20 мая, пятница
Москва
Войти

Анастасия Цайдер о том, как снимают и зарабатывают документальные фотографы Куратор выставки «Новый пейзаж» в Екатеринбурге — о любви к России и монетизации искусства

Анастасия Цайдер о том, как снимают и зарабатывают документальные фотографы

15 марта в пространстве Арт-галереи Ельцин Центра открылся выставочный проект «Новый пейзаж», объединяющий семь художественных взглядов на трансформацию постсоветского пейзажа. Работы Петра Антонова, Лизы Фактор, Александра Гронского, Валерия Нистратова, Максима Шера, Сергея Новикова и Анастасии Цайдер можно увидеть в Екатеринбурге до 27 мая. The Village встретился с фотографом и куратором выставки Анастасией Цайдер и узнал, как снимают и зарабатывают документальные фотографы, и за что любят русские пейзажи.

О новом пейзаже и процессе съемки

Новый пейзаж — это работы в жанре документальной фотографии, связанные с изучением ландшафта. Такая фотография представляет не только художественную ценность: с ее помощью мы можем рассмотреть и проанализировать современную российскую культуру, которая проявляется в мелочах. Все художники работают с пейзажем, который мы видим каждый день, из-за чего часто лишены возможности его разглядывать. Один из фотографов направления New Topographics Льюис Бальц сказал, что фотография открыла нам мир проводов и розеток. Отфильтровывать повседневное — нормальное свойство человеческого мозга. На фотографии в статике фиксируются все те проявления культуры, которые обычно от нас ускользают.


Я снимаю на средний формат, меня часто принимают за человека с теодолитом и думают, что будет ремонт


Процесс съемки у всех осуществляется по-разному. Знаю, что многие фотографы вдохновляются литературой. Я сначала снимаю, а затем отсматриваю материал и понимаю, какой проект может из него выйти. У меня это всегда обращение к интуиции, к первому импульсу. Если тема меня волнует, я пытаюсь понять, почему она интересна мне и как я могу реализовать проект так, чтобы он был интересен другим. Для меня в проектах важно обращение к общему опыту — к тому, в котором живем мы все.

Перемещения по России — самое крутое в нашей работе. Сидеть дома и делать ресерч интересно, но когда ты куда-то выезжаешь, все внезапно оказывается совершенно другим. Свалки я не снимаю, но мои любимые друзья — это дворники и охранники, которые всегда, когда я устанавливаю штатив, интересуются, что я делаю. Я снимаю на средний формат, меня часто принимают за человека с теодолитом и думают, что будет ремонт. Когда я говорю, что на самом деле фотограф, реакции бывают самые разные, но людям всегда интересно. После того, как они видят, что кто-то другой обратил внимание на уголок их двора, они тоже начинают по-другому на него смотреть — отстраняются и пытаются понять, почему это красиво.

О выставках

Работа с материалом не относится к фотографии напрямую, но правильно себя презентовать — самое важное. Когда фотограф планирует свою выставку, вне зависимости от того, есть ли у него куратор, он должен сам понимать пространство, в котором будут расположены. Мне кажется, что художнику лучше самому продумывать развеску, формат работ, технику печати, обрамление, рисовать проект помещения — это очень полезный опыт. С ним ты не просто видишь свои фотографии на экране компьютера, но и понимаешь, как они могут взаимодействовать между собой в пространстве. Во время подготовки к выставке мы в течение недели выбирали цвет стен и имитировали освещение Ельцин Центра.


Мне хочется показать широкой публике возможности крутой фотографии и то, с какой любовью можно снимать Россию


Делать выставку для фотографов мне неинтересно. Мне хочется показать широкой публике возможности крутой фотографии и то, с какой любовью можно снимать Россию. Мы создали выставку, которая может быть интересна исследователям совершенно разного уровня и из разных сфер. Все, что здесь представлено — мне очень близко. Я очень люблю Россию и много по ней путешествую.

Выбор художников для выставки был простым — все участники погружены в контекст больше десяти лет. Мы с Петром Антоновым придумали выставку пять лет назад — уже к тому моменту в поле документальной фотографии сформировалось некоторое высказывание. Пока мы думали, смотрели и теоретизировали, фотографы сняли еще больше материалов. Для выставки важнее всего, чтобы взгляд каждого из участников складывался в единое высказывание. Когда ты исходишь из этой установки, то очень легко отделяешься от роли фотографа и становишься куратором.

