The Village продолжает рассказывать, как люди разных профессий планируют свой бюджет. В новом выпуске — рекрутер. Его основные задачи — поиск и подбор сотрудников под конкретные требования вакансии. Иногда приходится переманивать работника из другой компании, предлагая ему более выгодные условия на новом месте. Рекрутеров, которые специализируются на редких специальностях или топ-менеджменте, называют хедхантерами — охотниками за головами. В отличие от HR-менеджера, рекрутер работает не на одну компанию, а ищет сотрудников сразу для нескольких. Мы поговорили с москвичкой, которая занимается подбором персонала на фрилансе, и узнали, почему нетворкинг важнее опыта работы, как обустроить домашний офис и сколько ей платят за успешного кандидата.


Профессия

Рекрутер

Доход

150 000–200 000 рублей

Расходы

3 000 рублей

Квартплата

15 000 рублей

Кредит

8 000–12 000 рублей

Транспорт

10 000–20 000 рублей

Продукты

10 000–15 000 рублей

Кафе и рестораны

5 000–15 000 рублей

Одежда

6 000–8 000 рублей

Кино

10 000 рублей

Путешествия

5 000–10 000 рублей

Прочие расходы

50 000–100 000 рублей

Накопления

Не по книге

В старших классах школы я хотела стать копирайтером, как в «Generation П» Пелевина. Я окончила институт, факультет маркетинга, но моя реальная жизнь оказалась далека от того, что описывалось в книге. Начались бесконечные SEO-тексты и сценарии рекламы пластиковых окон. В свое первое кадровое агентство я тоже устроилась маркетологом. Агентство специализировалось на сельскохозяйственном направлении и работало со всеми странами, хантеры могли подобрать любого сотрудника, связанного с коровами или пшеницей. Но как-то коллеги-рекрутеры попросили меня помочь в поисках программиста, потому что у меня были определенные связи. Я быстро справилась, и потому, что у меня это в принципе хорошо получалось, я начала заниматься подбором вместо интернет-проектов.

Меня подключили к маркетплейсу — бирже, где наниматели вывешивают вакансии, а рекрутеры предлагают кандидатов — это происходит в режиме аукциона. Сначала все шло нормально, но потом в агентстве стали закручивать гайки и требовать повышенного KPI. Три моих больших проекта никак не закрывались, полгода мы работали практически круглые сутки: ранним утром на рынок Канады и США, днем — на российский, а вечером успевали на азиатский и австралийский. Наши кандидаты летали из Бангкока во Франкфурт, оттуда в Нью-Йорк, но никого из них не нанимали. Нам начали задерживать зарплату.

В тот момент я уже работала на российском маркетплейсе, где у меня практически сразу закрылись две вакансии программистов. Один из них был моим знакомым, а второго я просто нашла в фейсбуке. Я решила, что раз все равно сижу без оклада, то надо уходить из агентства и работать на себя. Тем же вечером мне на почту пришло письмо от рекрутера из Филадельфии. По моему проекту полгода назад кандидат вышел на работу, и мне полагались 20 тысяч долларов. Я забрала у босса свою часть гонорара — одну треть, ушла из агентства и сосредоточилась на клиентах с российской биржи.

Между кандидатом и компанией

Цель рекрутера — совершить плейсмент, то есть продать кандидата компании, а компанию — кандидату. Нас сравнивают с риелторами и со свахами, но я обычно объясняю, что работаю так же, как любой другой агент. В небольших компаниях поиском и подбором сотрудников занимаются HR-менеджеры. Но они отстаивают интересы своего работодателя, а рекрутер может подбирать кандидатов для кого угодно. Если компания очень большая, то у нее в штате могут быть свои рекрутеры, но даже тогда они иногда прибегают к помощи внешних хантеров — например, если хотят выйти на рынок анонимно и прощупать, кто из кандидатов сейчас открыт и сколько хочет зарабатывать.

Я работаю не только с компаниями, но и с кандидатами. Первый год я настолько активно продвигала им вакансии, что два человека вышли на работу, а через месяц уволились. Они поняли, что вообще не хотели идти на эти места — я их просто уговорила. Конечно, при желании можно убедить практически любого человека, что ему стоит принять предложение компании, особенно если сам он безынициативный и легко поддается влиянию. Для этого даже не всегда нужно предлагать высокую зарплату. Бывает, что кандидат из Москвы, вакансия где-нибудь на юге России, а человеку по большому счету вообще все равно, где жить. Тем более там и климат лучше. Сейчас я поняла, что никого уговаривать не надо, и вообще не берусь работать с кандидатами, у которых нет мотивации.

Я считаю, что кандидатам выгодно работать с рекрутерами. Если делать все самому, можно провести несколько часов в поисках работы на сайтах, ходить по собеседованиям, доказывать, что ты молодец, и торговаться. Я помогаю составить резюме, правильно оценить себя на рынке труда или договориться о зарплате повыше. Одному совсем юному кандидату я рассказывала, как сейчас одеваются в больших компаниях, чтобы на собеседовании он произвел хорошее впечатление. Другому помогала замазать на фотографии синяки под глазами. Для кандидатов мои услуги бесплатны, деньги я получаю только от компаний.

