Часть Юго-Восточной хорды вместе с мостом через Москву-реку пройдет впритык к могильнику завода полиметаллов, где захоронены радиоактивные отходы урановых и ториевых руд. Местные жители и активисты опасаются, что во время строительства зараженная пыль попадет в воздух и воду и радиация разнесется по городу. Гринпис зафиксировал превышение радиации рядом с «Коломенским» еще в 2011 году, а корреспондентка The Village лично убедилась, что превышение радиации и сейчас заметно уже в 50–60 метрах от платформы Москворечье. Работы на противоположном берегу уже начались, хотя депстрой это отрицает.

Текст: Алена Дергачева

Радиационный фон

превышает норму в 300 раз

В 50–60-е годы завод полиметаллов, который сейчас принадлежит госкорпорации «Росатом», складировал отходы урановых и ториевых руд на крутом берегу Москвы-реки. На отрезке в полкилометра длиной опасные вещества просто засыпали песком и глиной. Сейчас радиационный фон там превышен совсем немного — как при полете в самолете, но если немного разрыть землю — показания приборов резко скачут вверх. Точно неизвестно, насколько низко залегают вещества, но превышение заметно в некоторых ямках (их выкапывали для исследований и ими усыпан весь склон) глубиной от 20 сантиметров.

О радиации на склоне известно много лет. Настоящую тревогу забили, когда стало понятно, что власти, отвечающие за строительство на опасном участке, не реагируют на запросы, не пускают протестующих на публичные слушания, а серия общественных проверок подтвердила превышение радиации в сотни раз. В конце апреля на один из запросов все-таки ответили предприятие «Радон» и МЧС — они провели на склоне сертифицированную проверку. Самый высокий результат, который они нашли, — 61,4 микрозиверта в час, тогда как обычный фон составляет примерно 0,2.

Посмотреть в большом размере

Торий и уран в могильнике никак не изолированы, отмечает эксперт программы «Безопасность радиоактивных отходов» Российского социально-экологического союза Андрей Ожаровский. «Радон» в своем докладе в первую очередь отчитывался о самом опасном гамма-излучении, которое образуется при распаде тория и урана, когда они долго лежат в земле. Однако сами по себе эти вещества — альфа-излучатели. Они представляют опасность, если попадают непосредственно в организм — например, если вдохнуть их с пылью. Директор по государственной политике в области радиоактивных отходов «Росатома» Олег Крюков в ответе на одно из обращений (есть у The Village) подтвердил, что загрязнение этими частицами высокое на 26 участках около завода.

Эксперты опасаются, что самое страшное начнется, когда будут строить шести-восьмиполосный мост. Радиоактивные вещества вместе со строительной пылью разнесет ветер, также они попадут в реку. Ожаровский участвовал в профессиональной и общественных проверках могильника. Он говорит, что в самых опасных участках радиационный фон превышен в 500 раз, проект трассы нужно полностью пересматривать и придавать ситуацию максимальной огласке.

Отходы и сейчас сползают по склону, когда тает снег или идет дождь, но стройка нанесет еще больший урон, считает специалист. Корреспондентка The Village побывала в могильнике и убедилась, что значительное превышение радиации заметно уже в 50–60 метрах от платформы Москворечье.

Андрей Ожаровский измеряет радиацию на склоне

Сейчас участок открыт для всех и практически не огорожен — только в некоторых местах можно найти остатки старого бетонного забора, желтые таблички и ленточки с надписью «Осторожно: радиация» и «Прохода нет», которые развесил «Радон», причем значки постоянно воруют. У реки под склоном, особенно рядом с парком «Коломенское», ездят велосипедисты и бегают спортсмены, жители устраивают там пикники, хотя пускать туда людей нельзя. Эту ситуацию Ожаровский называет дикой. Руководитель проекта энергетической программы Гринписа Рашид Алимов отмечает, что высокий уровень радиации увеличивает риски онкологических заболеваний, однако чтобы нанести серьезный урон здоровью, в могильнике нужно провести очень много времени.

Чем на опасном участке

занимается «Радон»

За весь участок отвечает «Радон», подконтрольный «Росатому». Сейчас организация убирает лишь небольшую часть территории — от платформы Москворечье до парка «Коломенское», вывозя на специальный полигон под Сергиевым Посадом около 15 кубометров отходов в год. Ожаровский говорит, что этих объемов недостаточно, чтобы в ближайшее время исправить экологическую ситуацию на местности. Поскольку архивы завода засекречены, никто точно не знает, сколько веществ захоронили на склоне, однако в 2006 году главный инженер московского «Радона» Александр Баринов сообщал, что загрязнение измеряется десятками тысяч тонн радиоактивной земли.

Баринов также говорил, что просто нереально провести полную дезактивацию участка — это очень дорого. «Здесь оползневый склон. Работы на подобном объекте — очень сложная инженерная проблема: неосторожное движение, и радиоактивный грунт может попасть в реку. Поэтому загрязнение лишь консервируется, чтобы сделать территорию безопасной для людей», — отмечал инженер. По его словам, специалисты годами занимаются там своеобразной терапией — работают каждую весну, после того как сойдет снег, который уносит с собой часть земли, обнажая радиационные участки.

В 2004 году NYT написал о радиоактивной Москве. В тексте упомянули завод на Каширском шоссе. Тогда сотрудник автомастерской, которая находилась поблизости, рассказал журналистам, что эксперты «Радона» советовали ему ходить только по левой стороне дороги, так как справа — излучение. Осенью 2003 года, по данным газеты, все здание предприятия разобрали, вывезли и захоронили на свалке, при этом работы у «Радона» оставалось еще много — из-за загрязненной почвы на склоне (этот абзац добавлен 11 июля, — прим. ред).

