Современные пенсионеры — это уже далеко не те персонажи, что восседают у подъездов и порицательно кивают головами вслед всем и вся. Те, кто сегодня находится в возрасте 60+, с любопытством осваивают гаджеты (и оставляют нам свой e-mail, чтобы мы сбросили им ссылку на этот материал), ходят на концерты и в кино, участвуют в самодеятельности и особенно горячо любят театр оперы и балета имени Пушкина, который стал для них местом встречи не только с искусством, но и с бывшими коллегами, друзьями и такими же ценителями вечной классики.

The Village пообщался с завсегдатаями театра и спросил у них совета, с какого произведения лучше начать свое знакомство с репертуаром, в чем ходить на балет и как понимать оперу.

Текст

Анна Лобова

Людмила Борисовна Макарова

72 года

Оперный театр мы открыли для себя не так давно, активно ходим второй сезон. Раньше бывали как-то эпизодически, но вот за прошлый год мы с мужем посетили 14 постановок. Начинали с абонементных спектаклей, а сейчас посещаем программу и вне абонемента — получается, что в месяц ходим по два, а то и по три раза. В основном смотрим оперу и оперетты: из последнего, что запомнилось, — прекрасный мюзикл «Красавец мужчина», театрализованное ревю «Жди меня», которое мы с огромным удовольствием два раза посмотрели, «Штраус. Жизнь артиста» — его мы тоже видели дважды. Когда люди говорят: «Я не люблю оперу, не люблю балет», — мне это уже трудно понять. Когда-то, может быть, и я сама так говорила, но сейчас театр стал важной частью моей жизни. Поэтому мы стараемся приобщать к нему своих близких — недавно я купила абонементы для пяти своих друзей, и они тоже ходят сюда.

Тут прекрасные массовые сцены, я даже пыталась посчитать, сколько задействовано в постановках человек, мне кажется — не менее пятидесяти. Театр поражает! Каждый поход — праздник. Мы собираемся, встречаем друзей, обмениваемся впечатлениями. Мне кажется, что в следующем году наших друзей тут станет еще больше.


Чтобы лучше понимать оперу, я всегда покупаю программку и внимательно
ее читаю. А был случай, когда мы ходили на оперу «Евгений Онегин»,
так я взяла и перечитала все произведение.


Сегодня мы идем на «Щелкунчика», еще я очень хочу посмотреть «Спартак», надеюсь, получится в этом сезоне. У меня уже есть, конечно же, любимые исполнители. В опере это Елена Шевченко, Татьяна Гарькушова, Надежда Маслова, Сергей Перминов, Николай Печенкин. А в балете — Александр Лысов, Леонид Сычев, Яна Дубровина, Василий Козлов и Юлия Ануфриева. Порой сидишь и ждешь, а кто же будет сегодня дирижер? Я очень люблю Романа Демидова, настолько он выделяется, весь в музыке и так руководит оркестром, что наблюдать за ним одно удовольствие. Чтобы лучше понимать оперу, я всегда покупаю программку и внимательно ее читаю. А был случай, когда мы ходили на оперу «Евгений Онегин», так я взяла и перечитала все произведение. Поэтому когда я нахожусь в зале, мне не нужно вслушиваться в слова, чтобы понять суть, мне важно все действо в целом, важны игра, исполнение, оформление сцены, эмоции!

Галина Ильинична Юхновская

62 года

Я работаю председателем профсоюзной организации работников образования Канавинского района. Мы своих сотрудников раньше всегда возили в драмтеатр, а потом подружились с оперным — сначала взяли 100 абонементов, потом еще 100, сейчас берем уже 600 абонементов, приобщаем людей к искусству, и всем очень нравится. На спектакли с удовольствием ходят ветераны — свободное время у многих появилось, почему бы не вспомнить прекрасные классические произведения, которые мы когда-то изучали? Приходят с внуками, родителям ведь заниматься этим некогда. Молодежи, кстати, тоже очень много в театре.


В театре вообще забывается всё: невзгоды, печали — и с каким-то напряжением, замиранием сердца мы прислушиваемся к тишине на опере, ловим каждое движение артистов балета.


Мы всегда стараемся прийти пораньше, чтобы пообщаться в буфете до спектакля, потому что сейчас мало мест, где можно встретиться с коллегами, с которыми раньше работали вместе, а тут все-таки видимся. У нас появилась традиция: 31 декабря ходить в театр. Особенно мне запомнилось, как пришли 31 декабря на оперу «Иван Сусанин». Многие пришли с таким настроением — ну, посидим одно действие, и, может быть, уйдем, все-таки Новый год, кому что-то купить еще нужно к празднику, кому приготовить. И в итоге все просидели четыре действия на одном дыхании и очень долго не отпускали артистов со сцены: все забыли, что через несколько часов уже Новый год, такое было чудо. В театре вообще забывается всё: невзгоды, печали — и с каким-то напряжением, замиранием сердца мы прислушиваемся к тишине на опере, ловим каждое движение артистов балета.

