«"Откидач должен" — это такая валюта» Александр Откидач — о том, как к тридцати создать идеальный бизнес и запускать проекты, обреченные на успех

«"Откидач должен" — это такая валюта»

В Иркутске Александра Откидача знают, в основном, как создателя городского Дня мыльных пузырей и специалиста по политическому пиару в соцсетях. Первое он называет своей слабостью, второе — источником максимальных профессиональных эмоций, и не видит никакой сложности в том, чтобы совмещать такие разные направления работы.

За два часа пиарщик и общественный деятель Александр Откидач рассказал The Village, как к тридцати годам построить идеальный бизнес, создать собственную «валюту» и запускать проекты, обреченные на успех.

Текст

светлана потапчук

Фотографии

Дмитрий дмитриев

Про Откидача

Обычно я представляюсь так: «Всем привет, меня зовут Александр Откидач, я пиарщик, я женат, и у меня двое детей». Эта информация снимает большую часть вопросов. Пиарщиком меня называли с детства, я и правда люблю рекламировать людей и бренды, которые мне нравятся. Считаю, это нормальная история.

В детстве я мечтал стать счастливым человеком. Это значило иметь дом и семью. О машине даже не мечтал: я жил в бедной семье, и все вокруг жили в бедноте, машина была только у председателя дома — красные «Жигули». Я знал, что её никогда у меня не будет. Ну, потому что машина стоит денег, а у меня никогда не будет денег — мы же бедно живём. Сейчас у меня есть все — счастливая семья, машина и дом. И я до сих пор иногда не могу в это поверить.

Я служил в армии, и это много мне дало. Я там понял, что мы очень недооцениваем свои возможности. Например, однажды заходит майор: «Откидач, вот тебе гвозди и клей, завтра должны быть поклеены обои». А обоев нет. И нет возможности не выполнить задачу — это армия. Как — никого не интересует. Майор, когда увидел поклеенные обои, даже бровью не повел. В армии я видел, как люди, у которых нет ни черта — ни денег, ни сил зачастую — делают чудеса!

О машине даже не мечтал: я жил в бедной семье, и все вокруг жили в бедноте, машина была только у председателя дома — красные «Жигули». Я знал, что её никогда у меня не будет

Я творческий человек и трудоголик. Последние лет пять живу в авральном режиме, и не могу сказать, что мне это не нравится. Точно понимаю, что бороться с собой бесполезно — я сдохну когда-нибудь просто на одном из проектов. Мне будет 65 и я такой: «Ребята... ну, всё, мне пора».

В какой-то момент я столкнулся с проблемой самопозиционирования: меня многие знали, но не понимали толком, чем я занимаюсь. Неудивительно, учитывая количество и разнообразие моих проектов. Год назад я запустил свой сайт, у которого было две задачи. Первая — рассказать, кто я и чем занимаюсь, и вторая — дать мне понимание, какое количество людей ищут меня в интернете и чего они хотят. У нас блогером или лидером общественного мнения может назваться каждый, но я, как честный человек, должен для этого быть не только популярным, но и иметь какую-то понятную статистику. Сегодня она есть. Возможность аналитики при работе с личным брендом — это важно, и этим почти никто не занимается. Намного проще и быстрее накрутить себе подписчиков, лайки, комментарии — и всё, ты «звезда». Но это не мой путь.

Сейчас я готовлю большой курс по развитию личного бренда, в нем вся боль, ошибки и верные шаги на протяжении десяти лет. Что привело к успеху? Как пользоваться современными интернетами? Как стать популярным, чтобы заказчики приходили к тебе сами, а конкуренты относились с уважением? Почему для этого неважно, сколько у тебя подписчиков? Мы работаем над курсом уже три месяца, и, думаю, будем работать еще минимум столько же. Это логичное продолжение моей образовательной деятельности: в интернете его смогут посмотреть не только во всех деревнях региона, которые я объехал с лекциями, но даже там, куда я физически добраться не смогу.