В активном поиске

Сейчас никто уже не ищет сотрудников на сайтах с вакансиями, это прошлый век. Там на любую вакансию, помимо нормальных, приходят еще и сотни спам-откликов, а в компаниях зачастую просто нет ресурсов для того, чтобы все это разобрать и найти стоящее предложение. Для поиска клиентов я обычно использую биржу JungleJobs, кандидатов ищу через LinkedIn, специализированные чаты в телеграме и личные знакомства. Сначала мне казалось, что как раз нетворкинг дает маленький процент успешных плейсментов. Но недавно я подсчитала закрытые вакансии — оказалось, что семь из десяти кандидатов находились как раз благодаря личным знакомствам.

Обычно это работает так: я устраиваю одного кандидата, а он со временем начинает рекомендовать меня друзьям. Конечно, не стоит забывать и про фейсбук, постоянно писать там: «Я рекрутер, друзья! Обращайтесь, если что!» Как-то в телеграм-чате я случайно познакомилась с молодым человеком. Оказалось, что это буквально восходящая звезда программирования, при этом живет где-то в Туапсе, работает на удаленке в маленькой команде и у него нет даже резюме. Мы быстро составили резюме, и уже через неделю он прошел все этапы собеседования в крутой IT-компании в Москве. Еще у меня был отличный кандидат тоже с юга, но продать его не получилось — HR-менеджеры компании меня опередили. Потом этот человек перебрался в Москву, и я помогла его невесте найти первую работу (хотя она и оказалась не очень классной). Сейчас мы дружим, периодически видимся. Я жду, когда этот ценный кандидат снова соберется менять работу.

Чего хотят работодатели

Поскольку рекрутеру надо заплатить, причем немало, обычно к их услугам прибегают только для поиска каких-то сложных вакансий. Мне часто приходится искать программистов — с ними на рынке действительно большой перекос. Есть искусственно созданная истерия, вокруг кричат, что всем нужны программисты, и, естественно, многие идут учиться кодить. Но люди бывают разные, способные и нет, далеко не у всех есть склонность к программированию. Этот человек мог бы отлично продавать машины или водить трамвай, но из-за хайпа он идет в программисты. Поэтому на рынке так много плохих программистов, а хорошие запрашивают очень высокие зарплаты — и их все равно покупают.

Обычно трудности в моей работе возникают, только если у компании неадекватные требования: например, предлагают зарплату ниже, чем на рынке, не хотят оформлять человека в штат, а заключают срочный договор на год. Иногда в компании считают, что они настолько крутые, что никто из кандидатов не достоин у них работать. Я показываю классных кандидатов, все идет отлично, но в компании хотят выбирать еще и еще. Смотрят-смотрят — и так год никого не могут нанять. В итоге все кандидаты сами отваливаются: никто не будет долго ждать и просто найдет другую работу.

На рынке все равно существует дефицит хороших рук и мозгов, и часто сами кандидаты диктуют правила рынку, но в больших компаниях совершенно не хотят этого замечать. Особенно ярко это выражается в консервативных отраслях: нефтегаз, промышленность, государственный сектор. Многие считают, что кандидаты клюнут на большой известный бренд и поэтому можно ставить низкие зарплаты. Но так одна крупная компания недавно получила отток 15 % кадров. Она потеряла не только программистов, но и деньги на покупку новых. Сейчас зарплаты в этой компании стали рыночными, но многие кандидаты, с которыми я работаю, до сих пор по старой памяти не хотят туда идти. 

Прошлым летом я работала с одной большой и современной компанией, но мне пришлось долго объяснять HR-менеджерам, что кандидатам необходимо давать фидбэк. Я собирала мнения о компании в телеграм-чатах, показывала, что кандидаты обижены на такое отношение, и просила менеджеров ответить, кто где ошибся и почему не подошел. Такое поведение сильно поможет бренду на рынке труда, но, похоже, в той компании просто не считают деньги инвесторов. Поскольку надо мной нет начальника, я могу выбирать тех, с кем хочу работать, так что от этой компании я решила отказаться.

Удаленщик без комплексов

Я работаю везде  — в кафе, в гостях, летом прямо на улице в центре Москвы. Но чаще всего бываю дома, там мое «место силы». Отец купил мне маленькую однушку за МКАД. Я живу одна и спокойно могу заниматься делами, потому что работать, когда в квартире находятся еще какие-то люди, невозможно. В этом же ЖК квартиры у нескольких моих друзей. Если я хочу доработать вечером, а ко мне заваливаются гости, я просто отправляю всех тусоваться к соседям.

Почти за четыре года удаленки у меня появились свои лайфхаки. В первую очередь нужно отказаться от неконструктивного чувства вины. Постоянно кажется, что вот там, в офисе, люди трудятся, а мы дома только отдыхаем. В результате ты начинаешь делать еще меньше. Тебе кажется, что ты всех обманул, раз сидишь дома, но ты должен честно себе сказать: «Да, я дома, но это мой рабочий день!»

1. Я завожу будильник на 09:00 или даже на 08:30. Вставать раньше не стоит — весь день будешь вялым и не сможешь нормально соображать.