О гендере

В плане съемок гендер дает мне массу преимуществ. Люди видят, что я не несу для них физической угрозы, и пускают меня в дома и на предприятия. У меня получается легко завязывать контакт — я думаю, что это связано именно с тем, что я девушка. Но я знаю, что есть масса мужчин-фотографов, к которым люди не менее расположены. Мой гендер никак не мешает мне работать. Единственный минус в том, что тяжело носить штатив, средний формат и стремянку, да еще и с невысоким ростом.


Я получаю стипендию от Министерства культуры. Как это на меня влияет? Никак


О власти и панк-роке

Власть — это некое абстрактное понятие, которое на самом деле разбивается на массу организаций, культурных фондов и чиновничьих инициатив. Я получаю стипендию от Министерства культуры. Как это на меня влияет? Никак. Что я снимала, то и буду снимать, по-другому я снять просто не могу. Прокудин-Горский, к примеру, тоже использовал для съемок государственные ресурсы, его поддерживал Николай II. Благодаря этому у нас есть его потрясающее наследие в виде фотографий.

Я люблю панк-рок. Работа для меня — это свобода: я еду куда хочу, общаюсь с кем хочу. Встраиваться в какую-то индустрию... Не для этого я начинала заниматься искусством. Может, и хорошо, что индустрия пока не отстроена: она мало влияет на художников и позволяет им делать более безумные проекты — непродажные, но классные. С кем бы художник ни сотрудничал, главное — чтобы он был честен перед собой и перед своим замыслом и реализовывал свои идеи.

О деньгах

Для документальных фотографов основной путь монетизации — продажа принтов коллекционерам, музеям, фондам. Многие банки также собирают коллекции искусства — это способ вхождения в общественное публичное пространство с некой социальной миссией, а также надежда на дальнейшую капитализацию, потому что со временем фотографии растут в цене. Коллекционеры выкупают фотографии, чтобы их любить, а банки и фонды делают ставку именно на перспективных художников, работы которых вырастут в цене. Цена работы зависит от размера фотографии, ее тиража и творческой биографии фотографа.


Мне кажется, узнавание России за границей уже прошло, поэтому выкупают такие работы именно те люди, которые любят фотографию


Фотография — это тиражное искусство, этим объясняется его невысокая цена в сопоставлении с живописью. Как правило, фотографы сразу заявляют тираж своей работы: например, что вот эту фотографию они напечатают только семь раз. Ты волен выбирать формат — чем он больше, тем цена выше. При небольших тиражах цена работы начинается от 700 евро. Часто у коллекционеров, которые выкупают работу, возникают сомнения, не допечатает ли фотограф тираж в тайне, можно ли ему доверять. Я делаю просто: разрезаю негатив и прикрепляю к последней фотографии в тираже.

Российских фотографов чаще покупают за границей, чем в России. У меня был такой опыт: я приехала на портфолио-ревю в Швейцарии и показывала отпечатки, заявленные достаточно большим тиражом. Их полностью выкупили вместе с коробкой. Мне кажется, узнавание России за границей уже прошло, поэтому выкупают такие работы именно те люди, которые любят фотографию.

Чтобы получать гранты и стипендии, нужно уметь максимально хорошо формулировать смысл своего проекта в текстовом варианте. Самому художнику для крутого проекта может хватить и его внутреннего понимание, но для подачи на спонсирование ты должен уметь объяснить, почему это важно для тебя и, возможно, для общества, какие задачи ты ставить перед собой.

Мне помогла стипендия для молодых художников от Союза фотохудожников России. Это государственное объединение. Казалось бы, можно предположить, что оно должно быть бюрократичным и замшелым, но оно невероятно поддерживает молодых художников, никак не цензурирует их работу, откликается на новые форматы и не требует никакого отчета. Мне больше нравится работать на свои деньги и не нравится зависимость от заказчика и от грантов.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»
«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем» Антон Белов, «Гараж» — об индустриальной биеннале и искусстве вдалеке от столиц
«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»

«Слава PTRK переехал в столицу, и я до сих пор не понимаю, зачем»
Антон Белов, «Гараж» — об индустриальной биеннале и искусстве вдалеке от столиц

«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival
«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival Никита Литвиненко — о луках несанкционированного показа одежды в универмаге Bolshoy
«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival

«Шувакиш» х Suspiria: Стиль на юбилейном Sandarina Festival
Никита Литвиненко — о луках несанкционированного показа одежды в универмаге Bolshoy

Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила
Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила «Самые крутые снимки получаются за минуту до показа»: Как снимать для Numéro, Vogue и Balmain
Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила

Сексуальность и бэкстейдж высокой моды в инстаграме Shadrinsky из Нижнего Тагила
«Самые крутые снимки получаются за минуту до показа»: Как снимать для Numéro, Vogue и Balmain

«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»
«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК» Жители самого изолированного района Екатеринбурга — о сносе Дворца культуры, жизни у химзавода и локальной идентичности
«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»

«Я живу на Химмаше, где протестуют против сноса ДК»
Жители самого изолированного района Екатеринбурга — о сносе Дворца культуры, жизни у химзавода и локальной идентичности

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

«Могилизация»: откуда взялись слухи о возможной мобилизации в России

Как прошло 9 мая в Москве и Петербурге

В Москве Z-активисты устроили автопробег и угрожали авторке The Village полицией

Продавцы Z-футболок — о блокировке товара, пожеланиях сдохнуть и отношении к «спецоперации»

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

Первая полоса

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги? И может ли налоговая узнать, где я нахожусь
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
И может ли налоговая узнать, где я нахожусь

Что известно о поджогах военкоматов после начала *****

И что об этом пишут в интернете

Что слушать про *****
Что слушать про ***** Подборка антивоенных подкастов — от ежедневных новостей до гайдов по психотерапии
Что слушать про *****

Что слушать про *****
Подборка антивоенных подкастов — от ежедневных новостей до гайдов по психотерапии

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа» «ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
«ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России
Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России «Важно не просто уехать, а что-то сделать»
Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России

Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России
«Важно не просто уехать, а что-то сделать»

«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу
«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу
«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу

«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу

В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена
В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена Почему сейчас?
В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена

В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена
Почему сейчас?

Почему мы злимся на близких во время ***** и как с этим бороться
Почему мы злимся на близких во время ***** и как с этим бороться Объясняют психолог и психиатр
Почему мы злимся на близких во время ***** и как с этим бороться

Почему мы злимся на близких во время ***** и как с этим бороться
Объясняют психолог и психиатр

Продавцы Z-футболок — о блокировке товара, пожеланиях сдохнуть и отношении к «спецоперации»
Продавцы Z-футболок — о блокировке товара, пожеланиях сдохнуть и отношении к «спецоперации»
Продавцы Z-футболок — о блокировке товара, пожеланиях сдохнуть и отношении к «спецоперации»

Продавцы Z-футболок — о блокировке товара, пожеланиях сдохнуть и отношении к «спецоперации»

Как Виталий Терлецкий бросил карьеру агронома и стал темной звездой мира инди-комиксов
Как Виталий Терлецкий бросил карьеру агронома и стал темной звездой мира инди-комиксов
Как Виталий Терлецкий бросил карьеру агронома и стал темной звездой мира инди-комиксов

Как Виталий Терлецкий бросил карьеру агронома и стал темной звездой мира инди-комиксов

Миллиардные инвестиции, «лояльные» блогеры и регистрация через «Госуслуги»: Как устроен Rutube, который взломали хакеры
Миллиардные инвестиции, «лояльные» блогеры и регистрация через «Госуслуги»: Как устроен Rutube, который взломали хакеры
Миллиардные инвестиции, «лояльные» блогеры и регистрация через «Госуслуги»: Как устроен Rutube, который взломали хакеры

Миллиардные инвестиции, «лояльные» блогеры и регистрация через «Госуслуги»: Как устроен Rutube, который взломали хакеры

Как прошло 9 мая в Москве и Петербурге

Как прошло 9 мая в Москве и Петербурге

Как прошло 9 мая в Москве и Петербурге

Как прошло 9 мая в Москве и Петербурге

«Могилизация»: откуда взялись слухи о возможной мобилизации в России
«Могилизация»: откуда взялись слухи о возможной мобилизации в России И что будет, если ее правда объявят
«Могилизация»: откуда взялись слухи о возможной мобилизации в России

«Могилизация»: откуда взялись слухи о возможной мобилизации в России
И что будет, если ее правда объявят

Итоги опен-колла «Между нами» — совместного проекта The Village и «Незнания»
Итоги опен-колла «Между нами» — совместного проекта The Village и «Незнания»
Итоги опен-колла «Между нами» — совместного проекта The Village и «Незнания»

Итоги опен-колла «Между нами» — совместного проекта The Village и «Незнания»

Подпишитесь на рассылку