Про идеальный бизнес

Основной мой бизнес — SMM-агентство MediaLab, и оно гораздо менее известно, чем любой из моих проектов. Это сознательное решение, потому что этот мой бизнес достиг идеального баланса. Там идеальное состояние менеджеров реализует идеальное состояние заказов наших партнёров в идеальном количестве. Он не приносит какие-то фантастические деньги, мог бы приносить в два-три раза больше. Я на него трачу ровно такое количество времени, которое я хотел бы тратить. Пробовал увеличивать количество менеджеров или количество заказов, и каждый раз этот домик рушился.

Мы достигли какого-то идеала года три назад, и так на этом месте и стоим. У нас нет нигде никакой рекламы. Если какой-то клиент выпадает из-за того, что сроки проекта закончились, или мы остались друг другом недовольны, что у нас пару раз за три года было, всегда есть лист ожидания, чтобы заполнить эту нишу. При этом наши услуги стоят не так дорого, может на 15-20 процентов дороже рынка.

Основной мой бизнес — SMM-агентство MediaLab. Там идеальное состояние менеджеров реализует идеальное состояние заказов наших партнёров в идеальном количестве

Мы изредка выступаем на профессиональных конференциях, чтобы поделиться кейсами. Но в последние годы всё реже, потому что мы с клиентами давно, и связаны по рукам некоторыми коммерческими тайнами. Не каждый кейс можно показать публике.

В итоге компания превратилась в семейный уютный кружок, который даёт людям работу, помогает бизнесам расти, при этом достаточно зарабатывает. Я знаю, что некоторые мои менеджеры ведут проекты на стороне, и рад за них: значит, они эффективны и при этом находят время на саморазвитие и поиск новых возможностей. За десять лет экспериментов я понял, что не хочу больше ничего менять в работе компании. Хочется развивать другие проекты.

Про эффективное уединение

Я всегда думал, что мне нужен какой-то угол для работы. После армии я стал социопатом, очень люблю оставаться один. В основном я занят написанием концепций проектов и расчетами, и когда рядом люди, я не могу этим заниматься. Не могу работать дома, потому что дома детишки. Они бегают по тебе, по клавиатуре... Три месяца месяца я живу в «Доренберге», у меня здесь офис, и за час делаю работу, которую в окружении других людей сделаю за пять. Я просто более эффективен, когда один.

Для меня важно это место, «Доренберг» — такой город в городе. Иногда зарабатываюсь, выхожу вечером — играет тихая музыка, лампочки горят, граффити на стенах — кайфую. Невозможно кайфовать в обычном офисном здании. А здесь выходишь из помещения — и всё прикольное.

Я почти 15 лет создаю разные бизнес-продукты и плюс-минус понимаю, какой проект сработает, а какой нет. Поэтому с удовольствием ввязываюсь в аферу, в которую верю 

Мне нравится, что здесь все такие же, как я — творческие, молодые. Женька, например, приехал с Читы, он варит кофе, я пью его — не потому, что вкуснее, чем у его конкурентов (хотя, конечно, вкусный), мне просто кайфово поддержать такого же, как я. Однажды пью кофе у Жени, подлетают девчонки, которые тут шьют одежду: «Женя, это кто, твой друг? А вы кто по гороскопу? О, Овен! А вы знаете, что у Овна сегодня всё будет хорошо?!» И вот какие-то такие тут люди. Не все сумасшедшие, но 80% — творческие, предприниматели, с которыми есть о чем поговорить, можно придумать совместный проект, не выходя с арт-завода. Несмотря на коронавирус, который снизил всю деловую активность, мы тут уже придумали пару классных проектов. Плюс этих молодых ребят-предпринимателей — они сначала загораются идеей, а потом только начинают считать. С точки зрения прагматизма — это плохо, но невероятно круто делать проекты с такими людьми. Я почти 15 лет создаю разные бизнес-продукты и плюс-минус понимаю, какой проект сработает, а какой нет. Поэтому с удовольствием ввязываюсь в аферу, в которую верю и которая, на мой взгляд, обречена на успех.

Про «Экспедицию БРК»

Я редко делаю проекты, потому что хочется денег. Скорее, понимаю потребность общества, думаю, интересно ли мне это, а потом уже — как на этом можно заработать.

