1 августа, воскресенье
Санкт-Петербург
Войти

«Ирландец»: Из чего состоит итоговый фильм Скорсезе Алиса Таёжная — о трехчасовом фильме живого классика

«Ирландец»: Из чего состоит итоговый фильм Скорсезе

27 ноября на Netflix вышел «Ирландец» — первый с 2016 года фильм Мартина Скорсезе. Хронометраж в три с лишним часа, звездный актерский состав, очевидно, огромный бюджет и сотрудничество живой легенды с главным стриминговым сервисом в мире — да, «Ирландец» задолго до выхода превратился в самый ожидаемый фильм года. Обозреватель The Village Алиса Таёжная объясняет, почему этим фильмом Скорсезе подводит итоги не только самого жанра кино про мафию, но и собственной карьеры.

«Ирландец»

The Irishman

Год выхода

2019

Режиссер

Мартин Скорсезе

В ролях

Роберт Де Ниро, Аль Пачино, Джо Пеши, Рэй Романо, Бобби Каннавале

Смотреть

netflix

«Я крашу дома»

Фрэнк вспоминает свою жизнь, находясь в доме престарелых, — он один из немногих, кто выжил в мафиозной заварухе 30-летней давности. Теперь его ждет диета и мемуары, а еще — визиты католического священника: чем дальше, тем чаще. Скорсезе поставил «Ирландца» по мемуарам фигуранта многоуровневого судебного разбирательства, в котором большинство обвиняемых получили сроки, а многие — пулю в лоб. Фигуры криминальных авторитетов, политиков и предпринимателей вплывают в кадр с парящими вокруг них датами смерти или тюремных сроков (иногда они совпадают).

«Я крашу дома» — название этой книги и титр в самом начале «Ирландца». Ирландец Фрэнк Ширан (Роберт Де Ниро) — не самый ушлый мошенник, который подворовывает мясные туши и ставит на морозе пломбы: ответственный за это человек не любит лишний раз выходить на холод и не может отследить пропажи. Пропадает сначала по чуть-чуть, а потом целый грузовик — туши приезжают прямо к столу мясоеду-мафиози. Так Фрэнк попадает в поле зрения важных людей в итальянской мафии: своего будущего нанимателя и покровителя Расса Буффолино (Джо Пеши) он волей случая встречает на заправке. Постепенно Фрэнк начинает «красить дома» — кровью. Задание обычно начинается с фразы «я немного обеспокоен» — позывного, что надо разобраться быстро и максимально незаметно. Ультиматумы называются услугами, вся жизнь больших денег строится на виртуальном балансе взаимных уступок и договоренностей: у каждого внутри есть таблица дебета и кредита взаимных одолжений, по которой постоянно производится перерасчет. Не крысить, не лезть выше по лестнице без приглашения, не вмешиваться в чужие дела, не спросив своего главного, — понятия, по которым в этой иерархии действуют все.

Мафия говорит по-итальянски и за ужином макает хлеб в красное вино. Фрэнк хоть и ирландец, но католик: ему как-никак можно доверять. К тому же он неплохо знает итальянский, потому что во время Второй мировой служил в Италии. В армии субординация была такой же — без лишних слов солдату кивали на лес и несколько пленных: что делать дальше, было понятно и так. К удивлению Ширана, почему-то все пленные, роющие себе могилы, до последнего верили, что их там не похоронят, и бессмысленно отгораживались руками от наставленного ружья.

Фрэнк Ширан никуда не торопится и рассказывает издалека, минуя детство и молодость, но не упускает никого из нескольких десятков мужчин, повлиявших на его судьбу. Он пересказывает беседы и подробно вспоминает каждую захудалую прачечную, швейный салон или ресторан, за дверями которых стряпались большие дела. Есть место и черной комедии в духе «Фарго» — один труп засунули в измельчитель древесины на лесопилке. Ширан и Скорсезе понимают, что мир криминала XX века стремительно уходит в прошлое (об этом же своей «Пророк» во Франции снял Жак Одиар) и старые времена нуждаются в придирчивом к деталям летописце. «Все уже мертвы, все закончилось, никого не осталось», — говорит Фрэнку Ширану пара навестивших его представителей закона. Он — мамонт, последний, кто внятно может что-то рассказать.

