2 декабря, четверг
Санкт-Петербург
Войти

Зачем в кино показывают «Матрицу», «Сталкера» и другие старые или необычные фильмы Сколько можно на этом заработать и почему на альтернативных показах не пользуются телефонами

Зачем в кино показывают «Матрицу», «Сталкера» и другие старые или необычные фильмы

Если вы бываете в кино, вам знакомо это чувство. Смотришь на афишу кинотеатра (или на «Кинопоиске») и там рядом, допустим, с «Соником в кино» и «Джентльменами» вдруг оказывается «Сладкая жизнь» Феллини. Или «Матрица». Или «Асса».

В России за последний год появилась система повторного и альтернативного проката. Как в Париже или Берлине можно спокойно наткнуться на показ фильма «Летят журавли», так и в Москве и городах-миллионниках теперь показывают (зачастую с пленки) все — от «Бойцовского клуба» и «Пятого элемента» до семичасовой драмы о фермерах «Сатанинское танго» и «Сталкера». Иногда из-за этого возникает справедливый вопрос: а какой сейчас, собственно, год?

Кинообозреватель The Village Алиса Таёжная побеседовала с теми, кто показывает на широком экране «Олдбоя», Тарковского и экспериментальное кино, о сложностях альтернативного проката, доходах от показов, запретах министерства культуры и больших провалах прокатчиков.

Известное кино в новом контексте

Выбор фильмов, которые выбирают для повторного проката, разнообразный и иногда непредсказуемый: от показов отреставрированного фильма «Калина красная» Василия Шукшина до выхода на большой экран почти 100-летних фильмов Чарли Чаплина. Это продиктовано как культовым статусом фильмов Кубрика или Тарковского, так и личными вкусами кураторов и желанием выпустить на широкие экраны конкретный фильм не самого популярного режиссера.

«Многие старые фильмы, которые мы показали в рамках проекта, зрители увидели впервые, — объясняет Максим Горбов из крупнейшего в этом сегменте проекта «Каро арт», выпустившего в прокат «Матрицу», «Иглу», «Великого диктатора» и другие фильмы. — Наш спикер Антон Долин в начале показов всегда просит поднять руки тех, кто видит картину в первый раз — обычно это половина полуторатысячного зала».

Популярность этих фильмов он объясняет тем, что «люди хотят смотреть фильмы, проверенные временем». «Признанные ленты никогда не теряют своей актуальности, проходит время поколения (а иногда и не одного), которое не видело фильмы именно на экранах кинотеатров. Такую несправедливость нужно исправлять, и мы для этого делаем все возможное», — говорит Горбов.

Но в первую очередь просмотр старых фильмов на большом экране — это про новый зрительский опыт.

Кадр из фильма «Леон»

Антон Долин

кинокритик, главный редактор журнала «Искусство кино», спикер «Каро Арт»

Огромное количество людей до сих пор не понимает, зачем выходить из дома, платить деньги за билет, чтобы посмотреть в кино то, что можно посмотреть бесплатно на своем компьютере. Но тогда зачем покупать билет в Париж, срываться, заказывать гостиницу и билеты в музей, выстаивать очередь на «Мону Лизу», когда можно в отличном разрешении загрузить ее на монитор из интернета одним кликом? Или купить альбом с классной репродукцией. В любом произведении искусства есть магия оригинала, которая начинает развеиваться при копировании.

Можно вспомнить, что изобретателями кинематографа считаются братья Люмьер, а не Томас Эдисон, который придумал движущееся изображение раньше, чем они. Почему же Люмьеры? Потому что Эдисон придумал по большому счету тот же самый лэптоп, или айфон, или планшет — аппарат, где человек одним глазком может смотреть на экран. А Люмьеры первыми собрали людей в кинозале, погасили свет и включили на простыне некое действо.

