4 августа, среда
Екатеринбург
Екатеринбург
Войти

Народный Хеллоуин: Что не так со спектаклем «Черный русский» Длинные косы и шипованные каблуки на премьере ожидаемой постановки Максима Диденко

Народный Хеллоуин: Что не так со спектаклем «Черный русский»

Год назад в одном из интервью театральный режиссер Максим Диденко признался: «Народный театр — вот направление, в котором хочется двигаться». По просьбе The Village журналист и театральный обозреватель Настя Николаева отправилась в особняк Спиридонова на премьеру «Черного русского» — нового иммерсивного спектакля-триллера Диденко по «Дубровскому», — чтобы понять, насколько близко театр может приблизиться к народу.

Текст

Настя Николаева

«Черный русский»


Режиссер: Максим Диденко

Драматург: Константин Федоров по мотивам романа А. С. Пушкина «Дубровский»

В ролях: Артем Ткаченко, Равшана Куркова, Владимир Дель, Владимир Кошевой, Илья Кипоренко, Андрей Ребенков, Юлия Лобода, Евгений Плиткин, Вано Миранян

Композитор: Иван Кушнир

Хореограф: Евгений Кулагин

Художник: Мария Трегубова

Художник по костюмам: Евгения Панфилова

Художник по свету: Игорь Фомин

Звукорежиссер: Филипп Карецос

Видеохудожники: Илья Старилов, Олег Михайлов

Авторы идеи, креативные продюсеры: Елена Новикова, Дарья Золотухина

Продюсер: Мария Пащенко

Красная дорожка с позолоченными ограждениями, люди в модных укороченных брюках ищут свои имена в списках и мимо охранника поднимаются по парадным ступенькам особняка в Малом Гнездниковском переулке. Сегодня это дом знатного русского барина Кирилы Троекурова, где разворачивается действие иммерсивной постановки Максима Диденко по «Дубровскому» Пушкина. В холле пахнет еловыми ветками, уложенными вдоль стен, а мы двигаемся дальше в сторону зеркала, закрепленного внутри вертикально стоящего гроба, чтобы надеть маску оленя, лисы или совы. Теперь все готово к спектаклю (но пока кажется, что к вечеринке) в этом мрачном доме, «где все сходят с ума». 

Девушка в костюме инокини, раздающая маски, определила меня в совы. Это значит, что я иду по линии хозяина дома Кирилы Петровича, а не по линии Маши или Дубровского, на которые я тайно рассчитывала. «Всегдашние занятия Троекурова состояли в продолжительных пирах и проказах, жертвою коих бывал обыкновенно какой-нибудь новый знакомец» — пока гости собираются, я шатаюсь по первому этажу, размышляя, насколько далеко зайдут режиссер с актерами в заявленной иммерсивности. Будет ли забава, когда гостя запирают один на один в комнате с медведем, и выпустят ли нас вообще отсюда, а то ведь развеселенный пуншем хозяин вполне может приказать запереть ворота до утра. «Остерегайся мужчин в черном», — прерывает меня героиня, похожая на одну из трех девиц с пряжей из «Сказки о царе Салтане», и вкладывает мне в руку записку. Спустя несколько минут она повторит свое заклинание, вручив мне уже яблоко. «Оно, наверное, с ядом», — думаю я, но вовремя вспоминаю, что это из другой сказки. С этими запиской и яблоком как носителями тайного знания я буду ходить все полтора часа, что длится спектакль, с полной уверенностью, что что-то мне пригодится, чтобы отравить князя Верейского или хотя бы открыть какую-нибудь ветхую дверь.

Отсортированные на три вышеупомянутые группы, мы разбредаемся, ведомые актерами, по разным комнатам небольшого особняка, в дыму и под чьи-то громкие завывания. Разобрать, кто из героев кто, несложно, так что перечитывать роман перед просмотром не обязательно. Вот этот импозантный молодой человек, одетый на французский манер, видимо, Дубровский; этот барин лежит в ванне с девушками и ратует за христианские ценности — значит, Троекуров; а вот это Равшана Куркова — определенно, Маша. Действие развивается в том же порядке, что и у Пушкина, но строится не на привычных сценах с диалогами, а на крупных метафорических эпизодах, где актеры в основном танцуют и поют, но опять-таки не текст первоисточника, а, например, неофициальный национальный гимн из XVIII века «Гром победы, раздавайся!» или девичью народную песню «Прощание с красотой. Расплетание косы». Из-за музыки, в которой композитор Иван Кушнир смешал традиционные песнопения с минимал-техно и трип-хопом, меня не покидает ощущение затейливой костюмированной вечеринки. В какой-то момент нужная ассоциация находится: «Черный русский» — это отечественный Хеллоуин в черно-белых тонах с косами, босыми ногами и медведем, а также ходячими мертвецами в перьях, трусами с принтом американского флага и высокими шипованными каблуками. Стильный русский народный рейв.

