Как бывшие заключенные ищут работу Легко ли найти работу, выйдя из тюрьмы, и сколько лет придется доказывать профпригодность

Как бывшие заключенные ищут работу

В 2016 году российские суды рассмотрели 960 тысяч уголовных дел в отношении миллиона человек, 765 тысяч были признаны виновными. Теперь люди считаются судимыми. Если наказание условное, то судимость будет погашена после истечения испытательного срока. В отношении тех, кто получил реальный срок, судимость считается погашенной через несколько лет после отбытия наказания. Этот период может варьироваться от трех до 10 лет в зависимости от тяжести преступления. По закону люди с неснятой и непогашенной судимостью за тяжкие и особо тяжкие преступления не могут выдвигать свою кандидатуру на депутатских и президентских выборах. Судимые не могут быть прокурорами, судьями, чиновниками и полицейскими. Осужденные по некоторым статьям также не могут работать в сфере образования, обеспечения безопасности, заниматься бизнесом и правоохранительной деятельностью.

Считается, что работа помогает отбывшим наказание не попасть за решетку снова. Но мало кто из работодателей готов принять в коллектив подобного сотрудника. Часто судимые трудятся в сетевых продуктовых магазинах, где нужны уборщики, грузчики, упаковщики, работники склада. Но если служба безопасности начинает пробивать их по базам, они обычно получают отказ.

Многие еще в местах лишения свободы примыкают к определенным группам, которые обещают помочь с работой на воле. Например, православные делятся контактами специальных реабилитационных центров. Кого-то ждут родственники и друзья, они же помогают с работой. Иногда трудоустроить судимых удается общественным организациям. В Москве это, например, фонды «В защиту прав заключенных» и «Аврора». Мы узнали у людей с судимостью, как они искали работу, боролись со стереотипами и доказывали свою профпригодность.

Текст

Лена Верещагина

Текст

Ольга Карасева

Фотографии

Ваня Анисимов

Владимир, 62 года

дворник

Раньше я был монтажником на стройке. Как-то на медкомиссии врач крутил меня на специальном стуле, а меня потом покачивало. Так что я работал не на высоте, а занимался тем, что детали снизу цеплял. Жили с женой и сыном. Сын работал в полиции. Потом жена умерла, а я начал выпивать и, чтоб скандалов не было, уехал в деревню. С сыном мы не грызлись, это родственники со стороны жены говорили, что я в квартире не нужен.

Четыре года я жил в деревне, дома был только наездами. Потом получил срок 10 лет. На зоне тоже работал, восемь с половиной лет стажа накопил. Получил новую специальность — оператор швейного оборудования четвертого разряда. Шили мы спецодежду, рубашки, перчатки. Когда вернулся, сын меня домой не пустил. Сказал мне: «Жить здесь не будешь, все решаем только через суд». Три дня я ходил возле дома. Кто-то еду предлагал, кто-то водки выпить, но мне она уже опротивела. В парке возле дома меня заметила полиция. Я объяснил им, где живу и кто мой сынок. Они даже обещали с ним поговорить и посоветовали мне ехать в социальный центр для бездомных.


Уже три года я живу в социальном центре. Здесь все с судимостями, многих тоже родственники не пускают домой


Сыну сейчас 36 лет, из полиции он ушел на пенсию, работает шофером. В квартиру меня не пускает до сих пор, хотя суд вынес решение в мою пользу. Видимо, ждет, что я напьюсь и опять в тюрьму попаду. Приходили даже судебные приставы, проводили мое вселение. Перед ними он дверь открыл, а когда я пришел снова — дверь опять закрыта. И участковый приходил, и социальный патруль, пять приставов сменилось, а воз и ныне там. Сейчас я жду очередного суда, там должны распределить нас по комнатам: меня, сына и внучку. Когда мы делили квартплату, мне присудили 30 тысяч рублей задолженности. И хотя я ни дня там не жил, пришлось заплатить.

