«Озера»: «В 2018 году все — клише» Первое и последнее интервью с московским дуэтом — без масок

«Озера»: «В 2018 году все — клише»

В конце февраля московская группа «Озера» объявила о своем распаде. История группы вышла короткой: за два года исполняющий минималистичную поп-музыку дуэт выпустил десять песен (две — при участии Хаски и Арчанги), сыграл примерно столько же концертов и снял один полноценный клип. Все это время участники группы предпочитали скрываться под масками, однако для московской сцены личности музыкантов были чем-то вроде открытого секрета: многие понимали, что музыку пишет Петар Мартич из группы «Пасош», а поет — его соратница Лиза Громова.

Распад не стал неожиданностью: страница группы во «ВКонтакте» не обновлялась еще с осени, и, по словам музыкантов, это послужило одной из причин закрыть проект. Последние концерты пройдут в Москве и Петербурге 9 и 11 марта соответственно — и билеты на московское выступление уже распроданы. Перед московским выступлением «Озера» дали The Village первое и последнее интервью — без масок.

Почему вы распадаетесь?

Петар: Мы решили распустить группу еще осенью 2017 года. По достаточно глупой причине — у нас не хватало времени.

Лиза: У Пети не было времени, а у меня было много амбиций.

Петар: Объявить об этом мы решили недавно: поняли, что скрывать это — нечестно по отношению к слушателям. Ну и нам самим хотелось бы отыграть последние концерты и закончить эту историю красиво. К тому же да, у нас возникли разногласия. И мы решили, что я продолжу заниматься группой «Пасош», а Лиза займется своей сольной карьерой с кем-то еще. Я уже четыре года занимаюсь музыкой, у меня все нормально…

Лиза: А тут пришла я и все разрушила.

Петар: Нет, ты ничего не разрушила, ты — прелесть. Просто ко мне и так приковано слишком много внимания, периодически мне хочется от него избавиться, а ты хочешь получить то, что ты заслуживаешь. С этой точки зрения мы очень разные.

Оправдала ли себя история с масками?

Лиза: Идея с масками изначально была Петина. Я долго сомневалась в том, нужно ли поддерживать ее или нет. Мне, как и любому человеку, хотелось быть увиденным, а не только услышанным. Но в этом был свой шарм.

Петар: Маски были защитой от ненужного внимания. У меня были и есть другие музыкальные проекты, которые говорят сами за себя, и мне не хотелось, чтобы через их призму воспринималось наше с Лизой творчество, в котором она играет ведущую роль. Но при этом первый же концерт мы хотели делать без масок. Расчет был на то, что к тому времени у нас появится аудитория, полюбившая нашу музыку, а не людей, которые за ней стоят.

Первое время это работало, пока не начались выступления и наша музыка не дошла до людей, которые могут меня знать. Было очень забавно: наши первые два концерта проходили на фестивале Moscow Music Week, и его организатор Степа Казарьян, наш хороший друг, до последнего момента не понимал, что мы — это мы. Нам на почту постоянно приходили запросы: от него, от Расела Рахмана из «Спасибо», который тоже предлагал нам выступить. Мы вели рабочую переписку с нашими друзьями! Поэтому в масках появился еще один смысл: нам не хотелось попасть куда-то по блату.


[Идея с масками] работала, пока не начались выступления и наша музыка не дошла до людей, которые могут меня знать. Было забавно: наши первые два концерта проходили на фестивале Moscow Music Week, и его организатор Степа Казарьян, наш хороший друг, до последнего момента не понимал, что мы — это мы. Нам на почту постоянно приходили запросы от него


Вы не находите это несколько наивным? Для значительного количества ваших слушателей (и организаторов концертов) никакого секрета в ваших личностях не было, получается такая ненужная мистификация.

Лиза: Это не было анонимностью ради анонимности, это была анонимность ради идеи.

Петар: Отыграв еще несколько концертов в масках, я понял, что в них гораздо больше символичности, чем функции. Музыка и личности, стоящие за ней, в медиапространстве неотделимы друг от друга — и очень часто успех или неуспех музыкального проекта зависит от человека и стереотипов, связанных с его личностью. Нам хотелось этого избежать, пускай даже и демонстративно. Но, вообще, маски были преградой для концертов. Постоянно приходилось что-то придумывать, чтобы не показывать лица. В масках было невозможно петь.