2. С утра нужно привести себя в порядок и одеться. Конечно, я не наряжаюсь как по дресс-коду в офис, но всегда должны быть чистые джинсы и футболки.

3. Ни в коем случае нельзя работать на кровати или диване, где ты валяешься и смотришь фильмы. Желательно завести еще один стол, а не сидеть за кухонным. Ну и лучше создать хороший фон, чтобы во время видеозвонков позади тебя находилась красивая кирпичная стена.

4. Я засекаю, сколько времени проработала. Если в день это три-четыре часа, то уже очень хорошо, а больше просто не выдержат мозги. Вообще считается, что восемь часов на удаленке по количеству полезного времени сопоставимы с целой рабочей неделей в офисе. Туда надо доехать, поболтать с коллегами, попить чай, сходить на обед, совещание, перекур. Так что я обычно работаю примерно до трех часов дня — а дальше можно ехать гулять, кататься на доске, встречаться с друзьями.

Доходы

Обычно гонорар рекрутера равен окладу кандидата, которого он успешно устроил. Но иногда платят, например, 20 % годового оклада кандидата. Это выгоднее, так рекрутер получает сумму, примерно равную двум окладам. Средний гонорар за сделку — 100–200 тысяч рублей. Конечно, можно закрыть вакансию топ-менеджера и получить сразу 800 тысяч, но у меня такая большая сделка была только один раз, причем на американской бирже.

Как мы говорим, у нас длинные деньги: в сентябре ты находишь кандидата на вакансию, в октябре он выходит на работу, а основная часть гонорара приходит в январе, когда у кандидата заканчивается испытательный срок. В месяц может быть доход и 300 тысяч рублей, и ноль, так что рекрутеры обычно считают не по месяцам, а по годам. У меня в год получается заработать порядка 2 миллионов рублей, а в месяц в среднем выходит 150–200 тысяч.

Расходы

Поскольку у меня студия всего 35 квадратных метров, на квартплату я трачу немного — 3 тысячи рублей в месяц. У меня также есть небольшой кредит, который я брала на ремонт и мебель, за него отдаю еще 15 тысяч. Станции метро рядом у нас нет, пешком до нее не добраться, потому я много езжу на такси. В неделю могу потратить где-то 3 тысячи даже с учетом достаточно дешевых тарифов агрегаторов. На общественном транспорте тоже езжу, но маршрутки из моего района до метро стоят по 70–80 рублей. Соседи на машинах обычно подвозят до метро остальных. Так произошла одна важная для меня встреча.

На еду я трачу меньше, чем если бы ходила в офис: мне не нужно покупать себе каждый день ланч. Когда я работала в офисе, с коллегами ходили в кафе и ланч-бары по два-три раза в день. Но зато у меня появился комплекс удаленщика: я сижу в своей берлоге, пока где-то кипит жизнь. Поэтому стараюсь куда-то выбираться, хотя бы в Бутово суши поесть.  Еще в кафе я иногда выхожу поработать. На продукты домой у меня уходит от 10 до 20 тысяч рублей, на кафе и рестораны — 10–15 тысяч.

Конечно, я не покупаю деловую одежду, как офисные сотрудники, но если ты регулярно где-то бываешь, то тебе все равно нужны и повседневные вещи, и нарядные. Что-то я отношу к расходным материалам, например, кеды, у которых от катания на пенниборде постоянно протирается подошва. На них я трачу примерно 5 тысяч в месяц. Какие-то вещи посерьезней,  например кожаную куртку Diesel за 40 тысяч, я покупаю реже. На них тратится еще 10 тысяч в месяц.

Я часто хожу в кино, могу смотреть вообще все подряд, даже обрезки монтажа. В неделю на это уходит примерно 2 тысячи, а в месяц около 8 тысяч. Когда ты свободен от офиса, в путешествия уже не так тянет ездить, как раньше. Но все равно я стараюсь куда-нибудь выбираться три-четыре раза в год. Могу сорваться в Европу или в Турцию не в сезон, когда там идут дожди. Я бегаю, и даже в дождь там приятнее бегать, чем в серой холодной Москве. Я обычно уезжаю одна, потому что для совместной поездки вы должны совпасть и в пожеланиях, и в графиках. Могу уехать одна, а потом ко мне кто-нибудь подтягивается. Обычно поездки оплачиваю кредитной картой с льготным периодом в 100 дней. Я плачу за билеты и отель, а потом два-три месяца отдаю за них по 10-15 тысяч.

Когда не считаешь деньги от зарплаты до зарплаты, начинаешь дарить подарки близким, тратиться на развлечения или просто оставляешь средства на счету. Могу просто так подарить родителям по телефону или другу «Яндекс.Станцию». Периодически что-то покупаю домой, вот сейчас собираюсь купить диван, со скидкой он стоит 60 тысяч рублей. Все оставшиеся деньги я просто кладу на депозит. У фрилансера обязательно должны быть отложенные деньги, у меня сейчас есть финансовая подушка, которой мне хватит на год или два. Моя цель — купить квартиру в центре Москвы.