Сам завод полиметаллов проектировал и создавал системы управления и защиты для всех типов ядерных реакторов. Помимо тория и урана, там также разрабатывали технологии производства бериллия, мышьяка, циркония, сурьмы, ванадия, марганца, хрома, ниобия и лития. Только с 1999 по 2002 год на предприятии провели экологическое обследование площадью около 165 тысяч квадратных метров и нашли более 400 очагов радиоактивного загрязнения. Тогда «Радон» вывез на полигоны 425 кубометров отходов.

«После этих работ завод полиметаллов стал полностью соответствовать самым строгим экологическим требованиям к предприятию, находящемуся в черте города, даже такого многонаселенного. Его территория стала чистой, а производство освободилось от технологий, которые могли ее загрязнять впредь», — пишут на сайте. Завод в целом позиционирует себя как экологичный.

Кто строит хорду

За разработку проекта дороги и моста отвечают Москомархитектура и Институт Генплана Москвы. Первая рассказала The Village, что знает об опасном участке, однако утверждает, что проект хорды не затрагивает земли с «аномалиями и загрязнениями». В Москомархитектуре уточнили, что земля находится «западнее железнодорожного моста в 250 метрах от платформы Москворечье». При этом в экспертном заключении сказано, что ближайший источник радиации находится в 50 метрах от путей. Житель района Москворечье-Сабурово, кандидат в депутаты Госдумы Денис Меркулов согласен, что мост может не затронуть склон, но считает, что такая вероятность в любом случае остается. Он не понимает, зачем власти подвергают жителей района такой опасности, скрывая настоящее положение.

В июне депутат района Печатники Сергей Власов нашел на противоположном от завода берегу реки свалку и написал запрос в правительство. Ему ответила Госинспекция по недвижимости. В ведомстве сообщили, что «захламление» уберут в июле, а также рассказали, что на это время на месте запланировали «выемку культурного слоя» для строительства моста, соединяющего Шоссейную и Каспийскую улицы, а заказчиком работ выступает «Управление дорожно-мостового строительства».

Зампред Москомархитектуры Сергей Костин позже объяснил Власову, что речь идет о предпроектных работах — замерах и экспертизе. Депутат побывал на месте и увидел целый строительный городок: «Все выглядит как стройка: что-то бурят, забивают сваи, лежат бетонные блоки и другие стройматериалы». Об этом The Village рассказали еще минимум четыре человека из инициативной группы. По их словам, там уже начали возводить опоры для того самого моста, при этом документов на стройку никто не видел.

То, что со стороны Курьянова поставили временный городок, подтверждает и кадастровая карта, на которой недавно появился будущий мост через Москву-реку, и приказ подрядчика о создании строительного участка «Каспийская — Шоссейная» (есть в распоряжении The Village). При этом на сайте Стройкомплекса пишут, что вся трасса пока находится в разработке. Там же заявляют, что стройка начнется только в 2020–2022 годах.

На запрос The Village ведомство ответило, что проект завершат в 2022 году. Там пообещали, что доработают его по экологическим нормам, но не уточнили, как именно. К тому же непонятно, почему в таком случае строительство уже идет. Корреспондентка The Village сама побывала на стройплощадке: спустя полтора месяца там наконец-то появился стенд с проектом. Работы проводят «Мосинжпроект», «Мостотрест» и «Мостотряд-4». Позже депстрой написал еще раз: «Откуда у вас информация, что строительство идет? <…> По интересующему вас участку утвержден только проект планировки территории. Еще предстоит проектирование».

Посмотреть в большом размере

Несмотря на все опасения, работы рядом с могильником уже проходили: в 2007–2010 годах Сабуровские железнодорожные мосты перестраивали. Масштабной реконструкцией занималась компания СК «Мост», причем в своем пресс-релизе она называла свой проект экологичным. The Village спросил организацию, как проходили работы рядом с опасным местом, но не получил оперативного ответа. На сайте Wikimapia удалось найти такой комментарий пользователя по имени Сергей: «Когда мы строили Сабуровские мосты, нам говорили про радиацию, она была даже в районе опоры моста — там у нас бытовка была».

Мертвые жители голосуют на публичных слушаниях

Юго-Восточная хорда пройдет через десять районов: Перово, Нижегородский, Северное, Центральное и Южное Чертаново, Северное Бутово, Курьяново, Москворечье-Сабурово, Печатники и Текстильщики. В последнем жители давно протестуют против проекта, так как шестиполосная дорога пройдет всего в 20 метрах от домов. Кроме того, ради магистрали хотят снести детские площадки и вырубить деревья. Против строительства также вступали жители Печатников, Царицына и Чертанова.

В мэрии апеллируют к тому, что новая трасса сократит пробки. При этом публичные слушания проходили с нарушениями. Так, согласно протоколам, 1,8 тысячи жителей Текстильщиков проголосовали против строительства хорды, а за выступили 3 тысячи. Активисты обошли дома и выяснили, что некоторые голосовавшие ничего не знают о проекте, а многие не живут по указанным адресам. Также имена части жителей вписали в протоколы несколько раз, хотя они присутствовали на слушаниях и утверждают, что голосовали против хорды. Кроме того, в документах оказались подписи давно умерших людей. Их родственники уже написали заявления в прокуратуру, приложив свидетельства о смерти.

Подобная ситуация сложилась и в Москворечье-Сабурове. В протоколах также нашли голоса умерших москвичей, а желающие не могли попасть на публичные слушания. По словам Дениса Меркулова, когда он вместе с другими пришел на полчаса раньше назначенного времени, зал уже был забит людьми. В итоге все, кто был против проекта, не смогли озвучить свою позицию. Такую ситуацию активист назвал общей тенденцией для публичных слушаний в Москве.


Фотографии: Алена Дергачева