Рассказ девушки, которую три с половиной года держал в подвале «скопинский маньяк» 3 марта он вышел на свободу

Рассказ девушки, которую три с половиной года держал в подвале «скопинский маньяк»

30 сентября 2000 года 14-летняя Катя ушла из дома на дискотеку. На обратном пути рядом с ней и 17-летней Леной остановилась машина. Мужчина предложил подвезти их до дома. Домой девушки попадут спустя три года и восемь месяцев.

Виктор Мохов держал девушек в подвале — по сути, бункере, который он строил с 90-х. Он регулярно насиловал их. Елена дважды рожала прямо в подвале под сараем. Спустя годы Екатерина Мартынова написала книгу «Исповедь узницы подземелья» про плен и долгожданное спасение. Книга выходит в середине марта, а 3 марта на свободу вышел насильник Виктор Мохов после 17 лет колонии. Он планирует вернуться жить в тот же дом. The Village публикует одну из первых глав книги.

Мохов ушел, заперев меня снаружи. Я огляделась. Бетонные стены покрывает белая краска, деревянные полы выкрашены в коричневый цвет. В побеленном потолке — два небольших вентиляционных отверстия, обеспечивающих приток кислорода. У противоположной от люка стены стоит одноместная кровать с железными спинками и пружиной. Матрас и постельное белье — старые, но видно, что чистые. Слева от спального места прибита небольшая деревянная столешница с двумя полками внизу, рядом — табуретка с металлическими ножками и пластиковым сиденьем. В углу, на уровне пояса — две деревянные полочки, прикрепленные к стене, по другую сторону от них находится ведро с крышкой, для нужд. Завершает картину небольшой обогреватель советского образца, который, видимо, и прогревает комнату, так как батареи не предусмотрены. Если бы не было этого немудрящего обогревателя, в бункере стоял бы просто могильный холод. В целом помещение новое и чистое, как будто только после ремонта.

Помещение действительно было новое. Потом нам расскажут, что Мохов три года готовился к преступлению. С 1997 года он начал рыть этот бункер. Вывез с участка несколько грузовиков земли… Что он говорил своей матери, с которой жил в одном доме? Неужели она и правда верила, что такой основательный подвал нужен для варений и солений?! Ведь подвал готовился практически как бомбоубежище: толстые стены, основательные бетонные перекрытия, электричество, вентиляция… Для хранения картошки и домашних заготовок такое сооружение явно избыточно…

Оставшись одна, я впала в панику, хотелось просто выть от бессилия. Больше всего беспокоило, где сейчас моя подруга и вообще жива ли. Дико хотелось закрыть глаза и оказаться дома, обнять маму и пообещать ей, что больше никогда не пойду гулять поздно вечером и не сяду в машину к незнакомцам. Я думала о семье, о школе, о том, как завтра мои одноклассники ворвутся в класс, будут смеяться, дурачиться, ходить друг к другу в гости и просто жить обычной жизнью, а я в это время буду выживать.

Здесь… В этом ужасном месте…

Не знаю, сколько времени я просидела так, погруженная в свои невеселые мысли, пока не загремели замки и в бункер не влез Виктор.

— Не спишь? — спросил он, ухмыляясь.

Я вновь начала спрашивать про Лену и заклинала его, слезно вымаливала отпустить нас домой. Но все было тщетно. Мохов сел к столу, достал из кармана бутылку самогона и граненый стакан. Наполнив его до краев содержимым бутылки, он заставил меня выпить. Чтобы не злить своего мучителя, давясь и проливая на себя спиртное, я все же влила в себя отвратительное пойло и, запив водой, отключилась.

— Кать, просыпайся, — услышала я будто сквозь вату знакомый голос. — Открывай глаза.

С трудом разлепив тяжелые веки, я увидела Лену.

— Где ты была? Сколько сейчас времени? Когда мы домой поедем? — засыпала я ее вопросами.

— Сейчас утро, — стирая какой-то вонючей тряпкой рвоту с моего лица, ответила подруга. — Я спала в доме. Виктор меня разбудил и к тебе привел.

Все это время Мохов стоял позади Лены.

— Ее нужно в порядок привести, — подал он голос. — Она во сне вся облевалась. — С этими словами он влез в люк, закрыл дверцы на засовы и уже через закрытый лаз, бросив что-то вроде «я позже зайду», исчез.

Я лежала на кровати абсолютно голая, накрытая простыней. Рассказав Лене, как Мохов обманом и силой затащил меня в этот подвал, а потом, напоив самогонкой до потери сознания, изнасиловал, я заплакала. Подруга начала успокаивать меня, помогала одеться. В то, что скоро придет Виктор и выпустит нас из этой могилы, верилось мало. Казалось, что сейчас сюда влезут оба наших похитителя и будут насиловать нас и мучить. А потом полуживых закроют в этом подполе и оставят умирать. Но спускаться к нам никто не собирался, внезапно отключился свет, наступила кромешная темнота.

