрении рабочей группы. Там законопроект останется минимум до конца эпидемии: работу над ним заморозили. Для властей сейчас в приоритете — победить коронавирус, заявила спикер Совфеда Валентина Матвиенко. Что касается роста числа случаев насилия в семье — его сенаторы не замечают.


Валентина

матвиенко

спикер Совета Федерации

Я не думаю, что какой-то был всплеск домашнего насилия. Семьи, наоборот, вместе переживают этот трудный период, надо проверять эту информацию.


Число сообщений о насилии выросло по всей стране, говорят правозащитники. Официальной статистики нет

Правозащитники настроены не так оптимистично, как Матвиенко. По их словам, число обращений в кризисные центры с началом всеобщей самоизоляции значительно выросло по всей стране. Об этом, например, рассказали в центре «Анна», который курирует всероссийский телефон доверия для женщин, пострадавших от домашнего насилия. По данным на 8 апреля, то есть за первую неделю карантина, число звонков по России увеличилось на четверть. Количество аналогичных обращений в московский женский кризисный центр «Китеж» выросло за март примерно на 15 %.

Если вы стали жертвой домашнего насилия или узнали о насилии у знакомых, прочитайте нашу инструкцию. Специально для The Village проект «Правовая инициатива» объяснил, как правильно обращаться за помощью, фиксировать телесные повреждения и что делать, если вы не готовы вызывать полицию или жаловаться на насилие прямо сейчас.

Об увеличении числа жалоб говорят и в регионах. В Екатеринбурге организация «Женский юрист» зафиксировала рост количества обращений по поводу домашнего насилия на 20 %. «Территория семьи» в Перми рассказала, что спустя две недели самоизоляции количество жалоб от женщин, переживших насилие, увеличилось на треть. Аналогичную тенденцию отмечали и в кризисном центре «Верба» в Красноярске. И так сейчас по всей стране, подтвердила The Village соосновательница проекта «ТыНеОдна» и соавтор закона о домашнем насилии Алена Попова.


алена попова

правозащитница, соавтор закона о профилактике семейно-бытового насилия

Сообщения идут каждый день. Они начинаются где-то с пяти утра. Со всей страны. Мы чувствуем свою беспомощность, потому что из-за режима самоизоляции мы должны из своих домов набирать полицию и что-то им говорить. Ни приехать туда, ни разбираться сами мы не можем, выслать какую-то группу — тоже, потому что нарушим режим. Число обращений увеличилось в разы, оно начало расти примерно на второй день карантина.


Оксана Пушкина, зампред комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей, рассказывала, что с начала введения карантина также стало поступать больше жалоб на издевательства над пожилыми людьми. «[Эта] латентная группа жертв домашнего насилия сейчас поставлена под прямой удар», — подтвердила Попова.

Негативную динамику фиксируют не везде. Например, число обращений в московский центр «Насилию.нет» в целом не увеличилось, зато стало гораздо больше текстовых сообщений. «Пострадавшие не могут звонить — они нам пишут. Мы поэтому многих психологов перевели в чаты, чтобы компенсировать онлайн», — объяснила The Village директор организации Анна Ривина. По ее словам, большинство обращений связано с периодом карантина. О том же говорила директор «Кризисного центра для женщин» Елена Болюбах: «У нас всегда много обращений и на горячей линии, и в онлайн-приемной. Просто теперь гораздо чаще звучат слова „карантин“ и „изоляция“».

«Жертвы сейчас не обращаются в полицию, потому что, во-первых, они понимают, что насильник может стоять у них за спиной, а во-вторых, что полиция приедет, пальчиком погрозит и уедет, а жертва останется в еще большей опасности», — объяснила Попова возможное отсутствие роста обращений в некоторых организациях.

Увеличение или снижение количества случаев домашнего насилия в России можно отследить только по числу обращений в конкретные организации. Подробной официальной статистики в стране нет, а данные МВД не отражают реальное положение дел.

подробнее о статистике МВД

Скрыть

По словам директора «Насилию.нет» Анны Ривиной, в абсолютном большинстве случаев правоохранительные органы не возбуждают дела, попадающие под категорию домашнего насилия, потому что жертвы боятся о нем заявлять. В центре уже отмечали, что в среднем россиянки обращаются в полицию лишь после седьмого избиения. «Около 70 % пострадавших от насилия обращаются за помощью к некоммерческому сектору и не идут в полицию, не веря, что помощь получат», — говорила Ривина.