Уже три года я живу в социальном центре. Здесь все с судимостями, многих тоже родственники не пускают домой. Если ты инвалид или по другим причинам не можешь или не хочешь, заставлять тебя, конечно, не будут и на улицу не выгонят. Некоторые прямо здесь и работают — грузчиками, дворниками. Если у кого-то прописки нет и поэтому никуда не берут, то в центре ему временную регистрацию оформляют. С работой помогают — надо самому захотеть.

В центре хорошо: крыша над головой есть, кормят бесплатно, одежду тоже выдают. Как-то заведующий заметил, что я помогаю дворнику: навожу порядок, слежу за территорией, клумбы сделал. Теперь я тоже работаю здесь дворником. И даже когда домой вернусь, место терять не хочу. Зарплата у меня неплохая — 20 тысяч рублей, а пенсия — всего шесть.

Ирина, 52 года

бухгалтер

Раньше я жила в Набережных Челнах и работала заместителем генерального директора по экономике в одной компании. Однажды ее руководитель захотел перевести имущество акционеров на свою собственную фирму, и я оказалась свидетелем, который был в курсе всей цепочки. Оттуда я уволилась и подала иск в суд, потому что мне выплатили не всю зарплату. Прошла несколько инстанций, и Верховный суд вынес решение в мою пользу. Через какое-то время руководитель написал на меня заявление в полицию, якобы я присвоила деньги компании. Тогда я верила, что полиция во всем разберется. Мне предложили пойти на сделку со следствием, признать свою вину, получить приговор и тут же быть амнистированной, но я отказалась. Просто не понимала, как буду людям в глаза смотреть. Меня признали виновной, и от реального срока спасло только то, что я обратилась на телевидение и дело получило огласку.

Потерпевший руководитель остался недоволен моим условным сроком и подал апелляцию. Но оно попало к тому же оперуполномоченному в ОБЭП, и он вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Получается, что одновременно я была виновна и невиновна. Сейчас моя судимость погашена, но я добиваюсь реабилитации. Мне помогает Фонд поддержки пострадавших от преступлений.

Когда на меня завели уголовное дело, коллектив поддерживал меня столько, сколько мог. На какое-то время я смогла сохранить и место работы, и зарплату. После приговора я все еще работала в том же месте, но после того, как дело пошло в кассацию, мне предложили выбор: уйти по собственному желанию или по сокращению. Я выбрала второй вариант — так я получала денежную компенсацию за три месяца.

Я мать-одиночка и одна воспитываю сына-подростка. Когда я лишилась работы, мы оказались без средств к существованию. Но дело было не только в деньгах. Я не знала, как жить дальше: вставала утром, смотрела в окно, а там все бегут по своим делам, только мне пойти некуда. Знакомые жаловались на начальников и коллег, рассказывали, как надоела работа, а я понимала, что выброшена на обочину.


Ребенок ходил в школу пешком — на проезд не было денег. Друзья поддерживали как могли: собирали деньги, приглашали к себе на дачу, чтобы сократить траты. В 16 лет сын пошел работать на стройку. Хотя ребенок привык жить совсем по-другому: раньше я хорошо зарабатывала, мы путешествовали, у нас была машина


У нас в городе все люди, занятые в одной сфере, знают друг друга. Работать бухгалтером я не могла и пошла учиться на оценщика, чтобы устроиться в риелторское агентство. Но от официального трудоустройства все агентства отказывались. Тогда я встала на учет в центр занятости. Мне попалась хорошая вакансия — экономист в муниципальном предприятии, но мне снова помешала судимость. Предлагали несколько мест работы с серой зарплатой, но от такого я сразу отказывалась. Какое-то время я еще получала пособие от службы занятости — эти несчастные 5 тысяч рублей. Потом перестали выплачивать и это.