Меня начало трясти, словно в лихорадке.

— Он больше не придет, — в приступе панической атаки, как заведенная, твердила я. — Мы умрем тут от жажды и голода, и нас никогда не найдут.

Лена нащупала мои плечи и обняла меня:

— Успокойся, мы обязательно выберемся отсюда. Вот увидишь, скоро придет Виктор и отпустит нас наконец.

Очень хотелось ей верить, и, представив, как я окажусь дома и все опять будет хорошо, я провалилась в тяжелый сон.

Пол под моими ногами исчезает… Квартира переворачивается… Только мебель остается на месте, а я все куда-то скольжу и скольжу по линолеуму вниз… Дверь… пустота… Пропасть и языки пламени… Я кричу, хватаюсь за порог, а огонь гудит… гудит… Снова этот сон… Почему же так гудит огонь? Разве пламя может так гудеть?

Разбудил меня звук включившейся вентиляции, вместе с ней зажегся свет. Раздались уже знакомый стук открывающегося наверху люка, скрип лестницы, ведущей вниз, наконец загремели замки на дверцах в нашу подземную комнату.

— Жрать хотите? — всунул голову в окошко Мохов.

И, не дожидаясь ответа, начал выкладывать на порог люка провизию. Это был десяток яиц, банка тушенки, белый хлеб, растительное масло, пакет макарон и пара полулитровых бутылок с питьевой водой; вслед за продуктами появилась посуда — эмалированный чайник, небольшой нож, который оказался совсем тупым, и две чайные ложки. Напоследок он достал электрическую плитку.

— Когда вы нас домой отпустите? — снова спросила Лена.

— На днях, — буркнул он и запер нас.

Лена включила плитку, сварила яйца в чайнике, порезала хлеб, кое-как открыла тушенку, и мы сели есть. Аппетита не было.

Очень хотелось домой, обнять маму, помыться, лечь в свою теплую кровать и забыть все как страшный сон.

Подруга пыталась приободрить меня, обещала, что мы непременно вырвемся на свободу, а я то плакала, то впадала в забытье, ограждая себя этим от жестокой реальности. Так началось наше подземное существование.

Первая неделя пребывания в плену была чудовищной. Мы кричали до хрипоты, стучали по стенам, но никто не слышал нас… Я надеялась, что полиция нас найдет по каким-то зацепкам, но ниточек, ведущих к нам, не оказалось. Как потом я узнала, не было ни одного свидетеля, хоть как-то пролившего бы свет на наше исчезновение. У Мохова получилось совершить идеальное преступление.

Пока для нас с Леной тянулись жуткие месяцы сексуального рабства, моя мама — Ирина Васильевна — и мама Лены — Александра Ивановна — конечно, встречались. Но каждая из них искала свой способ не сойти с ума в отсутствие вестей от дочери. Молитвы, гадалки… Однажды моя мама пошла к очередной гадалке, и та сказала, что весточка от дочерей будет. И даже сделала уточнение, что Лене — тяжелее, чем мне. Гадалка была ох как права… Но об этом — позже…

Обложка: «Издательская Группа Аст»

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Настоящие герои
Настоящие герои Три истории обычных людей, которые спасают рабов, разводят самолеты и наказывают насильников
Настоящие герои

Настоящие герои
Три истории обычных людей, которые спасают рабов, разводят самолеты и наказывают насильников

Смерть России, снятая с дрона, в блоге Lanasator
Смерть России, снятая с дрона, в блоге Lanasator Города-призраки, заброшенные панельки и кладбища кораблей
Смерть России, снятая с дрона, в блоге Lanasator

Смерть России, снятая с дрона, в блоге Lanasator
Города-призраки, заброшенные панельки и кладбища кораблей

«FOMO sapiens»: Как стадный инстинкт заставляет нас покупать ненужное
«FOMO sapiens»: Как стадный инстинкт заставляет нас покупать ненужное В том числе инвайты в Clubhouse
«FOMO sapiens»: Как стадный инстинкт заставляет нас покупать ненужное

«FOMO sapiens»: Как стадный инстинкт заставляет нас покупать ненужное
В том числе инвайты в Clubhouse

Как учитель из Якутии начал снимать фильмы и победил на «Кинотавре»: Интервью с режиссером «Пугала» Дмитрием Давыдовым
Как учитель из Якутии начал снимать фильмы и победил на «Кинотавре»: Интервью с режиссером «Пугала» Дмитрием Давыдовым
Как учитель из Якутии начал снимать фильмы и победил на «Кинотавре»: Интервью с режиссером «Пугала» Дмитрием Давыдовым

