16 января, воскресенье
Москва
Войти

«Воин качества»: Кто такой Рустем Бегенов Как гитарист кавер-группы и автор саундтреков к фильмам стал хедлайнером фестиваля Центра имени Мейерхольда, выпустив всего один спектакль

«Воин качества»: Кто такой Рустем Бегенов

Первый спектакль Рустема Бегенова — казахского музыканта, ставшего театральным режиссером, — «Медея. Материал» по тексту немца Хайнера Мюллера в переводе на казахский, попал в OFF-программу театрального фестиваля NET и сражался за Гран-при Премии Сергея Курехина. Второй, «Светопреставление „Сергей Калмыков“», еще даже не вышел, но уже объявлен хедлайнером фестиваля Центра имени Мейерхольда «Новая драма». The Village пообщался с режиссером, который рассказал, как выпускать только хиты с интервалом в полтора года, чего ждать от спектакля о безумном художнике-авангардисте и почему для работы театрального центра достаточно двух человек.

Романтизм и универсальность

Спектакль, изначально называвшийся «Апофеоз Сергея Калмыкова», должен был выйти больше года назад. Узнав о безумном — перед смертью ему диагностировали шизофрению — авангардисте Калмыкове, который вторую половину жизни провел в Алма-Ате и до сих пор помнится некоторым пожилым горожанам, Бегенов сразу решил сделать его героем своем второй работы. Режиссер увидел в нем потенциальный культурный бренд города: полузабытый Калмыков оказался вдохновителем «Купания красного коня» Петрова-Водкина, его «фантастический экспрессионизм» среди немногих исследователей считается не имеющим аналогов, он единственный из всех авангардистов дожил до второй половины века.

Бегенов собрал масштабную команду — группу визуальных художников, хор из местной консерватории, профессиональных каскадеров. И после месяцев репетиций уже на финальных прогонах понял, что получается «вообще не то, надо проект закрывать».

Примерно так выглядела первая постановка Бегенова, «Медея». Сам автор называл ее «поп-механическим спектаклем» — номинация на Премию Сергея Курехина после этого, конечно, не могла быть случайностью

Решение распустить проект, в который вложены с трудом найденные спонсорские деньги и творческие усилия команды профессионалов, кажется тоталитарным жестом режиссера-творца, который до сих пор не изжил в себе романтические представления о гении искусства и вдохновении. Таких людей в русскоязычном театре немало, но Бегенов сознательно отгораживает себя от этой модели. В разговоре он рассуждает о поиске меценатов и SMM-стратегиях. Свою алма-атинскую лекцию с названием ни много ни мало «Что значит быть современным художником?» режиссер начинает с объявления о намерении разрушать зрительские стереотипы о художнике как о чистом творце. По словам Бегенова, автор должен задумываться и о важности рационального планирования в вопросах поиска денег на постановку, и о вопросах ее продвижения, и о необходимости регламентирования креативных сессий.

Лекция «Что значит быть современным художником?»

Алма-атинский центр искусств ORTA, под эгидой которого в 2016 году вышла первая работа Бегенова, «Медея», а сейчас выходит «Светопреставление», состоит всего из двух человек — самого режиссера и его жены, актрисы Александры Морозовой. У ORTA нет даже собственной площадки — под свои мероприятия они арендуют пространства где придется. Такой расклад как раз и дает немыслимую в контексте крупных репертуарных театров возможность несколько лет доводить один проект до предельного качества. Но взамен требует от художников самостоятельно контролировать всю техническую сторону продакшена. «Центр внутри нас», — шутит Бегенов, но быстро переключается в серьезный режим и рассказывает о концепции «новой универсальности».

Именно так, словами своего учителя Бориса Юхананова, он называет включенность во все аспекты работы: от генерации творческих идей до выбора SMM-стратегий. А самого себя — тоже в юханановском духе, но внося какое-то более современное измерение в этот язык, — «воином качества».