С деньгами стало совсем плохо. Люди, которые меня знали, старались давать разовые подработки: я могла сделать отчеты, проконсультировать, помочь оформить сделку. Но это был нестабильный заработок, и почти все деньги уходили на адвоката, который вел дело. Ребенок ходил в школу пешком — на проезд не было денег. Друзья поддерживали как могли: собирали деньги, приглашали к себе на дачу, чтобы сократить траты. В 16 лет сын пошел работать на стройку. Хотя ребенок привык жить совсем по-другому: раньше я хорошо зарабатывала, мы путешествовали, у нас была машина.

Я начала добиваться своей реабилитации, а для этого нужно было ездить в Москву. Я приезжала из Набережных Челнов утром, привозила документы в Генпрокуратуру, Следственный комитет, Управление по правам человека, а вечером уезжала назад. В Москве я познакомилась с женщиной Ириной, которая предложила мне останавливаться у нее, чтобы не тратить время и деньги на дорогу. Вскоре я перебралась в Подмосковье, сын в это время поступил в институт. Я продолжала поиски работы.

В Москве Ирина подключила свои связи, но даже с ними ничего не выходило. Как только всплывала моя судимость, приходил ответ: «Извините, не можем вас взять». Мне предложили пойти работать уборщицей. Я мыла полы в магазине рядом с домом, чтобы сэкономить на дороге. График был удобный: неделю я работала, а неделю ходила по инстанциям. Потом мне очень повезло: я устроилась в сетевой супермаркет менеджером на выкладку товара. Директор магазина знала мою историю и как-то сказала, что, если бы не судимость, я могла бы сделать отличную карьеру в этой сети.

Как-то в интернете я увидела вакансию: подмосковное предприятие срочно искало бухгалтера-расчетчика по зарплате. Я приехала, мы пообщались с главным бухгалтером, вопросов у нее не возникло. Когда мою кандидатуру одобрили, сначала я даже не поверила. Вот уже несколько месяцев я работаю бухгалтером.

Алексей, 27 лет

журналист

В июне 2011 года я вернулся из армии, нашел работу и поступил на заочку РГСУ по специальности «конфликтолог». Работал в страховой компании курьером — низкоквалифицированная работа, но достаточно ответственная. После дембеля мне еще приходило письмо из ФСО с предложением о работе. Отец очень хотел, чтобы я на него ответил: письмо завлекало в ряды сотрудников службы охраны, обещало социальные гарантии, стартовый бонус, квартиру и прочее. Но я уже тогда понимал, что работать в ФСО — это беспросветное дно, поэтому на письмо не ответил.

Когда в 2012 году меня посадили по «болотному делу», работодатель повел себя очень достойно: они писали характеристики для судов, приходили на заседания, передавали деньги и даже подарки на день рождения, следили за моей судьбой. В вузе тоже обещали поддержку, но потом это дело у них как-то застопорилось. Думаю, руководство не обрадовалось студенту, попавшему в такую громкую историю.

В колонии у меня была возможность учиться в ПТУ. Теоретически существует еще и высшее образование для осужденных, но у нас в зоне его никто не получал. ПТУ — целое учреждение, где обучают людей, чтобы они потом работали на промке (зоне производства). То есть можно сидеть в жилке (жилой зоне) и целыми днями ничего не делать, а можно идти на промку и работать. Я пошел учиться в училище на оператора швейного оборудования, потом работал на швейке.

Преподавателем у нас была бывшая сотрудница колонии, жившая в деревне неподалеку от зоны. К зэкам она относилась по-доброму, шить любила и материал знала, рассказывала много интересного, возилась с нами, если мы того хотели сами. Я с ней советовался, когда шил подарки для жены на свободу — к мастеру-мусору с таким на работе не подойдешь. Отучившись на курсе шитья, я записался еще и на курс токарей. Те, кто в зоне жил подольше, успевали по шесть таких дипломов получить.


