Анастасия Цайдер о том, как снимают и зарабатывают документальные фотографы Куратор выставки «Новый пейзаж» в Екатеринбурге — о любви к России и монетизации искусства

Анастасия Цайдер о том, как снимают и зарабатывают документальные фотографы

15 марта в пространстве Арт-галереи Ельцин Центра открылся выставочный проект «Новый пейзаж», объединяющий семь художественных взглядов на трансформацию постсоветского пейзажа. Работы Петра Антонова, Лизы Фактор, Александра Гронского, Валерия Нистратова, Максима Шера, Сергея Новикова и Анастасии Цайдер можно увидеть в Екатеринбурге до 27 мая. The Village встретился с фотографом и куратором выставки Анастасией Цайдер и узнал, как снимают и зарабатывают документальные фотографы, и за что любят русские пейзажи.

О новом пейзаже и процессе съемки

Новый пейзаж — это работы в жанре документальной фотографии, связанные с изучением ландшафта. Такая фотография представляет не только художественную ценность: с ее помощью мы можем рассмотреть и проанализировать современную российскую культуру, которая проявляется в мелочах. Все художники работают с пейзажем, который мы видим каждый день, из-за чего часто лишены возможности его разглядывать. Один из фотографов направления New Topographics Льюис Бальц сказал, что фотография открыла нам мир проводов и розеток. Отфильтровывать повседневное — нормальное свойство человеческого мозга. На фотографии в статике фиксируются все те проявления культуры, которые обычно от нас ускользают.


Я снимаю на средний формат, меня часто принимают за человека с теодолитом и думают, что будет ремонт


Процесс съемки у всех осуществляется по-разному. Знаю, что многие фотографы вдохновляются литературой. Я сначала снимаю, а затем отсматриваю материал и понимаю, какой проект может из него выйти. У меня это всегда обращение к интуиции, к первому импульсу. Если тема меня волнует, я пытаюсь понять, почему она интересна мне и как я могу реализовать проект так, чтобы он был интересен другим. Для меня в проектах важно обращение к общему опыту — к тому, в котором живем мы все.

Перемещения по России — самое крутое в нашей работе. Сидеть дома и делать ресерч интересно, но когда ты куда-то выезжаешь, все внезапно оказывается совершенно другим. Свалки я не снимаю, но мои любимые друзья — это дворники и охранники, которые всегда, когда я устанавливаю штатив, интересуются, что я делаю. Я снимаю на средний формат, меня часто принимают за человека с теодолитом и думают, что будет ремонт. Когда я говорю, что на самом деле фотограф, реакции бывают самые разные, но людям всегда интересно. После того, как они видят, что кто-то другой обратил внимание на уголок их двора, они тоже начинают по-другому на него смотреть — отстраняются и пытаются понять, почему это красиво.

О выставках

Работа с материалом не относится к фотографии напрямую, но правильно себя презентовать — самое важное. Когда фотограф планирует свою выставку, вне зависимости от того, есть ли у него куратор, он должен сам понимать пространство, в котором будут расположены. Мне кажется, что художнику лучше самому продумывать развеску, формат работ, технику печати, обрамление, рисовать проект помещения — это очень полезный опыт. С ним ты не просто видишь свои фотографии на экране компьютера, но и понимаешь, как они могут взаимодействовать между собой в пространстве. Во время подготовки к выставке мы в течение недели выбирали цвет стен и имитировали освещение Ельцин Центра.


Мне хочется показать широкой публике возможности крутой фотографии и то, с какой любовью можно снимать Россию


Делать выставку для фотографов мне неинтересно. Мне хочется показать широкой публике возможности крутой фотографии и то, с какой любовью можно снимать Россию. Мы создали выставку, которая может быть интересна исследователям совершенно разного уровня и из разных сфер. Все, что здесь представлено — мне очень близко. Я очень люблю Россию и много по ней путешествую.