Европа и МИР

Юхананов, легендарный актор андерграундной сцены 90-х, теперь — худрук Электротеатра «Станиславский», мистик и каббалист, у театрального сообщества вызывает полярные реакции. Одни считают его «священные стендапы» (проект «Золотой осел») прорывной формой коммуникации со зрителями, другие видят в них грубое экспонирование репетиционного процесса с резкими комментариями на грани унижения актеров и зрителей или даже тотальный перформанс власти. Почти все сходятся в одном: Юхананов — культуртрегер: он одним из первых привнес в театральный контекст современных композиторов (опера «Сверлийцы», где музыкой занимался композитор Дмитрий Курляндский) и уже несколько лет обеспечивает по меценатским каналам работу Электротеатра, одного из важнейших мультидисциплинарных пространств в России.

Борис Юхананов объясняет, что такое «Золотой осел»

Бегенов поступил в Мастерскую индивидуальной режиссуры (МИР) Юхананова уже взрослым человеком. Переехав с женой в Москву в 2012 году, 29-летний математик по образованию, попробовавший себя сперва в ресторанном бизнесе, затем в исполнении каверов на популярные песни и наконец решивший перейти от «самообмана к творчеству». Сначала планировал работать в кино, даже написал несколько саундтреков к казахским фильмам, но после знакомства с Юханановым остановился на театре. Бегенов говорит, что коммуникативные особенности мастера были заметны с первого собеседования, но описывает учебу как договор двух сознательных людей. Ученик делегирует право суждения о своей работе учителю, обещая себе не принимать резкость на личный счет, а интерпретировать ее как необходимую стимуляцию творчества. Договор оказался продуктивным: помимо плотной работы с Юханановым, Бегенов получил возможность ассистировать трем европейским режиссерам, которые выпускали спектакли в Электротеатре. Это были Хайнер Геббельс («Макс Блэк, или 62 способа подпереть голову рукой»), Теодорос Терзопулос («Вакханки», в котором Бегенов сыграл одну из ролей в хоре) и Ромео Кастелуччи («Человеческое использование человеческих существ»).

Почему именно его выбрали в качестве ассистента для этих режиссеров, а не кого-то еще из полусотни студентов МИРа? «Я был самым лучшим!» — смеется Бегенов.

Шизофрения и биполярное расстройство

Во второй раз, уже после остановки работы над первой версией спектакля, Бегенов подошел к Калмыкову с неожиданной стороны. Режиссер рассказывает, что в первые месяцы архивной работы на него постоянно «выпрыгивал калмыковский гений» — так в основном называл себя авангардист в своих дневниках, где манифестировал гениальность в эзотеричных рассуждениях об архитектуре, математических исчислениях и геометрических построениях сущности мира, а иногда вообще отождествляя себя с Леонардо да Винчи. В Алма-Ате, впрочем, Калмыкова держали за городского сумасшедшего, думали, что его безумие — часть эпатажной стратегии жизнетворчества; только в последние дни жизни, после попадания в психиатрическую лечебницу на скорой помощи, Калмыкову диагностировали шизофрению. Через несколько дней он умер.

Калмыков — из тех авангардистов, которые, в отличие от суперзвезд вроде Малевича, широкой публике почти неизвестны. Одну из немногих телепрограмм о нем выпустило казахское телевидение

Рассуждая о различиях между современным отношением к психиатрическим проблемам и взглядами полувековой давности, Бегенов рассказывает свою личную историю — правильное лечение обнаруженного около года назад у жены биполярного расстройства позволило быстро справиться с проблемами, ставшими за десять лет совместной жизни без терапии привычными. Именно эта ситуация стала персональной точкой входа в биографию Калмыкова — и спектакль наконец собрался.

Эстетика и политика

«Светопреставление „Сергей Калмыков“» (в процессе переработки постановки у нее сменилось название) выпускают в Алма-Ате в конце мая. Спектакль будет три дня идти в огромном, на 300 квадратных метров, помещении бывшего завода. Сцену — точнее, кубическое пространство с тремя стенами — соберут из нескольких сотен картонных коробок. Внутрь запустят роботов из холодильных витрин, стробоскопических жуков и единственную актрису Александру Морозову. Театр Бегенова предельно формален: если искать аналогию, то самыми близкими окажутся объектно-музыкальные спектакли уже упомянутого Геббельса, с которым Бегенов работал в Электротеатре. В них технологичные предметы и люди, доведенные до этого же механического состояния, также исполняют минималистичную музыку на грани бытового шума и сложных гармоний.

