Старый фонд — новый тренд. В 2019 году слово «евроремонт» становится едва ли не неприличным, а сохранение и восстановление оригинальных интерьеров в дореволюционных и раннесоветских домах, наоборот, считается хорошим тоном. Мы не раз рассказывали о том, как петербуржцы спасают лепнину и дубовые двери, витражи и метлахскую плитку. У некоторых из этих историй — общий герой: мастер Виктор Иванович Парунов делал дверь в парадную в доме на Блохина, 3/1, и ремонтировал квартиру в доме Капустина. Мастерскую Парунова неизменно рекомендуют поклонники старого Петербурга — например, автор популярного аккаунта maax_sf Максим Косьмин, — когда исторические интерьеры диктуют деликатный, но неразорительный подход к ремонту. «Строитель-фанат», — охарактеризовал Виктора Ивановича путешественник-режиссер Слава Краско. Дверь в парадную, которую мастерская делала для Краско, обошлась заказчику примерно в 500 тысяч рублей (при рыночной стоимости до миллиона); квадратный метр ремонта в доме Капустина — около 200 долларов.

Виктор Иванович и его жена, дизайнер мебели и интерьеров Янина Александровна с 1990-х годов работают с уходящей фактурой Петербурга — в сотрудничестве и на отдельных проектах. Мы встретились с ними в их квартире в Доме специалистов у станции метро «Лесная», чтобы поговорить о том, зачем им все это.


«Лепку расчищаешь, восстанавливаешь — она оживает: помимо денег, получаешь удовольствие»

«Лепка оживает»

Дом специалистов — знаменитый жилой комплекс у станции метро «Лесная» — частично скрыт за лесами: идет капремонт фасадов. В отличие от дома Лидваля на Малой Посадской, 17, который после аналогичного ремонта из модернового стал едва ли не авангардным, здание на углу Лесного и Кантемировской пощади осталось постконструктивистским. Без вольного обращения с деталями, впрочем, не обошлось и тут. Реставрация объектов культурного наследия по городской программе вообще как-то не задалась.

Виктор Иванович открывает дверь и с порога начинает пояснять, что он сам вовсе не реставратор — как мы его представили в последнем петербургском выпуске рубрики «Где ты живешь», — а скорее строитель-ремонтник. Родился в городе Нелидово Тверской области в 1956 году, в 16 лет переехал в Ленинград. С 1992-го занимался расселением коммуналок: сколько их было, уже не помнит — в одном только Толстовском доме расселил три. А лет десять назад «перегорел»: расселил квартиру на Малой Посадской, 19 (по соседству со злополучным капремонтом, в еще одном доме Лидваля), и «сломался: сказал, больше не буду этим заниматься».

Параллельно с конца 1990-х Парунов начал заниматься ремонтами. Старый фонд, не прошедший через беспощадный капремонт 1970-1980-х, — его страсть: «Лепку расчищаешь, восстанавливаешь — она оживает: помимо денег, получаешь удовольствие». Новостройки Виктор Иванович не любит: «Кирпично-монолитный бункер. Бетон, арматура, слегка облицовано кирпичом. И стеклопакеты». Впрочем, раньше он работал и в новостройках, но сейчас может себе позволить брать заказы по любви. На некоторых объектах он работал с женой Яниной Александровной.


В квартире Паруновых целый шкаф занимает архив Янины Александровны со сводным названием «Русские столярные работы XIX — середины XX века». Это обмерные и эскизные чертежи мебели, панелей, лепки, исторических дверей и окон.

«Соответствие архитектурному окружению»

Она историк мебели, а также дизайнер мебели и интерьеров. Первый большой заказ получила в середине 1990-х: это был конструктивистский дом неподалеку, на улице Хлопина, — бывшее общежитие с нетривиальной планировкой (квартира на четверть состояла из коридора). «Художественное задание было замечательное: сделать нору Хоббита», — вспоминает Парунова.

Десять с лишним лет спустя Янина Александровна придумает интерьер в собственной квартире в постконструктивистском Доме специалистов: «Интерьер в таком виде, со специально созданной мебелью, мы сделали в 2010 году. Соблюдали главное правило — соответствие архитектурному окружению. Задача реставрации или воссоздания не ставилась». Раньше в этой квартире жил сотрудник НКВД: в подвале была мини-АТС, а за стенкой новые жильцы обнаружили провода и предположили, что чекист прослушивал знаменитых соседей — отца советской космонавтики Королёва, автора советской атомной бомбы Курчатова и прочих. Квартира, когда ее приобрели Паруновы, была в ужасном состоянии: «Помню такой яркий эпизод: мы едем в лифте, и муж от ощущения безнадеги бьется головой об стену», — рассказывает Янина Александровна. Из оригинальных интерьеров не сохранилось почти ничего. Мебель делала столярная мастерская при дизайн-бюро Паруновой (она уже не существует). Шпингалеты и вовсе достались едва ли не с помойки: соседи меняли оригинальные окна на пластиковые.