Как учитель из Якутии начал снимать фильмы и победил на «Кинотавре»: Интервью с режиссером «Пугала» Дмитрием Давыдовым

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

Акция в поддержку Алексея Навального

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

Первая полоса

Акция в поддержку Алексея Навального
Акция в поддержку Алексея Навального Возможно, последняя перед признанием ФБК экстремистами
Акция в поддержку Алексея Навального

Акция в поддержку Алексея Навального
Возможно, последняя перед признанием ФБК экстремистами

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы
За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы Примета времени — очереди повсюду
За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы

За 14 дней, неделю или сутки: За сколько нужно бронировать столик в популярные рестораны Москвы
Примета времени — очереди повсюду

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального
Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального
Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Как выглядит центр Петербурга перед протестной акцией, которую анонсировали сторонники Навального

Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон
Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон
Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон

Микродермалы, трагус и боль: Все, что нужно знать о пирсинге, прежде чем идти в салон

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю
«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю
«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

«Русская смерть», Сироткин, оскаровские фильмы и другие планы на эту неделю

Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно
Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно Диета, нагрузки, массаж и другие рекомендации врачей
Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно

Как заботиться о позвоночнике и суставах в 20, чтобы потом не было больно
Диета, нагрузки, массаж и другие рекомендации врачей

Оформить судебную доверенность
Оформить судебную доверенность Чтобы родственники и друзья могли попасть к вам в суд и в спецприемник
Оформить судебную доверенность

Оформить судебную доверенность
Чтобы родственники и друзья могли попасть к вам в суд и в спецприемник

Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов
Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов
Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов

Зеленый сезон: 8 рецептов небанальных, но простых салатов

Сколько стоит жизнь в Абхазии
Сколько стоит жизнь в Абхазии Квартиры только для местных, маршрутка из Сухума в Гагру и бюджетный кофе на песке
Сколько стоит жизнь в Абхазии

Сколько стоит жизнь в Абхазии
Квартиры только для местных, маршрутка из Сухума в Гагру и бюджетный кофе на песке

Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте
Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте
Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте

Что такое pasta fresca (или домашняя паста)? А pasta secca? Большой гид по пасте

Как справиться с тревогой
Как справиться с тревогой Несколько действенных техник из когнитивной терапии
Как справиться с тревогой

Как справиться с тревогой
Несколько действенных техник из когнитивной терапии

Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»
Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского» Говорим об аскезе, сплетнях, музыкальных крашах и реставрации города
Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»

Гуляем с Гудковым по окрестностям «Олимпийского»
Говорим об аскезе, сплетнях, музыкальных крашах и реставрации города

Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям
Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям Говорим о репетициях до первой крови, Radiohead и благотворительности
Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям

Гуляем с Никитой Кукушкиным по Патрикам и окрестностям
Говорим о репетициях до первой крови, Radiohead и благотворительности

Как выбрать уход за кожей по сезону
Как выбрать уход за кожей по сезону И как на ее состояние влияет менструальный цикл
Как выбрать уход за кожей по сезону

Как выбрать уход за кожей по сезону
И как на ее состояние влияет менструальный цикл

Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»
Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн» Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас
Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»

Новый альбом Энди Стотта, «Отец» с Энтони Хопкинсом и книга «Как я разлюбил дизайн»
Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас

«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»
«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники» Как среди ужасов войны отыскать надежду
«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»

«Мертвые — это неприятно, но это не страшно»: Выставка Виктории Ивлевой «Африканские дневники»
Как среди ужасов войны отыскать надежду

В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве
В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве «Во весь голос», Stoprobot и «Это винил»
В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве

В книжном магазине, на заводе и в спальном районе: Три новых магазина винила в Москве
«Во весь голос», Stoprobot и «Это винил»

Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»
Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»
Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»

Кофейня и красивый ресторан в кинотеатре «Художественный», суши-бар на Страстном и шведский стол на «Стрелке»

Мифы и факты о воде
Промо
Мифы и факты о воде Откуда в ней лекарства, как бороться с примесями и что не так с городским водопроводом
Мифы и факты о воде
Промо

Мифы и факты о воде
Откуда в ней лекарства, как бороться с примесями и что не так с городским водопроводом

Специалистка по детскому сну Юлия Доманова — о ночных пробуждениях, укачивании и совместном сне
Специалистка по детскому сну Юлия Доманова — о ночных пробуждениях, укачивании и совместном сне
Специалистка по детскому сну Юлия Доманова — о ночных пробуждениях, укачивании и совместном сне

Специалистка по детскому сну Юлия Доманова — о ночных пробуждениях, укачивании и совместном сне

Подпишитесь на рассылку