Трейлер «Светопреставления»

Это довольно сложный театр. В России такой отказ от прямой трансляции смыслов вслух и акцент на современную форму до сих пор прочитываются как политический акт разрыва с доминантной театральной традицией, в которой зрителю нужно все растолковывать. Даже те образцы современного российского театра, которые уходят от психологического надрыва в игре, все же стремятся донести до зрителя внятный месседж. В Казахстане, по словам Бегенова, ситуация еще более радикальная: независимых и стремящихся к актуальности театральных площадок не больше десятка на всю страну, из самых известных — театр Галины Пьяновой «Артишок». Но и там работают в основном с доступным театром — антропоцентрическим, диалоговым.

Но функция ORTA в Алма-Ате все же не сводится только к импорту театральных форм — будь то из юханановской Москвы или геббельсовской Германии. Интуитивные ходы режиссера неожиданно попадают в исторический нерв времени и места. Например, в первом спектакле Бегенова изначально музыкальное решение прочитать посткатастрофический монолог Медеи и на русском, и на казахском привело режиссера к размышлениям о пограничном состоянии казахской культуры, зависшей между аутентичностью, Россией и глобализованным миром. А всплывшая в процессе работы над «Светопреставлением» тема безумия — поводом организовать в рамках промокампании масштабную дискуссию о стигматизации людей с психиатрическими особенностями, большой проблеме и для России, и для Казахстана.

В ожидании шедевра

Сам Бегенов говорит, что в самом «Светопреставлении» об исторических формах отношения к безумию речи не будет. В основе спектакля — даже не биография Калмыкова, а переработанная документальным драматургом Екатериной Бондаренко («Остановка зимним вечером у леса» в ЦИМе, «Час восемнадцать» в «Театре.doc») инструкция по созданию шедевра, созданная художником, — и это уже что-то новое. Возможно, именно это обстоятельство и заставило кураторов из Центра имени Мейерхольда окончательно поверить в спектакль. Но только в качестве приятного дополнения к новоуниверсальным талантам Бегенова, который, похоже, только разгоняется.


Фотографии: Екатерина Краева / Центр имени Мейерхольда

Share
скопировать ссылку

Читайте также:

Осторожно, «Модерн»: Зачем Юрий Грымов вводит дресс-код для зрителей театра
Осторожно, «Модерн»: Зачем Юрий Грымов вводит дресс-код для зрителей театра Новый худрук «Модерна» — о том, как возродить захолустный театр на Третьем транспортном кольце
Осторожно, «Модерн»: Зачем Юрий Грымов вводит дресс-код для зрителей театра

Осторожно, «Модерн»: Зачем Юрий Грымов вводит дресс-код для зрителей театра
Новый худрук «Модерна» — о том, как возродить захолустный театр на Третьем транспортном кольце

В чем москвичи ходят в театр
В чем москвичи ходят в театр The Village отправился в театр «Модерн», где недавно ввели дресс-код, чтобы узнать, как одеты его зрители
В чем москвичи ходят в театр

В чем москвичи ходят в театр
The Village отправился в театр «Модерн», где недавно ввели дресс-код, чтобы узнать, как одеты его зрители

«Мы легально торгуем переживаниями»: Иммерсивный импресарио Федор Елютин — о театре в грузовике
«Мы легально торгуем переживаниями»: Иммерсивный импресарио Федор Елютин — о театре в грузовике Как создатель Cargo Moscow нашел дальнобойщиков для нового шоу и что будет с иммерсивным театром дальше
«Мы легально торгуем переживаниями»: Иммерсивный импресарио Федор Елютин — о театре в грузовике

«Мы легально торгуем переживаниями»: Иммерсивный импресарио Федор Елютин — о театре в грузовике
Как создатель Cargo Moscow нашел дальнобойщиков для нового шоу и что будет с иммерсивным театром дальше

Кашель не отпускает: Зачем «Волшебная гора» оставляет зрителя наедине с собой
Кашель не отпускает: Зачем «Волшебная гора» оставляет зрителя наедине с собой Спектакль предлагает залу погрузиться в глубокую рефлексию — соглашаются немногие
Кашель не отпускает: Зачем «Волшебная гора» оставляет зрителя наедине с собой