Лиза: Сложность с маской еще была в том, что она не налезала на очки. У меня очень плохое зрение, а линзы я не ношу. И очень часто Петя вел меня от гримерки до сцены. Еще мы выработали систему, при которой Петя всегда устанавливает мне микрофон так, чтобы я не запнулась и не упала.

Петар: Да, к последнему концерту мы сработались до уровня охранника и его подопечной: я открывал перед ней двери, давал ей воду.

Вас кто-нибудь пытался деанонимизировать?

Лиза: Писали, да. Причем в Петю попадали абсолютно все — его голос узнается по бэкам. Многие пытались угадать, кто я. В комментариях нам очень часто кидали страницы разных кудрявых девушек, но только не меня.

Петар: Я бы не сказал, что всем все было очевидно. Очень многие услышали об «Озерах» извне московского комьюнити, не зная про «Пасош». К тому же люди часто слушают музыку, не представляя себе, кто это и что это.


Выложили клип, через день о нем в твиттере написал Баста, решивший, что мы — молодая ростовская группа


Насколько группа повлияла на ваши отношения?

Лиза: «Озера» изначально были проектом о дружеских взаимоотношениях. Музыка была, скорее, фоном к нашей дружбе. Это было нашим совместным делом, но чаще мы просто проводили время, куда-то ходили.

Петар: Да. Наша дружба не настолько музыкальна, так что распад никак не повлияет на нее.

Лиза: У нас почти сразу случился коннект: когда мы познакомились, я его ненавидела, но через полчаса мы уже увлеченно болтали о музыке.

Петар: Я был на школьной вписке у подруги Лизы и услышал, как она играет и поет.

Лиза: Я сидела на диване, пила пиво и пела «Fireworks» Кэти Пэрри. И он после этого подлетел ко мне очень пьяный и закричал: «Ты умеешь играть?! Садись за фоно!»

Петар: Меня это очаровало, и я сказал, что мы обязаны что-то сделать вместе.

Лиза: Вообще, в «Озерах» я начала заниматься музыкой. Поняла, что умение петь и играть — это не просто бесполезный скилл, который у меня был, а действительно мое дело.

Петя, перед интервью ты сказал, что хочешь поговорить о состоянии музыкальной индустрии. Что ты имел под этим в виду?

Петар: Из всех групп, в которых я когда-либо участвовал, эта была самой критически успешной. Это меня поразило: я не пользовался своими связями и социальными сетями других своих групп для продвижения. Единственной публикацией, о которой мы договаривались заранее, была самая первая статья на The Flow про клип на «Акулу». Выложили клип, через день о нем в твиттере написал Баста, решивший, что мы — молодая ростовская группа. Клип действительно снят в Ростове. Я был в туре с «Пасош» и в интернете случайно увидел, как танцует 15-летняя девочка, Настя Ливаднова. И я решил, что было бы классно это задокументировать. У нас было два свободных часа перед саундчеком, и мы сняли этот клип в центральном парке Ростова.

После этого сразу же о нас положительно отозвался Александр Горбачев (главред журнала «Афиша» в 2013–14 годах, сейчас — редактор Meduza. — Прим. ред.), который в свое время по всем моим группам прошелся, написали другие журналисты. Те же The Flow внесли нас в список лучших записей, «Афиша», паблики разные. Такого простого и быстрого успеха у нас с «Пасош» не было.

Критический успех группы «Озера» — интересный социальный эксперимент о том, как музыка может быть самодостаточной. Он ставит под вопрос модель работы музыкального бизнеса, которая сейчас в России имеется: так, покупаем рекламу в пабликах, даем интервью в правильных изданиях, потом за неделю выпускаем альбом, потом едем в тур. И все это большая условность — все работает так, как ты хочешь, чтобы это работало. Нет универсального языка общения с аудиторией — нужно подобрать свой.