Борис Нелепо

независимый куратор

Проекты: ретроспектива Джона М. Сталя, ретроспектива российского кино 90-х «Странное время», кинофестиваль «Дух огня», коллекция авангардного кино «Восхождение», ретроспектива Мики Таанилы, ретроспектива Петера фон Бага в Центре документального кино

Фильмы XX века снимали для показа на большом экране — это одно из определяющих свойств кинематографа. Просмотр в кинозале — эталон полноценного опыта проживания фильма. Время идет, поколения меняются, даже фильмы Тарантино и Триера мы можем считать уже старыми и должны давать возможность новым зрителям увидеть их в тех условиях, на которые они были рассчитаны.

Атмосфера, публика и особенности показов с пленки

На показах фильмов повторного проката почти не бывает случайных зрителей — билеты раскупают заранее, неформально не приветствуется шум, сидение в телефоне. В обсуждении феномена повторного проката постоянно фигурирует понятие «атмосфера», под которой подразумевают опыт коллективного просмотра, кинозал с хорошим звуком и качественной проекцией, показ с отреставрированной пленки, в оригинале с субтитрами и обсуждение фильмов после титров.

«Я очень хорошо понимаю, зачем показывать на широком экране культовое кино, — рассказывает Алексей Бажин из компании «Иноекино», выпускавшей в прокат «Чужого», фильмы Чарли Чаплина, «Бойцовский клуб», «Апокалипсис сегодня». — Смотреть кино в кинотеатре — это всегда магия, встреча с единомышленниками. Лишь бы никто не мешал в зале нырять в это пространство. На наших сеансах залетных зрителей встречается в разы меньше, чем на рядовых прокатных: люди понимают, зачем к нам идут — точно не обезьянничать».

Кадр из фильма «Апокалипсис сегодня»

Антон Долин

кинокритик, главный редактор журнала «Искусство кино», спикер «Каро Арт»

Просмотр в кинотеатре — это, помимо коллективного опыта, всегда еще несколько компонентов. Первый — ты прилагаешь некоторые усилия, вкладываешься в просмотр, серьезнее к нему относишься. Если ты решаешь пойти в кино на Бунюэля, то сначала почитаешь в интернете, что это за режиссер, что это за фильм, чтобы принять решение. Потом купишь билет заранее, найдешь себе компанию. В общем, изопьешь эту чашу до дна. Второй момент — сугубо прагматический. Если хорошее изображение на лэптопе или телевизоре еще можно устроить, то звук, который дает хороший кинотеатр, могут обеспечить себе дома только маньяки.

Осознавать, что ты сидишь в десятизальнике вместе еще с 200 людьми, которым сейчас взбрело в голову смотреть Тарковского, а вокруг тебя тысячи и тысячи смотрят «Мстителей», — факт, который поднимает самооценку и позволяет поверить в то, что ты не одинок в своих странных вкусах.

При этом это очень демократичный снобизм: его может позволить себе каждый. Одно дело — сходить на концерт Курентзиса, на которого самый дешевый билет стоит 4 тысячи рублей. А чтобы посмотреть Тарковского в кинотеатре, надо заплатить всего 350 рублей. И при этом ты чувствуешь себя человеком, причем не иллюзорно: ты выбираешь сложное непопулярное старое искусство вместо того, на что люди идут просто автоматически.

Борис Нелепо

независимый куратор

Для меня как для куратора принципиальным вопросом и мечтой остается показ с кинопленки, если речь идет о старом кино. Режиссеры XX века работали именно с этой техникой и в ограничениях, которые она предполагала. Они не конвертировали файлы. Поэтому любая цифровая копия снятого на пленку фильма все равно останется цифровой версией, репродукцией.

Из-за финансового и логистического аспекта многие перешли на показ с файлов. В мире изобразительного искусства такое невозможно себе представить: на выставке Брейгеля в Вене кураторы не распечатывают файлы с картинами в высоком разрешении и не развешивают их по стенам.

Я не пленочный фундаменталист: цифра упростила многое и дала возможность делать больше программ, показывать их в разных городах, в том числе самых отдаленных. В зависимости от бюджета и технологических ограничений я работаю с разными форматами. Но показ с пленки — это сегодня для многих мечта и уникальный опыт. Пленочный показ — роскошь и привилегия.