Выбор художников для выставки был простым — все участники погружены в контекст больше десяти лет. Мы с Петром Антоновым придумали выставку пять лет назад — уже к тому моменту в поле документальной фотографии сформировалось некоторое высказывание. Пока мы думали, смотрели и теоретизировали, фотографы сняли еще больше материалов. Для выставки важнее всего, чтобы взгляд каждого из участников складывался в единое высказывание. Когда ты исходишь из этой установки, то очень легко отделяешься от роли фотографа и становишься куратором.

О гендере

В плане съемок гендер дает мне массу преимуществ. Люди видят, что я не несу для них физической угрозы, и пускают меня в дома и на предприятия. У меня получается легко завязывать контакт — я думаю, что это связано именно с тем, что я девушка. Но я знаю, что есть масса мужчин-фотографов, к которым люди не менее расположены. Мой гендер никак не мешает мне работать. Единственный минус в том, что тяжело носить штатив, средний формат и стремянку, да еще и с невысоким ростом.


Я получаю стипендию от Министерства культуры. Как это на меня влияет? Никак


О власти и панк-роке

Власть — это некое абстрактное понятие, которое на самом деле разбивается на массу организаций, культурных фондов и чиновничьих инициатив. Я получаю стипендию от Министерства культуры. Как это на меня влияет? Никак. Что я снимала, то и буду снимать, по-другому я снять просто не могу. Прокудин-Горский, к примеру, тоже использовал для съемок государственные ресурсы, его поддерживал Николай II. Благодаря этому у нас есть его потрясающее наследие в виде фотографий.

Я люблю панк-рок. Работа для меня — это свобода: я еду куда хочу, общаюсь с кем хочу. Встраиваться в какую-то индустрию... Не для этого я начинала заниматься искусством. Может, и хорошо, что индустрия пока не отстроена: она мало влияет на художников и позволяет им делать более безумные проекты — непродажные, но классные. С кем бы художник ни сотрудничал, главное — чтобы он был честен перед собой и перед своим замыслом и реализовывал свои идеи.

О деньгах

Для документальных фотографов основной путь монетизации — продажа принтов коллекционерам, музеям, фондам. Многие банки также собирают коллекции искусства — это способ вхождения в общественное публичное пространство с некой социальной миссией, а также надежда на дальнейшую капитализацию, потому что со временем фотографии растут в цене. Коллекционеры выкупают фотографии, чтобы их любить, а банки и фонды делают ставку именно на перспективных художников, работы которых вырастут в цене. Цена работы зависит от размера фотографии, ее тиража и творческой биографии фотографа.


Мне кажется, узнавание России за границей уже прошло, поэтому выкупают такие работы именно те люди, которые любят фотографию


Фотография — это тиражное искусство, этим объясняется его невысокая цена в сопоставлении с живописью. Как правило, фотографы сразу заявляют тираж своей работы: например, что вот эту фотографию они напечатают только семь раз. Ты волен выбирать формат — чем он больше, тем цена выше. При небольших тиражах цена работы начинается от 700 евро. Часто у коллекционеров, которые выкупают работу, возникают сомнения, не допечатает ли фотограф тираж в тайне, можно ли ему доверять. Я делаю просто: разрезаю негатив и прикрепляю к последней фотографии в тираже.

Российских фотографов чаще покупают за границей, чем в России. У меня был такой опыт: я приехала на портфолио-ревю в Швейцарии и показывала отпечатки, заявленные достаточно большим тиражом. Их полностью выкупили вместе с коробкой. Мне кажется, узнавание России за границей уже прошло, поэтому выкупают такие работы именно те люди, которые любят фотографию.

Чтобы получать гранты и стипендии, нужно уметь максимально хорошо формулировать смысл своего проекта в текстовом варианте. Самому художнику для крутого проекта может хватить и его внутреннего понимание, но для подачи на спонсирование ты должен уметь объяснить, почему это важно для тебя и, возможно, для общества, какие задачи ты ставить перед собой.