Я работаю в Garage Band — это очень плохая программа для создания музыки. Даже когда я пытаюсь что-то нагло *** (украсть. — Прим. ред.), у меня не получается, потому что в этой программе таких технических возможностей нет


Были ли «Озера» финансово-выгодным предприятием? Можно ли зарабатывать на музыке в России, если ты не видеоблогер?

Лиза: Мы изначально не стремились к прибыли. Очень много концертов мы провели забесплатно. Гонорары нам давали за выступления на фестивалях. И был один сольный концерт — осознанно заработать мы решили только на нем.

Петар: Ты так говоришь, как будто бы у нас 58 концертов было. Я в Калуге больше зарабатываю! Изначально мы хотели делать только бесплатные квартирники. Не было цели вести проект в коммерческую сторону — и его так и не появилось. На последних концертах мы выступаем в залах на 50 человек по четыре раза за вечер. Оба концерта анонсировались за две недели — и билеты уже раскуплены. Если бы мы все это дело заранее раскрутили и подошли бы к нему с головой, мы, конечно, могли бы заработать денег.

Почему вы с самого начала отказались от традиционной формы существования группы — с регулярными концертами, турами, выпуском клипов и мерча?

Лиза: У меня не было понимания того, что такое «традиционная форма существования группы», потому что я никогда не сталкивалась с музыкальной индустрией. Я оказалась в ней только благодаря Пете.

Петар: Большинство групп нечестны со своими слушателями. Они отталкиваются от того, как собрать побольше людей на их концерт, — и это нормально. Просто мы никогда не были группой в привычном смысле этого слова.

Лиза: Мы не думали о том, как мы должны что-то делать. Разве что в рамках одного концерта: да, давай сделаем здесь вот так.

Хорошо, а в чем честность заключается в вашем случае?

Лиза: В том, что мы не вели диалога, в отличие от этого интервью. Мы пускали пыль в глаза — и это тоже честно.

О чем был альбом «Феррари»? Меня, например, удивило появление Хаски и Арчанги. Откуда этот хип-хоп?

Лиза: Мы писали вторую ипишку. И когда у нас все было в стадии разработки, Петя предложил сделать фит — а Дима [Хаски] неожиданно согласился.

Петар: Что значит «неожиданно», мы уже тогда с ним дружили. Очень много талантливых людей вокруг, и нам посчастливилось быть практически со всеми ними знакомыми. Дрим-поп и русский рэп — вы видели такое раньше? Нет.

Какие музыкальные референсы у вас были? Если вернуться к «Феррари» — это рэп?

Петар: Мне всегда очень нравился подход Дина Бланта в разных его проектах, даже если говорить не о музыке, а об этике. Всегда думал, что он какой-то жуткий сноб и неприветливый чувак, такой «поствсе», как это бывает у людей с подобной рабочей этикой. Но когда мы познакомились, оказалось, что это вообще самый вежливый и приятный тип на свете. Накурились перед его концертом, где я играл диджей-сет, говорили про архитектуру, музыку, концерты, обменялись контактами. Еще одно подтверждение тому, что можно быть и простым, и сложным. Но на этом из референсов, наверное, все. Я работаю в Garage Band — это очень плохая программа для создания музыки. Даже когда я пытаюсь что-то нагло *** (украсть. — Прим. ред.), у меня не получается, потому что в этой программе таких технических возможностей нет. Все наши музыкальные ориентиры здесь просто не работают, их не слышно. Лиза скидывала мне свои песни, записанные под пианино: очень хорошие, очень приятные, о каких-то сказочных вещах. Свою задачу я видел так: заставить это звучать странно. Так в России, мне кажется, никогда не делали и до сих пор не начали делать.

Лиза: Мы всегда делали упор на голос.

Петар: Да, вот знаешь, как в рок-музыке? Хороший барабанщик — не тот, который играет *** (хорошо. — Прим. ред.) и может любую дырку заполнить дробями, а тот, который может не играть, когда это требуется.

То есть ты себя таким барабанщиком воспринимаешь в плане написания музыки для «Озер»?

Петар: Да. Когда мы играем на концерте, я пою три-четыре строчки за 40 минут — и все. И для меня, как для исполнителя, спеть эти четыре строчки — гораздо сложнее, чем отыграть час в качестве вокалиста рок-группы.