Я часто езжу с лекциями, выступаю перед ребятами в разных городах и деревнях. Чем дальше и глуше деревня, тем мне интереснее. Решил для себя, что на одно платное выступление в Иркутске должен сделать одно бесплатное в деревне. И в этом проекте мы объехали восемь поселков и деревень, где живут классные люди, сделали восемь фильмов об этих местах, чтобы в регионе люди вообще знали, что есть такие поселки у нас. И постарались оставить что-то после себя.

Не каждая деревня выстрелила, конечно. Для меня «выстрелила» — это когда в том месте, куда я приезжаю, начинают происходить позитивные изменения. Как в Маме получилось: там не было интернета, и мы его сделали. Ни мэр, ни губернатор не могли провести в посёлок интернет, а мы с ребятами приехали — и смогли. Я считаю это каким-то небольшим волшебством. Теперь мы хотим вместе со школьниками открыть там первый в мире теплый памятник маме. Это делается очень легко технически — внутри скульптуры будут теплотэны.

Мы были в Оноте — это совершенно потрясающее место, там завод «Орбит» закупал тальк. Сейчас это какой-то сверхсекретный объект, которым владеют москвичи, и никто в Иркутской области не знает, что лучший в мире тальк производится в Черемховском районе. Мы нашли там глухого художника — потрясающий мастер. Наш партнер, один из ведущих банков, собирается снимать большой фильм про самозанятых, которые живут в труднодоступных местах. Если у нас сейчас получится их состыковать, этот человек обретет федеральную известность. Это невероятно круто.

Или деревня Хор-Тагна. Она вошла в число восьми самых красивых деревень России, там три реки, живут староверы и голендры, построены подвесные мосты потрясающие, огромное количество родников. Это всего 300 километров от Иркутска, но здесь о ней никто не знает. Ну как так?

Вообще, нелегко договориться с посёлком, чтобы туда приехать снимать. Каждый второй глава (поселковой администрации — прим. ред.) просто боится, что приедет камера, и потом им будет хана. Нам отказали в одной деревне, в которую мы должны были выезжать, и так мы попали в Хор-Тагну. На дворе ночь, я нахожу телефон главы, звоню ему, он говорит: «Приезжайте, у нас хорошо». И все организовал для нас на месте. Были бы все такие главы, мы бы зажили по-другому.

Ни мэр, ни губернатор не могли провести в посёлок интернет, а мы с ребятами приехали — и смогли. Я считаю это каким-то небольшим волшебством

Нам не везде были рады. Очень тяжело общаться, когда видишь, что тебя обманывают, недоговаривают. Например, в поселке находится предприятие, один из крупнейших налогоплательщиков региона. Спрашиваешь: «А почему у вас всё такое убитое?» Отвечают: «У нас всё хорошо, они помогают всем здесь». А там надписи на заборах гвоздем — название компании и «дайте денег на посёлок». Мы все равно находили там людей, которые честно с нами разговаривали. Но в фильмах тоже не говорим всей правды. Потому что я чётко понимаю: мы завтра уедем, а эти люди там останутся жить.

В четырех из восьми деревень мы нашли что-то интересное, что можно дальше развивать, чтобы приносить пользу территории. И главное, заказчик остался проектом доволен. Многие маркетологи и предприниматели меня не поймут: мы ездили в деревни, где нет рядом заправок этой компании. А я говорил директору БРК: «Вероника Васильевна, сейчас такое время — говорить правду. Мы хотим БРК раскачать или помочь людям?» Она отвечает: «Помочь людям, наверное». Я говорю: «Тогда давайте мы не будем ездить туда, где стоят наши заправки, чтобы ни один человек не сказал, что это просто пиар».

Это был сложный проект, несовершенный по формату, и наши фильмы, может быть, не великолепны с точки зрения картинки, но по эмоциям это просто космос.

Мы приняли решение, что у нас будет второй сезон, поедем в Бурятию. Там тоже есть деревни, которые нужно показывать миру. Но проект чуть-чуть изменится, будет меньше экспедиций, потому что устали мы страшно. У меня жена и двое детей, мне хочется их чаще видеть.