Ограничения Минкульта

Основная проблема для российского независимого проката — закон о прокатных удостоверениях на фильмы, принятый летом 2018 года. В нем Госдума пересмотрела понятие «международный кинофестиваль» и обязала кинодистрибьюторов и продюсеров фестивалей получать прокатные удостоверения отдельно для каждого фильма. Несмотря на относительные смягчения закона в ноябре 2018 года прокатчикам, по сути, так же тяжело работать. Хотя кинофестивалям разрешили не иметь жюри и конкурса, продлили длительность кинофестиваля до двух недель и увеличили количество показов одного фильма до пяти, административный контроль и цензура сохранились.

«Сейчас наши дела идут в гору, сборы растут, но студии поднимают ценники за фильмы: на выпуск в прокат и продвижение одного фильма обычно уходит свыше миллиона рублей. Большие риски тоже остаются: мы живем в России. Вспомнить хотя бы, как нашу деятельность пытался зарегулировать Минкульт. Но у этого деструктивного и глупого действия чиновников получился ровно обратный эффект: мы оказались зажатыми в углу и перезапустили проект уже на всю страну, а не только на две столицы, как раньше», — объясняет Бажин из проекта «Иноекино».

Теперь «Иноекино» организует в основном не разовые показы на один-два экрана, а выпускает фильмы на 70–150 городов в 150–250 кинотеатрах. «Работе в этом новом поле киноиндустрии мы научились, потеряв 2–3 миллиона рублей. И я ни разу о них не пожалел», — говорит Бажин.

Кадр из фильма «Пятый элемент»

Борис Нелепо

независимый куратор

Ужесточение российских законов, бюрократизация всех процессов, бесконечный контроль — сложности работы в России. Я не сталкивался с цензурой, но хорошо организовать кинопоказ — это само по себе очень стрессовый процесс, а необходимость сталкиваться с дополнительными бюрократическими препонами (в первую очередь необходимостью прокатного удостоверения) ужасно мешает работе. Ирония в том, что из-за необходимости прокатного удостоверения в России наконец-то возникла обычная для Европы практика проката классического кино. Но, поскольку я не занимаюсь прокатом, по мне эти новые законы очень сильно ударили.

Сергей Дешин

Cineticle Film

Проекты: «Самокритика буржуазного пса», «Рождество, опять», «Иванов», «Преступный человек», «Тридцать»

Самое сложное после прошлогодней, так сказать, реформы Мединского — это бюрократический процесс с обязательным получением прокатного удостоверения. Первое условие развития независимой кинодистрибуции — отмена обязательного получения прокатного удостоверения для разовых показов и всей бюрократической возни с подцензурным утверждением списка фестивалей в Минкульте. Нам не хватает свободы. А так все потихоньку превращается в аккуратное культурное арт-потребление.

Отсутствие полноценного музея кино

Популярность повторного проката и альтернативных кинопоказов связана еще и с тем, что Москва — один из немногих мегаполисов в мире без синематеки и активно развивающегося музея кино. Музей кино работал в Москве до 2014 года под кураторством историка кино Наума Клеймана, но сперва потерял свое помещение на Красной Пресне (в 2019 году закрыли и работавший в том же пространстве кинотеатр «Соловей»), а потом и своего главу, открыто раскритиковавшего тогдашнего министра культуры Владимира Мединского. Сейчас Музеем кино руководит Лариса Солоницына, сам он практически незаметно функционирует на территории ВДНХ, а в его программе большинство фильмов — из общего проката с уклоном в массовое российское кино: образовательная программа, как и осмысленная концепция, полностью отсутствует. Регулярно смотреть киноклассику в одном центральном здании с несколькими залами и десятками сеансов в день в Москве невозможно.

Борис Нелепо

независимый куратор

В Москве сейчас происходит потрясающее оживление в сфере показов киноклассики, авторских кинопрограмм и фестивалей. Можно каждый день ходить на великолепные показы — десять лет назад не было ничего подобного. Но отдельные замечательные проекты не способны компенсировать отсутствие синематечной деятельности.