Мне помогла стипендия для молодых художников от Союза фотохудожников России. Это государственное объединение. Казалось бы, можно предположить, что оно должно быть бюрократичным и замшелым, но оно невероятно поддерживает молодых художников, никак не цензурирует их работу, откликается на новые форматы и не требует никакого отчета. Мне больше нравится работать на свои деньги и не нравится зависимость от заказчика и от грантов.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»
«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем» Антон Белов, «Гараж» — об индустриальной биеннале и искусстве вдалеке от столиц
«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»

«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»
Антон Белов, «Гараж» — об индустриальной биеннале и искусстве вдалеке от столиц

«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival
«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival Никита Литвиненко — о луках несанкционированного показа одежды в универмаге Bolshoy
«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival

«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival
Никита Литвиненко — о луках несанкционированного показа одежды в универмаге Bolshoy

Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила
Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила «Самые крутые снимки получаются за минуту до показа»: Как снимать для Numéro, Vogue и Balmain
Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила

Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила
«Самые крутые снимки получаются за минуту до показа»: Как снимать для Numéro, Vogue и Balmain

«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»
«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК» Жители самого изолированного района Екатеринбурга — о сносе Дворца культуры, жизни у химзавода и локальной идентичности
«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»

«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»
Жители самого изолированного района Екатеринбурга — о сносе Дворца культуры, жизни у химзавода и локальной идентичности

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

«Дикую мяту» отменили за сутки до начала. Что будет с фестивалем?

У большинства заболевших в Москве — индийский штамм коронавируса

Дача в Комарово в проекте молодого фотографа

Фестивали отменяют один за другим. Куда еще есть шанс попасть?

Быстрее на метро: Почему горожане отказываются от автомобилей

Первая полоса

«Дикую мяту» отменили за сутки до начала. Что будет с фестивалем?
«Дикую мяту» отменили за сутки до начала. Что будет с фестивалем? И как поддержать его организаторов
«Дикую мяту» отменили за сутки до начала. Что будет с фестивалем?

«Дикую мяту» отменили за сутки до начала. Что будет с фестивалем?
И как поддержать его организаторов

У большинства заболевших в Москве — индийский штамм коронавируса

Он более агрессивный и хуже поддается вакцине

У большинства заболевших в Москве — индийский штамм коронавируса
Он более агрессивный и хуже поддается вакцине

Дача в Комарово в проекте молодого фотографа
Дача в Комарово в проекте молодого фотографа 7 снимков о жизни в старом доме
Дача в Комарово в проекте молодого фотографа

Дача в Комарово в проекте молодого фотографа
7 снимков о жизни в старом доме

Фестивали отменяют один за другим. Куда еще есть шанс попасть?

Следим за главными событиями этого лета

Фестивали отменяют один за другим. Куда еще есть шанс попасть?
Следим за главными событиями этого лета

Быстрее на метро: Почему горожане отказываются от автомобилей
Промо
Быстрее на метро: Почему горожане отказываются от автомобилей И как сделать городской транспорт еще удобнее
Быстрее на метро: Почему горожане отказываются от автомобилей
Промо

Быстрее на метро: Почему горожане отказываются от автомобилей
И как сделать городской транспорт еще удобнее

Нерабочая неделя в Москве: куда сходить
Нерабочая неделя в Москве: куда сходить 25 событий — от дегустации веганского вина до выставки нарядов для походов в ад
Нерабочая неделя в Москве: куда сходить

Нерабочая неделя в Москве: куда сходить
25 событий — от дегустации веганского вина до выставки нарядов для походов в ад

Грузинский ресторан Niko на Покровке, новые коктейли в The Nest и соки Pims в парке Горького
Грузинский ресторан Niko на Покровке, новые коктейли в The Nest и соки Pims в парке Горького
Грузинский ресторан Niko на Покровке, новые коктейли в The Nest и соки Pims в парке Горького

Грузинский ресторан Niko на Покровке, новые коктейли в The Nest и соки Pims в парке Горького

Возвращение Kings of Conveniece, фильм про учителя-амфибию и книга про ремонт
Возвращение Kings of Conveniece, фильм про учителя-амфибию и книга про ремонт А также удмуртский электрофолк и якутский хоррор
Возвращение Kings of Conveniece, фильм про учителя-амфибию и книга про ремонт