«Откидач должен»

Мои друзья и сотрудники смотрят на меня иногда: «Саня, он же мудак, почему ты с ним работаешь?» Я говорю: «Слушайте, он, конечно, мудак, но сейчас он делает хороший проект, и мы должны ему помочь». Даже если ты считаешь, что человек в какой-то ситуации поступил некрасиво или неправильно, рабочему процессу это мешать не должно. Личное и рабочее я разделяю. Если бы я не разделял, как активному человеку, который постоянно ведет проекты, постоянно кому-то мешает или не нравится, мне бы из города уже бы пришлось переехать. А переезжать я не собираюсь. Назовите навскидку 10 пиарщиков в Иркутске? Это надо сильно подумать. А компаний у нас сколько? Поэтому чем больше компетентных в моей сфере людей из Иркутска уезжает, тем выше становится мой ценник. Может быть, это пафосно звучит, но так и есть.

Когда-то один человек сказал мне, что делит людей на два типа: тех, кто строит системы, и тех, кто в этих системах работает. У меня ощущение, что я строю свою систему. И чем больше я ее строю, тем больше и тех, кому со мной комфортно, и тех, кому нет.

Я не думаю о зависти. Люди говорят разные вещи, и в этом нет ничего страшного. Чем больше делаешь, тем больше говорят. Поэтому я просто пашу и выбираю в партнеры людей определенного склада — тех, с кем мы похожи. Очень люблю знакомиться с людьми, потому что чем больше знакомлюсь, тем больше нахожу классных. Те, с кем мы работаем какое-то время, однажды говорят: «Слушай, почти все, что про тебя говорили, оказалось неправдой. Так-то ты молодец — не подводишь, держишь слово, стоишь до конца на своем, пробиваешь свои проекты, не опускаешь руки. Я рад, что мы с тобой познакомились».

Те, с кем мы работаем какое-то время, однажды говорят: «Слушай, почти все, что про тебя говорили, оказалось неправдой. Так-то ты молодец»

Если бы у меня не было заказов, работы, — я бы, возможно, переживал из-за разговоров за спиной. Но у меня как-то все в порядке в жизни. И не в деньгах дело, а в ощущении, что ты кому-то нужен. Что проекты получаются и то, что ты делаешь руками или головой, — оставляет в жизни отпечаток, и все не зря.

Мы, MediaLab, коммерческое агентство. Но абсолютное большинство проектов социальной направленности, которые к нам приходят, делаем бесплатно. Я как предприниматель оплачиваю ребятам эту работу из своего кармана, потому что знаю, что этот проект нужен. Мы обучили SMM половину благотворительных фондов бесплатно. Последнему проекту, которым мы занимались, — «Особые дети рядом» — я отдал невероятное количество времени и сил, и это был просто космос. Я готов деньги в другом месте заработать, а такому проекту помочь. Но, конечно, не требую такого же отношения от других предпринимателей.

Все это формирует репутацию. Сейчас «Откидач должен» — это уже такая хорошая валюта, потому что я от своих слов никогда не отказываюсь. Если мне нужна помощь, но нечем сейчас заплатить, люди мне её оказывают, и я им должен. Когда им потом нужна помощь, а в нашем маленьком городе часто нужна помощь разным людям, я делаю всё, как надо, и даже больше. И все об этом знают.

Про День мыльных пузырей

Мы 13 лет делаем в городе праздник, который люди ждут, на который приходят тысячи, он уже стал частью истории Иркутска. Те, кто раньше приходил к нам пацанятами, сейчас приводят на праздник своих детей.