фоточке

В спектакле заняты более 30 актеров: по несколько Маш и Дубровских, четыре Лукерьи и две Дуни — полубезумные дочери из «Станционного смотрителя». Три героя с окровавленными лицами точат топор — это Архипы, деревенские мужики. И так далее. Все они, как уже было сказано, разыгрывают три разные сюжетные линии, так что посмотреть все вам не удастся, о чем заранее предупреждает программка. Мне, например, было обидно пропустить первую встречу Дубровского и Маши в беседке у ручья и то, что случилось с Шабашкиным, которого я кормила пельменями. Зато все остальные пропустили гарем Троекурова и его эти самые трапезные забавы — соревнования по поеданию без рук, когда актер, игравший Шабашкина, попросил покормить его черными пельменями, предварительно макая их в белоснежную сметану. Этот момент — верх иммерсивности спектакля. В дизайнерской трапезной, похожей на студию для съемок кулинарного шоу, лежат разогретые закуски, а повар черным ножом нарезает черную колбасу и угощает ею зрителей. И вот ты стоишь с этими пельменями, будто участвуешь в конкурсе на свадьбе, Троекуров орет: «Угощайтесь, гости!» — а гости кивают и жуют. Для пущей вовлеченности чуть поодаль стоят ряды стопочек. Я понюхала — водка. Мимо проходящая девушка в маске оленя не останавливаясь хлопнула одну. Мы двинулись дальше.

Дальше была сцена в хлеву с настоящими гусями, козленком и свиньей («Контактный зоопарк!» — радовались зрители), где пьяный Троекуров дрался с медведем под возгласы прислуги. Потом — танцы разбойников в лесу среди черных сосен. А потом мы оказались все вместе в большом зале на балу и после не разлучались.

Сюжет «Дубровского» незамысловат, и написан он просто и прямо, без особых изяществ. Анна Ахматова, считая эту незаконченную повесть Пушкина его единственной неудачей и стремлением заработать, говорила: «Это, в противуположность „Пиковой даме“, вещь без Тайны. А он не мог без Тайны. Она, одна она, влекла его неудержимо». В спектакле Диденко, который сам называет его «попыткой исследовать современное общество», эта тайна — как и, видимо, в жизни — не появляется.

Спустя более 180 лет «„Черный русский“ — человек неотесанный, дикий, некультурный» (как написано в пресс-релизе) никуда не делся и деться не может. Вместе с его пьяным угаром, склонностью к фатализму, тщеславием и жаждой подчинять. Пушкин, не стесняясь, вставил в самое начало романа длинное заключение суда между Троекуровым и Дубровским-отцом, объяснив это фразой «Полагая, что всякому приятно будет увидать один из способов, как на Руси можем мы лишиться имения, на владение коим имеем неоспоримое право». Этот способ — подкупить судей и полицейских. Ничего нового быть не может. О какой тайне говорила Анна Андреевна? 

Убирая дистанцию между актерами и зрителем и вовлекая всех в эти национальные игры, режиссер в очередной раз констатирует тот факт, что мы разучились молиться, потеряли всякий страх и не ведаем, что творим, а заодно напоминает, что некоторые и не умели этого делать никогда. «Черный русский» — это калейдоскоп из сцен русской праздной жизни с присущими ей смертными грехами и безумием. Как коктейль из водки с кофейным ликером: вкусно и красиво, но заканчивается ясно как. И если бы пара гостей в стремлении к пущей иммерсивности задержались у ряда стопочек и полезли бы в финале танцевать на огромный крутящийся стол, ну или как-нибудь иначе выказали свое хорошее настроение, спектакль стал бы заметно живее. Заявленная сумасшедшая атмосфера триллера должна, видимо, возникать из-за темного света, дыма и актеров, которые изредка многозначительно смотрят тебе в глаза или берут за руку. Но зрителям, видевшим другие спектакли-променады, или просто открытым новому, это вряд ли покажется чем-то удивительным или устрашающим. С ума никто не сошел, все просто развлеклись — жаль, фотографировать нельзя.

