28 мая, суббота
Москва
Войти

Билборды ЛДПР: «Наши в городе» Напоминание маленьким местам о большой политике

Билборды ЛДПР: «Наши в городе»

В новой рубрике The Village рассказывает о навязчивых городских узорах и маркерах эпохи, которые мы заметили раньше, чем вы начали по ним ностальгировать.

Классический билборд ЛДПР — это синий прямоугольник три на шесть метров с ярко-желтой аббревиатурой партии, и больше ничего — рисунок нарочито примитивен. Перед выборами снизу мелким кеглем прописывают юридические оговорки, но плакаты никуда не исчезают и в мирное время. От региона к региону под четырьмя главными буквами может появляться призывное и обтекаемое «За Подмосковье!», «За Приморье!» или «За Алтайский край!». Такую рекламу партия вешает как на центральных улицах городов, так и на окраинах и даже на пустынных обочинах федеральных трасс. Постепенно агитэкспансия ЛДПР расширяется: навязчивый уличный дизайн дарит обычному горожанину ощущение постоянного присутствия политики в жизни, и не только за счет бесплатных брендированных товаров, которые раздают волонтеры. Партия скупает рекламные площади на вокзалах, в метрополитене и на задних стеклах такси, а особенности шрифта стали мемом в среде дизайнеров.

До 2014 года
После 2014 года

Сейчас в ЛДПР заявляют, что придерживаются лаконичной рекламной стратегии с начала 2010-х. В 2014 году лишь слегка поменялась типографика: обновленную толщину символов и аляповатую каплю на кончике буквы Л в аббревиатуре называют «вкусовым выбором» Владимира Жириновского. Источники The Village подтверждают, что новое начертание действительно придумал сам лидер партии, он же забраковал несколько других версий и отстаивал свои правки. Отрисовкой брендбука при этом якобы занимался графический дизайнер, нанятый по фрилансу «за символическую сумму», хотя официально в ЛДПР говорят, что использовали только штатных сотрудников. Новый логотип внедряли постепенно — от Москвы к регионам. Единый брендбук гарантирует неизменность билбордов по всей стране — местные отделения могут добавить разве что адрес штаба, телефон приемной или легкий градиент фона.


Владимир Жириновский

лидер партии ЛДПР

[Многие люди] принимают решение, за кого голосовать, в последний момент. Кого первым вспомнили на участке — за того и голосуют. Как вы думаете, на сколько задерживается взгляд прохожего или водителя на рекламном щите? На одну-две секунды максимум. Поэтому главная задача такой агитации — просто запомниться за короткое время. Крупнейшие мировые бренды рекламируют себя так же... А всякий ширпотреб, наоборот, рекламируют тяжелыми баннерами, гружеными картинками — это все оставляет впечатление просто грязного пятна. Шрифт нашего логотипа — это чисто вкусовой выбор. Буквы должны были быть простыми, легко различимыми, хорошо читаться издалека. С буквой Л мы долго не могли прийти к конечному результату. Изначальный вариант без завитушки использовался пару лет, но потом мы решили использовать более резной вариант буквы из абсолютно прагматических соображений — лучше запоминается и лучше выглядит.


Главный месседж баннеров — «наши в городе». Партия скупает по России до 10 тысяч статичных поверхностей в течение года, и еще до 12 тысяч брендированных такси регулярно выходят на линию — кампания перманентная, объем агитации усиливается перед выборами. Об этом The Village рассказал депутат Госдумы Михаил Дегтярев, курирующий в ЛДПР блок агитации и пропаганды: «Владимир Вольфович пишет так (с каплей. — Прим. ред.) букву Л с первого класса, как научился грамоте. Мы решили перенести ее на логотип как интеллектуальное достояние и наследие партии. Наружная реклама мобилизует избирателя, активизирует электоральное ядро. Сами макеты очень лаконичные, потому что зритель не усваивает визуально больше двух-трех слов на щите, по нашим исследованиям. Содержательную же программу мы доносим через СМИ, соцсети и печатные материалы… Есть брендбук, где прописаны коды цветов, размеры, шрифты и прочее. Брендбуки имеются у каждого регионального отделения, и все местные рекламные кампании с ним сверяются».

The Village попросил Марию Дореули и Лизу Рассказову, профессиональных типографов студии Contrast Foundry, внимательно изучить дизайн последней версии билборда ЛДПР (она включает в себя и классический логотип, и новые детали кампании 2018 года), а также предложить свои правки к шрифту.

