25 мая, среда
Москва
Войти

Нидерландская инди-сцена, о которой мы ничего не знаем 5 новых групп, которые стоят во главе местного андерграунда

Нидерландская инди-сцена, о которой мы ничего не знаем

В 2010-е годы гитарная музыка переживала идейный упадок: после всплеска начала нулевых (Interpol, Strokes, Libertines) казалось, что время гитар безвозвратно ушло — альбомы продолжали выходить, но следить за ними было все менее интересно. В последние несколько лет все изменилось, в первую очередь в Британии и Ирландии: в 2017 году вышел альбом «Brutalism» группы Idles. Консерваторы в парламенте, крах новой европейской идеи, а главное — личная драма современного человека, не способного все это переварить и выйти из ситуации ментально здоровым. Все это вызывает гнев и фрустрацию, и уж если про это и петь, то громко и агрессивно и желательно под аккомпанемент гитар — так и сделали Idles. Именно релиз «Brutalism» считается стартовой точкой очередного ривайвала постпанк-сцены или, как его также называют, новой волны эпохи пост-Брексита.

Появлялось все больше гитарных групп: Shame, Fontaines D.C., Squid, Dry Cleaning, Black Country, New Road, а сам жанр вышел за пределы Британии: в Швеции флагманами нового постпанка стали Viagra Boys, в Дании — появившиеся чуть раньше Iceage. Новый жанр не обошел и Нидерланды — там с небольшим запозданием начала формироваться своя гитарная сцена. Мы попросили музыкальную журналистку Леру Лазареву рассказать о местной сцене и ее специфике.

Вспомнить хоть одну заметную гитарную группу из Нидерландов, которая появилась за последние несколько лет — задача не из простых. В стране все в порядке с танцевальной сценой: работа каждого четырнадцатого человека в Амстердаме так или иначе связана с ней, а больше половины диджеев из топ-10 рейтинга Mixmag — голландцы. Но все это не касается не электронных артистов. Казалось бы, из страны с населением в 17 миллионов человек (что важно — по большей части владеющих английским языком) должно возникать много независимых групп.

На деле хоть какое-то появление нидерландских артистов в нишевой среде уже кажется успехом — два года назад о местных рокерах Pip Blom написали NME и Rolling Stone, а в апреле среди рецензий на Pitchfork засветился давний амстердамский приятель Мака ДеМарко — Benny Sings. Но гитарная сцена в Нидерландах все же существует — хоть о ней и мало кто знает за пределами страны.

Утрехт Le Guess Who? 2019 

Как оно часто бывает, столица далеко не всегда выступает центром сплочения прогрессивной музыкальной культуры: в Англии эту роль на себя брали Ливерпуль и Манчестер; в Испании — Барселона, и даже в России — не Москва, а, скорее, Петербург. Так и в Нидерландах: Амстердам никогда особо не выделялся на фоне остальных городов. В 90-е DIY-сцена ярче всего развивалась в северной части страны — в Гронингене. Там дали свои первые нидерландские концерты Nirvana и Sonic Youth, а культовый клуб Vera, открытый еще в 50-х годах, до сих пор работает и процветает.

Роттердам — еще один конкурент Амстердама в борьбе за право считаться центром анти-мейнстрима. Здесь расположен крупнейший порт — а это часто сказывается на музыкальной культуре (вспомним тот же трип-хоп, появившийся в Бристоле). Еще одна важная точка на карте нидерландского андерграунда — Воорстраат, один из районов Утрехта. Раньше это был квартал красных фонарей, а теперь там проводится фестиваль Le Mini Who? — спин-офф культового Le Guess Who?. Выросший из шоукейса локальных групп, фестиваль повлиял и на культурный облик квартала — рядом с концертными площадками открылись виниловые магазины и дизайнерские бутики.

Фестиваль Le Mini Who? — спин-офф культового Le Guess Who?

Нидерландские группы рано начинают выступать — все из-за той же развитой электронной сцены в стране появляется много площадок, которые нужно как-то использовать по вечерам. Также здесь все еще действует принцип support your local band. Поэтому многие музыканты не стремятся сразу же завоевывать рынок, а могут позволить себе больше времени на выработку собственного звука и запись дебютного альбома (это сильно контрастирует с британскими артистами, которые зачастую сразу гонятся за общественным вниманием).

Отличается и тематика — нидерландский андерграунд уделяет мало внимания остросоциальной повестке: жилищный кризис, вопросы миграционного или внутриклассового разделения (как в случае с Брекситом) — про это почти не поют. Потому что подобных проблем тут мало. Вместо этого музыканты меняют ракурс и переключаются в режим интроспекции, пытаясь ответить на главный вопрос: «А зачем вообще что-либо делать, когда все вокруг и так нормально?» (о том же кризисе «нужности» современного европейца писал тот же Эрленд Лу). На фоне всеобщей размеренности и достатка новые местные группы звучат намеренно мрачно и едко. Вот ключевые из них.