Мне нравятся и балет, и опера. С возрастом понимаешь, что классика прекрасна: мы многое видели, есть с чем сравнить, тянемся больше к классическому искусству. Приходишь домой после спектакля — «Бахчисарайского фонтана», например, или «Евгения Онегина», — открываешь произведение и до глубокой ночи читаешь! Вот оно, наше счастье.

Людмила Федоровна Чаплыгина

Я занимаюсь ветеранами нашего Института прикладной физики, работаю очень давно: сначала в НИРФИ, потом в ИПФ РАН — сорок лет как. К ветеранам у нас в институте относятся по принципу: никто не забыт, ничто не забыто. В девяностые годы, помню, было очень трудное положение в стране, и тогда нас стали приглашать в театры, а денег у людей было очень мало, только-только прожиточный минимум, театр никто бы себе позволить не мог, но нас приглашали бесплатно, и это было счастье! Театр помогал нам жить. Представьте: человек ушел на пенсию, ничего ему не платят, он сидит дома, грустно, возможностей ни на что нет, и тут такое событие — поход в театр! Всегда все уходили оттуда счастливыми и благодарными, я всегда старалась со всеми театрами договариваться: в те времена — чтобы бесплатно приглашали; сейчас — чтобы за приемлемую цену.


Оперный театр мне особенно дорог, потому что тут и балет, и опера, и оперетта: захотела  — пошла на одно, захотела — на другое.


Я очень люблю театр, концерты очень люблю, всегда хожу! Оперный театр мне особенно дорог, потому что тут и балет, и опера, и оперетта: захотела  — пошла на одно, захотела — на другое. Сама в детстве занималась немножко танцами, и мне это нравилось. Все мне говорили, что какая-то фигура у меня необыкновенная была, я-то этого и не знала, но так говорили, видимо, я подходила для этого, поэтому мне балет и сейчас очень нравится. В этом театре особая аура, а красота какая вокруг, и здание старинное какое, это ведь тоже много значит. Этой зимой ходила меньше: во-первых, болела, а во-вторых, вы же знаете, как зимой ходить, — везде темно, скользко, ничего не почищено, не посыпано — опасно. Я боялась и за себя, и за ветеранов своих, нужно же себя беречь. Но вот весна наступила, и будем ходить, я в восторге от этого театра, здесь все такие доброжелательные! Это и сейчас для меня праздник.

Людмила Владимировна Коростылева

65 лет

Мой отец работал в Институте прикладной физики, и они с мамой всегда ходили в театр, особенно любили постановку «Летучая мышь». Мама всегда говорила, что раньше в театр ходили и показывали себя, «смотрели моды» — такое было выражение, обязательно нужно было достойно одеться, чтобы и туфли, и прическа. И вся эта тяга, эти представления о театре у меня остались с тех пор. Мне любовь к театру привили родители, а я передаю это дальше: у меня два сына, четыре внука, стараюсь, чтобы они любили искусство.


Я была недавно в консерватории, и там мы слушали концерт, который шел два часа. Я наблюдала за одним мальчиком, ему было семь-восемь лет, и он сидел и слушал как завороженный, не шевелясь, такой кроха.


Вкус нужно развивать с детства, ведь любовь к классической музыке привить достаточно сложно. Бывает, смотрю в зал и вижу, что старшее поколение очень одухотворенно смотрит, а молодежи это дается не так просто. Думаю, что если человек хочет полюбить театр, то сначала нужно пойти с кем-то, кто часто туда ходит и разбирается. Чтобы втянуться и ощутить эту, так скажем, «изюминку», нужно ходить часто. Начать можно с оперетты, а потом уже перейти к опере и балету. Хорошо, если есть возможность предварительно изучить информацию, узнать о постановке побольше, прочесть либретто. Вообще важно быть заинтересованным. Я была недавно в консерватории, и там мы слушали концерт, который шел два часа. Я наблюдала за одним мальчиком, ему было семь-восемь лет, и он сидел и слушал как завороженный, не шевелясь, такой кроха. Это очень окрыляет, что такие примеры есть.

Юрий Николаевич Санников

84 года

Я год на пенсии, работал в Институте прикладной физики слесарем-механиком высшего разряда. В театре я давным-давно трудился в столярке по совместительству, смотрел тогда и «Князя Игоря», и «Лебединое озеро». А еще тут всю жизнь работала балериной моя сестра, Людмила Хамзина, а сейчас играет племянница в духовом оркестре — Ольга Хамзина.