У нас есть традиция: мы ночуем на площадке накануне праздника. Сначала это была необходимость: не было денег на охрану, а у нас там сцена, оборудование. Постепенно появились партнеры и бюджет, но нам просто нравится. Мы это называем «караулить погоду». Я помню один праздник, когда по всем метеопрогнозам был просто ад. Просыпаюсь в шесть утра в автомобиле на площадке, смотрю на пунцовое небо и просто начинаю биться головой о руль от расстройства. Начинается ливень, у нас монтаж, я смотрю на Артёма Иванова, он стоит на мосту, растягивает баннер — и что-то там про радость написано. А вокруг ветер, дождь хлещет, и у него скотч выпадает из задубевших рук. До праздника два часа, люди начинают в интернете спрашивать: «Что, праздник отменяется?» Мы встаем за сцену, снимаем шапки, куртки, жилеты и начинаем выкладывать в сеть радостные фото, что у нас прекрасная погода, нет дождя! В час дня Мироман (Дмитрий Мироманов, один из организаторов Дня мыльных пузырей. — Прим. ред.) поднимается на сцену и говорит: «Ребята, мы начинаем». Дождь прекращается, за 15 минут все тучи куда-то уходят — это выглядело, как какая-то фантастика. И как только мы закончили праздник — опять набежали тучи и началась гроза.

Вокруг ветер, дождь хлещет, скотч выпадает из задубевших рук. До праздника два часа. Мы встаем за сцену, снимаем шапки, куртки, жилеты и начинаем выкладывать в сеть радостные фото, что у нас прекрасная погода, нет дождя!

У нас нет в городе другого праздника, который родился «снизу», по инициативе горожан, существует без денег администрации и входит в пятёрку крупнейших праздников города. Конечно, сейчас не делать его впервые за много лет тяжело. Он некоммерческий, мы на нём не зарабатываем, относимся к нему, как к ребёнку. Но День мыльных пузырей не закончится никогда, я обещаю. Сделаем праздник в следующем году, еще круче, чем планировали в этом. Когда мы получали в Казани премию как лучшее детское событие страны, в жюри спрашивали: «Слушайте, ну, вы же не зарабатываете, и тратите 3-4 месяца на организацию, когда вам это надоест?» Я говорю: «Знаете, когда дети нас заменят, если захотят. Не захотят — будем ждать внуков». У всех есть свои слабости. Наша слабость — это День мыльных пузырей.

Про кризис

Никто не знает, чем закончится нынешний кризис, и когда это произойдет. Я за себя не переживаю совершенно, потому что мои основные финансовые потребности будут закрыты при любом раскладе, даже если я лишусь почти всего бизнеса. Плюс у меня есть финансовая подушка, которую мы накопили благодаря моему финансовому консультанту, спасибо ей большое.

Более важный вопрос — куда повернется мир? У меня есть большое переживание, что никуда. Например, рестораторы сейчас публично страдают, что всё плохо, денег нет. Но вот вчера я заказал три пасты и три салата в одном недешевом ресторане, мне нужно было накормить моих ребят. Заказ привезли через час, хотя обещали 20 минут. В доставке не было ни одной салфетки, не было приборов, хотя люди знали, что доставка в офис. Вывод: эти три месяца самоизоляции иркутский бизнес не сделали лучше. Предприниматели не понимают, что нужно будет соревноваться за клиентов. Такое ощущение, что стало хуже, теперь все работают с позиции «мы выживаем как можем, вы нас поймите». Постоянно мониторя соцсети, я не видел ни одного сообщения от пользователя: «Эти ребята стали реально лучше».

И думаю, сейчас отличное время для тех, кто готов делать бизнес правильно. Мы готовим проект, в котором будем показывать, что это возможно, такое реалити-шоу: четыре предпринимателя будут запускать четыре стартапа. Зарегистрируются, возьмут кредиты или вложат свои деньги, попробуют воспользоваться всеми возможностями, которые дает государство для поддержки малого бизнеса. К каждому участнику прикрепляется команда экспертов - дизайнеры, маркетологи, SMM-щики, экономисты, которые будут консультировать ребят и помогать им выстраивать все процессы. За этим можно будет наблюдать в реальном времени. Цель — сделать так, чтобы за четыре месяца эти стартапы стабильно заработали.

Почему я уверен, что у нас получится? Я бы не хотел сказать, что всё, что я придумываю, — классно. Но я не делал ни разу ни одного продукта в минус. Любая моя идея не то чтобы обречена стать популярной, но непопулярной она стать не может, это я понимаю.

Наверное, я очень везучий по жизни. Просто упрусь и сделаю, не позволяю себе думать о других вариантах. Да, я очень везучий, и давайте не будем в этом сомневаться.

