Сегодня «Яндекс» опубликовал заявление, где назвал попытки Роскомнадзора заблокировать Telegram опасными для всего Рунета, поскольку под удар попали многие глобальные и российские интернет-сервисы. А это, в свою очередь, «лишает страну возможности технологической конкуренции на мировых рынках в будущем». На неполадки уже жаловались пользователи сервисов Google, Amazon, «Одноклассников», Viber, Skype, Spotify и еще множества сайтов. В связи с этим в интернете стали подозревать, что «поломка Рунета» и была первоначальной целью ведомства и скоро Россия повторит опыт Китая, где государство ограничивает доступ населения к глобальной Сети. The Village спросил экспертов, так ли это и какие еще есть версии, объясняющие происходящее.

«Посмотреть, чего мы лишимся в случае серьезной заварушки, полезно. Я думаю, они получили более чем достаточно информации для отчета»


Юрий СИнодов

главный редактор Roem.ru

Есть много версий причин блокировки. Первая — Дуров не поделился перепиской шести человек, которые были нужны ФСБ, и из-за этого Telegram начали блокировать всеми возможными способами. С реальностью эта версия не вяжется — к сотрудникам Telegram в России нет никаких претензий, приложение не заблокировано ни в одном из магазинов. Да и сама по себе обида получается слишком долгая — история тянется с прошлого лета, и только сейчас ФСБ ее выплескивает в виде блокировки? Вряд ли.

Вторая версия — Telegram планирует создать финансовую систему, которая нам все сломает, о чем писал «РБК». Но этой угрозы еще не существует. Возможно, документы, якобы опубликованные перед ICO, и существуют, но сейчас нельзя с уверенностью сказать, что будет создана альтернативная платежная система, которая разломает российскую экономику. Соответственно, не очень понятно решение бороться настолько интенсивными мерами с угрозой, находящейся в статусе потенциальной. В эту версию я тоже не верю.

Роскомнадзор бьет сейчас по кому угодно, но только не по Telegram. Нет никаких претензий к сотрудникам компании, находящимся в России, хотя очевидна их причастность к тому, что мессенджер держится. Telegram не пострадал — есть некоторая деградация сервиса, некоторые испытывали трудности в загрузке картинок. Но деградация и потеря аудитории — разные вещи. Аудиторию Telegram не потерял, скорее, даже приобрел, а Дуров получил отличный пиар. Роскомнадзор сейчас блокирует не Telegram, а западные сервисы, на которых завязано много российских структур.

Telegram будет так убегать до бесконечности. Роскомнадзор уже неделю блокирует разные сервисы, но мессенджер работает — значит, цель другая: например, заблокировать сами эти сервисы и посмотреть, что будет. Тестирование проходит успешно — теперь хорошо видно, что у нас отвалится, можно спустить это на тормозах и написать отчет.

Я жил в Крыму, и не все в курсе, но некоторые сайты, которые размещаются на Google Cloud в Крыму, недоступны для местных провайдеров. То есть такое уже есть, и если в силу возрастания политической напряженности это произойдет со всей Россией, то у нас пострадают сайты существенно важных для нас компаний — «Аэрофлот» сидит на Google Cloud, например. Посмотреть, чего мы лишимся в случае серьезной заварушки, полезно. Я думаю, они получили достаточно информации, более чем достаточно для отчета. Постепенно накал блокировок будет снижаться.


«Власти хотят контролировать людей, чтобы потом можно было их репрессировать за деятельность в Сети»

Кирилл Рогов

политолог

В России за невозможностью построить файрвол (система фильтрации содержимого интернета как в Китае. — Прим. ред.) российские власти пошли по другому пути: они хотят иметь ключи, контролировать людей, чтобы потом можно было их репрессировать за деятельность в Сети. Это не предварительная цензура, а цензура постфактум, где действия в интернете будут наказываться. Для этого им нужна полная прозрачность Сети. Поэтому вместо китайской модели закрытого интернета возникает подготовка репрессивной системы. В ней применяются меры, которые мешают людям обращаться к каким-либо ресурсам. Это и есть причина, по которой была сделана блокировка.