За свои деньги ходить дорого, но когда нас приглашают как ветеранов, мы всегда идем с радостью. Ремонт отличный! Жалко только, что не осталось портретов артистов, которые здесь раньше висели как наглядные пособия, как история театра, — это же так важно, сейчас молодежь придет и никого не увидит!


Хотелось бы и приезжие труппы смотреть, это очень интересно,
жаль только, что все так дорого, но когда нас приглашают,
мы никогда не отказываемся.


Мне ближе оперетта, там и разговоры, и песни, и танцы. А еще здесь очень красивые декорации, просто сказочные. Мы вот как-то пошли с женой в драмтеатр, а там на сцене стоят стол и стул — и все. Мы убежали оттуда после первого акта, и не только мы ушли, половина зала ушла. А вообще хотелось бы и приезжие труппы смотреть, это очень интересно, жаль только, что все так дорого, но когда нас приглашают, мы никогда не отказываемся.

Клара Львовна Санникова

70 лет

Я раньше работала директором ателье и убеждена, что в театр нужно обязательно наряжаться. Люди должны выглядеть здесь красиво, это же не дом и не встреча с приятельницей, сюда нужно одеваться хорошо, соответствующим образом — у каждого ведь найдется что-то получше, для особенного случая: платьице, костюмчик. Когда я работала, мы часто ходили в театр, и девочки-сотрудницы у меня специально отпрашивались пораньше: Клара Львовна, мы в театр идем, надо в парикмахерскую успеть. И я отпускала всегда, чтобы они были самые красивые, самые модные, это же театр!


Я не знаю, как лучше описать мои чувства: просто приходишь сюда и отдыхаешь душой. Это совершенно другой мир.


Наш оперный, конечно, очень красивый и комфортабельный, здесь прекрасный зал и звук отличный. Когда были разговоры, что его куда-то отсюда перенесут, мы были очень расстроены, это же его место, он должен быть здесь. Кощунством было бы, если бы его перенесли куда-то. Слава Богу, что не дали театру погибнуть. Это для нас место встречи с бывшими коллегами, друзьями, ведь мы столько лет работали вместе: узнать, как дела, у кого какие новости. Раньше была возможность ходить, но ведь совсем не было времени, работала с восьми утра до девяти вечера, а сейчас и время, и желание у нас есть, были бы только возможности! Я не знаю, как лучше описать мои чувства: просто приходишь сюда и отдыхаешь душой. Это совершенно другой мир. Мы ходили недавно на оперу «Русалка», был полный зал, много молодежи, мы даже удивились — какие молодцы! Все-таки искусство нужно всем!

Анатолий Константинович Макаров

70 лет

Раньше мы ведь как ходили на оперу — пришли на «Кармен», опоздали, нас — на галерку, строго было! И сижу я на этой галерке, ничего оттуда не вижу, потом в антракте спустишься вниз, вздремнешь, проснешься где-нибудь посреди арии. После работы все были, тяжело. А вот сейчас я открыл для себя театр по-настоящему. К тому же после ремонта сам театр, словно феникс из пепла, возродился.

Я считаю, что все люди, кто занимается искусством, поцелованы Богом, я бы тоже хотел быть певцом или артистом, но вот не дано. Поэтому для меня театр как храм, после посещения которого на душе вдохновение. Причем вдохновение не творческое, а такое, знаете, человеческое. Мы довольны собой, тем, что мы это видим, чувствуем, воспринимаем. Вот у меня есть знакомая, она мне говорит: : «Я была на “Щелкунчике” в Большом, там балерина упала». Ну и что, что упала? А ты не заметь! Умный не заметит, дурак не поймет. Зачем помнить плохое? Нужно помнить хорошее.


Для меня театр как храм, после посещения которого на душе вдохновение.
Причем вдохновение не творческое, а такое, знаете, человеческое.


Если человек говорит, что он не любит театр, не понимает балет, я называю это инертностью мышления. Я для себя понял, что когда соединяешь воедино все в своей голове: музыку, голоса, антураж, декорации, костюмы, — получается красивейший букет, которым ты любуешься. Как можно им не любоваться? Я и сам не сразу проникся, а сейчас понимаю, какая же это красота, какое наслаждение! Оперный театр сейчас для нас — это лебединая песня, последняя любовь. Я не думал, что так его полюблю, — 70 лет ведь, это много, но я к этому отношусь просто как к определенному этапу жизни: дошел и дальше пошел, и театр очень помогает. Я в хорошем спектакле как будто тону, живу вместе с героями, проживаю эту театральную жизнь. А почему бы ее и не прожить?


Фотографии: обложка, 1-2, 7 – Илья Большаков, 3-6 – Женя Дубова