фоточке

Наверное, будет некорректно отнести высказывание Диденко о народном театре к «Черному русскому»: это дорогая красивая постановка, участие в которой стоит 5 тысяч рублей. Но своей понятностью и внешним богатством она очень даже к народу близка — как любое театральное шоу со спецэффектами. Безусловно, оно найдет и уже нашло своего зрителя: билетов на премьерные показы давно нет, остальные раскуплены на две недели вперед. Однако фразы из описания о том, что «каждый видит свой собственный спектакль», что там «не принято держать себя в руках», как и то, что это первое мероприятие в этом жанре, звучат слишком громко. Почему мне стоит остерегаться мужчин в черном, я так и не поняла. Наоборот, они все время помогали всем понять, где встать, куда нельзя садиться, в какую сторону смотреть и так далее. Записка тоже еще не пригодилась, а уже раздаются выстрелы, и голос из громкоговорителя просит немедленно покинуть помещение.

«Приглашаем вас пройти ногами и прочувствовать сердцем неоконченное произведение А. С. Пушкина „Дубровский“», — написано на сайте спектакля. Пройти ногами — это да. А что нужно было почувствовать сердцем? Может, иронию — когда в конце, после пьянств, несчастных свадеб и перестрелок все актеры стали скандировать строки «Мой друг, отчизне посвятим души прекрасные порывы»?


Фотографии: обложка — Театральная компания Ecstatic, 1-17 – Иван Гущин/Театральная компания Ecstatic

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

На что живут актёры
На что живут актёры The Village узнал, сколько зарабатывает молодой актёр московского театра и на что он тратит деньги
На что живут актёры

На что живут актёры
The Village узнал, сколько зарабатывает молодой актёр московского театра и на что он тратит деньги

Наше всё: Театры, в которые нужно идти за русской классикой
Наше всё: Театры, в которые нужно идти за русской классикой Традиционные и экспериментальные прочтения Гоголя, Чехова и Булгакова на карте Москвы
Наше всё: Театры, в которые нужно идти за русской классикой

Наше всё: Театры, в которые нужно идти за русской классикой
Традиционные и экспериментальные прочтения Гоголя, Чехова и Булгакова на карте Москвы

Дмитрий Брусникин — о новом сезоне в «Практике» и депрессии 20-летних
Дмитрий Брусникин — о новом сезоне в «Практике» и депрессии 20-летних Что готовят брусникинцы в их первой постоянной резиденции и зачем москвичи ходят в театр?
Дмитрий Брусникин — о новом сезоне в «Практике» и депрессии 20-летних

Дмитрий Брусникин — о новом сезоне в «Практике» и депрессии 20-летних
Что готовят брусникинцы в их первой постоянной резиденции и зачем москвичи ходят в театр?

Сколько стоит жизнь в Берлине
Сколько стоит жизнь в Берлине С помощью жителей немецкой столицы The Village посчитал, сколько там стоит еда, жилье и транспорт
Сколько стоит жизнь в Берлине

Сколько стоит жизнь в Берлине
С помощью жителей немецкой столицы The Village посчитал, сколько там стоит еда, жилье и транспорт

Тэги

Сюжет

Люди

Прочее

Новое и лучшее

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото

50 миллионов – это сколько?

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?

Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко

Первая полоса

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото
Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото Как это сделали в Норвегии
Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото

Инфлюенсеры и подписчики — о том, нужно ли вводить обязательную маркировку отретушированных фото
Как это сделали в Норвегии

50 миллионов – это сколько?
Спецпроект
50 миллионов – это сколько? Тест, чтобы понять, как это много
50 миллионов – это сколько?
Спецпроект

50 миллионов – это сколько?
Тест, чтобы понять, как это много

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки
Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки
Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

Гейзеры для ванны Botavikos, маска для сияния кожи Sephora Collection, ревеневый одеколон Jo Malone и другие новинки

«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?
«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить? Неглупый европейский ромком о раздражающем идеале
«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?