Это трагедия: Москва — одна из немногих европейских столиц мира, где нет своей синематеки и нет своего музея кино. Еще ужаснее оттого, что у нас-то как раз был один из лучших музеев кино в мире, созданный Наумом Ихильевичем Клейманом. Но уже очень много лет назад музей выгнали из своего дома (а наличие именно постоянного дома у синематеки и есть определяющий фактор), а потом и Клейман лишился своей должности.

Соратник и ученик Клеймана Максим Павлов вместе с Ольгой Улыбышевой основали киноотдел в Третьяковской галерее. Это единственная в нашей стране институция, занимающаяся постоянной синематечной деятельностью и не имеющая при этом собственной коллекции фильмов. Для меня киноотдел Третьяковки сейчас — центр синефильский жизни в Москве. Полноценную синематеку, сравнимую с Французской синематекой, австрийским Музеем кино, Португальской синематекой, можно и нужно делать только на базе архива. Российский Госфильмофонд — один из крупнейших архивов в мире, единственная институция, которая может стать синематекой. Это неминуемо, и я мечтаю о том дне, когда мы увидим в Москве гениальную синематеку.

Прибыль и провалы

В зависимости от популярности режиссера и фильма, географии спецпоказов и размера залов повторный и независимый прокат может быть провальным или прибыльным, а иногда не приносит организаторам ничего, кроме символического капитала: прокатчики часто работают в ноль или себе в убыток на голом энтузиазме.

По словам Нелепо, самое сложное в организации независимых показов — найти деньги. «Иногда поддержку оказывают посольства стран, из которых происходят режиссеры, — говорит он, — иногда — частные инвесторы и крупные компании-спонсоры. Некоторые свои проекты я финансирую сам, — продолжает куратор. — Главное — найти единомышленников, которые будут неравнодушны к общему проекту».

До полутора тысяч евро уходит на права за один показ. Их могут дать и бесплатно: «Это зависит от ряда деталей: российская премьера или нет, приглашается ли режиссер, показывается ли фильм в конкурсе, наконец, влияет история взаимоотношений с правообладателем». На транспортировку фильма в среднем уходит тысяча евро, говорит Нелепо. Это зависит от расстояния и веса фильма («Семичасовой фильм Белы Тарра весит под 100 килограммов, например»). До 600 евро стоит аренда пленки. «Наконец, таможенные расходы и зарплата сотрудника, который занимается доставкой и работой с таможней. Такие издержки не окупаются. Заработать на этом невозможно в принципе», — утверждает он.

Кадр из фильма «Игла»

Владимир Надеин

Московский международный фестиваль экспериментального кино

Математика кинопоказа достаточно простая. Возможно, прочитав про нее, вы поймете, почему бесплатные билеты и вписки — это не круто для организаторов. Стоимость прав на один показ — от 35 до 70 тысяч рублей. Бывает и больше, если фильм выиграл на большом кинофестивале. Еще есть расходы на доставку копии: не все готовы отправлять копии онлайн. Мы часто показываем фильмы с пленки, и тут стоимость доставки может достигать 30 тысяч за один показ. Все фильмы переводятся с субтитрами — стоимость очень разная. И все показывают в зале на 100–200 человек со стоимостью билета 350 рублей. Потом вся выручка делится с площадкой, где прошел кинопоказ, — обычно 50/50. Выручка при полном зале в 200 человек — от 15 до 35 тысяч рублей. В среднем можно потратить на подготовку показа около 60 тысяч и получить 20.

Алексей Бажин,

«Иноекино»

На выпуск в прокат и продвижение одного фильма обычно уходит свыше миллиона рублей. Это не считая затрат на приобретение самого фильма: конкретные суммы я не могу озвучить, но деньги это немалые.

Один из наших главных успехов — перевыпуск фильма «Бойцовский клуб» в честь его 20-летия. А эпические провалы у нас были с новым авторским кино — например, «Три лица» Джафара Панахи или «Наше время» Карлоса Рейгадаса. Фильмы хорошие, но у такого кино очень узкая аудитория в России. Тем не менее это были очень полезные провалы, которые нас многому научили.