Официальный баннер предвыборной кампании ЛДПР в 2018 году. Анализ проводила студия Contrast Foundry, авторы правок — Лиза Рассказова и Мария Дореули

Посмотреть в большом разрешении


Лиза Рассказова

графический дизайнер Contrast Foundry

Года три-четыре назад я стала замечать эту бескомпромиссную сине-желтую рекламу почти каждый раз, прилетая в любой московский аэропорт. Ее можно увидеть прямо у стоек паспортного контроля, независимо от того, есть ли в ближайшее время хоть какие-то выборы или нет; почему их столько вокруг, всегда оставалось для меня загадкой.

Синий билборд ЛДПР невозможно рассматривать в профессиональной плоскости. Очевидно, что логотип рисовал человек, про буквы и современный дизайн решительно ничего не знающий. Он вызывает скорее умиление, чем негодование. Это акт чистого народного творчества, который незаметно стал такой же неотъемлемой частью московского пейзажа, как и надпись «Баянист тамада услуги». Графически он воспринимается так же, как объявления про ярмарку меда, продажу шуб выходного дня или приезд шапито, расклеенные на остановке. В сущности, каков продукт, такова и его обертка.


Открытую симпатию этой рекламе обычно выражают сами сторонники партии и волонтеры. Например, в июле 2017 года Мытищинское отделение ЛДПР объявило концептуальный конкурс, напоминающий легендарную серию Fuck Off китайского художника Ай Вэйвэя: ради призового велосипеда участникам предлагалось сфотографировать большой палец с любой рекламой ЛДПР, которую они увидят, а затем опубликовать в соцсетях с хештегом #лдпрблизко. Такой же конкурс был запущен еще в нескольких областях. Кроме того, успехи агитации партийные функционеры публикуют под хештегом #агитпроп.

Но гораздо чаще навязчивая агитация вызывает у прохожих раздражение. Краевед Александр Усольцев в своем фейсбуке даже иронично предположил, что партия специально размещает плакаты только в депрессивных городах. По словам Усольцева, он использует «индекс ЛДПР» в путешествиях как противоположность «индексу „Старбакса“»: «Если же в городе есть Старбакс, то в этот город абсолютно точно стоит съездить, там есть что посмотреть, город развивается, там есть деньги и активная жизнь… Если при въезде в город видишь рекламу ЛДПР — пиши пропало. Эта партия очень хорошо знает свой электорат, чем больше рекламы ЛДПР на улицах, тем, как правило, депрессивней город».

Летом 2017 года ЛДПР подписала рекламный контракт с десятком таксопарков, в Москве крупнейшим из них стало такси «2412», сейчас входящее в ГК «Командир». Одновременно компания тесно работала с Uber, в результате брендинг агрегатора стал соседствовать с политикой. В «Командире» подтвердили The Village, что работали с ЛДПР, но их партнерство завершилось еще летом. Представители большой тройки агрегаторов — Uber, «Яндекс.Такси» и Gett — также рассказали, что компании никогда не сотрудничали с партией ЛДПР. Инициатива такой обклейки машин всегда исходит от таксопарков, сервисы воспринимают их уже как данность, рассказал корреспонденту источник в одной из компаний. Особых требований к содержанию рекламы никто не предъявляет: вешать нельзя разве что брендинг конкурирующего сервиса. С 2016 года ЛДПР также активно обклеивается на общественном транспорте — например, на турникетах пригородных электричек Ярославского и Павелецкого вокзалов в Москве.

Опрошенные The Village пассажиры отзываются о таких стикерах резко негативно даже тогда, когда в целом не имеют претензий к партии. Блогеры часто задаются вопросом о правомерности политической рекламы в таких местах вообще, однако Михаил Дегтярев уверяет, что присутствие ЛДПР совершенно законно, хотя и большого труда стоит зайти на новые площадки и заключить контракты. По его словам, маркетинговые ноу-хау «управления пропаганды» — реклама на грузовиках доставки, в торговых сетях (например, «Окей») и даже на тележках в аэропорту Домодедово.

Публицист Олег Кашин по просьбе The Village вспомнил все этапы эволюции ЛДПР в рекламе, рассказал, как он сам впервые увидел обновленную символику, а также пришел к парадоксальному выводу о том, что сейчас для обычного человека именно ЛДПР символизирует большую, якобы публичную политику.