Даже если дела все-таки возбуждают, эпизоды насилия в семье рассматривают по разным статьям, из-за чего увидеть целостную картину невозможно. «Есть огромное количество случаев, когда женщин сажают за убийство, а на самом деле это была самооборона. Или же, например, умышленное убийство женщины полицейские и суд будут трактовать как причинение вреда, повлекшее смерть по неосторожности, что абсолютно не соответствует действительности. Не говоря уже о том, что статья об угрозе убийством у нас вообще редко применяется», — пояснила правозащитница.

Кризисные центры просили у государства помощи. Но власти самоизолировались от проблемы

В начале апреля девять общественных организаций, которые помогают жертвам домашнего насилия, попросили премьер-министра Михаила Мишустина и глав регионов срочно принять экстренные меры для защиты пострадавших в условиях карантина. Авторы обращения отметили, что из-за режима всеобщей самоизоляции полиция приостановила личный прием граждан, и обратиться за помощью жертвы агрессоров теперь могут только по телефону, электронной почте или через «Почту России».

Правозащитники потребовали у правительства и региональных властей:

  • обеспечить достаточное количество мест в убежищах или организациях, временно используемых в этом качестве (например, в гостиницах);
  • распространить информацию о службах помощи, доступных в России и в отдельных регионах;
  • создать координационный центр быстрого реагирования на жалобы о насилии со стороны близких, находящихся в совместной изоляции;
  • обеспечить медицинскую, психологическую и правовую помощь, а также безопасность лиц, которые заявляют о насилии;
  • не привлекать жертв домашнего насилия к ответственности за нарушение карантина.

Ответа от правительства не последовало, как и мер по защите пострадавших. «Государство в очередной раз самоизолировалось от совершенно адской проблемы», — говорит Алена Попова. «Откладывание закона в ситуации с карантином очень хорошо проиллюстрировало отношение власти к безопасности женщин в нашей стране», — добавила Анна Ривина.


анна ривина

директор центра «Насилию.нет»

Нам всегда говорили, что ввести охранные ордера — это очень сложная процедура: «Вообще непонятно, как это делать». Тем не менее, когда они захотели, в рамках карантина совершенно спокойно запретили людям друг к другу приближаться. Здесь нет никакого умаления права человека на перемещение, если это может сохранить жизнь. Мы сейчас видим, что этот закон как был никому не нужен, так и остался. И можно найти любую причину, чтобы переносить работу над ним.


Ситуацию осложняет закрытие многих кризисных центров из-за пандемии, рассказывала Оксана Пушкина. «Их у нас на всю страну всего порядка 15. В Швеции, к слову, 200», — подчеркивала депутат. Благотворительные организации по всей России в период карантина почти лишились финансирования: во время кризиса у них значительно сократились пожертвования. Так, например, произошло с фондом «Насилию.нет», который недавно оказался на грани закрытия. Оставшимся кризисным центрам пришлось перейти в онлайн-формат на время пандемии. Это еще сильнее осложнило работу и помощь жертвам, которым и так некуда идти.

Тем временем по всему миру активно реагируют на угрозу домашнего насилия во время карантина

В Испании в первые две недели режима изоляции число звонков на телефон доверия выросло на 18 %, а обращений по электронной почте — почти в четыре раза. В итоге жертвам насилия разрешили покидать дом, несмотря на карантин, чтобы обратиться в полицию. За помощью можно прийти даже в аптеку: нужно попросить «маску 19» — это кодовое слово, после которого фармацевт свяжется с правоохранительными органами. Аналогичная система работает во Франции, Германии, Италии, Норвегии и Аргентине. Также испанские власти создали приложение, с помощью которого можно связаться с полицией и рассказать о насилии, не произнося вслух ни слова.

Во Франции в первую неделю карантина число обращений по поводу домашнего насилия увеличилось на треть. Точки экстренной помощи организовали в 20 магазинах, куда могут обратиться пострадавшие. Власти выделили больше миллиона евро, чтобы помочь организациям, которые борются с домашним насилием. Кроме того, правительство пообещало оплатить гостиничные номера, где жертвы смогут скрыться от агрессоров.

Правительство Великобритании, где звонков на горячую линию стало в восемь раз больше, опубликовало специальную инструкцию для пострадавших. А в Польше, где полицейские отговаривают жертв писать заявления, процветают гражданские инициативы: под видом магазина косметики открылся центр помощи пострадавшим от домашнего насилия.


обложка: SOMKID – stock.adobe.com