Антон Долин

кинокритик, главный редактор журнала «Искусство кино», спикер «Каро Арт»

Мы, честно говоря, занялись этим из желания заработать. Но если бы мы хотели только заработка, можно было бы включиться в коммерческий прокат, а не катать старые фильмы, каждый из которых — это риск. Одни наши фильмы идут очень удачно — скажем, «Сталкер», а Алексей Герман — старший («Мой друг Иван Лапшин») куда скромнее. Мы это заранее понимаем и осознанно на это идем.

У нас нет букера, нет директора по рекламе и маркетингу — ни одной такой позиции фултайм. Наш маркетинг — это мой фейсбук. Самый эффективный. Наши букеры — это мы сами, три человека. Так и работаем.

Кадр из фильма «Матрица»

Максим Горбов

«Каро Арт»

У нас небольшая команда — шесть человек. Половина команды — это кураторы: люди, которые стоят у руля и воплощают все наши программы по репертуару в жизнь — всю осень, например, мы работали в режиме нон-стоп, 36 показов за месяц. Еще половина — как раз люди, помогающие продвигать наши показы: своя пресс-служба, фотографы и видеооператоры.

Кристина Ефременко

кинотеатр «Звезда» сети «Москино»

Чтобы собрать программу архивного кино, нужно найти правообладателя, договориться о стоимости прав. Если это премьерный показ, нужно сделать субтитры, подготовить копию, организовать пиар — в общем, выполнить максимум, чтобы аудитория узнала о показе и пришла. У меня нет опыта эффективного заработка, но точно могу сказать, что при определенных усилиях и стечении обстоятельств можно сделать программу и не уйти в ноль. Разовый показ уникального или редкого фильма может окупиться при очень хорошей рекламе и большом проданном зале. Если говорить о «Звезде», то с его 60 местами все уникальные показы — благотворительность во имя искусства. С другой стороны, где, как не в камерном зале, показывать по-настоящему редкие вещи?

Сергей Дешин

Cineticle Film

Мы показываем в основном фестивальные новинки от лица журнала Cineticle, а не классику из золотого фонда. Мы долгое время писали о фильмах, которые никто не показывал в России и о которых никто не слышал. Отсюда пришло понятное желание про них не только писать, но и показывать. При грамотном подходе такие показы могут быть доходным предприятием, пускай и принесут символические суммы.

Можно купить права на показ за 50 евро, можно за 1 500 евро. В среднем базовая цена одного показа — 300–500 евро. От одного показа в первом зале «Октября» ты можешь поднять сумму, равную показам, условно говоря, в 20 обычных кинотеатрах. Публика, даже если это синефилы, любит знакомые имена. На имя Хон Сан-су или на документалки про Джармуша реакция всегда будет больше, чем на неизвестного египетского режиссера.


Фотографии: обложка —  «Кино без границ», 1 — Gaumont International, 2 — Иноекино, 3 — НТВ-Профит, 4 — «Каро»,5 —  Маурис Филм 

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе
Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе «В „Верности“ мне как раз хотелось поговорить не про женщину с поехавшей крышей, а про обычную и здоровую»
Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе

Нигина Сайфуллаева — о «Верности» и изменах, сексе на экране и в жизни, феминизме и рекламе
«В „Верности“ мне как раз хотелось поговорить не про женщину с поехавшей крышей, а про обычную и здоровую»

«Женщины — более ответственные люди»: Анна Пармас и Анна Михалкова — о «Давай разведемся!»
«Женщины — более ответственные люди»: Анна Пармас и Анна Михалкова — о «Давай разведемся!» Фильме про то, что одиночество — это не так уж и плохо
«Женщины — более ответственные люди»: Анна Пармас и Анна Михалкова — о «Давай разведемся!»