Кашель не отпускает: Зачем «Волшебная гора» оставляет зрителя наедине с собой
Спектакль предлагает залу погрузиться в глубокую рефлексию — соглашаются немногие

Тэги

Люди

Места

Прочее

Новое и лучшее

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»

«В смысле, оливье закончился?»: Выбираемся из дома после новогодних праздников

Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты

Место для шага назад: Что можно узнать о Цое из выставки-байопика «Виктор Цой. Путь героя» в «Манеже»

Код курьера: Зачем компании за свой счет переучивают таксистов, кладовщиков и доставщиков на IT-специальности

Первая полоса

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»
Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V» Составили список таких стран
Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»

Куда могут поехать россияне, привитые «Спутником V»
Составили список таких стран

«В смысле, оливье закончился?»: Выбираемся из дома после новогодних праздников
«В смысле, оливье закончился?»: Выбираемся из дома после новогодних праздников «Лакричная пицца», спектакль-терапия про выгорание и фестиваль камерной музыки
«В смысле, оливье закончился?»: Выбираемся из дома после новогодних праздников

«В смысле, оливье закончился?»: Выбираемся из дома после новогодних праздников
«Лакричная пицца», спектакль-терапия про выгорание и фестиваль камерной музыки

Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты
Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты
Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты

Почему не стоит думать, что заводить полезные знакомства могут только экстраверты

Место для шага назад: Что можно узнать о Цое из выставки-байопика «Виктор Цой. Путь героя» в «Манеже»
Место для шага назад: Что можно узнать о Цое из выставки-байопика «Виктор Цой. Путь героя» в «Манеже»
Место для шага назад: Что можно узнать о Цое из выставки-байопика «Виктор Цой. Путь героя» в «Манеже»

Место для шага назад: Что можно узнать о Цое из выставки-байопика «Виктор Цой. Путь героя» в «Манеже»

Код курьера: Зачем компании за свой счет переучивают таксистов, кладовщиков и доставщиков на IT-специальности
Код курьера: Зачем компании за свой счет переучивают таксистов, кладовщиков и доставщиков на IT-специальности
Код курьера: Зачем компании за свой счет переучивают таксистов, кладовщиков и доставщиков на IT-специальности

Код курьера: Зачем компании за свой счет переучивают таксистов, кладовщиков и доставщиков на IT-специальности

Драки под Чайковского и опиум в православном кресте: Что происходит в фильме «King’s Man: Начало»
Драки под Чайковского и опиум в православном кресте: Что происходит в фильме «King’s Man: Начало»
Драки под Чайковского и опиум в православном кресте: Что происходит в фильме «King’s Man: Начало»

Драки под Чайковского и опиум в православном кресте: Что происходит в фильме «King’s Man: Начало»

«Орнитология», Макбет и книга про лес
«Орнитология», Макбет и книга про лес Что слушать, смотреть и читать на выходных
«Орнитология», Макбет и книга про лес

«Орнитология», Макбет и книга про лес
Что слушать, смотреть и читать на выходных

Мясной ресторан «Агнец» на Большой Грузинской, японское бистро J’Pan на Забелина, фестиваль тирольской кухни
Мясной ресторан «Агнец» на Большой Грузинской, японское бистро J’Pan на Забелина, фестиваль тирольской кухни
Мясной ресторан «Агнец» на Большой Грузинской, японское бистро J’Pan на Забелина, фестиваль тирольской кухни

Мясной ресторан «Агнец» на Большой Грузинской, японское бистро J’Pan на Забелина, фестиваль тирольской кухни

Как выглядела зимняя радуга над Москвой
Как выглядела зимняя радуга над Москвой Собрали лучшие фотографии гало
Как выглядела зимняя радуга над Москвой

Как выглядела зимняя радуга над Москвой
Собрали лучшие фотографии гало

Что нужно знать про VPN и какой из них выбрать
Что нужно знать про VPN и какой из них выбрать
Что нужно знать про VPN и какой из них выбрать

Что нужно знать про VPN и какой из них выбрать

Ребята не в порядке: Каким вышел второй сезон «Эйфории»
Ребята не в порядке: Каким вышел второй сезон «Эйфории» Меньше глиттера, больше драмы
Ребята не в порядке: Каким вышел второй сезон «Эйфории»