Тюрьма дала мне какой-то импульс. Хотя, наверное, это не самый типичный случай


На работе шили волнами, ориентируясь на заказы комплектов одежды или белья. Месяц могли шить одежду для рабочих, а следом полгода — мешочки для перевозки денег. Платили 300–400 рублей в месяц. В общем-то, никак прожить на это было невозможно. Но основная фишка этой работы была не в зарплате. Во-первых, работавший на промке человек получал поощрения: связь с родными — это важнее всего. Во-вторых, отвлекался от дня сурка в бараке.

После трех лет тюрьмы было трудно представить, как я буду жить на свободе. О будущих трудностях с поиском работы я думал в меньшей степени. Плана не было. Первые дни я наслаждался обыкновенными бытовыми радостями. Более-менее оклемался месяца через полтора, но потом еще долго был в прострации: ощущение, словно ты еще раз родился и начинаешь жизнь с чистого листа. Справиться со всем этим и встать на крыло у меня получилось примерно за полгода. Тогда и стал искать работу. Попытался ткнуться в пару ниочемных мест: на вахте сидеть, людей пропускать, бумажки проверять. Где-то я не понравился, где-то не понравилось мне. Про тюрьму на собеседованиях не говорил.

В какой-то момент увидел вакансию мониторщика в команду «ОВД-Инфо». Она стала идеальной для меня. И поэтому я очень рад, что, несмотря на отсутствие у меня тогда специальных навыков мониторщика, журналиста, юриста, меня все же взяли. Конечно, работодатель знал о моем бэкграунде.

Что делает мониторщик? Принимает звонки с горячей линии, сохраняет информацию о задержанных и тех, кому нужна помощь, передает ее юристам. Пишет, основываясь на этой информации, новости и тексты. Мы собираем статистику, делаем доклады, посвященные правозащитной сфере в России, пишем тексты-справки. Много делаем чисто журналистской работы: интервью, репортажи, большие тексты. И много чего еще.

Странно, но моя жизнь устраивает меня больше, чем та, какой она была бы без тюрьмы за плечами — как я ее себе представляю. Тюрьма дала мне какой-то импульс. Хотя, наверное, это не самый типичный случай. Обычно работодатель не любит связываться с незнакомым человеком с таким прошлым — именно с тюремно-политическим. Безусловно, существует и некая стигматизация зэка, отношение к нему как к человеку худшего сорта. Сам я не сталкивался с таким, потому что контактирую в основном с людьми, которые в курсе, что такое почта «Росузника», и тюрьма встраивалась в мой образ в глазах других людей: вроде «они отсидели и страдали за нас». Получилась такая тюрьма наоборот.

Валерий, 63 года

предприниматель

Я попал на зону из-за того, что партнеру понравился мой бизнес. В 1995 году я создал ООО, на которое позднее зарегистрировал два выкупленных у Москвы помещения на Кутузовском проспекте, а также 10 стоматологических кабинетов с импортным оборудованием. Это был интересный, востребованный бизнес средней руки. Через несколько лет я взял вторым участником общества женщину, продав половину доли.

Для покупки одного из помещений я брал кредит в 180 тысяч долларов, но к 2000 году он был погашен. Из-за кризиса 1998 года часть кабинетов мы сдавали в аренду. Но сама клиника стала работать достаточно эффективно и вышла в плюс. В этот момент у нас с партнером начались разногласия. Дело дошло до конфликта, в итоге я предложил ей поделить кабинеты и мирно разойтись. Но не учел одно обстоятельство: ее связи в правоохранительных органах. В 2005 году после новогодних праздников я пришел на работу и узнал, что больше не являюсь генеральным директором, а на мое место становится завхоз. Я обращался в суд и прокуратуру, но документы терялись, а решения выносились не в мою пользу. В этой борьбе прошло три года. Все это время дивидендов со своей доли я не получал, но нужно было давать двум дочерям образование. Приходилось крутиться.