«Женщины — более ответственные люди»: Анна Пармас и Анна Михалкова — о «Давай разведемся!»
Фильме про то, что одиночество — это не так уж и плохо

Главные фильмы десятилетия. Часть 1
Главные фильмы десятилетия. Часть 1 «Волк с Уолл-стрит», «Нимфоманка», «Реальные упыри» и другие культовые фильмы декады
Главные фильмы десятилетия. Часть 1

Главные фильмы десятилетия. Часть 1
«Волк с Уолл-стрит», «Нимфоманка», «Реальные упыри» и другие культовые фильмы декады

Ольга Любимова — православная министр цензуры или нет?
Ольга Любимова — православная министр цензуры или нет? Крестница Михалкова увлекалась церковным кино, а теперь поддерживает отечественный артхаус
Ольга Любимова — православная министр цензуры или нет?

Ольга Любимова — православная министр цензуры или нет?
Крестница Михалкова увлекалась церковным кино, а теперь поддерживает отечественный артхаус

Тэги

Сюжет

Люди

Места

Бренды

Прочее

Новое и лучшее

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

10 лучших ресторанов осени в Петербурге

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Чем заняться в Петербурге на этой неделе: 20 идей

Первая полоса

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря
Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

Адвент-календари Kiehl’s и Lumene, мусс для губ Morphe, аромасвечи с кардамоном Windsor’s Soap и другие новинки декабря

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
10 лучших ресторанов осени в Петербурге Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol
10 лучших ресторанов осени в Петербурге

10 лучших ресторанов осени в Петербурге
Возвращение кафе «Рубинштейн» и бара Mishka, All Grain, Numero Zero и Mercado del Sol

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы
Спецпроект

Менять профессию — нормально. Рассказываем, как принять решение о поиске новой работы

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?
«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

«The Beatles: Get Back»: Док Питера Джексона длится почти восемь часов. Почему его стоит смотреть не только фанатам?

Чем заняться в Петербурге на этой неделе: 20 идей
Чем заняться в Петербурге на этой неделе: 20 идей Фестиваль «Золотая маска», выставка «Сырое и приготовленное» в Этнографическом музее и Антоха МС в «Морзе»
Чем заняться в Петербурге на этой неделе: 20 идей

Чем заняться в Петербурге на этой неделе: 20 идей
Фестиваль «Золотая маска», выставка «Сырое и приготовленное» в Этнографическом музее и Антоха МС в «Морзе»

Кто такие слэш-люди
Спецпроект
Кто такие слэш-люди Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий
Кто такие слэш-люди
Спецпроект

Кто такие слэш-люди
Певица Ella и блогер Лиза Гусевская — о том, как они совмещают несколько профессий

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Люди, которые победили депрессию

Он вернулся: Кафе «Рубинштейн» на набережной Фонтанки
Он вернулся: Кафе «Рубинштейн» на набережной Фонтанки Самый богемный ресторан Петербурга — теперь в двух шагах от БДТ
Он вернулся: Кафе «Рубинштейн» на набережной Фонтанки

Он вернулся: Кафе «Рубинштейн» на набережной Фонтанки
Самый богемный ресторан Петербурга — теперь в двух шагах от БДТ

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»
Промо

Деловой квартал на Неве: Что нужно знать о «Невской Ратуше»

Автомобильный дзен
Промо
Автомобильный дзен Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей
Автомобильный дзен
Промо

Автомобильный дзен
Как онлайн-подписка на автомобили решает проблемы современных водителей

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?
По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

По-честному: Почему бренды все чаще отказываются от скидок и распродаж в «черную пятницу»?

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое
«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта

«Прошлой ночью в Сохо» — остроумный триллер Эдгара Райта
Свингующий Лондон, зловещие сны и слишком близкое прошлое

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

От Альп до флакона:
Спецпроект
От Альп до флакона: Какой путь проходит сырье для косметики
От Альп до флакона:
Спецпроект

От Альп до флакона:
Какой путь проходит сырье для косметики

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино Чем заняться на выходных
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
Чем заняться на выходных

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы Гимн, награды и наказания для сотрудников
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
Гимн, награды и наказания для сотрудников

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

Подпишитесь на рассылку