Ребята не в порядке: Каким вышел второй сезон «Эйфории»
Меньше глиттера, больше драмы

«Трагедия Макбета»: Киноклассика XX века и шекспировские образы в новом фильме Джоэла Коэна
«Трагедия Макбета»: Киноклассика XX века и шекспировские образы в новом фильме Джоэла Коэна Который режиссер снял без брата
«Трагедия Макбета»: Киноклассика XX века и шекспировские образы в новом фильме Джоэла Коэна

«Трагедия Макбета»: Киноклассика XX века и шекспировские образы в новом фильме Джоэла Коэна
Который режиссер снял без брата

Как приготовить глинтвейн и грог? Вот 3 согревающих рецепта для холодных дней
Как приготовить глинтвейн и грог? Вот 3 согревающих рецепта для холодных дней
Как приготовить глинтвейн и грог? Вот 3 согревающих рецепта для холодных дней

Как приготовить глинтвейн и грог? Вот 3 согревающих рецепта для холодных дней

Бабушки вяжут: Как построить социальный бизнес после разговора с собственной бабушкой
Бабушки вяжут: Как построить социальный бизнес после разговора с собственной бабушкой
Бабушки вяжут: Как построить социальный бизнес после разговора с собственной бабушкой

Бабушки вяжут: Как построить социальный бизнес после разговора с собственной бабушкой

Расцвет порноиндустрии, Kiss и ку-клукс-клан: Что смотреть об Америке 70-х
Расцвет порноиндустрии, Kiss и ку-клукс-клан: Что смотреть об Америке 70-х К выходу «Лакричной пиццы» Пола Томаса Андерсона
Расцвет порноиндустрии, Kiss и ку-клукс-клан: Что смотреть об Америке 70-х

Расцвет порноиндустрии, Kiss и ку-клукс-клан: Что смотреть об Америке 70-х
К выходу «Лакричной пиццы» Пола Томаса Андерсона

Дорогой аудиодневник: Чем хорош «Caprisongs» — на первый взгляд необязательный микстейп FKA Twigs
Дорогой аудиодневник: Чем хорош «Caprisongs» — на первый взгляд необязательный микстейп FKA Twigs
Дорогой аудиодневник: Чем хорош «Caprisongs» — на первый взгляд необязательный микстейп FKA Twigs

Дорогой аудиодневник: Чем хорош «Caprisongs» — на первый взгляд необязательный микстейп FKA Twigs

Петербург на выезде: Ресторан Sage Дмитрия Блинова и Владимира Перельмана на Большой Грузинской
Петербург на выезде: Ресторан Sage Дмитрия Блинова и Владимира Перельмана на Большой Грузинской
Петербург на выезде: Ресторан Sage Дмитрия Блинова и Владимира Перельмана на Большой Грузинской

Петербург на выезде: Ресторан Sage Дмитрия Блинова и Владимира Перельмана на Большой Грузинской

«Моя работа — нацепить лыжи и ходить»: Гляциолог — о любви ко льду и жизни между Эльбрусом и московским офисом
«Моя работа — нацепить лыжи и ходить»: Гляциолог — о любви ко льду и жизни между Эльбрусом и московским офисом
«Моя работа — нацепить лыжи и ходить»: Гляциолог — о любви ко льду и жизни между Эльбрусом и московским офисом

«Моя работа — нацепить лыжи и ходить»: Гляциолог — о любви ко льду и жизни между Эльбрусом и московским офисом

Не только скрэмбл и глазунья: 21 интересный яичный завтрак в Москве
Не только скрэмбл и глазунья: 21 интересный яичный завтрак в Москве
Не только скрэмбл и глазунья: 21 интересный яичный завтрак в Москве

Не только скрэмбл и глазунья: 21 интересный яичный завтрак в Москве

16 пар ботинок-дутиков, чтобы преодолевать сугробы и снежные заносы
16 пар ботинок-дутиков, чтобы преодолевать сугробы и снежные заносы
16 пар ботинок-дутиков, чтобы преодолевать сугробы и снежные заносы

16 пар ботинок-дутиков, чтобы преодолевать сугробы и снежные заносы

Подпишитесь на рассылку