Судьба Ширана меняется, когда в его жизни появляется Джеймс Хоффа (Аль Пачино) — хозяин крупнейшей логистической компании, которая доставляет по стране всем и все. На торжественной речи, посвященной возглавляемому им профсоюзу дальнобойщиков, Джимми говорит, что еда и товары первой необходимости, лекарства и рабочие материалы — словом, все, что производит мировой капитализм, доезжает до людей только благодаря выстроенной им системе. Джимми контролирует всю Америку, будучи кредитором большинства бизнесов, мафиозных кланов, политиков и чиновников, которым нужно укреплять позиции. Он отлично понимает, что если «тебя уходят», то «уходят только в могилу», но ничего не может поделать с гордостью, горячим нравом и желанием сохранить за собой власть: эпизод с десятиминутным опозданием оппонента и его неуважительным появлением на переговорах в тропических шортах — одна из самых ярких и смешных сцен уязвленной криминальной маскулинности (много, очень много слова «******» [минетчик]).

Некуда торопиться

То, что происходит в реальной жизни и всех криминальных фильмах Скорсезе (и не только его), — бизнес-интересы стремительно переплетаются с семейными: перед нами снова фигура крестного отца, жены обедают вместе, дети едят с «партнерами по бизнесу» мороженое, династические браки между кланами обеспечивают многолетнее перемирие. Между Фрэнком и Джимми возникает настоящая симпатия и долгосрочное взаимное доверие. И, застряв между Рассом, который привел его в большую игру, и Джимми, который доверяет ему как надежному партнеру, Фрэнк пытается не подвести обоих, что по правилам мафии невозможно: хозяин только один. Пока ты сам не становишься хозяином всех.

Совершенно очевидно, почему новый фильм Скорсезе вышел именно на Netflix — кому, как не мастеру и одному из самых осведомленных синефилов в мире (не верите — посмотрите на IMDb, сколько образовательных кинопроектов он сделал и сколько фильмов других режиссеров спродюсировал), знать, как сложно удержать зрительское внимание. Три с половиной часа — это не мини-сериал, удобно разрезанный на главы, и не фильм в кинотеатре, который не способны высидеть приученные к хронометражу 100–140 минут зрители стандартных синеплексов. 220 минут «Ирландца» — обстоятельная трапеза длиной в вечер, растянутая на несколько приемов, где зрителю дана свобода выйти из-за стола, но не прерывать плавное течение самого фильма. Скорсезе не тормозит и не разгоняется, а едет в повествовании на одной и той же скорости — той, с которой Фрэнк Ширан вел фуры на трассах между американскими городами.

Одна из главных особенностей фильма, на которую быстро набросились апологеты достоверности и технической точности, — омоложенные и состаренные легендарные актеры: Де Ниро, Пеши, Пачино, Кейтель — лучшие актеры Голливуда, с которыми связаны славные времена американского кино второй половины XX века. Можно обвинить Скорсезе в эксплуатации великих стариков, нелепых попытках приклеить Де Ниро голубые глаза и заставить Джо Пеши ходить моложавой походкой. Но причина в кастинге очень пожилых людей, вероятно, не только в том, что этим звездам больше никогда не выпадет шанс сыграть вместе ансамблем (и один этот факт стоит каждой минуты их экранного времени). Просто неторопливый темп, с которым на экране прохаживаются, а не несутся главные герои в свои 40–50 — примета эпохи других скоростей, когда открытая машина с президентом проезжала по Далласу, а у преступников на задании было время ехать на автомобиле из города в город и оставлять многозначительные паузы после важных слов. Никто в «Ирландце» не суетится: ни актеры, ни режиссер.

Блокбастеры, женщины и американские мифы

С темпом и тоном «Ирландца» резонирует и недавняя горькая колонка Мартина Скорсезе в The New York Times об эпохе блокбастеров, которую многие восприняли как брюзжание старика — мем «окей, бумер» вовремя подоспел. В этом тексте — простом, прозрачном, печальном и сочащемся любовью к делу жизни — Скорсезе скорбит по времени, когда кино было риском, и одновременно защищается от обвинений в консерватизме. Он пишет, что не против конвейерной сборки современных франшиз, а против того, что блокбастеры предлагаются в большинстве мировых кинотеатров как единственно возможное кино. Скорсезе говорит о важности архивных и репертуарных кинотеатров, где можно посмотреть и Пола Томаса Андерсона, и Уэса Андерсона, не чувствуя себя избранным меньшинством. И, выпуская «Ирландца» на Netflix, фантазирует о возможности показывать на большом экране кино другого темпа, которое он снял и в котором рискует перед молодой аудиторией, знающей Хичкока и Тарковского дай бог по именам.