«Я создан для тебя»: Можно ли влюбиться в робота? А разлюбить?
Неглупый европейский ромком о раздражающем идеале

Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко
Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко Говорим о секретном парке, электронной музыке и сексе
Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко

Гуляем вокруг «Белорусской» с Moa Pillar и Ушко
Говорим о секретном парке, электронной музыке и сексе

Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах
Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах «Кафедра», «Девять совсем незнакомых людей» и «Мистер Корман»
Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах

Что смотреть в августе на Netflix, «Кинопоиске HD», «Амедиатеке» и других стримингах
«Кафедра», «Девять совсем незнакомых людей» и «Мистер Корман»

Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство
Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство
Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство

Как объяснить бармену, какой коктейль вы хотите выпить. Пошаговое руководство

«Хачапури для Пушкина» и его дворик

«Хачапури для Пушкина» и его дворик

«Хачапури для Пушкина» и его дворик

«Хачапури для Пушкина» и его дворик

10 новых детских книг для конца лета
10 новых детских книг для конца лета На море, на дачу, в деревню к бабушке
10 новых детских книг для конца лета

10 новых детских книг для конца лета
На море, на дачу, в деревню к бабушке

В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая
В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая Подборка редакции «Гусьгусь»
В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая

В дорогу и не только: Детские подкасты для любого случая
Подборка редакции «Гусьгусь»

Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives
Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives
Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives

Что покупать в совместной коллекции H&M и Toga Archives

Где поставить «Спутник Лайт» в Екатеринбурге: 18 мест

Где поставить «Спутник Лайт» в Екатеринбурге: 18 мест

Несколько винных дегустаций, вечеринка в тбилисском дворике, второй Breakfast Unit и сибирский фестиваль «Тайгастро»
Несколько винных дегустаций, вечеринка в тбилисском дворике, второй Breakfast Unit и сибирский фестиваль «Тайгастро» А также новые завтраки в «Горожанах»
Несколько винных дегустаций, вечеринка в тбилисском дворике, второй Breakfast Unit и сибирский фестиваль «Тайгастро»

Несколько винных дегустаций, вечеринка в тбилисском дворике, второй Breakfast Unit и сибирский фестиваль «Тайгастро»
А также новые завтраки в «Горожанах»

Батуты и ступенчатый человек: Что покажут на фестивале паблик-арта «ЧӦ»
Батуты и ступенчатый человек: Что покажут на фестивале паблик-арта «ЧӦ»
Батуты и ступенчатый человек: Что покажут на фестивале паблик-арта «ЧӦ»

Батуты и ступенчатый человек: Что покажут на фестивале паблик-арта «ЧӦ»

Команда «Шувакиша» тестирует фонтаны Екатеринбурга

Команда «Шувакиша» тестирует фонтаны ЕкатеринбургаВ честь Дня ВДВ

Команда «Шувакиша» тестирует фонтаны Екатеринбурга

Команда «Шувакиша» тестирует фонтаны Екатеринбурга В честь Дня ВДВ

Распродажи в Belle You и SHU, новый корейский бренд в «Золотом Яблоке» и пирсинг-сиквел коллекции Lollipops в Avgvst

Распродажи в Belle You и SHU, новый корейский бренд в «Золотом Яблоке» и пирсинг-сиквел коллекции Lollipops в Avgvst

Распродажи в Belle You и SHU, новый корейский бренд в «Золотом Яблоке» и пирсинг-сиквел коллекции Lollipops в Avgvst

Распродажи в Belle You и SHU, новый корейский бренд в «Золотом Яблоке» и пирсинг-сиквел коллекции Lollipops в Avgvst

Забег клуба «Бегаешь как девчонка», фестиваль Водонапорной башни и стендап Славы Комиссаренко

Забег клуба «Бегаешь как девчонка», фестиваль Водонапорной башни и стендап Славы Комиссаренко

Забег клуба «Бегаешь как девчонка», фестиваль Водонапорной башни и стендап Славы Комиссаренко

Забег клуба «Бегаешь как девчонка», фестиваль Водонапорной башни и стендап Славы Комиссаренко

Рождение актуального искусства: Что смотреть на выставке «Еловой и окрестности» в Музее ИЗО
Рождение актуального искусства: Что смотреть на выставке «Еловой и окрестности» в Музее ИЗО
Рождение актуального искусства: Что смотреть на выставке «Еловой и окрестности» в Музее ИЗО

Рождение актуального искусства: Что смотреть на выставке «Еловой и окрестности» в Музее ИЗО

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе И ничего не забыть
От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
Промо

От брюк до транспортира: Как подготовить ребенка к школе
И ничего не забыть

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно Артем Макарский — о главном альбоме этого года
Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно

Счастлива как никогда: Билли Айлиш повзрослела — и это прекрасно
Артем Макарский — о главном альбоме этого года

Подпишитесь на рассылку