Кто писал тексты для песен? Ваши песни населяют акулы, тигры и львы, почти как у «Соломенных енотов». Откуда взялся этот анимализм?

Лиза: Тексты писала я. Я довольно большой фанат зоологии — и даже думала посвятить себя ихтиологии. Акулы — мои любимые животные, не считая собак. Мне проще ассоциировать себя с животными, когда я рассказываю свои истории. Они — собирательный образ того характера или качества, о котором поется в песне. В «Луне» я сравниваю себя со зверем, но с каким именно — не знаю. Оставляю этот вопрос открытым, мне интересно, как люди сами для себя на него ответят.

Я был на нескольких ваших концертах — и они все разные, на шоукейсе «Флоу» вы выступали за ширмой, в «16 тоннах» — с танцовщицами. какими будут последние выступления?

Петар: Мы играем четыре концерта подряд с одной и той же 50-минутной программой. Изначально мы думали, что на концерт придут человек 70, но в результате продали неожиданно много билетов, поэтому пришлось выкручиваться. С другой стороны, у нас всегда было желание сделать такое репетитативное выступление. Почему Джей-Зи может десять часов подряд играть свой трек в Музее современного искусства в Нью-Йорке, а мы не можем выступить четыре раза подряд?

В анонсе концертов говорится, что вы характеризуете группу как эксперимент и арт-проект. Зачем это нужно? Ты до этого говорил о клише, но это же тоже клише.

Петар: Конечно, клише, но не самое очевидное. В 2018 году все клише. Твоя задача в том, чтобы выбрать из этих клише не самое пошлое и самое подходящее.

Но вам не кажется ваше клише пошлым?

Лиза: Если мы его выбрали, оно не может казаться нам пошлым.

Петар: С группой «Озера» я пытался создать эстетику, при которой все является пошлым и одновременно — классным. Название нашего первого альбома — перевод названия альбома группы Mogwai. И когда люди в комментариях пишут, что мы *** (украли) название альбома у Mogwai, это свидетельствует о том, что мы находимся на разных уровнях принятия поп-культуры. Обложкой второго альбома должна была быть папарацци-фотография бегущего Брэда Питта. Но мы не сошлись в этом: Лизе не понравилась идея. С самого начала не было никакой логики, тактики — и мы этого придерживались. Поэтому неуместно что-либо в «Озерах» осуждать или хвалить. Единственное, что можно и нужно говорить: «классная песня» и «плохая песня», «классный бит» и «не очень хороший голос» (или наоборот).

Зачем же тогда эта высокохудожественность в ведении паблика и на концертах?

Петар: Быть такими высокохудожественными — это очень-очень весело. Ты делаешь что-то по приколу, а тебя воспринимают всерьез. Или наоборот: ты делаешь что-то всерьез, а воспринимают тебя по приколу. Это все — игра, издевательство над тем, как музыканты относятся к себе, к своему творчеству. Психологический эксперимент: ты можешь заставить кого угодно поверить в то, что это серьезное искусство, жонглировать мнениями. Я посвятил много сил осмыслению этого в «Озерах» и других группах — хотя бы для самого себя.

Так «Озера» — это игра и прикол или все-таки искусство?

Петар: Я однозначно считаю, что Лиза — очень талантливый автор-исполнитель, ее песни достойны восторга. Когда я говорю про психологический эксперимент и манипуляцию, я говорю про публичную деятельность, а не про музыкальное содержание. Поэтому и было важно обезличить музыку — чтобы я мог говорить об этом как о двух разных вещах. У нас была нестабильная и неадекватная публичная деятельность, работающая во вред себе, но мы делали хорошую, честную и искреннюю музыку. И это сработало.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Хаски — об общежитии МГУ и одиночестве
Хаски — об общежитии МГУ и одиночестве Интересные люди говорят с The Village о важных для них местах в Москве и Петербурге
Хаски — об общежитии МГУ и одиночестве

Хаски — об общежитии МГУ и одиночестве
Интересные люди говорят с The Village о важных для них местах в Москве и Петербурге

«Пасош» — о Китай-городе, Мандельштаме и полиции
«Пасош» — о Китай-городе, Мандельштаме и полиции Одна из главных молодых рок-групп момента рассказала The Village о любимом районе
«Пасош» — о Китай-городе, Мандельштаме и полиции