«Видение художника, конечно, и есть самый большой риск» — и именно о препятствиях выразить себя для кинематографистов и зрителей колонка Скорсезе против рыночной уравниловки. Компьютерное восстание из мертвых Джеймса Дина или голограмма Фредди Меркьюри — еще одно лицо будущего некино, рядом с которым омоложенные Де Ниро и Пачино все еще смотрятся живее всех живых — потому что их режиссер знает, что с ними делать в настоящем времени, пока они дышат и способны поделиться своим талантом с нами. Старикам тут, казалось бы, не место, но семья без дедушки — уже другая семья.

Другая особенность «Ирландца» — женщинам здесь тоже не место. Если в «Хороших парнях» и «Казино» (и в родственных им «Лице со шрамом» или «Однажды в Америке») женщина или женщины всегда были центром повествования и объектом желания и конкуренции, то в «Ирландце» они попросту на периферии, и тому в сюжете дано очевидное объяснение. Жены показательно не лезут в дела, видя в кошмарах, как взрываются их машины. Не задают напрасных вопросов, на которые им все равно не ответят. Возраст промискуитета в прошлом, и вопрос соблазна не стоит: жены удобно находятся поблизости, чтобы вовремя записать на них десятую часть собственности и всучить им кровавую одежду после очередного дела. It is a man’s world. Женщины делают вид, что их мужья не красят стены. Дочери с отцами предпочитают не разговаривать.

Еще в «Ирландце» Скорсезе трезво развеивает два главных американских мифа — о справедливом правосудии и о демократии. Америка без коррупции из документальных свидетельств Фрэнка Ширана — это великое надувательство. Если мы видим в фильме детали крупным планом, то, скорее всего, это конверты с деньгами, которые передают из рук в руки за выполненные задания и оказанные услуги. Иногда мелькают микрофоны, которые вешают на кротов. Все продается и покупается — свидетели на суде и свобода, отведенный вовремя взгляд и закрытый рот. Закон эфемерен, его не существует, а исход судов чаще всего известен, если кого-то из лояльных людей не перекупят за большую стоимость. Лояльность — главная ценность в реальности «Ирландца», и она или не продается, или продается однажды по самой высокой цене: именно так Фрэнк Ширан получает один из трех золотых перстней — символ неприкосновенности и пожизненной защиты. Вопрос, как и когда продать свою лояльность, встает в «Ирландце» перед каждым, но о неминуемом конце игры помнят все. Афера по-американски (о том же самом, но в чуть меньших масштабах — замечательный ретроэпос Дэвида О. Рассела) — единственный способ делать дела как на уровне мафии, так и на уровне государства.

Демократия по «Ирландцу» — еще одно не работающее в реальности понятие, наполняющее американский народ необъективной гордостью за себя. Пока обыватели в Штатах горюют над убийством симпатяги-президента в Далласе, Джимми Хоффа тихо приседает за стол: порушен хрупкий статус-кво, в котором группы влияния и лоббисты годами делили прибыль и территории. Фрэнк Ширан рвет подкладку Карибского кризиса — без всяких иллюзий о намерениях Кеннеди освободить Кубу от деспотизма Кастро. Настоящий объект передела — кубинские казино и огромные деньги вокруг них, на что брошены силы как телевизионной пропаганды, так и чиновников с долями в мафиозных кланах: мафия финансирует политиков каждую избирательную компанию. На старости лет Фрэнк смотрит по телевизору слишком знакомый сюжет — бомбардировку Сербии: только теперь он не может по именам назвать главных действующих лиц этой международной игры, как мог безошибочно 30 лет назад.

Великая эпоха

«Ирландец» при всей его сдержанности и неспешности смотрится как пенсионерское продолжение «Волка с Уолл-стрит» — самого резвого фильма Скорсезе за последние пару десятилетий. Если бы Гордона Белфорта не посадили в тюрьму в расцвете лет и он не вышел бы на свободу вести мастер-классы по продажам, тыча слушателям в лицо ручкой, то, скорее всего, стал бы Фрэнком Шираном с поправкой на полное отсутствие гедонизма. Если мир с Уолл-стрит — это махинации с цифрами, красивая жизнь, трофейная жена в обтягивающем платье, наркотики и тусовки у бассейна, то главный наркотик героев «Ирландца» — это контроль. Марго Робби в прошлом, если она когда-то и была объектом интереса, главное в жизни — работа: палить и не запалиться. Как бы ярко ни складывалась молодость и зрелость, финал для каждого — инвалидное кресло или палка, внимательная медсестра на 50 лет младше, которая спрашивает, почему дети приезжают так редко.