Однажды в шесть часов утра в мою квартиру пришли пятеро человек и 14 часов проводили обыск. Так я узнал, что против меня возбуждено уголовное дело о мошенничестве. Якобы я украл имущество второго участника на полтора миллиона долларов. Ситуация развивалась стремительно: я обратился в суд, но силы были неравные. В какой-то момент, чтобы я больше не мог отстаивать свои права, мне изменили меру пресечения на арест. 14 месяцев я находился в следственном изоляторе. Суд вынес приговор: шесть лет колонии общего режима.


на зоне было нетяжело. Я работал в медсанчасти. Да и окружение было хорошим: доктор наук, технари, талантливые парни


Моя семья оказалась в сложном положении. Но спасло то, что моей жене удалось продать дачный участок. На вырученную сумму семья прожила четыре года, пока я находился в местах лишения свободы.

Можно сказать, что мне повезло. Я был на зоне во Владимирской области, достаточно близко от Москвы. Какой из меня криминальный тип, все поняли сразу. Поэтому на зоне было нетяжело. Я работал в медсанчасти. Да и окружение было хорошим: доктор наук, технари, талантливые парни. У каждого из них на воле был бизнес, ставший причиной их пребывания там. Через какое-то время я вышел на колонию-поселение, стал водителем на нескольких авто, приписанных к зоне, объездил всю Владимирскую область и затем вышел по УДО. За это время мой бывший партнер оформил оба помещения, принадлежавшие обществу, на свое имя, а саму компанию ликвидировал.

У меня не было вариантов, кроме борьбы. К тому времени средства от продажи участка кончились. Нужно было как-то жить. Друзья по старой работе пригласили в хорошую частную компанию в сфере безопасности воздушного движения. Так что моя первая специальность меня не подвела. И рекомендации были хорошие, несмотря на тюремный опыт. Конечно, у коллег было любопытство: подходили, расспрашивали… Но многие знали меня до этого, поэтому никаких проблем в общении не возникало.

Когда началась активная фаза судов, я решил уволиться из компании. Потому что привык работать либо хорошо, либо никак. Я только вышел на пенсию и подумал, что как-нибудь проживу. Дети выросли, и стало относительно легче. Этот ход оправдал себя. За колоссальное количество судов я фактически получил новое высшее образование. Теперь я знаю все юридические тонкости и работаю сам, без адвокатов.

Сейчас моя задача — вернуть свой бизнес. Думаю, направление стоматологии я оставлю. Но еще хочу заниматься правозащитной деятельностью несправедливо осужденных. Я готов помогать ребятам, которые попали в места лишения свободы случайно, как и я. Например, вместе мы уже сделали интернет-магазин. Кто-то работает программистом, кто-то грузчиком, кто-то курьером. Все при делах. Не могу сказать, что все шикарно. Но на чай и кофе, иногда с коньячком хватает. Если я когда-либо будут брать в бизнес партнеров, то это будут только мои дочери. Теперь рейдеры моего бизнеса сами на скамье подсудимых, и скоро им будет вынесен приговор.

Леонид, 39 лет

мастер ремонтного цеха в автосервисе

Первый раз я попал на общий режим на пять лет 18-летним пацаном, до этого не работал нигде, образования не было. Когда на второй срок заехал, уже начал разбираться, как государственная система устроена, читал Уголовно-процессуальный кодекс, постановления Конституционного суда, особые мнения судей. У нас по закону как: украл один раз — преступник, два раза — рецидивист, три раза — опасный рецидивист. Хотя тому, у кого украли, абсолютно все равно, воровал ты до этого или нет. Всего я отсидел 15 лет и вышел уже особо опасным рецидивистом.

В тюрьме можно было получить специальность. Стал сварщиком третьего разряда. Обучение закончил еще на общем режиме. Теорию сдал, но, когда мы пришли на практику, нам сказали: «Вот у нас один электрод на вас всех». Мастер просто отметил, что я все сдал, хотя сейчас жалею, что не попробовал сварить что-нибудь.