Lewsberg

Играть хорошую музыку плохо — так описывает свой подход роттердамская группа Lewsberg, проект из четырех участников, звучание которых сравнивают с The Velvet Underground и Talking Heads. Название коллектив унаследовал от малоизвестного нидерландского писателя Роберта Лесберга, который прославился романом Enige Defecten (1974) и своим пронзительным мизантропическим взглядом на окружающую реальность. Похожими качествами обладают и песни Lewsberg — сдержанно ироничные, они похожи на прозаичные рассказы, пытающиеся уколоть слушателя злободневным содержанием. Это считывается и в музыке: гитары Lewsberg звучат монотонно, почти что скупо, символизируя обыденность и рутину.

Одноименный дебютный альбом группы вышел в 2018 году. И хотя про него почти не писали зарубежные критики, свой респект коллективу выразил фронтмен Franz Ferdinand Алекс Капранос. Второй альбом «In This House» музыканты выпустили в 2020 году. На нем появились длинные инструментальные концовки и небрежный споукен-ворд. Группе часто приписывают нарочитый постпанковский экзистенциализм, но вокалист Ари ван Влиет не согласен: по его мнению, Lewsberg рассказывает истории ради историй вне какого-либо идеологического подтекста.


Global Charming

Амстердамская группа с уверенностью заявляет: скука — это не скучно, обыденность — это наша новая нормальность, а в повседневных вещах может встретиться больше странностей, чем кажется на первый взгляд. «Изгнанию банальности из рутины» одна из самых нашумевших амстердамских групп Global Charming посвятила свой дебютный альбом «Mediocre, Brutal», который вышел в октябре прошлого года. С учетом недавних событий песни —ритмичные, но далеко не тревожные — находят отклик в затянувшейся изоляции и бесконечных локдаунах.

Группа неохотно причисляет себя к постпанку: здесь почти нет свойственного ему гула реверберации, а гитары звучат очень плотно — почти как в гаражном роке. Все вместе это напоминает американскую группу Parquet Courts времен альбома «Light Up Gold» — и не столько самим звучанием, сколько общей атмосферой песен: большинство сыграно с очаровательной ленцой, которая сразу к себе располагает. «Я ем фрукты, которые стали мягкими в их сердитых руках», — неторопливо поют Global Charming, и ты сразу же готов принять собственную пассивность вместе с ними.


The Homesick

Семь лет назад в крошечном городке Доккюм с населением 13 тысяч человек образовалось трио The Homesick. Молодые провинциалы повсюду ездили на своем огромном желтом грузовике (а точнее, списанном аварийно-спасательном вездеходе) — и в том числе этим завоевывали внимание публики. The Homesick вообще ведут себя по-домашнему патриотично: в разговорах с медиа признаются в любви к местным краям и восторженно отзываются о картошке, которую можно купить в доккюмских барах. В 2017 году вышел их дебютный альбом «Youth Hunt», где, например, была песня с запоминающимся названием «The Best Part Of Being Young Is Falling In Love With Jesus» — лоу-файным звучанием и обилием монотонных гитар напоминающая о DIIV.

Через пару лет группу заприметил американский лейбл Sub Pop — в 2020-м на нем вышел второй лонгплей «The Big Exercise». На нем все стало сильно сложнее: ритм песен дергался и ломался, а вместо свойственных молодым группам гитарных запилов — эксперименты с саксофонами и искаженными синтезаторами. Похожую смену курса в том же 2020 году совершила и московская группа «Источник» — возможно, некоторым музыкантам карантин и правда идет на пользу.


Personal Trainer

Состав Personal Trainer постоянно меняется. Для многих это было бы настоящей катастрофой, но только не для этих молодых амстердамцев. Группа, которая выросла из домашнего проекта Виллема Смита (он же — участник проекта Canshaker Pi), видит в смене состава свое преимущество — и даже приглашает всех потенциально заинтересованных музыкантов «предоставить свое резюме и мотивацию для участия в группе на электронную почту: iwannabeinpersonaltrainer@gmail.com». Суть идеи в том, чтобы сыграть и записать односложные, преимущественно двухаккордные песни в большом составе и с минимальной подготовкой. По мнению Смита, отсутствие частых репетиций тоже идет группе на пользу — делает живые концертные шоу еще более непредсказуемыми. «Сложно сказать, сколько человек играет наши песни живьем. Вероятно, где-то между двумя и двенадцатью», — говорит Смит.