«Пасош» — о Китай-городе, Мандельштаме и полиции
Одна из главных молодых рок-групп момента рассказала The Village о любимом районе

Степан Казарьян: «За день до фестиваля „Боль“ меня позвали в органы»
Степан Казарьян: «За день до фестиваля „Боль“ меня позвали в органы» Организатор главного смотра отечественного андеграунда — о взятках, Дуде и фо-бо
Степан Казарьян: «За день до фестиваля „Боль“ меня позвали в органы»

Степан Казарьян: «За день до фестиваля „Боль“ меня позвали в органы»
Организатор главного смотра отечественного андеграунда — о взятках, Дуде и фо-бо

30 лучших клипов 2017 года
30 лучших клипов 2017 года От Паши Техника и «Пасош» до Бьорк и Migos
30 лучших клипов 2017 года

30 лучших клипов 2017 года
От Паши Техника и «Пасош» до Бьорк и Migos

Тэги

Новое и лучшее

«Я попробовал — у меня не получилось»: Истории людей, которые вернулись в Россию

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

От айфона до iHerb: Как сейчас заказать из-за рубежа одежду, технику и витамины

На границе с Финляндией у туристов изымают евро. На границе с Эстонией — не пропускают с валютой

Теперь в кафе Les прощаются с любимыми. Репортаж The Village

Первая полоса

Здесь чужие, там предатели: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию
Здесь чужие, там предатели: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию «Мы не сами приняли это решение. Его приняли за нас»
Здесь чужие, там предатели: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию

Здесь чужие, там предатели: Монологи украинцев, бежавших от ***** в Россию
«Мы не сами приняли это решение. Его приняли за нас»

Институт Музыкальных Инициатив прекратит работу 1 ноября

Власти Петербурга отменят новогодние праздники и пожертвуют деньги мобилизованным

Свежий Борис Гребенщиков — на The Village

Свежий Борис Гребенщиков — на The VillageЗаписал Александр Горбачев

Свежий Борис Гребенщиков — на The Village

Свежий Борис Гребенщиков — на The Village Записал Александр Горбачев

Россияне доплыли до Аляски, чтобы избежать мобилизации. Мужчин задержали

Срочно в Монголию
Срочно в Монголию Экстренные советы по эмиграции
Срочно в Монголию

Срочно в Монголию
Экстренные советы по эмиграции

Где умирают мобилизованные? Нет, не в Украине

Не служившей петербурженке пришла повестка

Вечное 24 февраля. Лев Левченко — о том, что теперь мы будем жить с ****** всегда
Вечное 24 февраля. Лев Левченко — о том, что теперь мы будем жить с ****** всегда Выступление Путина ждали как последнюю серию «Игры престолов»
Вечное 24 февраля. Лев Левченко — о том, что теперь мы будем жить с ****** всегда

Вечное 24 февраля. Лев Левченко — о том, что теперь мы будем жить с ****** всегда
Выступление Путина ждали как последнюю серию «Игры престолов»

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

«Яндекс Карты» перестали показывать границы регионов. Через несколько дней после «референдумов»

Активистку Анастасию Филиппову арестовали на 10 суток за неповиновение полиции

Ссылка дня: Медиапроект о волонтерской помощи бездомным «Где-то рядом»

Экс-директор «Ночлежки» запустил проект, помогающий избежать мобилизации

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 1, сентябрь-октябрь
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 1, сентябрь-октябрь Собирать виноград, слушать джаз и помогать беженцам
Что делать в Тбилиси? Выпуск № 1, сентябрь-октябрь

Что делать в Тбилиси? Выпуск № 1, сентябрь-октябрь
Собирать виноград, слушать джаз и помогать беженцам

Это страшно и уродливо. 12 хороших российских фильмов о войне
Это страшно и уродливо. 12 хороших российских фильмов о войне Нагиев у Невзорова, дебют Бекмамбетова об Афгане и Охлобыстин в антивоенном фильме (бывало и такое)
Это страшно и уродливо. 12 хороших российских фильмов о войне