Технических средств для того, чтобы отрубить эти ресурсы, у власти нет. Это приводит к хаосу. Они фактически шантажируют компании, заставляя выдать им ключи. При этом, когда Дуров отказался, выяснилось, что они не способны исполнить угрозы.

После Telegram заблокировать Facebook будет очень сложно. Я не знаю, чем его будут шантажировать, можно придумать разные ходы.

Несмотря на то что Telegram доступен, общая статистика все-таки падала. Компании с большим оборотом можно шантажировать тем, что период борьбы будет для них временем больших материальных потерь. Если они сочтут, что репутационные потери для них значат меньше, то они пойдут на сотрудничество с властями. С другой стороны, если для них важнее репутация, то они смирятся с временными коммерческими потерями и выиграют. В этом случае Amazon решительно отказался от переговоров, а Google пошел на них. Если его смогут продавить, то он понесет большие репутационные потери.

Я думаю, события будут развиваться следующим образом: в истории с Telegram властям нужно найти способы исполнения решения суда. Это дает легальное основание для работ по придумыванию этих способов: это могут быть и фрагменты китайской системы, но то, что она будет сейчас построена, выглядит сомнительно. Китайская система создавалась довольно давно, она изначальна была встроена в инфраструктуру и взаимодействие сетей. Нам же для постройки подобной системы надо совершить огромный прыжок назад, который, как мы видим, грозит хаосом.


«В России Дуров отказался идти на компромисс, а в Индонезии согласился. Может, ему это политически выгодно»

Екатерина Шульман

политолог

Давайте так: Telegram блокируют на основании одного из положений «закона Яровой». Одна из его норм требует сделать то, что компания Telegram делать отказывается. Законодательное основание именно такое, поэтому я бы не искала тут других причин. Это не дебют. Например, блокирование рации Zello — тогда удалось заблокировать не только само приложение, но и добиться его удаления из интернет-магазинов.

Государство авторитарной модели требует от корпораций каких-то гарантий. Авторитарное государство нового типа — это не вторая диктатура, это крупные и богатые государства, в которых много потребителей. Для корпораций это рынок, который они не хотят терять. Сейчас мы находимся на этапе компромиссов: все торгуются со всеми.

В России Дуров отказался идти на компромисс, а в Индонезии согласился. Потому что Россия для него особое место. Может, ему это политически выгодно, может, потому что он патриот и хочет гражданам России добра и свободы. По сравнению с Telegram Facebook более могучая сеть. Telegram занимает небольшой сегмент, поэтому с ним можно так поступать, а с YouTube и Facebook уже нельзя. Но, с другой стороны, это палка о двух концах — одним концом по корпорации, другим по государству. Корпорации тоже не хотят терять такой огромный рынок. Поэтому мое предсказание таково: будут торговаться и сторгуются, если только не решат сделать из России пример того, как плохое государство плохо себя ведет и наказывает своих же граждан.

Мы не можем стать условным Китаем. Китай в течение 20 лет тщательно выстраивал контроль за интернетом, вкладывая в это такие средства и ресурсы, которые мы не в состоянии даже вообразить. И начинал он это, когда интернет был не такой. Все наши попытки — это детский лепет по сравнению с тем, что делает Китай, — нам никогда уже не догнать их развившийся интернет. Нас могут, условно говоря, наказать корпорации первого мира, чтобы граждане начали возмущаться, что плохое государство поотключало все на свете. Можно пойти путем Дурова, отказываться идти на компромиссы, тогда государственным органам ничего не останется, кроме как потерять лицо. Но это уже уход в конспирологию, я бы поставила на вероятность достижения компромиссов, в том числе негласных.