Последний раз я освободился в Барнауле и сразу поехал в приемную к замначальника управления ФСИН. Так и говорю ему: «Денег нет, работы нет, мне опять красть идти, что ли?» Я читал, что есть специальные места реабилитации и адаптации для бывших заключенных, и хотел попасть в такое место. Вообще у меня в Москве живут мать и сестра, они могли бы денег выслать. Но я принципиально пошел не по этому пути. Хотел, чтобы если кто-то будет говорить, как много всего делается для бывших заключенных, то я бы мог ответить: вот там я был, здесь я был, нигде не помогли. В управлении меня отправили в прокуратуру, я оставил там жалобу, но над ней просто посмеялись.


Пока сидел, изучал каббалу, и уже на воле мне реально помогли каббалисты


Сначала мне помогли в христианской организации, кажется, они были лютеранами. После освобождения я поехал к ним в Новосибирск — там была квартира и давали вещи. Но надо было обязательно посещать церковные мероприятия — меня это не смущало, я могу в любом обществе находиться. Каждый день нас возили работать на стройку. Как-то раз я сказал, что у меня болит спина и я не могу работать. В общем, мы попрощались.

Тогда я поехал в социальный центр для бездомных. Меня поместили туда, где проходят реабилитацию наркоманы, в том числе и бывшие заключенные. Там мы работали грузчиками. Выезжали на объекты, загружали-разгружали, приезжали обратно, ели, спали и снова на работу. Денег никаких мы, естественно, не видели. По сути, я как в рабство попал, только надо было слушать батюшку и нельзя было курить. Я там начал воду мутить, и меня тоже выгнали.

Пока сидел, изучал каббалу, и уже на воле мне реально помогли каббалисты. Я приехал туда, где они собирались группой, и рассказал о своих проблемах. Мне говорят: «Есть один вариант. Открыли недавно шиномонтажку, новое оборудование завезли. Вот там нужны работники». В итоге я три месяца прожил в этой шиномонтажке. Там были спальные места и душ. Мастер меня всему учил, так я и получил вторую специальность.

Потом я уехал в Москву, поселился у матери в Зеленограде и стал искать работу. С этим было трудно, чего врать. Очень многие мне отказывали, потому что я судимый. Информация о судимостях есть в открытом доступе. Если набрать в «Яндексе» «приговор суда в отношении...» и мою фамилию, то он сразу находится. Сам я сразу говорил, что судимый, и получал отказы. Тогда полез в интернет, стал смотреть, где есть шиномонтажки и ищут рабочих. Поехал в одну из них, поработал, судимость тут не помешала. Я работаю там уже три года, и всех все устраивает. Даже помог устроиться еще одному судимому.

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Как Yota месяц работала из дома
Как Yota месяц работала из дома Сколько сэкономила компания, отправив домой несколько десятков сотрудников
Как Yota месяц работала из дома

Как Yota месяц работала из дома
Сколько сэкономила компания, отправив домой несколько десятков сотрудников

На что живут похоронные агенты
На что живут похоронные агенты Сотрудник морга, принимающий заказы, рассказал о своей профессии, зарплате и тратах
На что живут похоронные агенты

На что живут похоронные агенты
Сотрудник морга, принимающий заказы, рассказал о своей профессии, зарплате и тратах

Как продать себя дороже на собеседовании
Как продать себя дороже на собеседовании Эксперты рассказывают о том, как добиться более привлекательного предложения по зарплате
Как продать себя дороже на собеседовании

Как продать себя дороже на собеседовании
Эксперты рассказывают о том, как добиться более привлекательного предложения по зарплате

Тэги

Сюжет

Прочее

Новое и лучшее

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Куда пойти гулять в День России

Как все поменять, если работа больше не радует

Первая полоса

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко
Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко Говорим о притонах, джазе и «Отпетых мошенниках»
Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко

Гуляем по Трубной с композитором Игорем Яковенко
Говорим о притонах, джазе и «Отпетых мошенниках»

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»
Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем» Говорим о гаражном роке, культе тела и 90-х
Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»

Гуляем вокруг Пяти углов с «Арсением Крестителем»
Говорим о гаражном роке, культе тела и 90-х

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России
Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России
Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Грустный праздник: 10 важных текстов о сегодняшней России

Куда пойти гулять в День России
Куда пойти гулять в День России Маршруты от политзэков
Куда пойти гулять в День России

Куда пойти гулять в День России
Маршруты от политзэков

Как все поменять, если работа больше не радует
Как все поменять, если работа больше не радует
Как все поменять, если работа больше не радует

Как все поменять, если работа больше не радует

Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве
Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве «Пика-Пика», Beat Film Festival и открытие двора в Powerhouse
Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве

Вторая неделя лета: Десятки классных событий в Москве
«Пика-Пика», Beat Film Festival и открытие двора в Powerhouse

В какие города России поехать этим летом
В какие города России поехать этим летом И сколько будет стоить путешествие
В какие города России поехать этим летом

В какие города России поехать этим летом
И сколько будет стоить путешествие

Как ходить на распродажи осознанно
Спецпроект
Как ходить на распродажи осознанно И почему лимит на покупки — хорошая идея
Как ходить на распродажи осознанно
Спецпроект

Как ходить на распродажи осознанно
И почему лимит на покупки — хорошая идея

Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails
Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails
Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails

Долгожданный «Жирок» в Хамовниках, еще одна брассерия на Покровке и Сингапур в Merlion Dine & Cocktails

Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Промо
Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться Безопасные переводы без комиссии
Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Промо

Как работает Система быстрых платежей и почему вам нужно к ней подключиться
Безопасные переводы без комиссии

Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность
Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность Что слушать, смотреть и читать в эти выходные
Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность

Возвращение Migos, боевик с Анджелиной Джоли и книга про осознанность
Что слушать, смотреть и читать в эти выходные

Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России
Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России
Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России

Выставка Гронского: Одинаковые фотографии ускользающей России

Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей
Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей
Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей

Где покупать красивые бокалы для вина, лимонада и коктейлей

Как очистить воздух с помощью граффити
Спецпроект
Как очистить воздух с помощью граффити И что такое фотокаталитический пигмент
Как очистить воздух с помощью граффити
Спецпроект

Как очистить воздух с помощью граффити
И что такое фотокаталитический пигмент

Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»
Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения» Черкесские блэк-металлисты, удмуртские рейверы и лезгинский бард
Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»

Плейлист к фестивалю о миграции «Точка перемещения»
Черкесские блэк-металлисты, удмуртские рейверы и лезгинский бард

Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой
Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой
Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой

Смотрим фильм про Мартина Маржелу вместе с кинокритиком и фэшн-журналисткой

«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Промо
«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation Мгновенные перемещения между мирами, сумасшедшее оружие и третий персонаж
«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Промо

«Ratchet & Clank: Сквозь миры»: Что нужно знать о новом эксклюзиве PlayStation
Мгновенные перемещения между мирами, сумасшедшее оружие и третий персонаж

Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности
Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности Из-за угрозы радиации
Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности

Гуляем по Кузьмоловскому — поселку под Петербургом, в котором ввели режим повышенной готовности
Из-за угрозы радиации

9 игр лета

9 игр летаНовые «Рэтчет и Кланк», гольф с Марио, экшен по Dungeons & Dragons и конкурент «Цивилизации»

9 игр лета

9 игр лета Новые «Рэтчет и Кланк», гольф с Марио, экшен по Dungeons & Dragons и конкурент «Цивилизации»

Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов
Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов
Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов

Ужин дома как в ресторане: 5 интересных рецептов

Подпишитесь на рассылку