Олег Кашин

политический журналист, обозреватель «Дождя»

Классическую партийную символику ЛДПР уже никто не помнит, а это был такой тяжеловесный герб с орлом (одноглавым), который летит над картой России, включающей Польшу, Финляндию и Аляску. Этот герб печатали на первой полосе газеты «Сокол Жириновского», в которой рок-музыкант Сергей Жариков объяснял, что такое спагетти (как сейчас помню — хитросплетения реальной закулисной политики), а сам Жириновский анонсировал отделение от России Тывы сразу, как будет достроена железная дорога до Кызыла. Это начало 90-х, ЛДПР еще играет на том же поле, что и Лимонов, и Проханов — ведет интеллектуальный разговор со школьниками и военными пенсионерами. Жанр интересный, но, видимо, тупиковый.

И когда Жириновский стал тем Жириновским, которого мы знаем и любим, и уже в этом образе победил на выборах 1993 года, появилась и новая символика — концептуальная, аскетичная, тогда еще голубыми буквами на белом фоне. Очень хорошо помню, как я увидел ее впервые — там, где я любил гулять в мои 14 лет, был интернат для глухонемых детей, и вот я обратил внимание, что эти дети теперь играют в футбол в белых футболках с голубой надписью «ЛДПР» — откуда они взялись, кто их им дал, зачем? Было непонятно, и поэтому завораживало. И дальше элдэпээровский мерч возникал такими вспышками повсюду. Бейсболка ЛДПР на соседе-алкоголике. Пакет ЛДПР у бабушки в булочной. Ручка ЛДПР у одноклассника. Откуда — непонятно, но, с другой стороны, зачем вообще понимать то, что становится явлением природы?

Это можно назвать политтехнологией, но политтехнологией такого рода, когда партийный бренд, не привязанный вообще ни к чему, оказывается единственным звеном, связывающим твой маленький мир с каким-то внешним большим. И тут уже неважно, чего хочет эта партия и что говорит ее лидер — источником доверия становятся сами эти четыре буквы. Фон посинел, надпись пожелтела, явление осталось, дошло в какой-то момент и до билбордов — они стоят по стране в самых невыразительных ее местах и остаются единственным для этих мест напоминанием о том, что в России существует какая-то публичная политика.



Фотографии: Оксана Алешина/«Фотобанк Лори», Анатолий Матвейчук/«Фотобанк Лори»

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

«Путин у власти всю мою жизнь»
«Путин у власти всю мою жизнь» Ко Дню защиты детей The Village поговорил с 16-летними подростками о Владимире Путине, социальных сетях и планах на будущее
«Путин у власти всю мою жизнь»

«Путин у власти всю мою жизнь»
Ко Дню защиты детей The Village поговорил с 16-летними подростками о Владимире Путине, социальных сетях и планах на будущее

Дизайн общего пользования: Кто и как придумал принт «Моей улицы»
Дизайн общего пользования: Кто и как придумал принт «Моей улицы» Откуда взялся самый узнаваемый паттерн лета и почему бело-зеленые полосы пошли в массы
Дизайн общего пользования: Кто и как придумал принт «Моей улицы»

Дизайн общего пользования: Кто и как придумал принт «Моей улицы»
Откуда взялся самый узнаваемый паттерн лета и почему бело-зеленые полосы пошли в массы

Пакет ЦУМа: Символ «другой жизни»
Пакет ЦУМа: Символ «другой жизни» Почему горожане готовы ездить на «Садовод» за брендовыми пакетами Chanel и Victoria’s Secret
Пакет ЦУМа: Символ «другой жизни»

Пакет ЦУМа: Символ «другой жизни»
Почему горожане готовы ездить на «Садовод» за брендовыми пакетами Chanel и Victoria’s Secret

Что делать 18 марта, если вы против очередного срока Владимира Путина
Что делать 18 марта, если вы против очередного срока Владимира Путина Молчание — знак согласия: Чем отличается бойкот от протестного голосования
Что делать 18 марта, если вы против очередного срока Владимира Путина

Что делать 18 марта, если вы против очередного срока Владимира Путина
Молчание — знак согласия: Чем отличается бойкот от протестного голосования

Тэги

Сюжет

Люди

Бренды

Прочее

Новое и лучшее

Какие бизнесы (пока) остаются в России или вернулись под новыми названиями

Хороший, плохой, русский

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»

Первая полоса

Как защитить персональные данные и что делать, если их уже слили
Как защитить персональные данные и что делать, если их уже слили
Как защитить персональные данные и что делать, если их уже слили

Как защитить персональные данные и что делать, если их уже слили

В России новая волна доносов. Почему россияне жалуются на антивоенную позицию и как им помогает государство
В России новая волна доносов. Почему россияне жалуются на антивоенную позицию и как им помогает государство
В России новая волна доносов. Почему россияне жалуются на антивоенную позицию и как им помогает государство