Это страшно и уродливо. 12 хороших российских фильмов о войне
Нагиев у Невзорова, дебют Бекмамбетова об Афгане и Охлобыстин в антивоенном фильме (бывало и такое)

Сотк — три часа от Еревана. Здесь только что падали снаряды
Сотк — три часа от Еревана. Здесь только что падали снаряды Что увидел Василий Крестьянинов — специально для The Village
Сотк — три часа от Еревана. Здесь только что падали снаряды

Сотк — три часа от Еревана. Здесь только что падали снаряды
Что увидел Василий Крестьянинов — специально для The Village

Mutabor на выезде: Как прошел Sensor — фестиваль на горе Арагац

Mutabor на выезде: Как прошел Sensor — фестиваль на горе АрагацФоторепортаж The Village из Армении

Mutabor на выезде: Как прошел Sensor — фестиваль на горе Арагац

Mutabor на выезде: Как прошел Sensor — фестиваль на горе Арагац Фоторепортаж The Village из Армении

9 лучших рынков Петербурга
9 лучших рынков Петербурга Где купить хороший сыр, фермерскую птицу, килограмм авокадо за 100 рублей и корень барбариса
9 лучших рынков Петербурга

9 лучших рынков Петербурга
Где купить хороший сыр, фермерскую птицу, килограмм авокадо за 100 рублей и корень барбариса

Жительница Перми дошла пешком до Минска в знак протеста против *****

Длиннющая очередь на границе России с Грузией закончилась — Северо-Кавказская таможня

Срочно в Израиль
Срочно в Израиль Экстренные советы по эмиграции и репатриации
Срочно в Израиль

Срочно в Израиль
Экстренные советы по эмиграции и репатриации

«Шел третий месяц нищеты и безнадеги»: Как живет Тихвин, в котором из-за ***** встал градообразующий завод

«Шел третий месяц нищеты и безнадеги»: Как живет Тихвин, в котором из-за ***** встал градообразующий завод

«Шел третий месяц нищеты и безнадеги»: Как живет Тихвин, в котором из-за ***** встал градообразующий завод

«Шел третий месяц нищеты и безнадеги»: Как живет Тихвин, в котором из-за ***** встал градообразующий завод

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом
Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

Миша рисовал поверх свастик кошек в Тбилиси. Кошку приняли за символ российской агрессии, а художнику угрожали ножом

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость» Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»
«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»

«Раненые и убитые — это не „побочные следствия“ войны, а ее смысл и необходимость»
Отрывок из книги «Разум в тумане войны. Наука и технологии на полях сражений»

«Я попробовал — у меня не получилось»: Истории людей, которые вернулись в Россию
«Я попробовал — у меня не получилось»: Истории людей, которые вернулись в Россию
«Я попробовал — у меня не получилось»: Истории людей, которые вернулись в Россию

«Я попробовал — у меня не получилось»: Истории людей, которые вернулись в Россию

Количество барбершопов в России за два года выросло на 54 %

Силовики пришли с обыском к математику Сергею Шпилькину. Он не раз доказывал, что выборы в России фальсифицируют

После объявления мобилизации москвичи начали срочно продавать квартиры. Еще и с большой скидкой

Как Казахстан принимает россиян. Репортаж The Village из Уральска
Как Казахстан принимает россиян. Репортаж The Village из Уральска «Я сказал, чтобы никто не плакал, потому что вернемся и будем бороться»
Как Казахстан принимает россиян. Репортаж The Village из Уральска

Как Казахстан принимает россиян. Репортаж The Village из Уральска
«Я сказал, чтобы никто не плакал, потому что вернемся и будем бороться»

Этот момент настал. H&M закрывает магазины в России

Как репортер The Village свалил из страны на велосипеде через Ларс

Как репортер The Village свалил из страны на велосипеде через Ларс

Как репортер The Village свалил из страны на велосипеде через Ларс

Как репортер The Village свалил из страны на велосипеде через Ларс

Возвращение в мертвый город: Жители Мариуполя массово едут домой. Почему?
Возвращение в мертвый город: Жители Мариуполя массово едут домой. Почему? «Приехали и все время плачут»
Возвращение в мертвый город: Жители Мариуполя массово едут домой. Почему?