Для записи хоть какого-то альбома пришлось определиться хоть с какой-то внутренней структурой — состав временно устаканился. В начале года Personal Trainer выпустили дебютный мини-альбом «Gazebo» (с нидерландского «беседка») на лейбле Holm Front, который создала британская группа Sports Team — еще одни заметные представители новой гитарной музыки. Несмотря на всю турбулентность, окружающую группу, «Gazebo» звучит вполне уверенно. А где-то им и вовсе хватает усидчивости для нетривиальных экспериментов: в песни «Crops» слышен звон церковных колоколов, а в «Politics» группа засэмплила звук дыхания.


Tramhaus

Tramhaus — недавно образовавшийся коллектив из Роттердама, названный в честь легендарной местной закусочной, рая для круглосуточных тусовщиков. (Впрочем, едва ли это заведение было бы столь популярным, если бы не стоящая неподалеку скульптура Санта-Клауса, созданная Полом Маккартни в 2001 году). Tramhaus вообще очень привязаны к городу, постоянно обращая внимание на исчезновение доступной жилплощади и несостоятельности муниципальной политики, которую власти проводят под слоганом «Make It Happen».

Tramhaus организовали участники других небольших местных групп (Vulva, Pig Frenzy и Nagasaki Swim), поэтому их песни звучат эклектично: тут и постпанк, и хардкорные панк-ритмы, и даже реггетон. Правда официальных записей у группы еще нет — только недавно записанные лайвы.

Фотографии: обложка — Blip Agency, 1 — Le Guess Who?, 2 — Melanie Marsman / Le Mini Who? / Le Guess Who?, 3 — Puschen, 4 — Marc Elisabeth / Blip Agency, 5 — Sarah Cass / Sub Pop Records, 6 — Holm Front, 7 — Quilla van Lieshout / Tramhaus

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters» Артем Макарский — о том, как изменилась певица
Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»

Бережно к себе: Лана Дель Рей расставляет приоритеты на новом альбоме «Blue Banisters»
Артем Макарский — о том, как изменилась певица

«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»
«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле» «Выхода нет» поколения зумеров
«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»

«Русские горки»: Качели как символ ушедшего детства в клипе «Элли на маковом поле»
«Выхода нет» поколения зумеров

Тэги

Сюжет

Новое и лучшее

Хороший, плохой, русский

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?

Первая полоса

«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»
«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»
«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»

«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»

Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе
Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе Может ли она стать новым ковидом
Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе

Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе
Может ли она стать новым ковидом

Сколько стоит жизнь в Якутске
Сколько стоит жизнь в Якутске Квартиры в домах на сваях, замороженная рыба и комедии, которые понимают только местные
Сколько стоит жизнь в Якутске

Сколько стоит жизнь в Якутске
Квартиры в домах на сваях, замороженная рыба и комедии, которые понимают только местные

Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей
Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей В ответ обвинителя называют агентом спецслужб
Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей

Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей
В ответ обвинителя называют агентом спецслужб

«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны
«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны Главный сериал года от «Кинопоиска» — про ВИЧ, которого не было в СССР
«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны

«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны
Главный сериал года от «Кинопоиска» — про ВИЧ, которого не было в СССР

Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»
Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»
Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»

Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»

Хороший, плохой, русский
Хороший, плохой, русский Реакция твиттера на предложение ввести антидискриминационные паспорта
Хороший, плохой, русский

Хороший, плохой, русский
Реакция твиттера на предложение ввести антидискриминационные паспорта

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой

Что известно о поджогах военкоматов после начала *****

И что об этом пишут в интернете

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги? И может ли налоговая узнать, где я нахожусь
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
И может ли налоговая узнать, где я нахожусь

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа» «ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
«ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

«Только для всех»: Как устроен кластер «Нормальное место» на «Севкабеле»

Что слушать про *****
Что слушать про ***** Подборка антивоенных подкастов — от ежедневных новостей до гайдов по психотерапии
Что слушать про *****

Что слушать про *****
Подборка антивоенных подкастов — от ежедневных новостей до гайдов по психотерапии

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии
Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

Философ Теодор Адорно — о восприятии военных преступлений, культуре и лжи в нацистской Германии

Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России
Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России «Важно не просто уехать, а что-то сделать»
Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России

Интервью художника, который хотел выразить протест против ***** так, как еще никто не делал в России
«Важно не просто уехать, а что-то сделать»

«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу
«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу
«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу

«Это позволяло не свихнуться»: как сотрудники провластных медиа саботируют их работу

В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена
В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена Почему сейчас?
В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена

В Петербурге хотят переименовать переулок Тинькова, названный в честь выдуманного предка бизнесмена
Почему сейчас?

Подпишитесь на рассылку