В России новая волна доносов. Почему россияне жалуются на антивоенную позицию и как им помогает государство

Какие бизнесы (пока) остаются в России или вернулись под новыми названиями
Какие бизнесы (пока) остаются в России или вернулись под новыми названиями Avito и новый L'Occitane
Какие бизнесы (пока) остаются в России или вернулись под новыми названиями

Какие бизнесы (пока) остаются в России или вернулись под новыми названиями
Avito и новый L'Occitane

«Все, что нам остается — делать максимум здесь и сейчас»
«Все, что нам остается — делать максимум здесь и сейчас» Вокалист московской группы Bordge — о переезде в Ереван после начала *****
«Все, что нам остается — делать максимум здесь и сейчас»

«Все, что нам остается — делать максимум здесь и сейчас»
Вокалист московской группы Bordge — о переезде в Ереван после начала *****

Чем грозит отказ от Болонской системы обучения в России
Чем грозит отказ от Болонской системы обучения в России Упадок высшего образования и потеря связи с европейскими вузами
Чем грозит отказ от Болонской системы обучения в России

Чем грозит отказ от Болонской системы обучения в России
Упадок высшего образования и потеря связи с европейскими вузами

Сколько стоит жизнь в Якутске
Сколько стоит жизнь в Якутске Квартиры в домах на сваях, замороженная рыба и комедии, которые понимают только местные
Сколько стоит жизнь в Якутске

Сколько стоит жизнь в Якутске
Квартиры в домах на сваях, замороженная рыба и комедии, которые понимают только местные

Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе
Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе Может ли она стать новым ковидом
Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе

Что известно об оспе обезьян, вспышку которой зафиксировали в Европе
Может ли она стать новым ковидом

«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны
«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны Главный сериал года от «Кинопоиска» — про ВИЧ, которого не было в СССР
«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны

«Нулевой пациент»: Хроники умирающей страны
Главный сериал года от «Кинопоиска» — про ВИЧ, которого не было в СССР

«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»
«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»
«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»

«Смотрю телевизор и плачу»: Что ветераны ВОВ думают о «спецоперации»

«Если надкусить грушу, почувствуешь, что она твердая, как скала»: Отрывок из книги «Грушевая поляна» Наны Эквтимишвили
«Если надкусить грушу, почувствуешь, что она твердая, как скала»: Отрывок из книги «Грушевая поляна» Наны Эквтимишвили
«Если надкусить грушу, почувствуешь, что она твердая, как скала»: Отрывок из книги «Грушевая поляна» Наны Эквтимишвили

«Если надкусить грушу, почувствуешь, что она твердая, как скала»: Отрывок из книги «Грушевая поляна» Наны Эквтимишвили

Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей
Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей В ответ обвинителя называют агентом спецслужб
Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей

Разработчик HighLoad VPN обвиняет создателя сервиса в присвоении денег и обмане пользователей
В ответ обвинителя называют агентом спецслужб

Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»
Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»
Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»

Отрывок из книги Нины Бёртон «Шесть граней жизни. Повесть о чутком доме и о природе, полной множества языков»

Хороший, плохой, русский
Хороший, плохой, русский Реакция твиттера на предложение ввести антидискриминационные паспорта
Хороший, плохой, русский

Хороший, плохой, русский
Реакция твиттера на предложение ввести антидискриминационные паспорта

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт
Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

Бан, кик и переезд: Как ***** повлияла на российский киберспорт

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии
«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

«Нет состава правонарушения»: Как прекращают дела о «дискредитации» армии

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?
Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Кто такой Михаил Иосилевич, почему его могут посадить на 4,5 года и при чем тут Храм Летающего макаронного монстра?

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой
Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине

Обыкновенный нацизм: Как в «МуZее Победы» на Поклонной горе открыли выставку, оправдывающую ***** в Украине
Маффины в полевой кухне, танки и кружки со свастикой

Что известно о поджогах военкоматов после начала *****

И что об этом пишут в интернете

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги? И может ли налоговая узнать, где я нахожусь
Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?

Я уехал из России, а мой работодатель — нет. Как мне теперь платить налоги?
И может ли налоговая узнать, где я нахожусь

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа» «ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»
Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»

Отрывок из книги «Быть скинхедом. Жизнь антифашиста Сократа»
«ФСИН — это наследие ГУЛАГа, система работает на уничтожение человека»

Подпишитесь на рассылку