Ближе к 90 годам все выжившие — мафиози или нет — чаще смотрят на небеса и налаживают отношения с Богом, имя которого прежде употребляли как междометие. Бойцовскую рыбку до самой смерти отличит только навык поторговаться за понравившийся гроб для самого себя — могила ждет, но сбить цену на полторы тысячи долларов все равно приятно. С той же смелостью и остроумием Мартин Скорсезе выбирает себе гроб в похоронном бюро, отдавая себе отчет в том, что оставил после себя великую эпоху и великую фильмографию. И потому имеет полное право на уважение и три с половиной часа жизни миллионов людей другого поколения с синдромом дефицита внимания. Он не будет торопиться со своим рассказом.


Фотографии: Международный кинофестиваль в Нью-Йорке

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Волк с Уолл-стрит»: Зачем смотреть фильм про богатого мерзавца
«Волк с Уолл-стрит»: Зачем смотреть фильм про богатого мерзавца Герой новой ленты Мартина Скорсезе, беспринципный финансист Белфорд, проповедует роскошь и излишества. H&F рассказывает о том, чему у него можно научиться.
«Волк с Уолл-стрит»: Зачем смотреть фильм про богатого мерзавца

«Волк с Уолл-стрит»: Зачем смотреть фильм про богатого мерзавца
Герой новой ленты Мартина Скорсезе, беспринципный финансист Белфорд, проповедует роскошь и излишества. H&F рассказывает о том, чему у него можно научиться.

Мартин Скорсезе и его главные фильмы
Мартин Скорсезе и его главные фильмы Религия, мужские сообщества, музыка и другие ключевые темы в фильмографии автора главной картины недели
Мартин Скорсезе и его главные фильмы

Мартин Скорсезе и его главные фильмы
Религия, мужские сообщества, музыка и другие ключевые темы в фильмографии автора главной картины недели

Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе
Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе «В „Верности“ мне как раз хотелось поговорить не про женщину с поехавшей крышей, а про обычную и здоровую»
Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе

Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе
«В „Верности“ мне как раз хотелось поговорить не про женщину с поехавшей крышей, а про обычную и здоровую»

«Рик и Морти», «Сорокин трип», новый Тарантино и другие ноябрьские новинки Netflix, Ivi и других
«Рик и Морти», «Сорокин трип», новый Тарантино и другие ноябрьские новинки Netflix, Ivi и других А также продолжение «Конца ***го мира», новый фильм Мартина Скорсезе и многое другое
«Рик и Морти», «Сорокин трип», новый Тарантино и другие ноябрьские новинки Netflix, Ivi и других

«Рик и Морти», «Сорокин трип», новый Тарантино и другие ноябрьские новинки Netflix, Ivi и других
А также продолжение «Конца ***го мира», новый фильм Мартина Скорсезе и многое другое

Тэги

Сюжет

Люди

Прочее

Новое и лучшее

20+ главных событий недели

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно

«Основной инстинкт»

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»

«У меня будто сердце разорвалось, а у людей тут обед»

Первая полоса

20+ главных событий недели
20+ главных событий недели Kedr Livanskiy, Manizha, выставка итальянской фотографии в «Росфото» и «Сказки Гофмана»
20+ главных событий недели

20+ главных событий недели
Kedr Livanskiy, Manizha, выставка итальянской фотографии в «Росфото» и «Сказки Гофмана»

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно Артем Макарский — о главном альбоме этого года
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Артем Макарский — о главном альбоме этого года

«Основной инстинкт»

«Основной инстинкт»Как Пол Верховен снял второсортный фильм с актерами первой величины и обманул всех

«Основной инстинкт»

«Основной инстинкт» Как Пол Верховен снял второсортный фильм с актерами первой величины и обманул всех

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»
Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V» Составили список таких стран
Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»
Составили список таких стран

«У меня будто сердце разорвалось, а у людей тут обед»
«У меня будто сердце разорвалось, а у людей тут обед» Журналисты «Проекта», «Открытых медиа» и активистка — о статусе иноагента
«У меня будто сердце разорвалось, а у людей тут обед»

«У меня будто сердце разорвалось, а у людей тут обед»
Журналисты «Проекта», «Открытых медиа» и активистка — о статусе иноагента

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе И ничего не забыть
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
И ничего не забыть

Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха
Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас
Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха

Альтернатива Билли Айлиш, музыкальный док от Apple и книга о пользе смеха
Что слушать, читать и смотреть прямо сейчас