Возвращение в мертвый город: Жители Мариуполя массово едут домой. Почему?
«Приехали и все время плачут»

Молодые пары, которые поженились из-за *****, — об отъезде, дискриминации за границей и отсутствии будущего
Молодые пары, которые поженились из-за *****, — об отъезде, дискриминации за границей и отсутствии будущего
Молодые пары, которые поженились из-за *****, — об отъезде, дискриминации за границей и отсутствии будущего

Молодые пары, которые поженились из-за *****, — об отъезде, дискриминации за границей и отсутствии будущего

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды За моду взялись «настоящие патриоты»
«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды

«Один большой курьез»: Как прошла Московская неделя моды
За моду взялись «настоящие патриоты»

Потребление пива в России выросло на треть за последние полгода

Силовики попытались попасть в квартиру активистки Полины Титовой через окно соседки. Потом просто постучались и ушли

Антоха МС победил в суде! Теперь он не должен 2,5 миллиона рублей своему бывшему продюсеру за исполнение своих песен

С начала мобилизации из России уехали от 600 000 до 1 миллиона человек — Forbes Russia

Гид по ателье: Где в Москве сшить новую или переделать старую одежду
Гид по ателье: Где в Москве сшить новую или переделать старую одежду
Гид по ателье: Где в Москве сшить новую или переделать старую одежду

Гид по ателье: Где в Москве сшить новую или переделать старую одежду

На дочь журналистки Ирины Славиной составили протокол о «дискредитации армии» из-за пикета в память о матери

Спектакль «Первый хлеб» — состоится. По словам представителей «Современника», в постановку не успели ввести актера

Ссылка дня: Аудиосборник «Рассказы про эмоции» от актеров «Гоголь-центра»

Полицейского, который избил подростка во время «антинаркотического рейда», приговорили к трем годам колонии

Трафик в торговых центрах упал в среднем на 20 %

В Казани одиннадцатиклассница пыталась поджечь военкомат в знак протеста против *****

Товар дня: Пакеты-повестки в магазине «Веселая затея»

Что делать в Риге? Выпуск № 1, начало октября
Что делать в Риге? Выпуск № 1, начало октября Обсуждать «хороших русских» и  слушать The Cure
Что делать в Риге? Выпуск № 1, начало октября

Что делать в Риге? Выпуск № 1, начало октября
Обсуждать «хороших русских» и  слушать The Cure

В России в три раза вырос спрос на заморозку спермы из-за мобилизации

На границе Эстонии и России — гуманитарная катастрофа. Беженцы из Украины сутками стоят там в очередях

Дмитрий Озерков ушел из Эрмитажа. 22 года он отвечал за современное искусство в музее

Более 180 человек получили повестки на КПП «Верхний Ларс»

«Экспресс»: Как смешать Гайдая и Гая Ричи и снять фильм в современной Черкесии?
«Экспресс»: Как смешать Гайдая и Гая Ричи и снять фильм в современной Черкесии? Авантюрная комедия от режиссёра «Лалай-балалай»
«Экспресс»: Как смешать Гайдая и Гая Ричи и снять фильм в современной Черкесии?

«Экспресс»: Как смешать Гайдая и Гая Ричи и снять фильм в современной Черкесии?
Авантюрная комедия от режиссёра «Лалай-балалай»

Число уголовных дел за уклонение от службы с весны достигло десятилетнего максимума

К Земле приближается астероид. Его диаметр достигает полкилометра

В сеть слили данные клиентов и сотрудников DNS

В России заблокировали музыкальный сервис SoundCloud

Режиссер Михаил Бородин – о «Продуктах 24», гольяновских рабах и возвращении в Узбекистан
Режиссер Михаил Бородин – о «Продуктах 24», гольяновских рабах и возвращении в Узбекистан
Режиссер Михаил Бородин – о «Продуктах 24», гольяновских рабах и возвращении в Узбекистан

Режиссер Михаил Бородин – о «Продуктах 24», гольяновских рабах и возвращении в Узбекистан

За что прокуратура Петербурга хочет признать «Весну» экстремисткой организацией

На студента составили протокол о «дискредитации» за слово «могилизация»