Про политику

Я не хочу идти в политику, но я всегда рядом с ней. Я и так политикой занимаюсь как активный гражданин: мы проводим мероприятия, я пишу о чём-то в соцсетях, добиваюсь, чтобы убирали мусор на моей улице — это и есть политика.

Мне это интересно как проектная работа: за три месяца ты можешь получить серьезный результат — твой кандидат либо проиграл, либо выиграл. Это серьёзная такая проверочка и настоящая мужская битва. Конечно, эта работа маржинальнее, чем коммерческий пиар, и риски там выше. За десять лет я участвовал в пятнадцати кампаниях (мы занимались только интернетом), мой кандидат проиграл в двух. Это были хорошие кампании, интересные, и нельзя сказать, что они были однозначные. Где-то мы были с соперниками ноздря в ноздрю, где-то нас считали аутсайдерами. Я вспоминаю две победы в Иркутске, колоссальные по своему эмоциональному значению: победа Виктора Ивановича Кондрашова в 2010 году и победа Сергея Георгиевича Левченко в 2015 году. Люди на улицу выходили, орали «ура». Ни разу ни один коммерческий проект не приносил мне столько эмоций и удовлетворения.

Идти в депутаты никакого желания нет. Я счастлив, потому что свободен в своих действиях и решениях

А идти в депутаты никакого желания нет. Я счастлив, потому что свободен в своих действиях и решениях. Занимаюсь только проектами, которые мне интересны. Захотел — свалил в Таиланд, захотел — на рыбалку. Когда ты в политике, ты такого себе уже не можешь позволить. Любое действие будет интерпретироваться в силу определенных интересов: «Вот, он на отдыхе, а люди тут умирают».

Ситуация с бывшим губернатором Сергеем Георгиевичем Левченко (и тут дело не в том, за коммунистов я или за синих), в принципе всё, что сделали с Левченко в СМИ за минувший год, когда мне мои друзья из Ростова звонят и спрашивают: «А правда, что ваш губернатор ест детей до обеда?» — вся эта история отбила желание идти в политику у всех молодых, амбициозных ребят, которые могли бы быть действительно полезны, а не за баблом туда шли. Потому все ясно поняли: если ты будешь кому-то неугоден, тебя смешают с говном. Поэтому туда идут только те, у кого есть конкретные интересы. Это тоже бизнес, это риски. Я готов поддерживать этих людей всячески — и профессионально, и лично. Если они не смирились, понимают, во что могут вляпаться, и всё равно готовы — отлично. Ну, а я на рыбалку.

Читайте нас там, где удобно:

Facebook

VK

Instagram

TELEGRAM

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«В 17 лет я нанял своего первого сотрудника»: На чем зарабатывают школьники
«В 17 лет я нанял своего первого сотрудника»: На чем зарабатывают школьники Подростки-предприниматели, которые иногда зарабатывают больше родителей
«В 17 лет я нанял своего первого сотрудника»: На чем зарабатывают школьники

«В 17 лет я нанял своего первого сотрудника»: На чем зарабатывают школьники
Подростки-предприниматели, которые иногда зарабатывают больше родителей

Бизнес открытого сердца
Бизнес открытого сердца Соцпредприниматели Иркутска о том, почему не нужно концентрироваться на боли, и как продавать радость
Бизнес открытого сердца

Бизнес открытого сердца
Соцпредприниматели Иркутска о том, почему не нужно концентрироваться на боли, и как продавать радость

«Носки, трусы, шампунька»: Каких подарков к 23 февраля ждут иркутские мужчины
«Носки, трусы, шампунька»: Каких подарков к 23 февраля ждут иркутские мужчины О волшебных женщинах, колбасе и желанных сюрпризах
«Носки, трусы, шампунька»: Каких подарков к 23 февраля ждут иркутские мужчины

«Носки, трусы, шампунька»: Каких подарков к 23 февраля ждут иркутские мужчины
О волшебных женщинах, колбасе и желанных сюрпризах