В квартире Паруновых целый шкаф занимает архив Янины Александровны со сводным названием «Русские столярные работы XIX — середины XX века». Это обмерные и эскизные чертежи мебели, панелей, лепки, исторических дверей и окон. Обмеры со второй половины 1990-х делает сама дизайнер. Она поясняет, что более 20 лет назад оригинальные двери в городе начали массово заменять на металлические: «У меня было депрессивное состояние. Надо было что-то делать». Спустя несколько лет инициативу поддержал историк архитектуры Борис Кириков (в то время зампредседателя комитета по охране памятников). Сейчас многие из этих дверей уже исчезли, «но обмерные чертежи можно отдавать в любую столярку и делать», говорит Виктор Иванович. Собственно, благодаря архиву Паруновы восстановили, например, входные двери все на той же Малой Посадской, 19.

«Это ясень»

С дверьми у Паруновых связана еще такая история. В прошлом году мастерская Виктора Ивановича взялась восстановить оригинальную дверь в угловом магазине в доме Станового на Мытнинской улице, 5/2 (она лежала на складе у собственника помещения, который еще лет 10 назад заменил ее на пластиковую). Сначала задача была простая: отремонтировать и покрасить коричневой краской. Планировали управиться за месяц и 50 тысяч рублей. «Жена была в мастерской, когда хозяин магазина принес эту дверь. И Яна, проходя мимо, сказала: „Это ясень“», — рассказывает Виктор Иванович. Ясень, который, как и красное дерево, нельзя покрывать краской, значительно усложнил задачу. В итоге на дверь установили около 120 заделок, долго искали нужный оттенок для тонировки, чистили вырезанных на коробке сов и так далее. Работы растянулись на четыре месяца и подорожали в три раза: разницу в оплате — около 100 тысяч рублей — мастерская взяла на себя.

Остальные двери в доме Станового, кстати, тоже восстановят. Сейчас в мастерской работают над двумя дверьми для черных входов (со двора). Весной примутся за три парадные входные группы: две профинансирует фонд Ильи Варламова «Внимание», третью — житель дома. «Там сложная задача: есть две боковые двери и фрамуга, а центральной двери нет. И фотографий нет. Что с ней делать? Я надеюсь на помощь Яны», — говорит Виктор Иванович.

Примеров паритетного сотрудничества — когда Янина Александровна проектировала интерьер, а Виктор Иванович строил — в их портфолио несколько. Первый совместный объект Паруновых случился 17 лет назад, это было кафе «Штолле» — в будущем оно станет сетевым, а тогда, в 2002-м, владельцы открывали пробную пироговую на Васильевском. Сама Янина Александровна как раз родом с острова: «В то время снесли последнюю модерновую булочную на Среднем проспекте и сделали „Идеальную чашку“, были и другие разрушения. А с владельцами „Штолле“ мы говорили на одном языке, я предложила им сделать что-то в дореволюционном вкусе, в духе старого Петербурга. Без Виктора Ивановича ничего бы не получилось — там было очень сложное помещение». Среди других совместных работ — интерьеры в антикварном салоне «Сокровища Петербурга» на Владимирском проспекте и несколько квартир.

«В нашей области строители — по крайней мере, те фирмы и подрядчики, с которыми я работала — довольно тяжелые люди. Я на собственном опыте оценила Виктора Ивановича: не потому что он мой супруг, а потому что у него другое отношение и к клиентам, и к работе, даже в экономклассе», — говорит Янина Александровна.

«Интересно все»

В мастерской Парунова работают около 20 человек. Она находится на Почтамтской улице: центр города, вид на Исаакиевский собор. Кстати, лет 15 назад Виктор Иванович ремонтировал в том же доходном доме огромную квартиру: 380 квадратных метров, бывшая 11-комнатная коммуналка. Заказчиком был новый владелец апартаментов — Сергей Сергеевич Пален, потомок того самого графа Палена, который в 1801 году возглавил заговор против Павла I.

Но вообще, говорит Парунов, его мастерская — это весь город: «Например, ремонтируем большую квартиру на Некрасова, часть комнат — и есть мастерская. Так, как это делалось и до революции». На сегодня в работе у мастерской шесть адресов, среди них — квартира на Канонерской улице, принадлежащая семье музыканта Евгения Федорова (Tequilajazzz). Свой подход Виктор Иванович описывает так: «Я клиентов уговариваю все, что можно, восстановить, сохранить или сделать копию». Парунова любят еще и за человеческие качества — с ним легко: «Я стараюсь формировать пространство вокруг себя. Всегда дружу с соседями».

Летом 2018 года коллега Виктора Ивановича Михаил Киселев запустил в инстаграме аккаунт мастерской Парунова: сейчас у него более двух тысяч подписчиков, посты — про восстановление плитки Villeroy & Boch в Доме Бассейного товарищества, советы по сохранению лепнины, фото отремонтированной печи-голландки. «Макс Косьмин один раз нас упомянул — я уже и не рад. Возможности-то ограничены. Когда работы много — это хорошо, но нельзя „съесть“ все. А интересно все».