Кавказские Минеральные Воды: Что смотреть на главном курорте наших бабушек
Кавказские Минеральные Воды: Что смотреть на главном курорте наших бабушек Лучшие образцы санаториев, грязелечебниц и бюветов
Кавказские Минеральные Воды: Что смотреть на главном курорте наших бабушек

Кавказские Минеральные Воды: Что смотреть на главном курорте наших бабушек
Лучшие образцы санаториев, грязелечебниц и бюветов

«Это я — Эдичка» переиздали впервые за 20 лет. Перечитываем дебютный роман Лимонова
«Это я — Эдичка» переиздали впервые за 20 лет. Перечитываем дебютный роман Лимонова Самую покупаемую книгу этого лета
«Это я — Эдичка» переиздали впервые за 20 лет. Перечитываем дебютный роман Лимонова

«Это я — Эдичка» переиздали впервые за 20 лет. Перечитываем дебютный роман Лимонова
Самую покупаемую книгу этого лета

Двухкомнатная квартира в стиле сканди кинфолк и мебелью 50-х годов в высотке на Котельнической
Двухкомнатная квартира в стиле сканди кинфолк и мебелью 50-х годов в высотке на Котельнической
Двухкомнатная квартира в стиле сканди кинфолк и мебелью 50-х годов в высотке на Котельнической

Двухкомнатная квартира в стиле сканди кинфолк и мебелью 50-х годов в высотке на Котельнической

Как солить грибы
Как солить грибы Чем маринад отличается от посола и как сделать все правильно
Как солить грибы

Как солить грибы
Чем маринад отличается от посола и как сделать все правильно

Фестивали отменяют один за другим. Куда еще есть шанс попасть?

Следим за главными событиями этого лета

Фестивали отменяют один за другим. Куда еще есть шанс попасть?
Следим за главными событиями этого лета

Детские страхи: Как помочь ребенку
Детские страхи: Как помочь ребенку Отрывок из книги Натальи Ремиш
Детские страхи: Как помочь ребенку

Детские страхи: Как помочь ребенку
Отрывок из книги Натальи Ремиш

Pizza Club на улице Чайковского, «Бассейн» Екатерины Бокучавы и видовой бар в Никольских рядах
Pizza Club на улице Чайковского, «Бассейн» Екатерины Бокучавы и видовой бар в Никольских рядах
Pizza Club на улице Чайковского, «Бассейн» Екатерины Бокучавы и видовой бар в Никольских рядах

Pizza Club на улице Чайковского, «Бассейн» Екатерины Бокучавы и видовой бар в Никольских рядах

Коллаборация Levi's и Grateful Dead
Коллаборация Levi's и Grateful Dead
Коллаборация Levi's и Grateful Dead

Коллаборация Levi's и Grateful Dead

Гид по Дорогомилову — одному из самых престижных районов Москвы

Гид по Дорогомилову — одному из самых престижных районов Москвы

Гид по Дорогомилову — одному из самых престижных районов Москвы

Гид по Дорогомилову — одному из самых престижных районов Москвы

S7 Airlines запустит второй лоукостер в России
S7 Airlines запустит второй лоукостер в России Что об этом известно
S7 Airlines запустит второй лоукостер в России

S7 Airlines запустит второй лоукостер в России
Что об этом известно

«Боюсь, мы вернемся к заказам с руки»: Таксисты — о новой системе регистрации водителей
«Боюсь, мы вернемся к заказам с руки»: Таксисты — о новой системе регистрации водителей Выяснили, как с августа изменятся цены и вызов такси
«Боюсь, мы вернемся к заказам с руки»: Таксисты — о новой системе регистрации водителей

«Боюсь, мы вернемся к заказам с руки»: Таксисты — о новой системе регистрации водителей
Выяснили, как с августа изменятся цены и вызов такси

Джей Пи Сакс — музыкант, который заставит вас полюбить песни о бывших
Джей Пи Сакс — музыкант, который заставит вас полюбить песни о бывших Рассказываем про новую поп-звезду — скоро его будут слушать все
Джей Пи Сакс — музыкант, который заставит вас полюбить песни о бывших

Джей Пи Сакс — музыкант, который заставит вас полюбить песни о бывших
Рассказываем про новую поп-звезду — скоро его будут слушать все

New Nature: Как смотреть новую выставку Recycle Group
New Nature: Как смотреть новую выставку Recycle Group Виртуальные жизнь (и смерть) в петербургском «Манеже»
New Nature: Как смотреть новую выставку Recycle Group

New Nature: Как смотреть новую выставку Recycle Group
Виртуальные жизнь (и смерть) в петербургском «Манеже»

Подпишитесь на рассылку