«Рунет для государства — как трудный ребенок, переживающий пубертат»
«Рунет для государства — как трудный ребенок, переживающий пубертат» Иркутские эксперты в сфере digital — о том, чего ждать от нового закона о «суверенном интернете»
«Рунет для государства — как трудный ребенок, переживающий пубертат»

«Рунет для государства — как трудный ребенок, переживающий пубертат»
Иркутские эксперты в сфере digital — о том, чего ждать от нового закона о «суверенном интернете»

Тэги

Сюжет

Люди

Места

Прочее

Новое и лучшее

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Как провести первую неделю зимы в Москве

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Первая полоса

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды 28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton
Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды

Архитектор, дизайнер, диджей: Кем был Вирджил Абло и как он изменил индустрию моды
28 ноября не стало дизайнера Off-White и креативного директора Louis Vuitton

Как провести первую неделю зимы в Москве
Как провести первую неделю зимы в Москве День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room
Как провести первую неделю зимы в Москве

Как провести первую неделю зимы в Москве
День рождения Powerhouse, фестиваль японского кино и Boiler Room

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»? И как таким людям удается найти работу
Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?

Что делать, если работодатели вас считают «оверквалифайд»?
И как таким людям удается найти работу

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным
«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

«На близком расстоянии» — редкий пример удачного фильма о локдауне. Мы поговорили с его режиссером Григорием Добрыгиным

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица
Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

Face ID: 9 студий, где делают отличный массаж лица

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино Чем заняться на выходных
«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино

«На ножах», новый сезон «Великой» и роман Тарантино
Чем заняться на выходных

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы Гимн, награды и наказания для сотрудников
«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы

«Пятерочка» и орден грифона: Какой была корпоративная культура сети в самом начале работы
Гимн, награды и наказания для сотрудников

«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»
«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»
«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»

«У меня шизофрения, и я живу нормальной жизнью»

Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран
Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран Сколько стоят билеты и хорошо ли там жить
Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран

Куда россияне сейчас летят на зимовку: 10 самых популярных стран
Сколько стоят билеты и хорошо ли там жить

Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Спецпроект
Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить
Спецпроект

Время новых вещей: Глобальные тренды модной индустрии, которые нельзя упустить

Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов
Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов
Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов

Квартира на Патриарших прудах: Кино, коллекция графики и связи в мире килимов

Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна
Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна И где сейчас находится рэпер
Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна

Продажа наркотиков, нелегальный алкоголь и пропаганда паразитизма: За что преследуют Моргенштерна
И где сейчас находится рэпер

Сколько россияне тратят на котов и собак
Сколько россияне тратят на котов и собак Что попадает в рацион питомцев и как часто они бывают у ветеринара
Сколько россияне тратят на котов и собак

Сколько россияне тратят на котов и собак
Что попадает в рацион питомцев и как часто они бывают у ветеринара

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»
Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

Cruel Tie — о песнях на английском, усталости и своем новом альбоме «Simplicity You Lack»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

«Все пройдет»: Новый миниальбом эмо-группы «Сердоболь»

От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Спецпроект
От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет» Как создавать значимые городские события
От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Спецпроект

От лекционных циклов InLiberty до культурной афиши ДК «Рассвет»
Как создавать значимые городские события

Запах метро, сырого теста 
и Санкт-Петербурга
Спецпроект
Запах метро, сырого теста и Санкт-Петербурга Как ароматы вызывают воспоминания
Запах метро, сырого теста 
и Санкт-Петербурга
Спецпроект

Запах метро, сырого теста и Санкт-Петербурга
Как ароматы вызывают воспоминания

«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции
«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции
«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции

«Гараж» прирастет «Шестигранником»: Как будет устроен новый корпус музея — рассказывает директор и авторы реконструкции

Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3
Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3 Тестируем телефон с гибким экраном за 170 тысяч рублей
Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3

Планшет пополам: Стоит ли покупать Samsung Galaxy Z Fold3
Тестируем телефон с гибким экраном за 170 тысяч рублей

«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор
«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор
«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор

«Мой мальчик»: Как петербурженка усыновила чайку по имени Фёдор

Подпишитесь на рассылку