Возвращение Kings of Conveniece, фильм про учителя-амфибию и книга про ремонт
А также удмуртский электрофолк и якутский хоррор

Как начать инвестировать и не пожалеть об этом
Как начать инвестировать и не пожалеть об этом Советуют эксперты финансового рынка
Как начать инвестировать и не пожалеть об этом

Как начать инвестировать и не пожалеть об этом
Советуют эксперты финансового рынка

The RIG: Как делать экспериментальный джаз в России
The RIG: Как делать экспериментальный джаз в России Рассказывает Сергей Храмцевич
The RIG: Как делать экспериментальный джаз в России

The RIG: Как делать экспериментальный джаз в России
Рассказывает Сергей Храмцевич

Почему в Москве опять столько пуха?
Почему в Москве опять столько пуха? И надо ли паниковать, если вы аллергик
Почему в Москве опять столько пуха?

Почему в Москве опять столько пуха?
И надо ли паниковать, если вы аллергик

Матч во время ковида: Как выглядит Петербург в «третью волну»
Матч во время ковида: Как выглядит Петербург в «третью волну»
Матч во время ковида: Как выглядит Петербург в «третью волну»

Матч во время ковида: Как выглядит Петербург в «третью волну»

Болезнь молодых:
Что такое рассеянный склероз
Промо
Болезнь молодых: Что такое рассеянный склероз И как жить активной жизнью с таким диагнозом
Болезнь молодых:
Что такое рассеянный склероз
Промо

Болезнь молодых: Что такое рассеянный склероз
И как жить активной жизнью с таким диагнозом

Российские марки, у которых стоит искать свадебные платья
Российские марки, у которых стоит искать свадебные платья
Российские марки, у которых стоит искать свадебные платья

Российские марки, у которых стоит искать свадебные платья

От мечты до полета к звездам
Спецпроект
От мечты до полета к звездам Как сложилась карьера тех, кто в детстве грезил космосом
От мечты до полета к звездам
Спецпроект

От мечты до полета к звездам
Как сложилась карьера тех, кто в детстве грезил космосом

«Жвалы»: Джей и Молчаливый Боб заботятся о мухе
«Жвалы»: Джей и Молчаливый Боб заботятся о мухе Mr. Oizo снова снимает абсурд
«Жвалы»: Джей и Молчаливый Боб заботятся о мухе

«Жвалы»: Джей и Молчаливый Боб заботятся о мухе
Mr. Oizo снова снимает абсурд

9 книг лета: Советуют сотрудники независимых книжных магазинов
9 книг лета: Советуют сотрудники независимых книжных магазинов Мистический модернизм, шведский фем-комикс и проза детской скорби
9 книг лета: Советуют сотрудники независимых книжных магазинов

9 книг лета: Советуют сотрудники независимых книжных магазинов
Мистический модернизм, шведский фем-комикс и проза детской скорби

Не только хлебная жаба: 8 простых и популярных рецептов из TikTok
Не только хлебная жаба: 8 простых и популярных рецептов из TikTok
Не только хлебная жаба: 8 простых и популярных рецептов из TikTok

Не только хлебная жаба: 8 простых и популярных рецептов из TikTok

«Лука»: Солнечная итальянская сказка об оборотнях и ксенофобии
«Лука»: Солнечная итальянская сказка об оборотнях и ксенофобии Или как Pixar обращается к неамериканскому контексту
«Лука»: Солнечная итальянская сказка об оборотнях и ксенофобии

«Лука»: Солнечная итальянская сказка об оборотнях и ксенофобии
Или как Pixar обращается к неамериканскому контексту

Кроссовки-таби из новой коллаборации Reebok и Maison Margiela
Кроссовки-таби из новой коллаборации Reebok и Maison Margiela
Кроссовки-таби из новой коллаборации Reebok и Maison Margiela

Кроссовки-таби из новой коллаборации Reebok и Maison Margiela

Подпишитесь на рассылку